Мальчики и девочки

У Лэнса не орлиное зрение, и особым вниманием он никогда не отличался. И чёрт его знает, почему однажды во время боя, когда Кит связывается с ним, и на экране появляется изображение его кабины, Лэнс замечает кое-что интересное. Кое-что очень странное, что не вяжется у него в голове с привычным образом Кита. — Так-так, что это у нас, — ухмыляясь, он заглядывает в кабину Кита спустя время после боя. Ладно, сразу же, как они оказываются на земле, но любопытство — ужасно мучительная штука. Кит смеряет его холодным взглядом; он, кажется, готов буквально выпнуть Лэнса прочь. Но тот уже находит взглядом искомое: действительно, прямо над экраном на тонкой цепочке болтается золотой крестик. — Серьёзно? — говорит Лэнс. — Это твой? Кит хмурится, но нехотя отвечает: — Нет. Подарок. Лэнс понимающе ухмыляется. — От твоей девушки, да? — Не от девушки, — отрезает Кит. Судя по его виду, он исчерпал весь лимит терпения и дружелюбия, но Лэнс слишком поражён его ответом. — Чего? Не от девушки? Так ты что, из этих?.. Развить мысль не удаётся: точным пинком Кит отправляет его в полёт. А приземление оказывается достаточно болезненным, чтобы отбить охоту спрашивать дальше. Однако интерес Лэнса принимает иное направление. *** — Слышь, Ханк, а ты что держишь у себя в кабине «льва»? Ханк глядит сконфуженно, будто его поймали за чем-то постыдным; глаза у него начинают бегать, и он отвечает, запинаясь: — Ну… Ты понимаешь, в этих костюмах паладинов так жарко, я постоянно потею, — он вздыхает, — поэтому я и беру с собой бутылку с водой. А ещё… в бою ведь разное может приключиться, аптечка обязательно нужна. Или вот, например, во время боя нас разбросает в разные стороны, я окажусь один в открытом космосе. Чтобы дождаться вас, мне нужно чем-нибудь поддерживать силы. И как-нибудь занять время, поэтому я закачал несколько любимых фильмов… — он старательно загибает пальцы, как школьник, который учится считать. — Да как ты вообще в кабину помещаешься, если у тебя там такая свалка, — поражённо говорит Лэнс. — Почему свалка? — обижается Ханк. — Это скорее склад. *** — Что я беру с собой в кабину? — переспрашивает Пидж с таким видом, словно она ослышалась. Словно ей хочется думать, что она ослышалась. — А что у меня там должно быть? Лэнс пожимает плечами. — Ну я не знаю. Разные женские штучки. — Женские штучки? — взгляд Пидж становится таким же ледяным, как был у Кита. — Какие именно? Хотел бы он сам знать: Пидж и само понятие «женских штучек» в его системе мироустройства находятся очень далеко друг от друга. Если подумать, в Пидж вообще не так много от девушек — какими они должны быть, по мнению Лэнса. Конечно, после её признания он замечает отсутствие кадыка и слишком гладкие щёки без следов бритья. В остальном Пидж ничем не отличается от него — если говорить в общем, конечно. — Так какие женские штучки? — продолжает выпытывать она. — Тушь для ресниц, блеск для губ? Ты не заметил, что я не пользуюсь косметикой в обычной жизни, так зачем она мне во время сражения? Или, — вкрадчиво спрашивает Пидж, когда Лэнс уже успел покраснеть и пройти через несколько стадий неловкости, почти добравшись до стыда, — ты говоришь о каких-то других женских штучках? Более… женских, да? На этот раз ему не требуется намекающий пинок — бормоча что-то неразборчивое, Лэнс ретируется сам, пока беседа не приняла совсем уж неудобное направление. *** На самом деле Лэнс уже не слишком-то и хочет заканчивать свой опрос, но чувство врождённого упрямства (про себя он называет это «перфекционизмом») заставляет его подойти к Широ. — Ничего, — смеётся Широ в ответ на вопрос. — Наоборот, можно сказать, что я кое-что оставляю снаружи. Лэнс чувствует, как его челюсть сама собой отвисает. В голове появляется нелепая картинка с Широ, который аккуратно раздевается до белья и, оставив сложенные вещи лежать стопочкой на полу, залезает в кабину. — Может, это прозвучит глупо, — продолжает Широ, который, к счастью, не смотрит в этот момент на Лэнса, но я стараюсь… как бы сказать… оставить снаружи мысли о поражении, страх, неуверенность. В бой нужно идти налегке. Он поворачивается к Лэнсу, и в мягком взгляде карих глаз Лэнс видит что-то такое, от чего у него сводит живот. Но вот Широ моргает, и это снова прежний он, к какому Лэнс привык за месяцы совместной жизни и сражений. — А ты, — говорит он, и видно, что это не обычная вежливость, — что нужно тебе? *** До разговора с остальными паладинами Лэнс даже не задумывается, чего не хватает в сражениях ему. Он не боится поражения, он не чувствует неуверенности — они обязательно победят, как же иначе? Он не думает о том, что может оказаться оторванным от остальных — окажись он в открытом космосе, воздух в кабине закончится прежде, чем он проголодается, разве нет? Но до тех пор ребята его точно найдут и спасут. Ему не нужны памятные подарки от дорогих людей — они все здесь, он слышит их через наушник, и от их присутствия его кабина кажется полной, здесь не поместятся никакие внутренние демоны, и здесь точно ничего больше не нужно. И всё же на последнее задание он берёт с собой маленькую бутылку воды, которую можно крепить к подлокотнику. В этих костюмах и правда безумно жарко.