Чёрная желчь

Ответственность тянет за руки и упрямо твердит: "Ты уже не маленький, нельзя чтобы раз и исчезнуть." Жалость пинает под дых и добивает истеричным: " Он же сторчится без тебя." Я снова возвращаюсь к запаху плесени и пожелтевшим обоям. Это мой путь наименьшего сопротивления. Банальный, как инструкция на тюбике от шампуня. Как и все маленькие, впечатлительные и доверчивые мечтатели, я выбрал тебя, как прототип божества. Ты, в прошлом кое-чего добился. И я тогда хотел быть похожим на тебя, представляешь. Но получилось не так лирично и радужно, как я себе воображал. В метро холодно и страшно. Джинсовка не греет, музыка в наушниках давит, раздражает и убивает последнюю связь с реальностью. Людей много, вагон забит до отказа. Десятки рук и все хватаются за поручни так, будто это последнее, что держит их в жизни. Стою, ритмично покачиваясь в такт стуку, отбиваемому колёсами и спрятав руки в карманы. Мне, бездумно хвататься за что-то, как утопающему за соломинку, поздно, уже как пару месяцев. Полицейские, эскалаторы, сотни уставших лиц. Иногда кажется, что смерть лучше мыслей в моей голове. Ты звонил ровно двадцать семь минут назад. Неразборчиво шептал что-то о том, что тебе так страшно, что они найдут тебя. Я через силу стаскиваю себя с кровати, сонно рассматривая циферблат настенных часов. Без двадцати шесть. Выхожу из квартиры вместе с лениво выкатывающимся солнечным диском. Успеваю прикурить. С навязчивыми состояниями и психозами не шутят, но ты всегда оставляешь мне достаточно времени для того, чтобы приехать. У тебя всё так же плохо, зато стабильно. С порога, не разуваясь бросаюсь в твои объятья, а потом тебя - на кровать. Что-то шепчу тебе на ухо, глажу по плечам. А ты рыдаешь, воешь, орёшь белугой, зажимая рот руками и пряча лицо где-то в районе моего предплечья. Кровать скрипит и пахнет табаком. У того, кто занял соседнюю подушку бритый затылок, а сон короткий и беспокойный. Он как зверёк, загнанный в бетонный четырёхстенный загон. Медленно съезжающий с катушек, вырванный из естественной среды обитания. Зверёк начал драть собственную шерсть. Среда как-то неожиданно сменяется четвергом и я понимаю, что придётся остаться ещё хотя бы на пару часов.