Мой братишка

POV Георгий А? Что я только что наделал? Я же обещал родителям, что мы больше не будем ругаться и драться. Забежав следом за Рюриком в туалет, успел заметить только, как тот подбегает к писсуару и еле успевает наклониться над ним, как его тут же выворачивает наизнанку. Кошмар, я опять сделал, что-то не подумав. Повернувшись к нему спиной, долго ожидал, когда парню полегчает. Мысленно я давно уже бился головой об стену. Рюрик тем временем не спешил разгибаться и, пытаясь отдышаться, заговорил: - Смотрю, ты ни капельки не изменился. Но сил прибавилось, в этом я не спорю. Похоже, мне придется попридержать язык, чтобы не схлопотать в следующий раз. - Прости, я не хо... - и заткнулся, так и не договорив. На все свои проказы я всегда говорил одно, и тоже, хм, значит и правда не изменился. Брат улыбнулся, но я этого не увидел, так как до сих пор стоял спиной к нему, пытаясь побороть свой страх. А перед чем страх? Перед братом? Не уверен. Это явно что-то другое. Наверное, страх снова его потерять, да, возможно именно это. Кран повернулся и послышался звук льющейся воды, а я все продолжал стоять, не шелохнувшись, пытаясь взять себя в руки и повернуться, но было стыдно смотреть ему в глаза. Вот воду выключили, и настала такая тишина, что мне показалось, как я слышал стук своего сердца. Брат явно хотел услышать от меня извинения, по крайней мере, он раньше так делал и мог неделями со мной не общаться, пока я не попрошу прощения. Даже если и не был виноват. Сегодня я явно был растерян и не внимателен. Я не ожидал такого поворота с его стороны, но было поздно о чем-то думать, когда руки брата обняли меня со спины и прижали к его горячему телу. Что?.. Что это с ним? Неужели на брата повлияла такая жара? - Жора, прости, что не приезжал все это время. Я, правда, хотел, но не было возможности. Выдохнув, я как вроде бы успокоился. Улыбнувшись, помотал головой, давая понять, что не сержусь на него, но забыл, что тот близко и случайно заехал брату по носу. Вроде бы слегка, как мне показалось, но у того пошла кровь из носа. - Ой, прости-прости, нужно что-нибудь холодное приложить. Я тут же заметался, открыв кран холодной воды, засунул под нее руку. Брат, задрав голову вверх, тихо посмеивался. А вот мне было не до смеха, привыкнуть к тому, что я больше не один довольно трудно. Для меня он был как чужой человек, что совсем меня не радовало. Но стараясь выкинуть эти мысли из головы, решил пока позаботиться о раненом брате. Так как мне было не дотянуться до его лица, то мне пришлось схватить его за волосы и резко потянуть вниз, чтобы он присел. Шикнув, он подчинился присев на корточки, а я, смыв с его лица кровь, положил холодную руку на нос как компресс и стал ждать. - Как группа? - вдруг поинтересовался он, поглядывая на меня. - Нормально, теперь работаю с друзьями в клубе. - Ну вот, вроде я потихоньку начинаю к нему привыкать. - Здорово, а как группу-то назвали, а то мать не помнит. - "Динки". - Хм. Интересная задумка. А в честь чего? - Черепахи. - Кого? - оторопев, брат повернул голову, и кровь снова побежала из носа, прочертив линию до губы и ниже. Я тут же дернул его за волосы назад, заставив запрокинуть голову, а сам поспешил смыть ненужные улики с глаз долой. - Друг мой Славка, предложил назвать в честь своей черепахи. - Я уже не удивлялся чьей-нибудь такой реакции, как у брата сейчас, который пытался сдержать смех, но это плохо выходило. - Не ржи, кровь опять пойдет. - Все уже нормально. - Парень убрал от своего лица мою руку и, выпрямившись, достал из кармашка носовой платок. Убрав все следы моей не осторожности, мы поспешили к камере хранения за вещами брата. Всю дорогу мы шли молча, я опять стал ощущать неловкость, идя рядом с ним. Как будто с чужим, а ведь родня. Он стал таким взрослым, а в костюме так вообще казался солидным парнем. Окружающие с интересом оглядывались, девушки так вообще шеи себе сворачивали, пытаясь получше разглядеть моего братца. Ну да, внешностью Бог его не обделил. Было даже малость завидно, мне вот наоборот тяжело приходится с противоположным полом. И вот забрав чемодан и одну сумку, мы направились к выходу. - Поедем на такси, я слишком устал, чтобы разъезжаться в автобусах. - Рюрик пинком открыл входную дверь, и мы наконец-то вышли на свежий воздух. Тут хотя бы ветерок обдувал слегка, что позволяло трезво мыслить. Взяв сумку поудобнее, мы направились прямиком к такси. Доехали очень быстро, брат всю дорогу пялился в окно и разглядывал город, хотя не удивительно. Ведь столько не быть в родном городе! Но он ничего не говорил, а так хотелось расспросить у него про все-все. Про то, как ему училось в другом городе, хотя брат всегда отличался в классе ярким умом. Очень любопытно узнать есть ли у него или была девушка там? Про личную жизнь мне было куда интереснее, но спросить боялся. Ладно, будет время об этом расспросить, ведь теперь он никуда не уедет. Ощутив мой взгляд, Рюрик обернулся и ничего не сказав, потрепал мои волосы. - Спасибо. - Расплатившись с таксистом, мы подошли к пятиэтажному зданию. - Эх, как давно я не был дома. Я чувствовал себя очень странно, я и не я одновременно. Ужасно тихий и задумчивый, мне это совершенно не идет. Брат не обратив внимания на мое состояние, быстро вошел в подъезд и в два прыжка долетел до четвертого этажа (и это-то со своим чемоданом). Я плелся позади него еще на втором этаже. Преодолев еще два этажа, я наконец-то скинул с плеча сумку и ввалился весь мокрый и вымотавшийся в квартиру. Все что я сейчас хотел, так это пить. Жара и правда стояла лютая. В коридоре валялся чемодан, а самого брата рядом не было. Скинув кроссовки и на ходу стянув с себя джинсовку и мокрую майку, я вошел в свою бывшую комнату, чисто по привычке. Брат лежал уже пластом на своей кровати, даже не раздевшись, и тихо посапывал. Ой, так он уснул, да так быстро. Видать и вправду умаялся. Нелегко дается ему перелет, еще и я наградил смачным приветствием, хотя тут я начинал больше винить самого брата. И я улыбнулся, наконец-то я прихожу в себя. Все, жизнь вернулась в привычное ей русло, мне не нужно больше притворятся мирной овцой. Затащив вещи брата к нему в комнату, закрыл за собой дверь и поспешил в ванную. Только холодный душ поможет мне окончательно вернуть себя. А выходя уже из душа, я обнаружил проснувшегося "гостя" на кухне. Рядом с ним стоял стакан и бутылка пива. Только я присел напротив него, как тот сказал: - Если спишь у меня, так хоть не забывай постельное белье менять после себя. У тебя ужасный одеколон… кстати, о подарках. Я только хотел открыть рот, чтобы сказать пару ласковых, как тут же заткнулся. Подарок? Какой еще подарок? Рюрик тем временем встал с насиженного места и поплелся в комнату. Кстати я успел заметить, что он переоделся в синие короткие шорты и обтягивающую черную майку. В обычной домашней одежде он смотрелся куда проще, даже накатила ностальгия. Было такое ощущение, что и вовсе никуда он не уезжал. Что ему до сих пор 18 лет, хотя когда он вернулся, и я взглянул на его небритую рожу, дал все 26. Ну да усталость и недосыпание никогда не красили человека. Он протянул мне небольшую коричневую коробочку и уселся обратно на свое место, незамедлительно отхлебнув из своего стакана. Мне было ужасно интересно, что привез мне брат и потому быстро открыл упаковку, обнаружив там бутылек одеколона. Приятный аромат морского бриза. - Спасибо. - Не за что. Я предполагал, что у тебя отвратительный вкус, но чтобы так. У меня вся подушка провоняла твоей старой туалетной водой. Выброси лучше. Ну, вот почему он не может промолчать? Ведь явно нарывается на грубость. Я очень импульсивный человек, это заметно уже с моего детства и брат должен это помнить. Поэтому ничего удивительного не было что, встав, я побежал в комнату брата. Тот кажись, догадался, что я собрался сделать и сиганул за мной следом. Но из-за выпитого его малость развезло, потому и не успел. Вбежав в комнату, он застал меня возле открытого окна, куда я выкинул его подушку вместе со всем, что валялось на кровати, включая туда и его новый костюм. Ну, нечего бросать вещи на кровати, сразу надо вешать на место. - Мой костюм! - он ошарашено смотрел на вещи, которые мирно свисали с веток дерева. Достать ну просто не реально. Я почувствовал, как атмосфера вокруг накалилась, может, мне не стоило делать это, не обдумав, как следует? Хотя чего тревожиться о случившемся? Надо теперь переживать о своем сосуществовании, так как меня сейчас убьют и скорее всего, медленно и мучительно. - Ах ты мелкий засранец! - он медленно повернулся ко мне лицом, на котором кроме желания убивать ничего больше не было. Я сглотнул. Досчитав мысленно до трех, бросился бежать назад к двери, я уже согласен ночевать на улице, но только бы не с братом.

***

Сижу на лавочке во дворе и прижимаю рукой правый глаз, где уже сиял во всей своей красе лиловый фингал. Не успел я добежать, брат оказался проворнее. Но зато я имею право лицезреть прекрасную картину, брат, попросив у соседей лестницу, сейчас пытался достать свои вещи с дерева. Конечно, он не доставал и потому ему приходилось длинной палкой бить по веткам, надеясь, что они сами упадут. Я сидел и издевался, крича ему всякие гадости, на что тот категорически не обращал внимания. Устроил что ли мне бойкот? С матюгнувшись, Рюрик снова долбанул по ветке и о, чудо, полотенце свалилось правда прямиком на своего хозяина заставив того потерять равновесие и рухнуть на землю пятой точкой. Я при этом истерично ржал над ним, а тот, выбравшись из под "шалаша", прихрамывая, пошел ко мне. К сожалению, я не мог заметить надвигающейся на меня угрозы, так как ухохатывался до слез.

***

Вот сижу на все той же лавке, только уже с двумя фингалами, и горю желанием отомстить. Брат все-таки скинул все свои вещи с дерева и сейчас направился в квартиру. Да уж, представляю лицо матушки, когда она увидит меня. Но я не собираюсь один ходить такой красивый, встав, я сжал кулаки и быстро направился в квартиру.

На следующий день

Воскресенье, можно рано не вставать, но уже как пять минут кто-то названивал в дверь и явно не собираясь уходить. Блин. Встав с дивана и подобрав с пола одеяло, я медленно поплелся в прихожую, явно забыв, что теперь я дома не один и этот кто-то даже задницу не смог поднять, чтобы открыть дверь. Распахнув дверь, я успел заметить мамину улыбку, которая медленно стала сползать с ее лица при виде меня такого прекрасного и цветущего. - Георгий, как это понимать? Ты опять подрался? - мама бросила сумки прямо на площадке и прямо отцу на ногу, тот тут же взвыл от боли. Но мать даже виду не подала, что заметила это, она схватила мое лицо и начала вертеть так, что чуть не оторвала. Ответить я не успел, в прихожую выполз Рюрик желая увидеть родителей. При его виде мама ойкнула и сразу все поняла. Я обернулся, чтобы оглядеть свои труды и остался доволен. На правой щеке брата был синяк и такой приличный. Сразу видно моя работа. Мы обменялись с братом взглядами, каждый обещая другому скорую смерть. А потом стали помогать родителям, затаскивать сумки в дом. Вот скажите мне, на фиг было столько тащить с собой, чтобы обратно вернуться точно с тем же плюс с еще парой новых сумок? Конечно после вчерашнего погрома, что мы вчера устроили с братом, мы убрались дома, но все, же мама заметила пару недостающих ваз и трех картин с изображенными на них яхтами. Она тут же набросилась на нас как никогда раньше, после чего я лишился на месяц своего компьютера, а Рюрик оказался под домашним арестом. Он всегда предпочитал живое общение, потому часто пропадал на улице с друзьями, так что для него это было точно так же тяжело, как и для меня. Меня, слава богу, она не могла запереть дома, так как у меня была школа и работа. Хоть в чем-то повезло.