Окно напротив.

- Прикинь, в журнале написали про нашу помолвку, - крикнул Брайан из гостиной. - Да, я видела, - ответила Кэролайн из спальни, - даже пару фоток влепили. - Чудно, да? Обычно актёры и режиссёры попадают на полосы изданий, а остальные как-то за кадром остаются… - Ничего удивительного, - вышла из спальни Кэролайн, - пиарщики просто раскручивают фильм. У Брайана вырвался восхищённый вздох. На ней было платье небесно-голубого цвета с серебристой вышивкой на лифе. Довольно смелое декольте и облегающий фасон подчёркивали стройность фигуры, а цвет удачно оттенял смуглую кожу и каштановые волосы с рыжинкой. - Если бы я действительно собирался на тебе жениться, то сейчас валялся бы у тебя в ногах, умоляя принять от меня кольцо с драгоценным булыжником. Она засмеялась. - Нравится, да? Брайан кивнул, обходя её со всех сторон. - Ты всех затмишь! - Да ладно тебе! Не заливай. Там будет столько блистательных актрис и, по совместительству, секс-бомб, что я буду только наблюдать за сражением в зрительном зале. - Не кокетничай, - фыркнул Брайан, отходя, чтобы посмотреть на неё с расстояния. - Нет, правда,- вздохнула Кэролайн, - не люблю я эти чопорные сборища… Мне больше по нраву нью-йоркские клубы, куда можно прийти в джинсах и всю ночь скакать под музыку и текилу. - Ага, - кивнул Брайан, - а потом полночи блевать в унитаз в квартире лучшего друга. Нее, солнышко, в Нью-Йорк я с тобой больше не поеду. У тебя там крыша едет. Ты хоть скажешь мне, что ты так упорно заливала? - Неа… Она стала снимать с себя платье, не стесняясь его взгляда, и пошла в спальню за майкой и шортами. Брайан последовал за ней. - Ну, Кэрри, что ты меня испытываешь? Ты же знаешь – я надёжный человек. Она подошла и обняла его. - Знаю, Брайан. Но если я начну говорить, то мне придется назвать имя, которое я боюсь произносить даже наедине. - Ненавидишь его? – спросил он, поглаживая Кэролайн по спине. - В том-то и беда, что как раз наоборот. Она и Брайан прошли по красной дорожке, как настоящие звёзды. Всего лишь «как настоящие», поскольку настоящими были те, чьё лицо не сходит с экранов и обложек. Сценаристы, композиторы, операторы и масса другого народа остаётся за кадром, а потому бурной реакции толпы ожидать было нечего. Хотя, некоторые голоса в толпе отчётливо выкрикивали имя Брайана. - Слышишь? – шепнула ему Кэролайн, хватая его за руку, - видимо, твой первый сингл уже завоёвывает мир. - И ты тоже. Тебя фотографируют со всех сторон. Сделай им эту свою глупую улыбку – такое всегда популярно. Она засмеялась, и они прошли внутрь зала. Их места располагались не очень близко к сцене, поскольку первые ряды предназначались для звёзд первой величины. Но это не имело никакого значения. Кэролайн нравился тихий скрип стульев, разносившийся по залу, негромкий гул голосов, ощущение ожидаемого представления. Постепенно зал наполнялся людьми и оживлёнными разговорами. С улицы постоянно доносились крики толпы, которая приветствовала своих кумиров. Вдруг эти крики превратились просто в лавину сумасшедшего истеричного визга. У Кэролайн бешено заколотилось сердце. Она уже поняла, что сейчас произойдёт. То ли она ждала этого, то ли сработала интуиция, очнувшись от летаргического сна, но она поняла. Непроизвольно повернув голову, Кэролайн увидела у входа его… Майкл выглядел просто ослепительно. Его белый китель и чёрные кожаные штаны делали его похожим на героя романов эпохи Просвещения. Он вёл за руку известную поп-диву Мэдлен, прославившуюся своими хитами... или же своей развратностью. Мэдлен время от времени поправляла свои выбеленные пряди или белоснежную меховую накидку и шептала ему что-то на ухо. Майкл внимательно слушал, затем, кивая, улыбался ей, и в его глазах играли бесята. У Кэролайн появилось ощущение того, что её грудную клетку разорвало в клочья. Она заставила себя отвернуться, но инстинктивно сжала руку Брайана так, что от боли он подскочил на месте. - Твою мать, Кэролайн! Какого хрена?! Затем взглянул на неё и забеспокоился: - Кэрри? Ты в порядке? Твоё лицо сейчас под стать цвету платья. - Нет-нет, - выдохнула она, - всё хорошо. Нормально. Просто спазм. Сейчас пройдёт. На протяжении всей церемонии Брайан поглядывал на неё с волнением. Их фильм появился в паре номинаций, в том числе и «За лучший сценарий», но наград так и не удостоился. Кэролайн, кажется, было всё равно, хотя номинация сулила ей большой успех. На закрытую вечеринку после церемонии Брайан потащил её силком. - Тебе надо выпить, - сказал он ей, - Я бы даже посоветовал нажраться, как свинья, но это уже потом. В смысле – не здесь! Помни о том, что нужно заводить деловые знакомства, а то скоро будешь работать официанткой в Мелроузе. Он был прав во всём. Она схватила его руку, как единственную в своей жизни опору, и пошла следом. Осушив бокал красного вина, Кэролайн почувствовала себя лучше. И именно в этот момент она почувствовала на себе взгляд Майкла. Он не смог заметить её в зале, где было много народу, но здесь это не составило труда. Он нервничал. А что, если она сейчас бросится ему на шею, вещая всем, какие милые пятна от витилиго она заприметила? Или устроит скандал из-за того, что он не преподнес ей многокаратное кольцо наутро после секса? Но она молчала весь этот год… Мэдлен извивалась и так и сяк, провоцируя его хоть на какое-то внимание, а он словно впал в ступор… Майкл просчитывал комбинации, чтобы быть готовым, чтобы знать, что делать в том или ином случае. Он окинул взглядом зал. Журналистов здесь нет. Это даже хуже. Голливудские сплетницы добавят своих фантазий. Может, уйти прямо сейчас? Но развлекать Мэдлен остаток вечера - перспектива не из лучших... Хорошо, если вдруг что-то произойдёт, можно просто сделать изумлённое лицо и намекнуть, как полагается, с подчёркнутым джентельменским шармом, что эта молодая сценаристка хватила лишнего... Непринуждённо рассмеяться и спросить: «Девушка, может теперь нам стоит познакомиться?"... Или: « О! Это что-то из нового сценария?" Кэролайн допила второй бокал вина и решилась взглянуть на него. Встретившись с ним взглядом, она улыбнулась и едва заметно кивнула. И отвернулась. В течении вечера его нервозность сменилась необъяснимым раздражением, и он мрачно наблюдал, как маститые актёры и продюсеры уделяли Кэролайн внимание, как они со спины рассматривали её или ничтоже сумняшеся заглядывали в декольте, как она держалась за руку со своим женихом… Иногда он чувствовал, что она смотрит на него, но не мог поймать её взгляд. Теперь его чувства приняли совершенно противоположный характер - он хотел хоть какого-то проявления внимания с её стороны. Майкл был готов ко всему, но только не к тому, что будет незаметен в толпе. А Кэролайн приветливо улыбалась другим людям и совершенно естественно вела светскую беседу, словно была не дочерью польского врача, а, как минимум, баронессой. Мэдлен, развеселившись от принятого алкоголя, забыла о пиар-ходах и переметнулась под крыло своего любовника. Майкл даже не заметил этого. Он стоял рядом со своей старой подругой, которая уже мозоль на языке набила, критикуя его за выбор спутницы. Майкл слышал и не слышал. Но он видел, как Кэролайн ушла с тем, с кем и пришла – молодым композитором, который недавно выдал сногсшибательный сингл и, говорят, сделал ей предложение. Немного румяная от вина и комплиментов, она исчезла за дверью, не оставив в воздухе даже запаха духов. Он тоже ушёл почти сразу за ней. В его машине обнаружилась початая бутылка виски, которую он приговорил по дороге. У дома Брей вытащил из машины едва дышащее тело и отнёс в спальню. Завтрак тоже начался с виски. Так же прошёл и обед. Ужина не было. На следующее утро Брей настойчиво растолкал его. - Просыпайся, пьянь! - Иди в задницу, Билл! - Я-то пойду, только потом тебе долго придется просить меня вернуться. И не факт, что получится. Майкл с трудом разлепил глаза и посмотрел на начальника охраны. - Что?... Что ты от меня хочешь?! - Хочу, чтоб ты взял себя в руки, дурак малолетний! - Ты, между прочим, на меня работаешь! Что ты себе позволяешь? - Фуууу!... От тебя несёт, как от бродячего пса. Пойди, помойся, а? Работодатель хренов… Майкл одарил его ненавистным захмелевшим взглядом, но встал и поплёлся в ванную. Билл Брей ждал его на кухне. - Сядь и съешь что-нибудь, - сказал он, подвигая тарелку с сыром, тостами и овощами. Майкл посмотрел на него исподлобья и стал жевать первое, что попалось под руку. Измучившийся желудок отказывался принимать что-либо, и его вырвало. Благо, успел добежать до кухонной раковины. - Та-а-а-ак! – протянул Брей, - вот они, последствия того, что происходит, когда отказываешь организму в необходимом. - Я просто перепил, - утираясь полотенцем, пробормотал Майкл. - Конечно. А знаешь почему? Потому что у тебя сперма в организме не помещается! Ты думаешь, это не заметно? - Заткнись! – рявкнул Майкл. - И не подумаю! Тебе нужно быть в рабочем состоянии. Понятно? Съезди уже к ней и трахни её, чтоб тебя отпустило. Она ничего с тебя не требует, сама подписала себе почти смертный приговор за хранение информации, а ты сидишь здесь и блюёшь от спермотоксикоза! Билл, кажется, был готов разорвать его в клочья. Майкл сделал пару жадных глотков из большой чашки, а потом сказал, остановив свой взгляд на чём-то неопределённом: - Вот это меня и пугает. Я же не могу пользоваться ею, как проституткой. Она не продавала себя, она себя отдавала… Отдавала, понимаешь? Билл скептически приподнял брови и хмыкнул. - Или она действительно отдаёт мне себя без остатка или это какая-то очередная женская уловка, которую я не могу разгадать…. – продолжал Майкл, - Я не могу понять и не знаю, как себя вести. И из головы это всё не идёт. И почему-то чувствую себя свиньёй. Билл щёлкнул языком и придвинулся к нему поближе. - Ты – свинья, когда напиваешься до поросячьего визга и не можешь работать. Приведи себя в порядок и езжай к ней. Я же видел её и общался с ней, и мой тебе совет – езжай, не то откажет печень.