Окно напротив.

Майкл появился дома в таком состоянии, что Лиза поняла – неуязвим. - Ты просто скотина! – кричала она, в отчаянии наблюдая, что он почти не слышит её и пребывает в каких-то своих мыслях, - Ты свалил на три недели и не сказал мне ни слова! Как ты мог? Я всё это время ждала, что в программе новостей расскажут, что нашли тебя обдолбаного до смерти в каком-нибудь отеле в Вегасе! - Ты разочаровалась? – издевательски спросил Майкл. - Не смей, слышишь! Не смей так со мной поступать! Ты послал к чёрту всех, включая меня. Твои менеджеры вырвали на голове все волосы. Тебе открывать концерт на MTV, а ты всех послал и свалил. - Я ездил в Париж посмотреть Диснейленд. - А нужно было съездить в лечебницу, полечить голову! Потому что ты – псих конченый! Четвёртый десяток размениваешь, а ведёшь себя, как дебильный подросток. - Лиза, угомонись. Мне нужно было уехать. - И ты ещё что-то помышляешь о детях?! Да никогда, слышишь! Ты же сам с собой справиться не можешь! Какие дети!? Они же станут такими же предметами мебели, как и я в этом доме! Майкл резко развернулся в её сторону. «Ага! – подумала Лиза, - Я нажала на нужную кнопку». - Я не зря всё это время принимала контрацептивы. Чувствовала задницей твою ненадёжность. Майкл подскочил к ней и схватил её за плечи. - Молчи! Замолчи сейчас же! Ты не понимаешь, что говоришь! – затряс он её за плечи. - Ещё как понимаю! Я понимаю, что я тебе на хрен не нужна – вот что я понимаю. Просто у тебя есть навязчивый каприз – получить ребёнка с фамилией Пресли. А что будет с ним, когда ты его получишь? Майкл бессильно разжал руки и отпустил её. Он чувствовал, что нервы его на пределе, хотя понимал, что он спровоцировал её на этот поток обозлённой брани. Но те слова, которые были сказаны Лизой, полоснули его по сердцу. Он подхватил куртку и направился к выходу из дома. - Я подаю на развод! – крикнула Лиза ему в спину. - Вот и хорошо, - повернулся он, - иначе мне пришлось бы сделать это самому. Ему не работалось. Звукорежиссёр впервые видел, что Майкл не может и двух строчек спеть, как положено. В песне нужно было показать надрыв и агрессию, выразить несогласие, а у Майкла всё получалось нежно-возвышено, что превращало песню в нелепую пародию на саму себя. И при этом Майклу, как будто было всё равно. Он забавлялся своим голосом, хохотал от своих ляпов, кривлял сам себя, а, в конце концов, вообще отказался работать и включил диктофон, чтобы напеть новую мелодию, пришедшую ему в голову. Джим Мори наблюдал этот беспредел, стоя у двери. Он сложил руки на груди и угрюмо думал о том, в какую сумму обойдётся студия звукозаписи, если Майкл будет работать такими темпами. Когда он озвучил эту мысль Майклу, тот лишь пропел в ответ: - Неееет, нееееет, Джииим, не сегоооодня! Оуу, ее! - Что значит не сегодня?! Майкл, сегодня за студию тоже уплачено. - Я не могу сегодня работать, - Майкл отложил диктофон на рядом стоящий динамик и стал одевать куртку. - Майкл! – вскричал Джим, - Ты забыл, о каких суммах идёт речь? Или забыл, что у тебя по контракту прописано? Где, кстати, стоит твоя же подпись! Майкл раздражённо взвизгнул молнией на куртке. - Нет! Не забыл! Хрена с два с вами забудешь! Но, поверь, так хочется забыть иногда. Чёрт возьми, я пахал всё своё детство, вкалывал всю юность… И сейчас мне продыху нет, потому что вам всем хочется побольше заработать! А я хочу хоть иногда забывать о работе и о вас всех с вашей сраной компанией! Майкл разозлился так, что звукорежиссёр от страха уткнулся носом в кнопки пульта и старался не дышать. Джим Мори смотрел на Майкла не мигая. Майкл подошёл к двери и рывком открыл её. - Я всё сделаю вовремя, но… НЕ НАДО НА МЕНЯ ДАВИТЬ!!! И хлопнул дверью, сотрясся воздух в студии. Кэролайн обожала такие мгновения, когда, уставшие от любовных ласк, они, удовлетворённые и исполненные нежности, лежали в объятьях друг друга и молчали. Где-то за окнами раздавался шум большого города, который никогда не спит. Неоновая реклама, мигавшая на далёком небоскрёбе, отбивалась бликами на мебели и зеркалах. Ветер, проникая в комнату через приоткрытую балконную дверь, беспокоил лёгкую занавеску. Им было так тепло и уютно. Кэролайн слышала стук его сердца и то, как спокойно он дышит. Он перебирал пальцами её волосы или поглаживал кончиками пальцев её плечо. Потом он сладко засыпал, а она, зная о его борьбе с бессонницей, не могла уснуть от тихой радости, от простого осознания того, что он счастливо спит. Рядом. Но в этот раз сон не увлёк его. Майкл о чём-то размышлял. И вдруг спросил. - Я развожусь с Лизой. Она считает, что я не гожусь в отцы. Ты тоже так думаешь? Она замерла от неожиданности. - Майкл, ты с ума сошёл? Как тебе в голову такое пришло? Он приподнялся на локтях, чтобы заглянуть ей в глаза. - Мы никогда не предохранялись. Ну, я этого не делал… Я просто… Не думал даже об этом. А ты? Ты что-то принимала? - Нет, Майкл. Никогда. - Тогда в чём же дело? После тех недель в Шотландии прошло уже месяца три… и мы не расстаёмся дольше, чем на два дня… Майкл беспокойно сел на постели. - Я точно знаю, что у меня всё в порядке. Я прошёл все нужные обследования до того как жениться на Лизе. Кэролайн поднялась, чтобы обнять его за плечи. - Майкл, я не говорила тебе… - Что? Она почувствовала, как он напрягся в ожидании неприятного известия. - Нет-нет, не волнуйся. Ничего страшного. Просто, я была у врача по этому поводу. - И что? - Обследование показало, что у меня всё хорошо, и я вполне могу родить ребёнка. - Почему же ты не беременеешь? - Врач говорит, что иногда с этим бывают проблемы, но их можно решить. Только… - Что? - На приём нужно прийти с партнёром, и он должен пройти ещё одно обследование… и… Короче, они хотят, чтобы я пришла с потенциальным папочкой! Они говорят, что это может быть какая-то несовместимость… Майкл молча кусал губы. - А после того случая… ну, когда случилось то несчастье… ты… ничего не было? Она сглотнула комок в горле. - Нет. Я приняла меры. Он посмотрел на неё с ужасом в глазах. - Нет, нет, - замотала головой Кэролайн, - не думай ни о чём таком. Я просто выпила пару таблеток. Ну, знаешь, есть такие, которые можно принять после… - Ты могла бы быть беременной от него? - Я не хочу даже думать об этом. Той ночью он так и не уснул рядом с ней. Кэролайн чувствовала себя виноватой и сказала ему об этом. - Нет проблем, которые не решаются, - ответил Майкл с улыбкой, - по крайней мере, всегда можно сделать хуже. А с врачами мы что-нибудь решим. Я поищу клинику, в которой умеют хранить секреты. Она улыбнулась ему, чувствуя, что с каждой минутой любит его ещё больше. - Ты же помнишь, кто я? – он театрально закусил губу, как он часто делает во время своих выступлений, - Мы слетаем ко мне домой в далёкую галактику. Там от меня беременеют все, кто лишь посмотрит на меня ниже пояса. - Боюсь, твоя галактика уже взорвалась от перенаселения, - засмеялась она. Майкл задумчиво посмотрел на неё и поправил прядь каштановых волос, упавших ей на лицо. - У нас обязательно будут дети. Одна старая и мудрая книга говорит, что вера может сдвигать горы и творить чудеса. И я в это верю. И ты верь, слышишь? Он поцеловал её на прощание и вышел, когда Билл просигналил под окном. - Билл, ты мне нужен прямо сейчас! - Что-то случилось, Майкл? - Я не хочу говорить об этом по телефону. - Я уже еду. Билл ехал и по дороге раздумывал, что это может быть всё что угодно. От увольнения прислуги, ворующей безделушки в доме, до приближающегося астероида, который вот-вот разорвёт планету на мелкие крохи. Его чутьё и упавший голос Майкла склоняли, скорее, ко второй ситуации. - Пойдём, пройдёмся, - вместо приветствия бросил ему Майкл, встретив его у машины. Они пошли по пыльной дороге вдоль почти высохшего от жары луга. Майкл теребил в руках рукоять широкого чёрного зонта и молчал. - Ну и? – переспросил Билл. Не говоря ни слова, Майкл протянул ему диктофон. - Я забыл его в студии позавчера, - сказал Майкл, - Он был включён. Слушай. Билл взял диктофон и нажал на кнопку. Послышался мелодичный бит-бокс Майкла. - Что это? Новый хит? - С двенадцатой минуты слушай. Вот там хит. Бил опять нажал на кнопку. « Твою мать!*грохот* Свалите все отсюда! Чего тут сидеть, если никто не работает?.. Всё, да! У всех выходной! Сраный оплаченный выходной!* грохот* *шум* Билл остановил запись. - Это Джим? Майкл кивнул. - Слушай дальше. Дальше - интереснее. «*тихо* Алё?... Да… Ни хрена, сказал, что работать сегодня не может… Ну, конечно, говорил… Ну, опять к этой суке! Мои люди проверили – к ней поехал… Да-да, я знаю, зря я тогда в Веллингтоне не решился, надо было ещё тогда… А я-то что смогу сделать? Что мне замочить её, что ли?... Он и слышать о туре не хочет… Да нет, не беременна. Носилась по врачам, чтобы узнать… Бесплодная, наверное, или у него яйца пустые – не знаю!... Хорошо, так что делать?... Ждать чего?... И кому будут выгодны его долги? Деньги-то он мне платит, а вы пока только обещаете… Хорошо, тогда я настаиваю на двух процентах! И не меньше!... Короче, я буду держать вас в курсе,… Вы только подскажите, как именно, если что. В прошлый раз актёришка её немного подвинул… Ей-богу, не думал, что они опять снюхаются. Но это даже к лучшему. Любой слабостью легко управлять… А чего ж нет?... Можно Джермейна подключить, он красивых баб любит… Короче, я приеду всё обсудить. А особенно свои два процента…. Да-да… Хорошо. *тихо*" Билл выключил диктофон, продолжая шагать рядом с Майклом. Они долго шли и молчали. - Я не знаю, что мне делать, - сказал Майкл, - или знаю,… но даже не хочу об этом думать. Я не хотел обсуждать это в доме. Думаю, там слушают. Билл размышлял. Майкл всё больше заводился, почти срываясь на истерику. - Теперь ты понял, почему с ней это сделали? Таким образом, они делают из меня марионетку. Чтобы у меня не было ни сил, ни желаний, ничего, кроме работы. Они хотят, чтобы я пожизненно был их машиной для печатания денег! Господи, они могли её убить… Билл жестом остановил его. - Давай присядем, - сказал он Майклу. Они сошли на обочину и присели на сухую траву. - Я догадывался, - сказал Брей, вглядываясь в горизонт, - но это были только догадки. Что же, теперь все сомнения отпали. Майкл молчал, тупо уставившись перед собой. - Ты умеешь держать удар, мой мальчик, - вздохнул Билл, - И тебе придется это сделать ещё раз. Джима увольняй. Но это мало что изменит. Я уверен, что вокруг тебя вертится ещё не один такой же. Дом я проверю на подслушивающие устройства, но… куда нам тягаться с японской конторой… У них деньги и технологии. И последнее… Билл выдохнул и посмотрел на Майкла. - Если ты заботишься о Кэролайн… - Мне придется её оставить, - продолжил Майкл. - Хотя бы на какое-то время, - кивнул Билл. Майкл вскочил. - Ну, почему их не напрягала Лиза? Почему Кэролайн им мешает? Билл ухмыльнулся. - Лиза, прежде всего, – Пресли. А это – пиар. А пиар – это деньги. Очень простая схема, Майкл, тебе ли не знать? К тому же при Лизе ты только то и делал, что вкалывал, чтоб с ней дома не пересекаться и не возвращаться, пока она крепко не уснёт. Ловко они её подвели. - В смысле? – вонзил в него удивлённый взгляд Майкл. Билл кивнул. - Да, Майкл, в самой компании спланировали вас познакомить. Ну, поначалу так, для пиара. А потом твоё обаяние сработало само. - А почему ты мне ничего не сказал? - А что я тебе должен был говорить, если она тебе очень нравилась? Вы же поначалу не отлипали друг от друга. - Ну да… Было, - вздохнул Майкл. Билл попытался утешить его, убеждая, что они найдут выход из этой ужасной ситуации, что подберут новых юристов, которые пересмотрят условия контрактов по сотрудничеству с компанией, что подумают, как защитить каталог и обезопасить личную жизнь Майкла. Майкл чувствовал себя чуть живым. - Ты скажешь ей? – спросил он, вглядываясь Биллу в глаза. - Отправь Уэйна, Майкл. Я уже слишком стар для этого. К тому же мне нравится эта девочка, как дочка… Мне будет тяжело приносить ей такую весть. - Я так её люблю… - прошептал Майкл. - Ты правильно делаешь, ведь она тоже. Сделай что-нибудь, чтобы она не искала встречи с тобой… ну, ты понимаешь. Обруби, чтобы она обиделась и уехала. По крайней мере, так мы будем уверенны, что она жива и здорова. На следующий день Уэйн принёс Кэролайн письмо и исчез прежде, чем она успела его распечатать. « Ты – самое прекрасное, что было в моей жизни, но я никогда не смогу дать тебе семейного уюта и спокойствия. В моей жизни нет места для семьи, по крайней мере, сейчас. Ты – блеск божественной милости, которой я был благословлён. Может быть, когда-нибудь, в других мирах всё ещё повторится. А пока – всё закончилось. Я всегда буду хранить твой образ в своём сердце. M.»