Окно напротив.

Прессе досталась лишь одна фотография и небольшой рассказ Дэна о свадьбе. Торжество удалось организовать тихо и мирно в узком кругу. Кэролайн была прекрасной невестой, а вместе с Дэном они смотрелись невероятно харизматично. Молодожёны поселились в просторной квартире в одном из престижных районов Лондона. Через день после свадьбы в квартиру явились двадцать курьеров с корзинами белоснежных роз и ценным пакетом, в котором оказалось раритетное колье из белого золота с жёлтыми бриллиантами. Ни поздравительной открытки, ни визитки не прилагалось. Дэн недоумевал. - Кто это, Кэрри? У тебя есть знакомый арабский шейх? Она пожимала плечами, прекрасно зная правду. Дэн пораскинул мозгами и переспросил: - Это Джексон, да? Только он может так швыряться деньгами. Кэролайн промолчала, а потом завела разговор о предстоящей поездке в Канны. Она собиралась отправиться туда вместе с Дэном. Жизнь, казалось, вошла в обычное русло. Прошло несколько месяцев после свадебных торжеств, и Кэролайн вполне комфортно чувствовала себя в роли молодой жены. Дэн был прекрасным мужем. Он часто устраивал ей романтические сюрпризы, советовался с ней, принимая важные для него решения, и дарил ей жаркие, исполненные страсти ночи. Он обожал её. Кэролайн позволяла себя обожать, с благодарностью принимая его любовь. Каждый день она работала по несколько часов в своём домашнем кабинете, время от времени навещала мать Дэна или обедала с его сестрой. Кристен так увлеклась подбором нарядов к предстоящему кинофестивалю, что Кэролайн невольно втянулась. Как и любая женщина, она не могла оставаться равнодушной к роскошным туалетам, которых они пересмотрели сотни, прежде чем на чём-то остановиться. К тому же, нужно было поддержать имидж Дэна, как успешного во всех сферах, талантливого актёра, у которого в жизни всё складывается лучшим образом. Он хотел появиться на красной дорожке с двумя красивыми женщинами – женой и сестрой. Кэролайн выбрала белое платье из шёлка с вышивкой ручной работы. Вышивка отливала насыщенным зелёным цветом, оттеняя её глаза. Подбирая украшения, она вытащила колье и браслет с изумрудами. Те самые, которые когда-то давно получила в подарок от Майкла. - Срань господня! – вырвалось у Кристен, завидев их, - Какая роскошь! Где ты это раздобыла? - Мне подарили, - закусила губу Кэролайн. - Что ж ты ему такое делала за это? – хитро посмотрела на неё сестра мужа. Кэролайн фыркнула. Кристен виновато заморгала и сказала: - Ну, ладно… прости. Но… - Я его безумно любила, - перебила её Кэролайн, решив, что именно эти украшения будут на ней в день открытия. Дэн вызвал овации, ступая по красной дорожке. Кэролайн – по правую руку, Кристен – по левую. Кристен в платье глубокого синего цвета была неотразима. Кэролайн – в белом с изумрудами была иконой элегантности. Они вошли в зал, напоминающий большой улей. Кэролайн надеялась, что всё обойдётся. Всего пару часов назад Дэн сказал ей, что именно новый музыкальный фильм Майкла открывает фестиваль. Она немного нервничала, надеясь, что Майкл в очередной раз продинамил светскую тусовку и остался в Штатах, рядом с детьми. Но войдя в зал, она просто кожей почувствовала – он здесь! Свет погас, и в зале стало тихо. Она, не мигая, смотрела на экран, боясь даже там увидеть его. Вернее, боясь того, как сильно она хотела его видеть. Кэролайн сидела, словно на иголках. Если бы она знала…. она бы ни за что сюда не поехала. Даже ради Дэна. Или, правильнее, именно ради Дэна. Господи, это никогда не кончится! Как бы убраться отсюда по-тихому? Она поднялась. - Ты куда? – шепнул Дэн, - Ты пропустишь самое интересное. Ты хоть посмотри, что он творит! - Я сейчас вернусь. В коридоре было пустынно. Охрана стояла на всех входах, но внутри они старались не нарушать царящую атмосферу. Кэролайн вошла в дамскую комнату и попила холодной воды прямо из-под крана. В голове немного прояснилось. «Я – грёбаная истеричка! Всех делов-то – отсидеть немного в тёмном зале…» Она посмотрела на себя в зеркало. «Ну, дура, блин!» Кэролайн несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула и вышла из женской комнаты. Внезапно кто-то схватил её за локоть и дёрнул к себе так сильно, что они вдвоём ввалились в соседнюю дверь. Неведомый злоумышленник щёлкнул дверным замком, и они оказались в кромешной тьме. - Фокси… - Майкл! - Ты великолепна! Ты надела мои подарки! - Майкл, ты псих! - Да, как скажешь. Она почувствовала, как его руки блуждают по её телу. У него была особая манера прикасаться к ней. Кончиками пальцев. Он заводил и щекотал каждый нерв кожи, заставляя сердце нещадно колотиться в груди. - Я так соскучился по тебе… Мне плевать на то, что делает с нами жизнь… Самое главное, что я всё ещё могу вдыхать твой запах и прижимать тебя к себе… - Майкл, не сходи с ума. Он замолчал и замер на пару секунд. А потом она услышала жаркий шепот в самое ухо: - У нас есть чуть больше 20 минут. И никто ничего не узнает. Ей снесло крышу. Полнейший мрак вокруг, его шепот и его прикосновения в кромешной тьме. Головокружительное чувство нереальности, блаженства и абсолютной безнаказанности за то, чего ей так хочется, просто лишило её всякого здравого смысла. - Сделай это, - прошептала она ему в ответ, - Очень быстро. В долю секунды он запрокинул подол её платья ей на плечи, схватил её за бёдра и насадил на себя. Она вскрикнула: - Чёрт! Какой же ты огромный всё-таки… Он двигался внутри ее, и она сходила с ума от невозможности целовать его, чтобы не испортить безупречный макияж. Его движения становились быстрее, заставляя её цепляться в его расшитый китель. По её телу прошёл разряд электричества, когда он излился в неё. - Майкл… что ты делаешь со мной? - А ты со мной? - Я люблю тебя. - Я люблю тебя ещё больше. - Бред какой. - Что? - Что мы сейчас говорим это друг другу. Как-то поздно… - Это никогда не поздно, Фокси. Она опустила платье. Он обнял её и прижал к себе. - Иди. Но я найду тебя. - Не стоит. Не делай этого. Она провела рукой по его волосам и вышла. В большом зеркале коридора она окинула себя взглядом. Ничего, чтобы намекало на распутную женщину. Разве что немного яркий румянец. Она вернулась в зал, когда начались титры. Зрители всё ещё не отводили глаз от экрана. - Зря ты вышла, - шепнул ей Дэн, - Это нужно было видеть. Кэролайн кивнула. - Что это за запах? – склонился к ней Дэн, втягивая воздух. - Что? - От тебя пахнет по-другому… Другие духи? - О..да… Освежилась немного. - Тяжеловаты. Кэролайн сглотнула комок в горле. Свинство. Полнейшее жестокое свинство по отношению к Дэну. Фильм закончился громогласными овациями и в зале зажёгся свет. - Прокрутите, мать вашу, это ещё раз! – кричали в зале. На сцену вышла съёмочная группа и Майкл. Он сказал пару слов благодарности всем, кто работал над фильмом, и, поблагодарив зрителей за столь тёплый приём, спрыгнул со сцены. - Нужно подойти к нему, - сказала Кристен, поправляя волосы. - О, нет, - попыталась возразить Кэролайн, - это совсем не обязательно. - Как это? – удивился Дэн, - Кэрри, он твой добрый знакомый. Мы просто обязаны подойти и поздравить его с успехом. Майкл ослепительно улыбнулся, увидев их. - Это было великолепно, - сказал Дэн, пожимая ему руку, - Просто высший класс! - Спасибо, я очень рад. Майкл поцеловал руку Кристен и спросил у Дэна: - Ты позволишь мне обнять твою жену? Дэн улыбнулся. - Кажется, моя жена до сих пор робеет перед тобой. Кэрри, ну что с тобой? Подойди же! Кэролайн подошла ближе, и Майкл нежно обнял её. - Ты сегодня великолепна, - повторил он,слова, которые говорил ей совсем недавно, и она немного покраснела. Она сказала что-то в угоду вежливости и отошла в сторону. - Его духи… - начал про себя Дэн, когда они покидали зал, но замолчал на середине фразы. Кэролайн его не услышала, направляясь к выходу из зала. - Я поеду домой, Дэн. - Что? Ты хочешь оставить меня здесь одного? - Кристен останется с тобой. - Кристен – моя сестра, а ты – моя жена. Ты должна оставаться со мной. - Дэн, ты знаешь, как я не люблю эти светские тусовки. Мне не нравится, когда меня рассматривают как скаковую лошадь на рынке. Эти вспышки везде, эти развратные миллионеры, которые всматриваются в сиськи, а не в глаза, их жёны, вечно укуренные и унюханные в хлам… Позволь мне уехать, а? Твою жену уже все рассмотрели. - Хорошо, Кэрри, если тебе так тяжело… Но сделай мне одолжение – останься ещё на день. У меня завтра важный деловой ужин, и лучше, чтобы ты пошла со мной. - Конечно, Дэн. Спасибо тебе за понимание. Дэн был приглашён на ужин довольно известным режиссёром, и рассчитывал, во что бы то ни стало, получить роль в его новом фильме. Старый и именитый режиссёр был человеком старомодным, очень ценил семейные узы, и Дэн, конечно, об этом знал. Он тщательно обдумывал предстоящую встречу, а Кэролайн заботило только одно – протянуть до утра и очнуться уже в самолёте, в относительном спокойствии. Она выбрала стильное обтягивающее фигуру платье из замши молочного цвета с блестящей молнией спереди по всей длине. В дополнении с высоко подобранными волосами и туфлями на очень высокой шпильке оно смотрелось исключительно хорошо. Дэн одобряюще кивнул, увидев жену при полном параде. Они устроились за небольшим столиком почти в центре зала. Режиссёр сидел рядом со своей женой – обаятельной женщиной лет пятидесяти. Они были очень приятной и простой парой. Кэролайн улыбалась, глядя на них, и едва могла поверить, что она видит перед собой людей, которых не испортило влияние славы и денег. Непринужденно разговаривая о том, о сём, она скользнула взглядом по залу и заметила Майкла за столиком в противоположном конце зала. Он ужинал в компании двух мужчин и одной пышнотелой блондинки. Он давно заметил Кэролайн, посматривая на неё и адресуя ей едва заметные улыбки. «В Каннах, наверное, туговато с хорошими ресторанами» - скептически подумала Кэролайн. Она весь вечер чувствовала себя неуверенно. Когда они перещли к десерту, она извинилась и вышла. Майкл, как и стоило ожидать, влетел за ней в уборную и защёлкнул дверь за собой. - Я же говорил, что найду тебя. - Я просила тебя не делать этого. Нашим отношениям не хватает только такой мелочи, как секс в общественных туалетах, - съязвила она. -Это временно. Он попытался приблизиться, но Кэролайн отстранила его рукой. - Знаешь, Майкл. В этом есть что-то больное. У нас с тобой даже не отношения, а сексуальная зависимость друг от друга. У тебя есть своя жизнь, у меня – своя. И всё. - Это всё временно. Просто сейчас так нужно. - Так всегда было нужно. И это никогда не закончится. По крайней мере, мне уже сложно во что-то верить. Он надменно улыбнулся и прислонился спиной к стене. - Что бы ты не говорила, ты всегда хочешь меня. И сейчас тоже. - Да! Да! Ты, как всегда, прав! Ты превращаешь меня в животное, Майкл. Ты этому рад? А я нет! Потому что я подло поступаю с человеком, который является моим мужем. - Он тебе не муж. - Интересно. А кто же тогда? - Галочка в документах. Это ты изменяешь мне с ним, потому что я – твой первый мужчина, и ты должна отдавать предпочтение мне. - Собери своих юристов, пусть они помогут тебе составить список того, что я тебе должна. И не забудь указать, что я должна сердечно любить твоих прошлых и будущих жён, как и армию временных утешительниц! Ведь это я сплю не с тем с кем надо, зато у тебя всё – зашибись, как правильно! Совсем зажрался! Он в одно мгновение оказался рядом с ней и притянул её к себе за талию. - Я даже думать об этом не могу... Даже думать не могу, что он прикасается к тебе. - Мне от этого не легче. Я уступаю тебе, а потом чувствую себя последней дрянью. Не взваливай этот груз на мои плечи, не мучай меня, Майкл. Не надо искать поводов, чтобы встречаться со мной. - Но ты его не любишь. Ты любишь меня… - прошептал он и потянул молнию на её платье. Оно разъехалось и открыло тонкое кремовое бельё на её золотисто-смуглой коже. - Боже!- выдохнул он,- Как красиво! Кэролайн чувствовала знакомую дрожь в коленках и горячую волну, которая ворочалась внизу живота. Нельзя! Нельзя позволять ему! Она упёрлась руками в его грудь и оттолкнула его. - Остынь, Майкл. Ничего не будет. - Фокси… - Я не могу так больше… Она визгнула молнией на платье и бросилась за дверь. - Кэролайн, мы заждались тебя, - улыбнулся ей режиссёр, когда она вернулась за столик. - О, прошу меня простить. Там огромное зеркало. Любая женщина теряет счёт времени, сталкиваясь с таким явлением, - отшутилась она. Дэн, дежурно улыбаясь, провёл глазами Майкла, который возвращался за свой столик. Она первым же рейсом вылетела в Лондон. Дэн не провожал её. Он был непривычно молчалив и насуплен. - Не сердись, Дэнни, - шепнула она прощаясь с ним, - поверь, так будет лучше для всех. - Для всех? А "все" это кто? - И для меня, и для тебя. - И что хорошего в том, что жена оставляет мужа одного в важный для него момент? Может, расскажешь? - Расскажу, - провела Кэролайн рукой по его волосам, - Я буду спокойна, буду радостно встречать тебя, когда ты вернёшься, приготовлю ужин… Вместо того, чтобы впадать в истерику и портить тебе нервы после этих показательных выступлений в стиле «селебрити». Он посмотрел ей в глаза и кивнул. Кэролайн не могла уснуть в самолёте. Лететь было не так уж долго, но время тянулось мучительно. Хотелось уже быть дома. В привычной и защищённой атмосфере. Побыть в полнейшей тишине или поставить приятную музыку. Нет, музыку не нужно. Любая музыка будет напоминать о нём. Потому что он сам – музыка. Кэролайн закрыла глаза и представила его лицо. Его тёплые карие глаза и жизнерадостную улыбку, такую озорную, что завидев её, хотелось шалить, как ребёнок. Она вздохнула. Всё равно нужно прервать эту связь. Она приносит слишком много мучений, угрызений совести, проблем с его окружением… Всё зашло в тупик, и никакого выхода не предвидится. Он никогда не сможет остаться. У него мир на плечах. А она – лишь пылинка в этом мире. Она должна. И это будет правильно, потому что всё равно ничего у них не получится. Сама жизнь уже несколько раз это доказывала. А спорить с ней - занятие неблагодарное. Знать бы ещё, как заставить себя сделать то, чему противится всё твоё существо. «Дэнни, - подумала она, - как мне полюбить тебя? Что мне сделать, чтобы я любила тебя так, как ты того заслуживаешь?» У Дэна не было никакого желания ложиться спать. Да и вряд ли он смог бы заснуть сейчас. В голове собралось столько разных мыслей, что, казалось, они сейчас разорвут череп на мелкие осколки. Тяжело было поверить в то, что, кажется, было вполне очевидным. Кэролайн обманывает его. Она смотрит на него своими лучистыми зелёными глазами, в которых столько детской ранимости, которым безоговорочно веришь, но в этих глазах живёт ложь. Она там была всегда, и он просто не замечал её? Или это просто сокрытие неизменных последствий случайной связи? Он выпил стакан виски и долго измерял шагами гостиничный номер, а затем решил спуститься в бар. В уютной атмосфере мрачноватого бара он почувствовал себя лучше. - Повторить? – улыбаясь, спросил бармен после того, как Дэн опрокинул первый стакан. Дэн кивнул. Он залпом выпил содержимое второго стакана и прежде, чем поднять третий, спросил у бармена. - Женщинам не нравится слава? Бармен, привыкший к окосевшим знаменитостям за своей стойкой, старался подбирать нейтральные ответы. - Наверное, бывает по-разному. Но мне попадались только такие, которые мечтают когда-нибудь прославиться. - А моя сказала, что она от этого устаёт. - Значит, и такое бывает, - кивнул, наливая ему очередной стакан, бармен. - Я думаю, что у неё есть секреты от меня, и устаёт она именно от меня, - вертя в руках стакан, вымолвил Дэн. - О женщинах никогда и ничего не знаешь наверняка, – улыбнулся бармен. Дэн выпил и собрался ответить ему что-то не очень приятное, когда услышал за спиной: - Боже мой! Вы же Дэниэл Уоррен! – восклицала красивая блондинка в несколько откровенном бордовом платье. - Да, - кивнул Дэн, - вы совершенно правы. А кто же вы, милая девушка? Он не запомнил её имени. Утром, проснувшись рядом с ней, он даже не вспомнил, как её зовут. Дэн прятал глаза, прощаясь с ней, а потом не мог смотреть на себя в зеркало без отвращения. Он никогда не думал, что поступит так с Кэролайн. Он ненавидел себя за это. Но… каким-то образом сохранившиеся ощущения от проведённой ночи укрепили чувство полноценности. Эта случайная связь была исполнена страсти и любви со стороны незнакомой женщины гораздо больше, чем ночи, которые он проводил в постели с Кэролайн.