Heathens

      Сказать, что утро не задалось — не сказать ничего. Утро выдалось отвратительным. Пробуждение далось девушке не с малым трудом. Мерзкая боль пронзила всё тело, мешая сосредоточиться. Она радовалась, что осталась жива после такого количества алкоголя. Но жуткая участь возвращения в реальный мир не могла радовать. Джейн не открывала глаза до последнего, хотя мозг уже начинал работать и неугомонно сообщал о боли. Боль, которая мешает не только думать, а кажется, даже существовать. С великим трудом девушка села на кровать, не замечая ничего вокруг. Ни чужой комнаты, ни соседа, который разделил её спальное ложе. Свет заставил её сощуриться, опустить голову вниз и уставиться на дрожащие руки. — Доброе утро, красавица , — раздалось из-за спины.       Сейчас она понадеялась на то, что её суперспособность всё-таки дала сбой. Плохое самочувствие не давало девушке словить нотки иронии в голосе Джеймса, из-за чего внутренний голос практически кричал. Нет, только не он! Кто угодно, но не Барнс. Джейн готова была представить себя в постели с кем угодно, будь то Тони Старк или даже Питер. Но только не он. Собрав все силы, она развернулась к парню. Тот залился смехом. Таким противным и таким громким. Морес никогда не замечала, что у него такой ужасный смех, до сегодняшнего дня. Возможно, восприятие искажалось благодаря похмелью, а возможно голос Барнса по истине не был так сладок. — Мы второй раз просыпаемся в одной кровати, — сил на разговоры не было, но съязвить Джейн была обязана. — Не пора ли нам перейти на новую ступень в наших отношениях? — Отношения с такой красоткой? — ели сдерживая смех, Джеймс протянул ей телефон, дабы она посмотрела на отражение в стекле. — Я тебя не достоин. — Так вот оно что, — томно протянула девушка, ужаснувшись своего же лица. Глаза словно налиты кровью, синяки под глазами приобрели оттенок Детройтской ночи, а волосы умоляли о шампуне и сопутствующей укладке. — Ты прав, ты совершенно меня не достоин! — Тебе нужно прийти в себя, — раздражающе бодро ответил Барнс, после чего резко поднялся с кровати. — Нас ждут великие дела.       Громкими шагами парень подошёл к одному из ящиков, достав оттуда упаковку каких-то таблеток. Он наполнил стакан прозрачной жидкостью и закинул туда два круглых раздражителя, мерзко шипящих. Это заставило Джейн снова съежиться. Почему всё происходящее так громко? Ей казалось, что Барнс даже дышит как-то по особенному, словно назло. Хотя в сегодняшний день он совершенно не казался злым. Будто даже заботился. Разумеется, он преследовал исключительно свои цели.       Джеймс протянул стакан девушке, а сам сел за любимый ноутбук. Большую часть времени он проводил именно там. Либо ему действительно так наскучила эта компания, либо же у него свои дела. Скрытность такого человека не дала бы узнать большего. Морес моментально опустошила стакан, жадно поглощая каждый глоток. Вот чего ей так не хватало — обыкновенной воды. Пусть кислой, шипящей но… Мокрой, что ли. Тишину прервал стук в дверь. Парень на автомате дал разрешение войти. — Слушай, ты не видел Джейн? Я не могу её… — ворвалась в комнату взволнованная Ванда. — А, вот ты где! — Что ты хотела? — поинтересовалась Морес, даже не задумываясь о глупости ситуации. — Мне нужно с тобой поговорить будет , — хитро улыбнулась Максимофф, вопросительно показывая на парня, отводя на него взгляд. — Ты как освободишься… Ну, в общем, я буду в комнате. — Хорошо, — выдавила из себя брюнетка, изобразив, что не понимает намёков Ванды. — Все уже разошлись? — Ещё вчера , — пожала плечами девушка. — Только Наташа осталась.       Ванда смешно удалилась. Хотя, своим появлением успела вогнать в краску брюнетку. Она итак отчаянно борется за жизнь, а тут ещё и стыд добавился ко всем предыдущим прелестям. Издав многозначительный вздох, она грохнулась лицом в подушку. Барнс, заметив такую реакцию, слегка приподнял один уголок губ и закатил глаза. Ему было плевать, да и ситуация по его мнению складывалась абсолютно нормально. Столько лет работы на Иоганна Шмидта научили не обращать внимания на мнение окружающих. — Теперь она думает, что мы спим , — Джейн хлопнула себя по лицу ладошкой, закрыв лицо, изображая то ли смущение, то ли возмущение. — И что? — Джеймс развернулся на стуле, уставившись на брюнетку. — Вот какая тебе разница? — Не знаю, — Морес раздвинула два пальца, открывая один глаз. — Как-то это не комфортно, что ли. — Расслабься, всем плевать, — парень выглядел холодно, ему и правда было всё равно. — Если тебе полегчало, то давай, двигай отсюда, мне нужно подготовиться.       Джейн не стала отвечать ему. Молча встав с кровати, она пошла на поиски Ванды. Ей действительно стало легче. Чем бы ни были эти чудодейственные таблетки, они явно помогли. Бредя на кухню в поисках воды, девушка столкнулась с Вандой и Наташей, мирно беседовавшими в холле на диванчике. Первая, узрев появление подруги, моментально подскочила и, предварительно извинившись перед рыжеволосой, утянула Морес в их комнату. Такой картины следовало ожидать. Джейн села на кресло в ожидании первой колкой фразочки. — И что же это такое было? — с трудом сдерживая улыбку, щебетала Ванда. — Мне нужны самые грязные подробности! — Ну… Мы спали в одной кровати, — Джейн свела брови вместе и слегка смутилась. — А ещё мы проснулись. А ещё он дал мне лекарство от головной боли. — Лекарство! — щелкнула пальцами Максимофф и полезла в сумку. Оттуда она достала пачку таблеток с непонятным названием, которое ничего не объясняло. — Пить по утрам, а так же перед каждым приёмом алкоголя. Надеюсь, не станешь их выбрасывать? — Ой, та ладно тебе, — она достала одну капсулу и незамедлительно проглотила. — Ты же обо мне печёшься. Спасибо. — А теперь я займусь тобой! — самодовольно улыбнулась Ванда. — Ты идешь на банкет, тебе нужно выглядеть подобающе… А во мне с детства живет дизайнер! Сделаем из тебя куколку! — она указала на сидящую брюнетку, очерчивая пальцем силуэт девушки. — А то выглядишь ты жутко.

***

      В холле дома собрались все, кто принимал непосредственное участие в происходящем, кроме Джейн. Каждый должен был выглядеть соответственно мероприятию, не взирая на удобства. Джеймсу было проще всех. Ему не раз приходилось бывать на подобных вечерах, так что брючный костюм для него не был помехой. А чёрный цвет был только к лицу. Казалось, что для Зимнего Солдата ничто не может помешать. Питер, Сэм и Ник Фьюри чувствовали себя крайне не комфортно. Никто из них не привык к смокингам. В чём-то им было проще, на них никто не возлагал надежды, они скорее были как запасной вариант, на случай, если «что-то пойдёт не так». — Это же кошмар какой-то, — с нервным смешком выпалил Стив, расстегивая пиджак. — Может я прикинусь уборщиком или официантом? Я не хочу в этом идти. — Ты мой спутник, Роджерс, — нежно проговорила Наташа. На ней было восхитительное алое платье, от которого парни не могли оторвать взгляд. Хотя скорее, они любовались прелестными формами девушки, которая своим видом напоминала небезызвестную Джессику Рэббит*. — Ты должен мне соответствовать. Из другого конца дома послышались женские крики. Парни уже были готовы пойти на помощь пострадавшим, а когда за криками последовал искренней смех Ванды, все успокоились. Максимофф за руку тащила подругу, которая только и делала, что возмущалась. — Вот вам ваша убивашка, — что есть сил, Ванда толкнула брюнетку в центр холла. — Питер, обнимай её постоянно, она отвратительно ходит на каблуках, ей как никогда нужна твоя поддержка. — Будто я был против, — засмеялся блондин, кидая оценивающий взгляд на его спутницу. — Платьице ничего так. — Особенно верхняя часть, она хоть что-то закрывает, — возмутилась Джейн, одёргивая короткую чёрную юбку. — Но давайте мы не будем обсуждать мой откровенный наряд, а перейдём к делу. — Согласен, — хлопнул в ладоши Барнс, привлекая к себе внимание. — Наташа и Стив поедут на его машине. Питер и Джейн — на такси. Остальные, включая меня, поедут хвостом за машиной кэпа. — Ну что же, парни! — отозвался Роджерс. — Мы делаем это исключительно для благого дела. — Всем удачи, — сказала Ванда и кинулась на шею к брату. Они редко общались в последнее время, до этого два года не виделись, но она ни на секунду не переставала о нём переживать. — С тобой всё будет хорошо, Питер, — прошептала она на ухо.       Все покинули здание, разбредаясь соответственно установкам Барнса, оставляя Максимофф одну в особняке, наедине со своими переживаниями. Джейн ехала молча, бросая украдкой взгляд на спутника сегодняшнего вечера. Он же выражал абсолютное спокойствие. Неудивительно. Ему ничего не грозит. Из всех людей лишь брюнетка готова была пойти на верную смерть. Ей казалось, что это лучший исход. — Не переживай ты так, — мягко улыбнулся Питер, взяв за руку напарницу. — Мы справимся. — Не знаю, — протянула девушка, сжимая ладонь блондина. — План такой… Ветхий? — С нами ты! Оружие сама-знаешь-кого! — ободрительно сказал парень, стараясь сделать голос тише, дабы водитель не услышал. — И плюс Джеймс. Я уверен, все будет прекрасно.       Машина затормозила. Водитель дал понять, что пассажиры прибыли к месту назначения, и протянул руку в ожидании оплаты. Джейн достала из клатча пару сотен баксов, кинув напоследок что-то вроде «сдачи не надо». Здание оказалось уютнее, чем они себе представляли. Музыка играла ненавязчиво, а маленькое количество ламп создавало полумрак, добавляя особенной атмосферы. Мэр ТʼЧалла так же выглядел приветливо, несмотря на слухи о нём. Он решил лично поприветствовать каждого прибывшего, не обойдя стороной и Питера с Джейн, которая на сегодняшний вечер должна быть Лилит.       Люди постепенно сходились и оживляли приём. Каждый выглядел по-особенному хорошо и несомненно богато. Некоторые были приятными и улыбчивыми, некоторые угрюмыми и недовольными, а некоторые стояли поодиночке, пытаясь избежать любого близкого контакта. Наташа постоянно включалась в беседы, щебеча своим прекрасным голоском. Ей нравилось происходящее. Это её место. Она заслуживала только такой жизни. Джейн наоборот чувствовала себя не в своей тарелке: на ней не её одежда, рядом не её люди, музыка, атмосфера, богатые хоромы — всё не для такой, как она. — Эй, кто-то меня слышит? — раздалось в ушах у каждого участника, включая парней в машине у входа. — Я видел его. — Охрана? Сколько людей? — поинтересовалась Джейн, придавливая пальцем левое ухо. — Стив, что ты видел? — Прошел мимо меня, я не знаю, как давно прибыл. Из охраны двое, замаскированы под обычных богачей, оружия не видно.       Охрана только ухудшала и без того ужасный план. Впрочем, чего стоило ожидать? Иоганн Шмидт не силён, что компенсирует потрясающим умом. Возможно, он ожидает засады. Вероятно, он всё-таки и сам прихватил оружие. Чем больше времени проходило, тем сильнее начинали волноваться все. Каждые десять-пятнадцать минут слышались голоса Джеймса или Фьюри, которым уже было невтерпеж убить «самое величайшее зло Детройта».       Внезапно музыка утихла. В колонках прозвучал приятный баритон, а в центре внимания показался мэр с микрофоном. Он вежливо попросил всех подойти как можно ближе к лестнице, на которой стоял. Красноречиво ТʼЧалла поблагодарил каждого присутствующего за появление на его вечере. По окончанию речи он сделал поклон, показывая уважение к каждому гостю. Как только мужчина спустился со ступеней, к нему подбежал Питер, умоляющий дать ему микрофон. Сначала мэр насторожился, ведь его город не самый спокойный и ожидать можно чего угодно. Но после того, как парень достал из кармана небольшую бархатную коробочку, ТʼЧалла смягчился и с тёплой улыбкой протянул юноше микрофон. Он мог бы отказать в чём угодно, но семья. Семья для этого человека всегда на первом месте. — Дамы и господа, прошу минутку вашего внимания! — громко и с выражением обратился Питер к публике, тем дав знак Стиву и Наташе. Они спешно удалились, пытаясь впустить парней в здание.       Открыть дверь чёрного хода оказалось легче, чем можно было предполагать. Из-за того, что Максимофф привлёк всё внимание, официанты и охрана, а так же остальной персонал приковали свои взгляды к происходящему. Кто-то смотрел с интересом, кто-то уже был на готовности. А поскольку запасной выход идёт через подвал, его никто и не собирался охранять. Ведь кому может понадобиться обокрасть подвал?       У Джейн забегали глаза. Она понимала, что сейчас будет, отчего становилось тошно. Нет, у неё не было совершенно никакого отвращения к Питеру. Просто к ощущению себя «не на своём месте», добавилось ещё такое. Пусть не по-настоящему. Но дискомфорт был самый настоящий. Когда блондин обратился к ней напрямую и попросил подняться к нему, девушка натянула глупую улыбку и подошла к лестнице. А внутри бушевали дикие кошки. Почему нельзя было сделать то же самое с Наташей? Наверное, потому что она публичная личность. Но легче от этого не становилось. Морес слушала пламенную и длинную речь Питера, который нарочно тянул время. Точнее делала вид, что слушала. Сама же она искала среди толпы знакомые лица. Как только показалась рыжая макушка Наташи, а следом за ней и все остальные быстро смешались с толпой, Джейн всё же начала чётко слушать каждое слово, сказанное в её адрес. Кстати, очень вовремя. — Лилит, дорогая, ты выйдешь за меня? — встав на одно колено, Максимофф протянул девушке кольцо. — Д-да! — нервно воскликнула брюнетка. Толпа замерла в ожидании. Такое событие было единственным интересным за весь вечер. В остальное время же приходилось вести высококультурные беседы. — Целуйтесь же! — послышался голос снизу. — Целуй! Целуй! Целуй! — начали скандировать гости. — Не ожидала я такого, — шёпотом сказала Джейн напарнику. — Такого следовало ожидать, — улыбнувшись, ответил парень, притягивая девушку к себе за талию.       В момент пара слилась в поцелуе. Из зала были слышны охи и ахи дамочек, которые заворожено наблюдали за происходящим, как и предполагал Ник. Все стали аплодировать, пока молодая пара спускалась по лестнице. Один лишь взгляд со стороны заставил брюнетку обернуться. Это наблюдал Иоганн. Он заметил. Всё получилось. Практически, за исключением последнего и самого трудного, непосредственно, убийства. Он наблюдал из конца зала, но не подавал никаких признаков, что собирается подойти. Сейчас важно было не отрывать взгляд от девушки. В то время, как она должна находиться одна. Из разных углов огромного холла за ней наблюдали. Оставаться одной оказалось сложнее, чем она думала. Сколько раз ей пришлось произнести слова благодарности? Не сосчитать. Наверное, каждая пара подходила и поздравляла Морес с помолвкой.       Как только люди плавно начали переходить в другой зал со шведским столом, брюнетка почувствовала касание руки на плаче. Шмидт всё-таки подошёл. Следовало только подождать. Он расплылся в улыбке, но глаза выдавали его ярость. — Идём со мной, — прошептал мужчина брюнетке и взял её под руку. — Дёрнешься — пристрелю. И ничего не оставалось, как повиноваться. Тут-то они и отошли от плана. Ни в какой туалет её не вели. Иоганн тащил девушку вверх по лестнице. — Зачем мы идём на крышу? — поинтересовалась Джейн, незаметно зажав кнопку в ухе левой рукой, делая вид, что поправляет причёску. Ей сейчас нужно было передать их будущее местонахождение. Само собой, ответа никто не ожидал. С немалой силой Иоганн толкнул девушку на крышу. Потеряв равновесие, Джейн упала, разодрав оголённые ноги в кровь об напольное покрытие. — Ты думала, я поведусь на этот спектакль с предложением руки и сердца?! — Шмидт подошёл к лежащей девушке и наклонился. — Что ты задумала?!       Дверь крыши вновь распахнулась. В неё вошли Джеймс со Стивом. Это выглядело геройственно. Словно воссоединение старых друзей и по совместительству хороших солдат. Каждый держал в руках пистолет, направляя в голову безоружному Иоганну. Тот в ответ лишь рассмеялся. Он не собирался сбегать, нападать, сдаваться. Он лишь спокойно развернулся к парням. — Джеймс… Дорогой, что же ты нападаешь на старика? — он обернулся снова к девушке, достал из-под пиджака своё оружие и наставил на брюнетку. — Вы теперь работаете вместе? Я могу считать себя Купидоном? Джейн подняла руки. Она не могла ничего ответить. Ей было страшно. Таблетки, вероятно, подействовали странно. Не было яростного желания убить мужчину. Девушка затряслась. Это так на неё не похоже. — Она такая милая, когда боится, — протянул Шмидт. — Наверное, так похожа на твою сестру. Джеймс сменился в лице. Стив и Морес не на шутку испугались. Такого Зимнего Солдата они ещё не видели. Казалось, что он сейчас разнесёт всё здание. — Баки, стой! — крикнул Стивен. — Он провоцирует тебя, ты что, не видишь? — Да мне всё равно! — ответил парень и бросился на стоящего Иоганна.       Одним движением ноги с разбегу он выбил из рук мужчины пистолет. Создалось впечатление, что ярость наделила его сверхсилой. С неимоверной легкостью Барнс ухватил Шмидта за пиджак и потащил к стенке. Одной рукой он прижимал соперника к стене, другой бил. Беспощадно. Со всей злобой, что жила внутри годами. Иоганн уже начинал плеваться кровью, но мерзкая улыбка не сходила с лица. Он был не похож на себя. Слишком спокоен. Возможно, следовало чего-то ожидать? — Что ты знаешь?! — Джеймс дёрнул его за воротник. — ОТВЕЧАЙ! — Это я убил твою сестру, — непринуждённо говорил мужчина, слегка покачивая головой. — Формально не я. НО мои люди. — ЗАЧЕМ?! — снова удар по лицу. — Они были лишними, — засмеялся Шмидт. — И ты думал, что это Тони. Ты мстил. Это было прелестно.       В ярости Барнс кинул мужчину на пол. Избивал по лицу. Один удар за другим. Лицо Иоганна превратилось в кровавое пятно. — Баки, хватит! — кинулся Стив к другу. — Не! — удар, — называй, — удар, — меня, — удар, — БАКИ! — снова удар. — Баки бы не убил этого ублюдка. Зимний Солдат убьёт.       Шмидт захлёбывался собственной кровью. Совершенно никакого сопротивления. Роджерс и Джейн стояли ошарашенные, боясь даже шевельнуться. Картина выглядела ужасающе. Ещё и странное поведение Иоганна не давало покоя. Сюда сейчас ворвутся? В здании бомба? Что он задумал? — Пистолет, — послышалось от Барнса, который протянул руку вперёд.       Капитан замялся. Ему не хотелось видеть происходящего, а тем более собственными руками дать оружие для убийства. Брюнетка подбежала к Роджерсу и выдрала из его рук пистолет. После чего покладисто подошла к Джеймсу и вручила оружие, оставаясь рядом. Ей показалось, что Шмидт уже мёртв. Но, несмотря на многочисленные удары, он зашевелился. Это было похоже на смех. Смех, который давался ему с огромнейшим трудном. — Что-то ещё хочешь сказать? — холодно и на удивление спокойно спросил Барнс. — Ты думаешь, что это конец войне? — Шмидт ели выговаривал слова. — Война ещё даже не началась.

Выстрел. Смерть. Всё наконец-то закончилось. Кажется.