she should have been dead

Я даю ему один взгляд (секунды тянутся, как жвачка, и она прилипает к волосам) я даю ему один взгляд, и он улыбается, он говорит: «хорошая работа», он говорит: «спасибо», я никогда не видела его глаза такими леденяще голубыми, он принимает меня с грязью на моей куртке и кровью на коленках, он принимает меня с «он мёртв», слетевшим с губ, и эти слова вовсе не несут в себе значения выполненного задания, как он может подумать; я была внутри кратера на Луне, и он был тёплым и улыбающимся, я разговаривала с ним, и он жал мне руку, он открыл мне ворота и сказал: «проходи», а затем, несколько дней спустя, я выстрелила в него, вот что происходит, когда ты пытаешься помочь, вот что происходит, когда к тебе начинают доброжелательно относиться (я была создана, чтобы разбивать сердца, в физическом или ментальном смысле) теперь я вся окрашена в чёрный, но Арнольд всё ещё остаётся белым, его руки чисты, и они охватывают мои, грязные, с запёкшейся на них кровью, он никогда не поверит мне и никогда не признает вину, он должен быть идеальным, это его предвыборная кампания (моя предвыборная кампания — убить себя) я родилась, чтобы разбить кому-нибудь лицо и перерезать чью-то глотку, и я могу всё это сделать даже с собой, если Арнольд развяжет мне руки, но я слишком хороша, чтобы быть просто мёртвой (но я могу ошибаться) я была королевой пыльной ямы, пока Сэм не протянул мне руку, и я была королевой своего разбитого сердца, пока Арнольд не привёл меня сюда, и я была никем, пока не встретила тебя, Вернон, это было прежде всего, и это было так давно, я никогда не чувствовала себя более ностальгирующей (у меня были ключи, и твоё сердце было замком, но ты забрал его с собой в могилу) и я могла бы быть королевой твоей могилы, если бы Арнольд не привёл меня сюда, я думаю, что все они делают всё только хуже, потому что я не хочу быть спасённой, разве нет? что со мной не так? что с ними не так? я верю, что ты понимаешь, иначе ты бы мне не отвечал.