she should have been dead

В — весной я всё ещё выгляжу холодной, моя кожа — это поверхность Урана, прикасаться ко мне больно, так что не надо, милый, лучше этого не делай, Р — ростки цветов прорастают из плохой почвы, сердце болит совершенно новой песней, другие слова вертятся в голове, надоедая, всё, что с нами было, всё временно, будет другая жизнь и другие вещи, продолжающие волновать, другой смысл и другие метафоры, всё это временно, вот только вокруг меня продолжает холодать, Е — единственная строчка, что о тебе, продолжает повторяться: «я-не-верю-что-кто-то-чувствует-то-же-самое-я-не-верю-что-кто-то-чувствует-то-же-самое-к-тебе», М — меня не волнует, температура слишком низкая, деревья растут в темноте, деревья цепляются за меня, заставляя пригнуться, заставляя катиться вниз, земля мокрая и холодная, и чёрная, чёрная, как твои огромное зрачки, как моё прогнившее сердце, всё это временно, я знаю, другие слова растягиваются в одну огромную песню; но что, если слова другие, а смысл — тот же? что, если? Е — (если бы ты хотел узнать, ты бы это уже сделал) Н — но я вижу твоё лицо, покрытое солнечными лучами, вижу твои руки, они такие тёплые, я просила тебя не прикасаться, но ты делаешь это, ты обнимаешь меня, и это такбольнотакбольнотак, Н — нет, Вернон, Господи, нет, цвет покидает твои глаза, твоя кожа тускнеет, пожалуйста, нет, холод — это временно, так же ты говорил, холод ничего не значит, смотри: О — озерная гладь, тихий ветер, вот только он становится ледяным, и озеро покрывается коркой, и в твоих пшеничных волосах снег, и мои пальцы не отцепляются от твоих плеч, наверное, милый, мы здесь останемся, наверное, это не временно, это навсегда.