she should have been dead

Я никуда не исчезну: буду здесь, с руками, прибитыми к кресту, с тысячью ножей, воткнутых в мою спину, с ранами по всему телу и распоротой грудью, мои органы будут свисать, как ветви деревьев, моё сердце будет снова открыто, как всегда, и это ни к чему не приведёт, люди будут смотреть, как я мучаюсь, и люди будут думать, что я это заслужила, что причина всегда есть, что она есть и у моей казни, вот только... что они знают? что они знают обо мне? о слезах в четыре часа утра, когда солнце только чуть проявляется на горизонте, а ты не можешь даже подняться с пола, и от этого плачешь только сильней? что они знают о том, как это больно — не быть распятым на кресту, с кровью, текущей по всему телу — а смотреть, как единственное хорошее, что есть в твоей жизни, исчезает, и знать, что это всё — твоя вина? что они знают обо мне и о тебе, Вернон, о том, через что мы прошли? история написана победителями, и прошлая война — их победа, а мы теперь — враги народа, мы — грязь на новых ботинках и плевок на асфальт, мы — таракан, размазанный по полу кабака, вот только ты теперь мёртв, а я изнываю от боли, их наказания никогда не имели смысла, потому что больше всего нас наказали мы сами, и моя кровь падает на землю, а, спустя дни моего пребывания на этом месте, из земли начинают расти цветы.