Игрушка, научившая любви.

***

Какая девушка не любит добрые, волшебные сказки о прекрасном принце, влюбившемся в простушку? Думаю, каждая в детстве, а некоторые и по сей день, мечтают стать главной героиней таких любовных историй. Но всё ли так замечательно, как доносят это до нас авторы сих произведений? Ведь у монеты всегда две стороны, и, засматриваясь на одну, мы просто-напросто не замечаем другой. Так значит ли это, что все счастливые истории основаны на безудержной, сладостной лжи? На мой взгляд, да… Безусловно, да. Поэтому я поведаю вам свою «сказку»; историю первой любви и глубокого в ней разочарования…

***

Устав от бесконечных, выматывающих переездов, семья главной героини наконец-то остановилась в одном из бедных районов Парижа. Старшая дочь, Софи, которой и посвящен этот «шедевр», сразу же устроилась на подработку в косплей-кафе, обслуживая в милом, но достаточно открытом наряде, верхушку социального общества. Младшая же дочь, Элизабет, по совместительству любимый ребёнок своих родителей, нашла работу посолиднее — хостесс известнейшего ресторана «Pur' — Jean-François Rouquette», не желая опускаться до уровня ненавистной сестры.

— Ненавистной? — Да. — Но почему? Я думала, в такой ситуации люди поддерживают друг друга… — Между ними лишь видимость тёплых, семейных отношений, которая существует благодаря Софи, искренне любящей сестру. А та, в свою очередь, лишь пользуется добротой, скрывая свою настоящую сущность. — Тогда откуда такая неприязнь у младшей? — Разница в возрасте у них всего год, и девушки достаточно похожи, но всё же, с самого рождения окружающие детей люди выделяли не Лизи, а её сестру. В школе та же ситуация: про малышку все забывали, стоило только Софи появится рядом, что уже говорить про мальчиков, которые с ума сходили от старшенькой. В общем, она завидовала обворожительной внешности Софи и обвиняла её во всех своих неудачах в общении с людьми, хотя на самом деле девушка лишалась их из-за своего стервозного характера. Вернёмся же к нынешним дням обеих сестёр.

В косплей-кафе, где работает Софи, которое, кстати, называлось «Femme de chambre café», частенько захаживали ученики элитной академии «Sweet-Amoris», подавляющая часть которых была самовлюблённой, меркантильной, высокомерной, наглой и жестокой, но, к сожалению, ни преподавателей, ни родителей не волновал скверный характер отпрысков. Но это лишь пол беды. Академия «Sweet-Amoris» — учебное заведение для богатеньких детишек, которые обладали такой привилегией как собственная протеже. Они становились владельцами судеб своих «игрушек» (кстати, это прозвище было придумано ими же). Так как у большинства покровителей характер, мягко говоря, был «не сахар», жизнь принадлежащих им протеже превращалась в Ад. Причём, самый настоящий: мало того, что они терпели вечные унижения, иногда изощрённая фантазия отдельных экземпляров доходила до того, что бедняги попросту становились секс-рабами своих «палачей», не смея противиться воле Господина. Но слава Богу, такие случаи были крайне редки. Один из таких жестоких и надменных учеников являлся постоянным посетителем «Femme de chambre café», и он сразу же заметил новенькую официантку-горничную. Его интерес к ней возрастал с каждой встречей, но нет, эта была не влюблённость и даже не симпатия, парня завлекало и манило её тело, сексуальное, аппетитное, недоступное… Изо дня в день, когда его друзья вели обыденные пустые разговоры, он засматривался на девушку; на её белоснежную кожу без изъянов; золотистые, шелковистые волосы, до которых лишь раз, да и то мимолётом, удалось прикоснуться; глубокие, словно омут, голубые глаза; округлые формы, едва виднеющиеся из-под нескромной одежды. В такие моменты, в его голове одно за другим возникали непристойные желания, и он в подробностях представлял, как и в каких позах трахает эту невинную и привлекательную девчушку. И в один прекрасный день, юношу осенило — «служанка» должна стать его протеже. Немного заморочившись, он разузнал её адрес, и, не раздумывая, отправился к родителям блондинки с великолепным, по его мнению, предложением. К счастью для парня, уговаривать их долго не пришлось, и все, что ему оставалось— рассказать эту новость своей новой «игрушке», вручив индивидуальный парный браслет, некий символ принадлежности.

— Стоп, стоп, стоп. Неужели родители не знают о порядках, царивших между протеже и её покровителем? — Несомненно, знают. О них все знают. — Тогда почему они так легко «отдали» Софи под покровительство этого парня? — Ох, ну… по каким-то причинам старики не питали тёплых чувств к старшей дочери, поэтому и её жизнь в качестве служанки их не волновала, главное, что появилась возможность сэкономить.

Поймав светловолосую в переулке, где находился служебный вход в кафе, он прижал её к стене, с упоением наблюдая за реакцией. Девушка, узнав в «маньяке» постоянного клиента, не сводившего с неё стальных глаз, когда та появлялась в зале, (о, да, она знала, что парень постоянно наблюдает за ней, и, в какой-то степени, ей даже нравилось его внимание), задрожала, как осиновый лист. Волна страха накрыла её сознание, неприятный давящий ком образовался в горле, не давая возможности связать и двух слов. Молодой человек, поняв, что девушка не собирается звать на помощь, усмехнулся и, небрежно притянув к себе руку блондинки, зафиксировал на запястье аккуратный золотой браслет тонкого плетения с непонятной гравировкой на застёжке. — Теперь ты принадлежишь мне, — он слегка прикусил нежную кожу на костяшках девичий руки и ухмыльнулся. Софи бросило в жар. Из рассказов коллег, она знала, что значит быть протеже богатеньких придурков, поэтому эта новость нисколько не обрадовала блондинку. Теперь девушка пожалела, что при любой возможности старалась взять столик, за которым он сидел, себе, что польщалась беспричинному вниманию с его стороны. В её голове наконец-то всё встало на свои места. — Извини, но я не хочу, — сглотнув, осторожно пролепетала девушка. Нарываться на неприятности не было никакого желания, но и просто «проглотить» это она не могла. — Кажется, ты чего-то не поняла, — глухо прохрипел парень, наклонившись к шее блондинки, опаляя кожу горячим дыханием. — Я тебя не спрашивал, хочешь ли ты этого, я поставил тебя перед неоспоримым фактом. Внезапно его рука спустилась на девичью талию, бедра, сжала ягодицы, а затем скользнула между ног… Большим пальцем он провел по кружеву и так же внезапно, как начал, остановился. Не смотря на огромное возбуждение и такое же огромное желание овладеть девушкой, юноша решил, что этого вполне достаточно, но только пока. Софи стояла, прижатая к стене, и не могла пошевелиться. В одно мгновение тело перестало слушаться, а дыхание перехватило. Его прикосновения не то что не возбуждали, а даже наоборот, вызывали отвращение и ненависть. — Озабоченный кретин! — выкрикнула светловолосая, после прибывания в минутном шоке и оцепенение, и уже собиралась дать своему «несостоявшемуся насильнику» пощёчину, как тот, предугадав её действия, схватил за запястье и грубо прижал руку к стене. — А малышка с характером попалась, — довольно хмыкнул молодой человек. — Мм… — он медленно провел языком по нижней губе. — Значит, будем воспитывать. Опять нервно сглотнув, девушка попыталась высвободить онемевшую руку, но наткнулась лишь на больший напор. — Стой смирно, — прорычал парень. — Завтра к 8 AM за тобой подъедет машина, будь добра, собраться к этому времени, потому что ждать тебя никто не будет… Он усмехнулся, (какой раз уже за этот день?), и как ни в чём не бывало ушёл, оставив Софи так и стоять в замешательстве около «несчастной» стены.