Конец демократии

      ...Времени ему не хватило, и он читал про и.о., пришедшего на замену сенатору Ласс, в тот самый момент, когда и.о. говорил перед Сенатом. Хакс поглядывал на него, потом - на его фото в числе прочих сведений. Фото было похоже: недавнее. И сам паренек недавний, недавно выбранный в штаб от партии промышленников, той же, которая выдвигала сенатора Ласс. У них там самые влиятельные личности - промышленники, отмечал Хакс, скашивал то и дело глаза на вспыхивающие оповещения, нажимал кнопку голосования. Инструкции, что поддерживать, а чему возражать, прислали ему из дома заранее. Воля целой планетарной системы важнее и весомее собственной воли сенатора. Его избрали не для того, чтобы думать своей головой, а для того, чтобы выражать эту самую волю. Его об этом предупреждали, ему об этом же говорил сенатор Куоне. На народном избраннике лежит ответственность отставить в сторону свое понимание мира, свои амбиции и даже свою совесть, если придется.       Новенький и.о., судя по произнесенной в начале заседания речи, наполовину состоявшей из скорби по сенатору Ласс, наполовину - из обещаний не менять курса и придерживаться прежней линии, выражал волю промышленников, как и его предшественница. Хорошая кандидатура, думал Хакс, проглядывая сведения о нем, собранные с публичных страниц. Очень похож на предшественницу, тоже совладелец частных верфей, управленец там же, пока не ударился в политику. Взгляды - прогрессивные. Не единожды высказывался о неизбежности войны с Первым Порядком.       Убьют ли его тоже, подумал Хакс, и как скоро. Прислушался к пространной речи сенатора Крей'Леру о том, что государство не должно отвечать за репродуктивный выбор индивидуума, усмехнулся, проголосовал за индексирование республиканских надбавок родителям-одиночкам, углубился в чтение дальше. Бен Соло заглядывал ему в экран через плечо, читал пару строк и снова вставал на дальний край платформы, в тени, куда с трудом доставали камеры, и громко зевал.       Хакс вывел на экран фотографию сенатора Ласс, рядом - фотографию ее и.о. Подумал: глупость это, что живые существа не взаимозаменяемы. В личной жизни, где важны детали - быть может, но в общественной - пожалуйста. С точки зрения Сената - одинаковые существа. Если связаны с лобби - то и лобби, наверняка, одно и то же. Много ли выиграл Первый Порядок, сменив одного сенатора на другого, почти такого же? Трудно было не догадаться, что вперед пропихнут именно этого гражданина, он так стремительно шел вверх, что на следующих выборах толкался бы с не вовремя почившей Ласс.       Или он - секретный ставленник Первого Порядка, подумал Хакс, прочел уведомление, проголосовал за изменение процедуры регистрации малотоннажных судов. Сейчас-то он за военные действия, а как дойдет до дела, раз - и станет против. И таким вот образом уберут и заменят всех воинственных, и в Сенате настанет полное согласие. Один я буду торчать, как уплотнитель из шва обшивки, думал Хакс, но я не буду иметь значения. Или тот, кто меня недозастрелил, скоро исправит ошибку. Он посмотрел зачем-то вверх, под купол, где парила платформа консула, отступил подальше от бортика. Бен Соло за спиной встрепенулся, подвинулся ближе, и от него скоро стало тепло и запахло тем же, чем пахло под одеялом ночью. Хакс с силой свел лопатки, дотянулся, проголосовал против перехода спорных участков входа в гиперпространственные пути в республиканское владение.       Поправил на мантии траурную красную брошь. Сенатор Ласс смотрела с фотографии серьезно. Сразу видно - деловая персона, подумал Хакс. Для планет, которые много производят, лучшие политики - те, кто понимает во всей этой кухне. Управленцы.       И и.о. управленец. Чем же вы все-таки отличаетесь, подумал Хакс, проголосовал за поправку в республиканские санитарные нормы о карантинном содержании животных в портах. Выслушал речь консула о неспокойных временах, в которые нам следует особенно сдерживать себя и не поддаваться панике, а сохранять трезвый ум, тронул брошь и пропустил Бена Соло вперед себя на выход.       ...Кофе выпили в молчании и еще взяли с собой.       - Нужно спать, - сказал Бен Соло на пороге приемной. - Все равно к вам сегодня никто не придет.       - Вы ошибаетесь, я нужен народам Республики, - сказал сенатор Хакс, взял у секретаря почту, выслушал: сообщения у вас на терминале, записи до обеда отменили. Джедай громко хмыкнул. Хакс подумал: сидят по норам. Пусть сидят. И я стану сидеть.       Он запустил Бена Соло с кофе, зашел следом сам, открыл сейф, достал скрепленные зажимом листки. Переписал адрес с одного, потом с другого, высунулся в приемную, протянул Денхе Марленгу.       - Свяжитесь с этой персоной и переведите на меня. Скажите, что у меня есть работа. И, - он подал другой листок, - соберите мне все, что есть в публичном доступе про это здание. Владелец, назначение, когда и кем построено, планировка, перепланировка, оборудование, арендаторы...       Денха Марленг устроил листки на стол перед собой и положил пальцы на клавиши.       - Может, нужно довериться Ордену, - сказал развалившийся в кресле Бен Соло. Что случилось со скромным сидением в углу, подумал Хакс. Бен Соло свел и развел колени. - Сила говорит, что       это слишком опасное дело, чтобы распутывать самим.       - Никому ни слова, - сказал Хакс. - Про то, чем я занимаюсь.       Бен Соло поднял руку с подлокотника, лениво махнул. Зевнул, прикрыв обширный рот обширным кулаком. Хакс подвинул к себе один из стаканов. Сказал, не поднимая головы:       - Идите пока досыпать, вы не в форме.       - Вы тоже, - сказал Бен Соло, - идите со мной.       Хакс снял со стакана крышку. Сейчас бы не стакан, а белую чашечку, и не Бена Соло, а сенатора Куоне. Сенатору Куоне всегда было что сказать умного, посоветовать или хотя бы отвлечь. У сенатора Куоне припасены истории молодости. У Бена Соло молодость недостаточно отстоит во времени, чтобы рассказы его перестали быть утомительно личными и стали развлекательными.       Хакс просмотрел почту, потом электронные сообщения, поместил на экран уже знакомые фото уже знакомых лиц. Сенатор Ласс и ее нынешний и.о. Хакс отстучал секретарю сообщение: сведите мне в одно место все его голоса в их местном правительстве. И то же самое - для сенатора Ласс, а также то, что она наголосовала здесь, на Хосниан Прайм. Поглядим, на что рассчитывали те, кто устроил эту рокировку. В Сенате нужен свой человек именно для того, чтобы он проталкивал свои решения.       Бен Соло заворчал, попытался забраться в кресло с ногами, потерпел неудачу и, не открывая глаз, устроился щекой на спинке, сложно перекрутив руки так, что они обе лежали рядом с рукояткой светового меча.       - Кошка у меня неласковой породы, - сказал Хакс негромко. Бен Соло подрагивал ресницами, приоткрыв рот. - Территориальное животное, считает своим все, до чего доберется и где оставит шерсть. Тем не менее, я одержал несколько побед, отвоевал у нее кровать. Но она порою нарушает наш договор о капитуляции. Ложится до меня, потом уступает место, но не уходит, остается рядом, там у меня такая тумбочка, - Хакс очертил ладонью на столе, перешел на шепот: - Сторожит. Каким-то образом чувствует, когда это необходимо.       Бен Соло подпихнул себя в кресле выше, лег на верх спинки ухом. Хакс подумал: это какой-то механизм, одинаковый у котят и у людей: что на нагретом живым теплом гораздо спокойнее спать. Он допил, отдуваясь, остатки кофе, встал сбоку от стола, где посвободнее, повел плечами, выскользнул руками из рукавов мантии, подобрал подол, стянул через голову. Накинул на кресло, расправил. Сел на край кресла, пихнул Бена Соло бедром, тот переложил ноги, и Хакс затолкал себя глубже, в теплое и пахнущее вчерашними простынями. Сунул руку между собою и подлокотником, расстегнул кобуру. Бен Соло вытянул одну руку из-под себя, уронил Хаксу поперек бедер. Хакс поднял ногу, рука скатилась ему на живот, и Хакс прикрыл глаза, позволил голове отяжелеть и скатиться, как удобно: тоже в теплое и щекотное волосами. Кофе действует не сразу, эффективнее всего подремать до того, как наступит бодрость. Он повозил плечами. Бен Соло глухо заворчал в макушку.       Хакс подумал: тоже своего рода бестия.       Проснулся от сигнала. Облизнул зубы, сглотнул кислое, снял с себя руку джедая, наклонил голову и подался вперед, и щека Бена Соло съехала ему с макушки на шею. Хакс коротко потянулся, придержал кобуру, развернул экран и нажал прием. Прокашлялся. Сказал:       - Мне порекомендовал вас господин Сож'Фахиз.       На том конце молчали. Хакс оглянулся на севшего прямо Бена Соло. К щеке его пристал волос. Хакс показательно потер свою. Бен Соло не понял, глядел распахнутыми, прозрачными со сна глазами.       Раздался щелчок, и искусственный голос произнес:       - Мы теперь на защищенной линии.       - Великолепно, - сказал Хакс, сморгнул, потер уголки глаз пальцем по очереди. - Как я уже упоминал, мне порекомендовал вас...       - Сказала, наверное, что дорого беру.       - Не без этого.       - Не дороже этой сплетницы.       Хакс медленно кивнул. Если бы было дороже, ему нечего было бы в этом месяце посылать домой. Он сказал, наблюдая, как Бен Соло массирует лицо:       - В ваших ли силах будет добыть и расшифровать информационный пакет, пришедший на адрес комитета безопасности? И достать мне запись разговора, тоже с комитетом безопасности.       На том конце помолчали. Спросили:       - Пакет присовокуплен к делу?       - Э... по всей видимости.       - А запись разговора?       - Не имею представления.       Собеседник озвучил сумму. Бен Соло, добравшийся до остывшего кофе, поперхнулся. Хакс шикнул на него и сказал, наклонившись к динамику:       - Внушительно.       - Надбавка за риск, сенатор. То, за что могут замести, естественно стоит дороже.       «Замести». Хакс нахмурился, спросил осторожно:       - А не виделись ли мы с вами сегодня утром?       На том конце быстро сказали:       - Ни в коем случае.       Хакс подумал: по большому счету - есть ли мне дело? Если работа будет выполнена. В конце концов, каждый имеет право на столько личностей, сколько ему нужно.       - Работа срочная.       - За срочность тоже надбавка.       Школе искусств, на открытии которой Хакс говорил речь и утомил спину, наклоняясь обнимать детей для снимков, придется перебиться без очередного пожертвования. Имидж мецената станет неважен, если его убьют либо арестуют. Хакс на всякий случай присел на край стола, выслушал сумму. Спросил:       - Какие детали вам нужны, чтобы приступить?       Нужны были только адреса. Хакс обошел присосавшегося к стакану Бена Соло, продиктовал. Записал номер счета, куда нужно будет перевести средства, и дату, когда ждать результата. Долго... но до итогового голосования по военному бюджету еще дальше.       - А что же не берете наличными? Так, я слышал, безопаснее.       - Жалею клиентов. Они замучаются тащить такие суммы на себе.       - Приятно иметь дело с предупредительным специалистом.       Собеседник отключился, не прощаясь.       - А сколько вы жертвуете Ордену? - поинтересовался Бен Соло.       - Пусть это останется маленькой благотворительной тайной, - пробормотал Хакс, вызвонил Денху Марленга, попросил добыть мешок для мантии и отправить ее на квартиры.       ...Пакет прошел по внутренней почте и веско ухнул в терминал Хакса уже под конец рабочего дня. Сенатор Хакс успел до этого момента вдоволь наглядеться на и.о. сенатора Ласс во всех ракурсах, а Бен Соло успел обтереть собою все углы. Хакс помимо воли думал: помечает. Оставляет мех. Дроид-уборщик ездил за Беном Соло и подбирал волосы и чешуйки кожи: пыль и запах, которые образуются от живых организмов. Джедай отгонял его ногой. Хакс все собирался его отослать, но забывал, зачитывался проектом реформы землепользования плодородных миров.       Первым делом сенатор Хакс потянулся. Потом размял пальцы, шею. Сказал себе: спокойнее, без лишних надежд. Открыл и распределил по экрану документы, сложил локти на стол и устроился подбородком на сплетенных пальцах.       Сенатор Ласс и ее и.о. не отличались практически ничем. Они были равно неудобны для Первого Порядка, судя по решениям, которые они принимали... точнее, принимали большей частью за них, дома. Сенатора, который чаще положенного занимается самодеятельностью, быстренько снимут с должности. Или просто не дадут переизбраться. Первый Порядок это наверняка знает. Если это их ставленник, то какой-то он, воистину, странный. Если только Первому Порядку не принципиальны пошлины на слабоалкогольные напитки. Сенатор Ласс голосовала за повышение, ее преемник - против. Хакс потер подбородок. Поднял взгляд на Бена Соло. Тот разглядывал рукоятку светового меча и водил ногтем в шве между деталями.       Хакс вывел на экран публичное досье на сенатора Куоне, где делал в отдельном документе свои личные пометки. Всегда следует наблюдать и запоминать, когда подбираешься близко. Даже если делаешь это ни с какой иной целью, кроме как приятно побеседовать за трапезой в забегаловке без претензий. Всякий сенатор - потенциальный политический противник, нельзя этого забывать. Хакс вывел досье и на себя, подвигал пальцем по экрану, разложил фотографии в ряд. Два неудачных покушения - одно удачное. Он передвинул свою фотографию ближе к сенатору Куоне. С другой стороны, двое поддерживают войну с Первым Порядком, один - нет. Хакс отодвинул сенатора Куоне к краю экрана.       Может ли так быть, что три покушения подряд связаны только тем, что произошли на Хосниан Прайм? Сенатора Куоне мечтают угробить уставшие ждать наследники, думал он, возя пальцем свою фотографию из одного угла в другой. Сенатора Ласс - натурально Первый Порядок или, допустим, какие-нибудь лоббисты, чьи деньги она взяла, но проголосовала против внесения порно в программу финансирования кинематографа. Меня - допустим, злые сепаратисты какой-нибудь планетки, которая решила, что может выжить одна, а я ее не поддержал.       - Когда вас ко мне приставили, - сказал сенатор Хакс, поискал взглядом Бена Соло, привстал, нашел его за креслом, где он сплел ноги и опять едва дышал. Открыл глаза, и Хакс продолжил: - Когда вас назначали на эту работу, сообщали ли, откуда ждать опасности прежде всего? Помимо Первого Порядка?       Джедай качнул головой.       - Почему никого вроде вас не приставили к сенатору Ласс? И ко всем, кто поддерживает военные действия?       - Потому что не все так щедро жертвуют Ордену.       Хакс улыбнулся. Вот это похоже на что-то настоящее. Не бывает ничего правдивее выгоды.       Он снова перетасовал фотографии. Подумал: я не бизнесмен, но враги у меня все же есть. В основном, те, кому я обломал то или иное дело по долгу службы. Пираты, контрабандисты, торговцы оружием и не одобренными стимуляторами. Вся вот эта шваль, достаточно успешная, чтобы обзавестись собственным боевым крылом, и недостаточно прозорливая, чтобы наладить отношения с правительством.       И с какой стороны подходить к тактической винтовке, они точно знают. Хакс потер лицо, сжал кулаки, поставил их на стол, словно взялся за рукояти управления посадочным шлюпом. Что же теперь, составлять списки?       Он откинулся в кресле, стащил со стола руки, уронил на подлокотники. Такое большое дело лучше начинать на свежую голову. Чтобы ум был остер, его надо, во-первых, питать, во-вторых, давать остыть. Ужин и спать. Возможно, удастся повторить трюк предыдущей ночи, и отдых будет отдыхом, а не бесконечным ворочаньем под то слишком жарким, то слишком холодным одеялом и выглядываньем силуэтов или луча лазерного прицела в темноте.       Хакс подтащил себя к столу, открыл остальные документы по очереди. Сведения о здании, и как всегда у Денхи Марленга - все, что нужно, и еще немного сверху.       Арендодатель - комитет по управлению городским имуществом Хосниан Прайм. Арендатор - некто Лоркис Менмуд. А кто у нас Лоркис Менмуд? Денха Марленг потрудился узнать и это: Лоркис Менмуд у нас - владелец конторы по перепродаже упаковки. Контейнеры, пленка, вакуумные мешки - сотрудничаем со средним и крупным бизнесом. Сенатор Хакс потер костяшкой между бровей. Здание, судя по площади - склад. И с этого склада в комитет безопасности улетел пакет. Потом звонок. Чем он успел насолить упаковщикам? Голосовал за запрет органических биоразлагаемых мешков на дальних рейсах?..       Бен Соло издал трудный звук. Сенатор Хакс взял кожу над бровью пальцами, пощипал, цапнув ногтями. Свернул документы про здание, снова вывел фотографии. Отвел в сторону сенатора Куоне. Допустим, вот так. Я видел этих молодчиков, подумал он, что напали на него и на меня заодно: совсем не то же самое, что стрелок мой с винтовкой. Или тот, кто выпустил очередь по сенатору Ласс. Хотя бы потому, что она мертва. И я был бы мертв, если бы не странные приказы вкупе с (Хакс привстал, заглянул за кресло, убедился, что Бен Соло спит - страшненько, снова с приоткрытыми глазами) отличными рефлексами моего телохранителя. Эти люди не шутят, а вот нападавшие на сенатора Куоне... сброд сбродом. Как партизаны с бедной планетки, где война идет уже давно. Взрослых всех повыловили по лесам и пустыням, и остались подростки, не кончавшие кадетских корпусов, да и школ иногда не видавшие. Выучились включать сеялку на отцовой ферме - значит, можно давать им в руки ионные гранаты. Таких даже и не расстреливали порой: разоружали, держали в плену до появления сговорчивости и отпускали. Хакс лично выпроваживал их пинками и подталкивал дулом в спину - сам не сильно их старше, лейтенантишка.       Потом командиру надоело, и за заграждением базы начала расти гора тел. Воняло так, что со включенными фильтрами ходили вопреки правилам не только постовые, а все подряд, кто выбирался наружу. Особенно когда ветер был с той стороны. Какой-то журналист заснял с низкой орбиты, Республика осудила, правительство открестилось, но командира сняли, гарнизон перетасовали, а Хакс, уже на новом месте, еще с год чувствовал ту вонь на форме и в волосах.       За что тогда воевали, подумал он. За те самые фермы, на которых стало некому работать, и народ завозили с других планет. Ах, там же еще был перевалочный пункт для торговцев сахаридами. Тогда я служил для них, подумал Хакс, и сейчас работаю - для них. Для людей с деньгами, которые они так щедро влили в мою избирательную кампанию.       Он свернул фотографии, вывел на экран информацию об и.о. сенатора Ласс, вчитался внимательнее, кто он таков в деловом мире. Мальчик выходил талантливый: крупные сделки, рост прибыли, вот он красивый со значком партии промышленников на новостном снимке. Грядет судьбоносное слияние с бывшими конкурентами, и он тоже приложил к этому руку. Как не назначить такого делового умницу. Хакс бы сам назначил.       Он свел вместе фото сенатора Ласс и сенатора Куоне, а свое убрал в угол. Или вот так. Они оба из делового мира, оба переходили дорогу толстосумам, оба, наверняка, шли не на всякую сделку с совестью. И на обоих напали на посадочных площадках. Хакс потер подбородок, поискал во входящих. Тех молодчиков взяла охрана сенатора Куоне, и не выдавала хоснианским безопасникам и по сей день. Заявлений не давали, информация наружу не просачивалась. Их скрутили у апартаментов, посольская земля, сенатор Куоне наверняка уже отослал их в свой родной мир. Внутренние разборки, подумал Хакс, не поделили миллиарды. И сенатор Ласс. У нее в руках, видимо, совсем другие суммы, раз работали совсем другие ребята.       Хакс помассировал бровь, потрогал нос. Прислушался. Бен Соло дышал неровно, словно бежал, то и дело останавливаясь.       Я тут получаюсь лишний, подумал Хакс. У врагов богатых людей свои беды. Каждому мало-мальски успешному бизнесу считается хорошим тоном завести частную армию. Однокурсники Хакса повально уходили в наемники, а потом только и слышно, что один подорвался на мине, оставив детям наследство, другой скопил на дворец с колоннами, третий выкупил половину астероида, стесывает его на углерод и гонит топливо, и тем живет. А я здесь, подумал Хакс. Прижал ладони по сторонам от экрана.       Зато почетно. Отец доволен.       - Смерть, - сказал Бен Соло неразборчиво.       - О, да, - откликнулся Хакс.       - Смерть и погибель.       Хакс подумал: смерть должна что-то значить, если кто-то так ее желает, что заплатил за недешевое время наемных убийц. Снова открыл материалы на и.о., рядом - о сенаторе Ласс, ввел в поиск упоминания о Первом Порядке. Пока компьютер, покликивая, вылавливал из базы совпадения и складировал их стопкой внизу экрана, Хакс откинулся на спинку, отъехал от стола, воздел сжатые кулаки к потолку. И сам уставился в потолок.       Спать надо, а не заниматься самодеятельностью. Дом сказал ясно: ждать результатов расследования и придерживаться прежней линии. В этом - гражданское мужество. Миллионы воль должны найти выражение в воле сенатора Хакса и быть принятыми во внимание Республикой.       Хакс уложил руки на живот, сплел пальцы. Покрутил большими. Подумал: могут ли продавцы упаковки сотрудничать с Первым Порядком? Он пихнул себя вместе с креслом к столу, задал компьютеру найти все, что было доступно, про Лоркиса Менмуда, а сам занялся просмотром результатов.       Первый Порядок и сенатор Ласс, и ее и.о. сдержанно ругали. Сколько радости скрыто за этим, подумал Хакс. Сколько возможной прибыли. Республике понадобятся корабли, и гораздо больше, чем, вы сетуете, ржавеет на верфях потому, что перевозчики страдают от боевых действий и закрывают маршруты.       На экран сыто выпали результаты. Хакс вытянул ноги, принялся открывать один за одним. Положительный малый этот Лоркис Менмуд, прямо как и.о. Унаследовал компанию от деда, вел, расширился, продался крупной корпорации на днях за приличную сумму. Поздравляем и желаем счастья с женой и сыновьями. Он же еще и женат на миловидной даме, приятное фото на фоне городского пейзажа.       Название корпорации знакомое. Хакс снова открыл материалы на сенатора Ласс и ее и.о., проглядел самые крупные сделки. Ну же, откуда-то я это помню, думал он. С кем вы только ни вели дел.       Но с искомой корпорацией они, очевидно, знакомы не были. Хакс набрал ее название в поиске, встал, обошел стол, присел перед Беном Соло. Тот скрутил длинное тело в совсем уж неудобопонятную фигуру.       - Смерть и погибель, говорите?       Бен Соло разлепил глаза. Поднял руку ко рту, потом обвел лицо ладонью, смял кожу, как тесто. Как Милисента старательно умывается лапой.       - У вас есть здесь родня? - спросил Бен Соло сипло. - На Хосниан Прайм?       - Что это вам взбрело, - сказал Хакс. - Идите лучше, прилягте в более подходящем месте, а я, так и быть, скоро за вами.       - Нужно спасаться, - сказал джедай.       Компьютер мелодично пиликнул, Хакс встал, подумал: вот будет интересно, если он прав. Не садясь, глянул на экран.       Сколько знакомых имен. Он секунду обдумывал, полез в ящик за коммуникатором. Выложил его на стол, прошелся по кабинету. Следя за дыханием, спросил себя: и что с того? Слишком маловесно, чтобы быть доказательством. Скандал в прессе? Меня же потом отходят по морде за клевету.       Так. Так. Он заложил руки за спину, перешел на строевой шаг с четким разворотом. Но как же обидно получается.       Бен Соло появился из-за кресла, вырос у него на пути и уставился в лицо. Спросил коротко, будто чуял, что настали решительные времена:       - Что?       Ничего, подумал Хакс. Доложить домой и ждать. Господин Сож`Фахиз расшифрует пакет, и тогда уже будет что-то дельное.       Ждать - это понемногу умирать каждый день. Ждать - давать противнику шанс подготовить маневр.       Хакс развернулся на каблуках, шлепнул по панели у стены, вышел до того, как двери полностью раскрылись. Бен Соло проник за ним и шел, едва не наступая на пятки, до самой спальни.       Сенатор Хакс выволок из шкафа кофр, присел около него, извлек из-под вороха одежды и вакуумных пакетов с личным коробку. Приложил палец к сканеру, поднял крышку. Бен Соло заглядывал через плечо. Спросил удивленно:       - Это вы?       Курсант с красными глазами сменился на голографической пластинке упитанной полосатой кошкой. Хакс выложил источник интереса джедая на пол, подцепил незаметные ушки, потянул из коробки дно. Достал из мягкого гнезда мини-дроида, подержал палец на брюшке. Дроид включился, выпустил лапки.       Хакс спросил:       - Как вы смотрите на шпионаж?       - Орден не одобряет, - сказал Бен Соло.       - Я слышал, что джедаям нет равных в деле проникновения туда, где их не ждут, - сказал Хакс.       - Я не ваш мальчик на побегушках, - напомнил Бен Соло, - я даже за вас не голосовал.       Хакс хмыкнул и показал ему дроида. Тот перебирал лапками и искал, к какой электронике присосаться. Сказал:       - Вам нужно будет только зайти, выпустить вот это и выйти.       - Почему вы не сделаете этого сами?       - Потому что неуместно сенатору являться без приглашения. А меня туда не пригласят. К тому же, у меня назначена встреча. Точнее, будет назначена прямо с утра.       - Мое дело - охранять вас, а не шпионить для вас.       Хакс поставил дно коробки на место, бросил туда голопластинку. Сказал:       - То, что я попрошу вас сделать - для моей безопасности.       - Почему я должен вам верить?       Хакс поднялся и сказал:       - Не должны. Но я, признаться, за последнее время начал доверять вам. Неужели это было зря?       Бен Соло подошел к нему вплотную, глаза в глаза, и сказал:       - Я чувствую, что вы говорите правду. Что же вы так. Политики не обязаны ли всегда врать?       У меня нет на это времени, подумал Хакс, а потом вспомнил, что времени у него как раз много, целая ночь. Он выключил дроида, посадил его на стену над кроватью, а сам взялся за джедайскую тунику и привлек Бена Соло к себе.       Нужно кидать косточки - за верность и послушание.