Битва при Камлане

Труп Мордреда глухо упал на темную, окровавленную землю, увлекая за собой Артурию. Та охнула и, зажимая рукой рану, припала на одно колено. По телу разливалась тягучая, неимоверная тяжесть, делая руки и ноги чугунными, неподъемными. Не осталось никакого желания двигаться, лишь неимоверно тянуло вниз, к земле – туда, куда можно было приклонить голову, дать отдых истощенной сражением плоти. Тем не менее, преодолевая боль, Артурия усилием воли подняла себя на ноги, использовав Экскалибур, как опору. Постояв так некоторое время, она медленно подняла голову, окидывая затуманенным, тусклым взглядом поле битвы. Порыв ветра взметнул растрепавшиеся волосы, открывая взору освещенную заходящим солнцем панораму, при виде которой изумрудные глаза Артурии расширились от ужаса. Горы изуродованных трупов, из которых торчали стрелы и обломки копий, покрывали темную, насквозь пропитавшуюся кровью землю. Человеческие тела, втоптанные в грязь, искореженная, тускло поблескивающая сталь, и покосившиеся, угрюмо развевающиеся знамена, которые нависли над мертвыми, словно надгробные кресты, были видны всюду, куда мог только добраться глаз. Кровавое безрадостное небо, затянутое тяжелыми, бурыми, мрачными облаками угрюмо нависало над полем битвы. Ни вскрика птицы, ни легкого порхания бабочки – лишь глухо шелестела жесткая трава, да река Камланн так же неспешно, как и прежде, несла свои воды. В воздухе пахло кровью и металлом. - Это всё… я? – хриплый голос прозвучал в наступившей тишине неестественно громко. Поле, усеянное мертвецами, искаженные в предсмертной агонии лица – эта реальность не имела ничего общего с мечтами Артурии о богатой, сильной, процветающей стране, где каждый человек жил бы безбедно, не опасаясь за свою жизнь. - Нет… я желала не этого! – с мольбой произнесла она дрожащим голосом, не замечая, как на глазах наворачиваются слезы. Народ дал ей меч и вверил ей свою судьбу. Он избрал её, веря, что она спасет его, спасет Британию от разрушения. Но она не справилась, не смогла оправдать надежды, возложенные на неё. Всё, чего она достигла – это очередного хаоса в стране, к которому она самолично и привела своих подданных. - Простите, простите меня! Простите… пожалуйста. Не в силах стоять, сраженная горем, Артурия упала на колени, содрогаясь от рыданий. Проливая горькие слезы раскаяния, она уже не обращала внимания на режущую боль от раны. Гораздо сильнее страдала её душа, сжигаемая отчаянием безвыходности и сожалениями, которые заставляли Артурию снова и снова просить прощения у людей, которым она так и не подарила светлое будущее. - Нет, почему… всё так… - горло сжималось, не давая говорить. Действительно, почему всё так обернулось? За что такая несправедливость? Всю свою жизнь она следовала образу идеального правителя, старалась быть идеальным королем для своих подданных. Ни разу не усомнилась в своем выборе, всегда ставила на первое место народ, а не себя, была справедливой и рассудительной, не шла на поводу у желаний и эмоций – так в чем же ошибка? Видно, она просто не подходит на роль правителя, раз не смогла спасти Британию. Она не должна была вытаскивать Калибурн из камня, эта судьба предназначалась кому-то другому. Она не справилась с поставленной задачей, она не достойна… Не должно было быть никакого короля Артура Пендрагона. Вообще ничего из того, что произошло, не должно было происходить. - Я… не достойна… я не должна была становиться королем! Простите меня. Ах, что она только бы сейчас не сделала, чтобы вернуть всё назад и изменить ход событий. Желание искупить вину, спасти всех этих людей, что лежали бездыханными вокруг неё, стало единственным, что осталось в её опустошенном сердце. …Я хочу изменить историю. Я не смогу умереть спокойно, пока не сделаю этого. Я согласна на всё, чтобы только исполнить свое желание… Мир дрогнул. ОНО дрогнуло и обратило свой взор на героя, душа которого загорелась страстным желанием, желанием сильнее жизни и смерти. Договор был заключен. Он будет заключен, когда героическая душа устремится на Небеса, туда, где должна будет обрести покой, но не сможет. … Посреди бесконечного багрового Ада стояла девушка, которая была одним из величайших королей во всем мире и во все времена – Артуром Пендрагоном, королем Британии. Но сейчас она была именно девушкой, безутешно оплакивающей свои обратившиеся в прах мечты, проклинающей себя за то, что не смогла выполнить обет, данный своей родине. В безвыходности крича равнодушному небу о несправедливости судьбы, она считала себя источником произошедшей катастрофы, а холодный ветер всё так же безразлично трепал небесно-синий подол платья, ставший теперь грязно-серым. Разрываемая тоской и раскаянием, Артурия не заметила, как смелый лучик солнца пробился сквозь угрюмые облака, выхватив из сумерек угасающего дня её облокотившуюся на Экскалибур фигуру. Голову девушки озарило сиянием – тем же божественным светом, что охватил её в тот памятный день у древнего камня с Калибурном. Не заметила Артурия и единственного выжившего - Бедивера, поднявшегося на противоположном краю поля битвы – всё это время он лежал без сознания, чудом не затоптанный воинами и лошадьми. И первое, что увидел, очнувшись, рыцарь – это величественную фигуру своего глубоко почитаемого короля, охваченную золотым ореолом. Одиноко стоящий на холме под потоками жидкого золота Артур Пендрагон был словно путеводная звезда, что не дает истощенным путникам сбиться с пути во мраке ночи, наполняя сердце надеждой и желанием жить.