Как приручить королеву, или его действительно бесил розовый

Руки Саске предательски дрожали. Он не мог найти в себе силы открыть проклятый багажник. Невозможно. Страшно. Он даже не знал, что боялся увидеть там. Джуго хорошо постарался. Сотворив из человека сплошное кровавое месиво. Ему бы немного хладнокровия, только сейчас Учиха осознавал, что весь его пафос и безэмоциональность — собственный наеб себя же самого. Лжет себе и не задумывается. Идиот. И куда подевался тот тщеславный мальчик? Стоит трясется, в холодном поту, перед гребаным багажником минивена. Пусть там внутри и почти труп, может и без "почти". Саске сплюнул. Не для него эта работа — жмуриков прятать. Тут нужен человек опытный, знающий подводные камни криминального мира, что не побоится испачкать руки в крови. И, к счастью, знал он одного из таких. Один звонок решит все. Уже спустя час к особняку подъехал черный, тонированный мерседес. Саске и Джуго молча сидели на холодном каменном крыльце, потупив глаза в землю. Учиха нервно мусолил уже давно потухшую сигарету, а рыжеволосый клевал носом, буквально засыпая, облокотившись головой на собственные руки. — Так, так, так... — Грубый мужской голос заставил обоих подскочить на ноги от неожиданности, Джуго чуть инфаркт не хватил, в то время, как Саске лишь облегченно выдохнул, избавляясь, наконец, от осточертевшего окурка. — И что же за срочное и важное дело заставило тебя, Саске, вызвать меня в такую рань в эту глушь? Учиха Мадара, дядя Саске, далеко не тот человек, которым семья могла бы гордиться. Даже наоборот, его ненавидят и презирают. Считают выродком семейства. Жестокий и эгоистичный ублюдок, собравший, пожалуй, за свои двадцать пять лет все семь смертных грехов. Единственный, кто хоть как-то поддерживает хорошие отношения с Мадарой — его племянник, Саске. Он то знает, что какой бы тварью ни был его дядя, он всегда придет на помощь, если попросить, не бросит в опасности. К тому же, только Саске знает истинную личность Мадары, как ему скучна эта жизнь, настолько, что дядю хлебом не корми, дай в заварушках поучаствовать. — Ты быстро, — Выдавливает улыбку Саске и жмет мужчине руку, даже не руку, а лапу, огромную ладонь. Да, росту Мадары можно лишь позавидовать, два метра с лишним, плюс — минус пять сантиметров. Широкие плечи, тугое, подтянутое телосложение, которое превосходно подчеркивает дорогущий черный пиджак нараспашку, и такого же цвета обтягивающая водолазка под ним. Длинные, колючие, как ежик, волосы собраны в низкий хвост, свисают до поясницы. Мадара снимает с глаз очки-пилоты, синие зеркальные стекла отражают все окружающее, что в зеркале, а его бездонные, по учиховски мрачные глаза щурятся толи с презрением, толи из-за резкого изменения света. — Рассвет... — бубнит себе под нос Мужчина, переводя взгляд от Саске к Джуго, — ну, удиви меня, племянничек, ведь не просто так я приперся сюда с утра, блядь, пораньше... Саске молча указывает на машину. Мадаре не нужно ничего объяснять, не дурак. — Я не буду спрашивать, кто это, и какого хуя, — Мадара с задумчивым видом рассматривает содержимое багажника, — лишь одно, Саске, вы знаете чем вам это светит? Мужчина выглядел абсолютно спокойным, даже слишком. Его давно не пугало подобное, он повидал слишком много. И это окровавленное тело, с разбитым лицом, раздробленным черепом — лишь мелкие цветочки, но Мадара, пусть груб и жесток, но что-то в нем ёкнуло, за племянника, которым он на самом деле дорожит. Хоть и не показывает. А Саске единственное, что связывает его с семьей. Мужчина закурил, обдумывая план захоронения тела. Нужно сделать все максимально красиво, дабы труп было невозможно найти. В голове было лишь два варианта: свиньи, а как известно, те бы сожрали даже кости, в течении каких-то пары часов, или закопать под полом собственного дома. — Саске, — Учиха, изрядно помотанный, лишь немо поднял взгляд на дядю, — ты видишь здесь свиней? — Эм, нет... — До парня не дошло, какие, мать его, свиньи? Что несет Мадара? А мужчина усмехнулся. — Тогда тащи выдергу и лопаты. — Мадара пожал плечами и направился в дом. О том, что у него на уме можно было лишь догадываться. Мужчина молча ходил из комнаты в комнату первого этажа, иногда останавливаясь, задумываясь. За его действиями волнительно наблюдал Саске, он, несомненно, был уверен в дяде, но в груди что-то ломило. Наверное, так и должен чувствовать себя убийца. Страдать от непонятной душевной боли, пытаться скрыть волнение и панику. Пусть Саске и не убивал, но смерть эту он полностью взвалил на свои плечи. Он понесет ее с собой, и в собственную могилу. Сасори но Данна. Покойся с миром... То, что происходило дальше было похоже на моменты из старых хоррор фильмов. Мадара, расстелив во дворе большую полиэтиленовую клеенку, членил труп. Брызги крови, хруст костей, по садистски довольная ухмылка мужчины. Занятие приносило ему какое-то больное душевное удовольствие, эйфорию... И в такой момент даже Саске стало не по себе, былая любовь и бесконечное уважение к дяде скрылись за пеленой страха, осознания сего безумия и парень лишь проглотил этот сухой ком, застрявший в горле, молча наблюдая. Он бы убежал, спрятался, и Саске подметил для себя слабину собственного характера. Но было ли оно слабостью... Без каких либо эмоций смотреть на собственного одноклассника, чье тело теперь расфасовано в порядка десяти мешков, перемотанных скотчем. Джуго стоял неподалеку, видя лишь часть, но и та заставляла при одном понимании происходящего сжиматься что-то там внутри. Желудок выворачивало наизнанку, и парень блевал желчью. Пусть и Саске и Джуго жаждали мщения свите Шион, но то, что происходило сейчас было слишком. Не такое они представляли. Слишком жестоко, слишком невыносимо. Они лишь школьники. А это темно алое пятно будет преследовать всю жизнь. Не даст покоя, не даст уснуть, охватит гнилым проклятием в свои цепкие когтистые лапы. Ясно одно — теперь жизнь не будет прежней.

ТОЧКА НЕВОЗВРАТА

Вскрыть паркетный пол ломом не составило особого труда. Добравшись до земли Мадара вручил парням по лопате, предстояла задача выкопать не малых размеров яму, она же могила. Гробница, что навсегда останется в этом доме, хранить извечную тайну и головную боль. Руки двигались на автомате. Саске и Джуго и парой слов не перекинулись. Каждый витал в своих мыслях, и все об одном. Благо Сакура до сих пор спала. Отмазку для нее Саске уже придумал. Не стоит вовлекать девушку, пусть хотя бы за ее душой будет чисто. А то, что произошло в квартире — списать на плохой сон, галлюцинации от наркотика. Ложь во благо, и она никогда не узнает что случилось на самом деле. Мешки были успешно погружены на дно полутораметровой ямы, сверху, закопаны и утрамбованы. Теперь вряд ли кто-то догадается искать труп под полом гостиной. Мадара установил ранее вскрытый паркет на место. И следов преступления как ни бывало. Но все же осталась одна маленькая деталь. Кровь в багажнике и квартире Саске. Вывести можно, но придется очень постараться. *** Тяжелые, словно свинцовые веки разлеплялись с трудом. Все тело ужасно болело, будто его нещадно били на протяжении не одного часа. Сакура лежала посреди огромной кровати, в полном одиночестве, в темноте, пытаясь собрать осколки в своей бошке воедино. Память подводила. И вообще, реальность смутно путалась с кошмарными снами. Где это я? — На мгновение пронеслось в голове, и Сакура рефлекторно дернулась, в попытке принять сидячее положение. Но тут девушке стало реально не по себе. Тело ее не слушалось. Совсем. Будто окаменело. Страх паническими атаками прорвался внутрь, буквально разрывая голову, до крика, даже не крик, истерический вопль, вырвавшийся наружу. И сил хватало только на то, чтоб дышать. Дверь в комнату открылась, пропуская рассеянный свет, но Сакура видела лишь силуэт. Только после того, как вошедший раздернул плотно затянутые шторы, и яркий, слепящий свет буквально разрезал глаза, девушка смогла разглядеть Саске. Лицо Учихи можно было назвать мертвенным, так же, как и ее собственное. Темные, почти багровые мешки под глазами, на бледном и хмуром лице, пересохшие и потрескавшиеся губы Саске. Его руки тряслись, а тело дергало, непроизвольно. Мозг боролся с больными воспоминаниями. И хотелось лечь и закопаться глубоко под землю... В отличии от парня, Сакура совсем не понимала где она, и что происходит, точнее, не помнила... Сильный стресс напрочь отбил всю память. Последним было лишь то, как сидела у костра, проглатывая немую боль и обиду, а после Хидан, Шион, алкоголь... Саске стоял неподвижно, все у того же окна, опустив голову в пол, а челка полностью закрывала его лицо. Лишь изредка парня били конвульсии. Мышцы нещадно сокращались, со стороны можно было легко подумать, что парень беззвучно икает, но черта с два, нервишки были напрочь подбиты. Сакура вновь попыталась подняться, на этот раз успешно, хоть и превозмогая невыносимую тяжесть и боль. Она сильная, она справится... И узнает что за Черт происходит. Опершись на спинку кровати спиной, тем самым принимая полу-сидячее положение, девушка неотрывно смотрела на стоящего боком к ней брюнета, смотрела, пытаясь подобрать слова. Она, почему-то боялась своего голоса на данный момент, боялась, что с губ слетит что-то "не то", но, что именно она и сама не могла понять. — Саске... — Хриплый шепот заставил парня снова дернуться и моментально повернуться, сейчас же сократились не только мышцы, но и сердце, а то, что иглой пронзили. — Где, я? Саске молчал, повернувшись, подошел и сел на край кровати, а девушке становилось все больше не по себе. И куда подевался весь ее яд? Чувствуй она себя сейчас более или менее лучше, и этот упырь землю бы жрал, за то что Ее игнорирует, может он просто оглох? Э-эй? Учиха? Есть кто в теремке? — Саске, мать твою, — собирая в себе последние силы выругалась девушка, — что произошло? — А, ты... С лестницы ты упала, не помнишь? — Будто выйдя из забвения протараторил парень. — Не помню... Хм... — Сакура нахмурилась, ну этим вполне можно обЪяснить такую сильную боль и слабость, а страшные картинки в голове списать на плохой сон и галлюцинации на фоне недавних событий. Так ведь проще, да? Не так печально, по крайней мере. — Долго, летела? — Совсем ничего не помнишь? — С огромным удивлением обернулся Учиха на девушку, как-то даже ободряясь. — Ну... Помню как Хидан завел меня в домик на базе, там я сидела с нашей одноклассницей, Шион, вроде, мы что-то пили... — И тут уже дернуло Сакуру, тупая пронзающая боль разлилась по всему телу, заставляя скорежиться. — А дальше... Слишком смутно все... Может Ты мне расскажешь? Саске задумался... А ведь, может так будет лучше? Создать ложную историю, пусть не знает, и хоть ее жизнь будет немного спокойнее. А он уже точно знает за себя... Обречен. События не отпустят до самой смерти. — Ты пила с Шион, алкоголь сыграл злую шутку, когда ты уже пошла спать, поднималась на второй этаж, а поскольку плохо себя контролировала, то не удержалась на ногах, и кубарем покатилась вниз. — Саске сочинял на ходу, и, будь он на месте Сакуры то ни за что не поверил бы в собственный бред, но девушка, кажется, уже сама для себя рисовала оную картину происходящего как чистую истину. — Ты сильно ударилась головой, потеряла сознание, а после я привез тебя в свой загородный дом, что находился совсем неподалеку... — Складно говоришь, Учиха... — Девушка кивнула в знак некого доверия. — Но а почему ты повез меня в свой дом? Я ведь могла и там отлежаться? Или ты, такой козел опущения, воспользовался моим слабым, бессознательным телом в своих грязных порочных целях? Саске замер, эта яркая ирония в ее словах заставила сжаться внутри его Что-То-Там. Конечно, он мог, вполне, и он даже не задумался бы, взял молча. Но не теперь... Зная, Что перенесла она, пусть и не помнит, помня, что перенес сам. Это никогда не даст покоя. И он, в какой-то степени изменился, повзрослел. Тот тщеславный и самодовольный мальчик сломался, перегорел, изжил себя. — Плохо ты обо мне думаешь... — Немного грустно ухмыльнулся Учиха. — Ну, ты сам когда-то дал повод так думать. — Девушка лишь пожала плечами. — Саске, я пить хочу... — Зеленые щенячьи глаза сверлили спину парня толи с мольбой, то ли желанием наброситься и покусать гада. — И есть... — Немного тише добавила харуно. *** Сакура потихоньку приходила в себя. Хотя головные боли и непонятная паранойя не отпускали ни на секунду. Ей прям-таки казалось, что она забыла что-то очень важное, нужное для нее. И это непомерно удручало. Саске же, мрачнее тучи, уже третий день слонялся по особняку из угла в угол, не находя себе места, не ел и практически не спал. На все вопросы Сакуры отвечал тихо и односложно. А на просьбу отвезти ее домой, старался быстро сменить тему, или скоропостижно скрывался из виду. Сакура чувствовала, что-то произошло там, на базе. Знала, Учиха что-то скрывает. В добавок, какое-то неестественное опасение вызывал дядя Саске, представившийся Мадарой. Уж слишком задумчив был его вид, а глаза наполнены непомерной тьмой. Как будто сам дьявол смотрит сквозь них. И любая попытка Сакуры начать диалог с этим странным, на ее взгляд, мужчиной, заканчивался тем, что Учиха молча вставал, закуривал сигарету и уходил непонятно куда. Конечно, и Сакура была не из пальца высосана, уже заготовила план побега. Трудности заключались в том, что входную дверь Саске закрывал ключем, и бережно хранил тот под сердцем, а на окнах первого этажа стояли металические решетки. Рыпаться на рожон девчонка не хотела. Мало ли. Помимо двери и решетки ее путь на свободу преграждал кирпичный забор метра в три, с колючей проволокой на самой вершине. Но, глядя в окно своей комнаты, Сакура уже присмотрела пару дачных столиков, три стула и железный мусорный бак, с помощью которых она смогла бы соорудить нехитрую конструкцию и сигануть через забор. Хотя был вариант вырыть подкоп алюминиевой ложкой, которую Харуно пригрела на кухне, ибо Саске, заведомо зная, на что способна безбашенная девчонка, спрятал все колюще-режущие приборы по территории дома. Дождавшись ночи, выбрав момент когда оба парня заснут, девушка сдернула простыни и шторы в комнате, связав их в некое подобие каната. Длинны хватало, чтобы беспрепятственно спуститься со второго этажа вниз. Перематерившись, чуть не сломав ногу, или руку, но девушка оказалась внизу. Первая преграда успешно ликвидирована. На пути самое сложное. Но и к этому она заранее подготовилась. Взгромоздив стол на стол, сверху два стула и на них мусорный бак. Харуно аж присвистнула. Да ни одна тюрьма ее не удержит. Кинув на проволоку толстый матрац, Харуно стала забираться по своей башне, надеясь не сорваться, и не переломать нахуй все кости. И когда девушка была уже на самом верху, ей осталось лишь перекинуть ногу через проволоку, в ее случае матрац, что очень хорошо сыграл на пользу, иначе до дома ей бы пришлось идти в кровавую полоску. Тут произошло то, чего она действительно не ожидала. Кто-то мертвой хваткой вцепился в ее лодыжку, дернул вниз и девушка с грохотом полетела на землю. "Все пиздец" — пронеслось в голове перед тем, как жопа с хрустом встретилась с землей. — И куда это ты собралась, девчонка? — Голос Мадары звучал зловеще, с нотками издевательства и насмешки. Сакуру даже тряхонуло малость. Но не тут то было, девушка не собиралась так просто сдаваться. Забыв о боли в заднице Харуно бодро подскочила на ноги и что есть сил дала деру. Мадара лишь тихо сматерился, и рванул за бестией. Сакура абсолютно не видела куда бежать, на дворе царила кромешная темнота, девушка то и дело запиналась об какие-то банки, доски, углы, собрала на себя кучу кустарников, но продолжала упорно рваться вперед, сама не понимая куда. И мужчина не отставал. Выбрав удачный момент, схватил девчонку за капюшон толстовки и резко дернул вниз, роняя на землю. — Да отъебись ты от меня! — Злобно гаркнула девчонка, в попытке пнуть мужчину по ноге, — сколько ты будешь ронять меня на жопу? Она болит, между прочим, больной ты ублюдок! И вообще, я домой хочу... Что вообще здесь происходит? — Хочешь знать что здесь происходит? — Мадара присел на корточки, перед развалившейся на земле девушкой. — Саске спас тебя, в прямом смысле... И ты должна быть ему благодарна, как минимум. Сиди тихо и не рыпайся, а как придет время все узнаешь сама. По телу будто молния шарахнула. Каким это образом ее спас Учиха? И за что она должна быть ему благодарна? Чует зад — дело дрянь. А ведь Мадара в курсе того, что произошло, и если Саске молчит, то может его дядю удастся расколоть. И в больной голове начал зреть новый план. А хитрожопости Сакуре, мать ее, Харуно было не занимать. Поднявшись, девушка направилась обратно в дом, дверь открыта, значит и у Мадары есть ключи, значит дело становится чуть проще. Хоть побег и закончился полнейшим фиаско и грандиозным падением, но Сакура решила не унывать. Теперь ей даже овладел бешеный интерес, узнать, что скрывают от нее Учихи.