Все было не так уж и отвратительно, но это не являлось любовью

«Он хотел мне что-то очень важное сказать, а я, кретин, рассмеялся. Рассмеялся, понимаете?» Запись в дневнике. Автор: Ri

Сначала все отвергаю, а потом заявляю им всем, что это все я. Называй как хочешь: поддаться ситуации или плыть по течению. Как угодно, факт остается фактом. Я согласился. Я признался в том, «что я трахаю вашего сына». Я подсадил его на наркотики. Из-за меня его выгнали из школы. Тот синяк, что у него под глазом — это я кулаком со злости. В конце концов, это я надоумил его сбежать из дому неделю назад, а потом, опять же, я заставил его вернуться. Короче говоря, беды Ри из-за меня. Ну и что же вы не кричите? Давайте! Бейте меня, звоните копам, пусть заберут такого ублюдка, как я. Отец моего милого маленького великомученика, ори так, чтобы из ушей «ублюдка» потекла кровь. Ну? Просыпаюсь от того, что Ири кладет руку мне на грудь и дышит в висок. Милый маленький великомученик обжигает кожу своим дыханием. Замираю, боясь вздохнуть. — С понтом спишь? — спрашивает, чуть отстранившись. — Да, мать твою, — отвечаю. — Который час? — Восемь. — Хули ты будишь меня так рано? — открываю глаза и с силой отталкиваю Ири от себя. Слишком резко и чересчур неожиданно для него. Ри падает с кровати и бьется лицом об угол стула. Говорю: — Выйди отсюда, чтобы я тебя сегодня не видел. Или нет, лучше просто вали на хуй, чтобы я тебя два дня не видел! — Ненавижу тебя, уёбок! — Ри плачет, нет, рыдает, прикладывая дрожащие руки к кровоточащей ране на лбу, затем с трудом встает и выходит из комнаты. Кровь заливает ему глаза. Но мне, вроде как, похуй. Переворачиваюсь на левый бок, устраиваюсь удобнее и засыпаю.