Девятнадцать...
12 сентября 2011 г., 19:25
«Смейся, когда смеются с тебя. Смейся, даже если не смешно». Записка на холодильнике. Автор: Неизвестный
— Я слишком много времени провожу в школе, чтобы выносить такое дерьмо, — прямо с порога заявляет Ри. — Ты дома? — Да. Не знаю. Может, нет, — отвечаю я, оторвавшись от чтения. — Очень смешно, черт возьми, — обиженно произносит и заходит в комнату. Ри садиться на диван, рядом со мной. Ощущаю на себе его взгляд. Вздыхаю. — Что в школе? — спрашиваю и откладываю книгу в сторону. — Туда родители пришли, — говорит. — И что? — внимательно наблюдаю за ним. Ири нервно водит ногтем по еще незажившей ранке на руке, пытаясь содрать кожу. — Ну? — переспрашиваю. Мерзкий недоделанный идиот отрывается на секунду от своего занятия и смотрит на меня так, будто я единственное зло, которое присутствует в его жизни, мешая нормально существовать. Если по факту, то это, конечно, так. Но в данный момент — нет. Все его лицо в синяках и ссадинах. Я хорошо постарался. — На хуй я их послал, — тихо, как бы между прочим, произнес он, затем резко вскочил с дивана и, став ровно напротив меня, выпалил все на одном дыхании: — Я сказал им, что я их ненавижу. Сказал, что я пидар. Сказал, что наркоман, а потом послал еще раз. Пожелал отцу хорошенько выебать мать в рот. Выпустив пыл, он продолжил: — А она, знаешь, с таким волнением на меня смотрела, казалось, что еле сдерживалась, чтобы не обнять. Представляешь? Будто и вообще не слышала всего того, что я сказал! — последнюю фразу он произнес дважды, словно боясь, что я не поверю. Ри падает на колени, обхватив голову руками. — А отец сразу в ярость. Ударил бы, наверное, но я как сказал, практически сразу выбежал, — говорит в пол. — Теперь мне некуда идти, Джар. Меня больше никто не будет ждать. Говорит он это все еле слышно и монотонно, без эмоций, будто молитву читает. — Какая разница? Разве ты не мечтал о свободе? — спрашиваю и сажусь на корточки рядом с ним. Ири поднимает голову и секунду колеблется, прежде чем сделать что-то, как у него обычно бывает, но все–таки решается и обнимает меня, обхватив руками шею. Впервые, наверное, подобная сцена не вызывает у меня чувства отвращения. — Ладно-ладно, успокойся, — хлопаю его по плечу. — Ты уже решил, где будешь жить? Есть варианты? Ри немного отстраняется, сосредоточенно смотрит мне в глаза, пытаясь понять, шучу ли я. Я абсолютно серьезен. — Что за вопрос? — недоумевает. — У тебя, конечно. — Не думаю, — отвечаю, затем отпихиваю его, подхожу к окну и подкуриваю сигарету. — Не думаю, что это хорошая мысль. Словно оглушенная палкой лягушка, Ири еще несколько мгновений сидит на полу, не меняя позы, пытаясь вникнуть в то, что произнес секундами ранее я. Когда приходит осознание, он подрывается с места и, оказавшись рядом, хватает меня за горло. Признаюсь, у Ри железная хватка. Что меня крайне озадачило бы в тот момент, если бы я не был так испуган. Меньше чем за один сраный миг. Сигарета падает из рук, а сам я оказываюсь на половину высунутым из окна. — Тварь! Какая же ты сука! — орет Ри, не жалея своих милых голосовых связок, но, спустя мгновение, которое казалось мне вечностью, опускает руки. Брезгливо вытерев их о штаны, он выходит из комнаты. Я жадно вдыхаю воздух. Глядя на свое отражение в зеркале, провожу пальцами по красным следам от его рук на моей шее. Я жадно вдыхаю воздух. Финишная прямая? Нет, что вы! Я жадно вдыхаю воздух. Очередная начальная точка. Считай ты, потому что я уже сбился. Считай ты, потому что их было настолько много, что сам я счет потерял. Я думаю, что все, что происходит есть результат наших деяний, который нельзя править. Ри в свою очередь, кажется, что все, что с нами происходит — неизбежно. Этот гандон верит в судьбу. Он не раз говорил, мол, встреча со мной — судьбоносна. Мол, я послан ему чем-то свыше. Малолетний мудак взаправду так думает. В этом его проблема. Выхожу в прихожую — Ри стоит в дверном проеме и плачет: слезы градом катятся из его глаз, а он размазывает их по всему лицу, вытирая рукой. Я жадно вдыхаю воздух. Ири бьет меня кулачками в грудь, пока окончательно не выдыхается. Даже не пытаюсь держать его. И я знаю, что он не кричит только потому, что у него больше нет на это сил. Ири исчерпал себя на сегодня. Ребенок устал. В тот самый момент он был такой растерянный. Чтобы тебе было легче понять, мотай немного назад: «Ладно-ладно, успокойся. Ты уже решил, где будешь жить?» Мне казалось, что он хотел кричать. Плакать, может. Биться головой, наверняка. Или выть, не знаю, например, на Луну. — Мне некуда идти, — слова звучат, будто мольба о помощи. Ри стоит передо мной, опустив голову. Беспомощный, может. Перепуганный, наверняка. И я забываю о том, что совсем недавно этот уебок пытался выкинуть меня из окна. Я говорю: — Хуй с тобой, оставайся.
