Какой первый курс?! Мне тридцать семь лет!

      Скорпиус Малфой был полон нехороших предчувствий и дурного настроения. Во-первых, он опять проиграл иск о признании его величайшим джигурдой магического мира. Дедушка Люциус плевал на отдых, послал к черту пенсию и лозунг "дорогу молодежи", лишь бы никому не уступать титул и царственную панамку из "Фикс-прайса". "Джигурдой жил - джигурдой и умру", - надменно говорил Люциус, поправляя на голове заслуженный, принтованный мелкими вазочками символ величия.       Во-вторых, на этой почве Скорпиус поссорился с семьей, решившей упрекнуть, что в восемнадцать лет ее единственный наследник достиг лишь звания почётного дебила Годрика Гриффиндора. Что ж, видимо, придется окончательно забыть о том, что когда-то он поступил на факультет серебряной змеи и действовать по-гриффиндорски, достойно сюзерена, когда-то посвятившего его в почётные дебилы... Поэтому, подружившись с приёмной матерью Гарри Поттера, Скорпиус послушался её совета и вместо Академии Волшебных Дипломатических Наук поступил в московский заборостроительный колледж.       Наследование вожделенного титула было как никогда близко, но дедушка выдержал и это.       В-третьих, где это видано, четвёртый раз за день предъявлять ментам документы?! Достали.       В-четвертых, стоило заснуть в метро, как приснился какой-то жуткий тип, даже видом со спины напугавший так, что заснуть обратно Скорпиус уже не рискнул. Несмотря на желание, свободное время и понимание, что один и тот же сон два раза снится редко. Тип просто шёл по площади, на первый взгляд ничем не выделяясь из толпы прохожих и туристов, но от взгляда на него охватывал чудовищный, удушающий страх. Малфой все еще помнил и ощущал это чувство, мир, сузившийся до одной единственной... Даже не мысли, а бездумного, звериного ощущения: "если он обернется и посмотрит на меня, я умру от ужаса".       В-пятых, кофе в кофейне, куда Скорпиус зашел успокаиваться, оказался невкусным. И по висящему на стене телевизору как все... Чего?!       Не веря своим ушам парень изумленно уставился на экран.       - ... Поскольку у нас хроническая, неоперабельная жопа во всех областях жизни, настолько, что даже на самой высокой должности больше нечего украсть, - с бодрой улыбкой сообщила ведущая новостной программы, - Государственная Дума заявила, что магическая Российская Федерация становится колонией марсиан. Подробно об этом расскажет...       Скорпиус помотал головой.       Картинка сменилась.       - Ну так правда же нечего! - возмущался смутно знакомый по новостям мужчина, позирующий на фоне приземлившейся на площади летающей тарелки, - и, представьте себе, распилить тоже! А руки-то привыкли и тянутся - я вчера с утра распилил кресло, прежде чем окончательно проснулся и понял, что это не бюджет! У нас тут всех психологическая травма, а кто виноват? Альбус Дамблдор!       Ну да, на Волдеморта-то, занятого переживаниями о разрушенной личной жизни, уже не свалишь. А попробуешь - лично заявится в студию, визжа, топая ногами и требуя денежную компенсацию за моральный вред. Тётя Лера, тётя Лера, ну почему небо, решив дать вам необычные способности, подсунуло именно способность оосить и слэшить, а не что-то полезное... Что теперь делать молодому поколению, которое тоже хочет слэшить, а некого?!       Скорпиус тяжело вздохнул и встал, решив прогуляться. Может, хоть настроение улу...       За углом, куда Малфоя угораздило свернуть, шла драка. Причем участвовали в ней знакомые лица.       Дядя Игорь и тётя Лера сражались на ножке от табуретки и обломанной ржавой лопате, явно второпях изъятой из мусорного бака, мистер Уизли яростно кричал на какого-то длинноволосого парня. Парень молча кивал и улыбался: похоже, гневная речь его не только не трогала, но и веселила.       "Не смотри", - мелькнула мысль.       Нет, это был не тот. Но...       Серое мартовское небо расколола молния. Яркая, ослепляющая и странная - чистого серебряного цвета.       "Мама!" - подумал Скорпиус, заползая под стоящую у дороги фуру. Несмотря на юный возраст он был тертым малым, полагающим, что сначала надо спрятаться, а потом уже размышлять, от чего.       Мистер Уизли тоже умел не только бумажки перекладывать, и, сказав всего одно слово, нырнул за мусорный бак.       Секунду спустя ему пришлось отшатнуться: Гарри Поттер не искал легких путей, и, вместо того, чтобы спрятаться за баком, солдатиком нырнул внутрь.       Лерка пронзительно завизжала, разом переплюнув Волдеморта в самом плохом из его настроений, Люциуса Малфоя, обнаружившего пропажу коллекции ваз, и Полную Даму во время нетрезвого исполнения оперной арии. Она тоже ничего не поняла, но жопой почувствовала, что пришел песец.       Полный.       Причем на этот раз - не за ней.       Спокойствие сохранил только удивительно похожий на кота молодой человек, поскольку ему не грозило ничего, кроме развлечения: доведения до ручки полицейских, кем-то вызванных на драку. А доводить людей Таэра умел и любил.       Предать своих так, чтобы им стало об этом известно, он ещё не успел. И тот, кто пришел за некромантом, ему не враг.       Наверное.       Любопытно. Деятельности колдуна решили положить конец, но как они собираются отправить его вслед за канувшей в небытие империей? Последнее творение... Впрочем, наука не стоит на месте, за прошедшее время способ мог найтись. Хотя сам Таэра был уверен, что убить Хейдена все еще нельзя, а изловить и заточить более чем затруднительно, но... Молния - очень необычный признак явления в мир дыхания Дракона, это не обычная искра. Но искра. Серебряного, воплощения ледяной справедливости, не знающей жалости и снисхождения.       Воин, созданный специально для определенной цели, то бишь уничтожения некроманта?       Учитывая, что одно из предъявленных Мэйлинь обвинений заключалось именно в проведении таких экспериментов, создании не истинных искр... Забавно.       На мгновение пахнуло холодом и сыростью погасшего костра. Некромант ответил на вызов, не дожидаясь, пока его отыщут самостоятельно.       - Перестань кричать и носиться кругами. Ты не можешь ему помочь.       - Кому из?.. - бензопилой взвыла Лерка, ненадолго притормозив. - Сначала он меня убил, теперь решил оставить вдовой... Пусть только попробует выжить! Следующие тридцать лет его очередь выносить мусор!       - Боюсь, не сможет. Я имею в виду, выносить мусор, - Таэра поднял голову к небу, в котором, на первый взгляд, не происходило ничего. На второй обычный - тоже. А вот на второй взгляд того, кто умеет смотреть... - Вряд ли он вернется, даже если выживет.       - Почему?!       - Потому что если воин Серебряного Дракона не сможет убить Хейдана - а я верю в изобретательность своей сестры, то просто будет сражаться с ним вечно. Думаю, Высокие рассчитывают именно на это.       Лерка окончательно остановилась. В ней зрело холодное понимание того, что бармаглот прав. Об искрах она знала только то, что рассказал ей некромант, но молния... Это было воплощение силы, невероятной мощи. Блеск ножа, не оставляющий совершенно никакой надежды.       Кроме ничем не истребимой дурацкой.       - Таэра, ты же предатель?..       - Но не самоубийца.       - А тебе и не надо! - огрызнулась ведьма. - У нас тут на земле ходит слух, что самопожертвование, типа как в фильме про дядю, даёт плюс сто к защите. Один раз Хейдан меня уже оживил... Понял?       - Силы, которой он это сделал, у него больше нет, - пропел искра, ловя себя на том, что греется злорадством, легким дыханием Алого Дракона. Что подобает духу, следующему по совсем другому пути. Мелочь, конечно, но, наверное, начинается именно с них... А потом, когда уже бесконечно поздно, обнаруживаешь, что вместо солнечного луча стал раскаленным жаром алой бездны. - Впрочем, она есть у меня.       Пусть горит тот, кто хочет гореть. Он брат своей сестре, а не её безумным творениям, большей частью покойным. Почитая всех Драконов, следовать лучше за тем, кто вдохнул жизнь в твое посмертие... До тех пор, пока есть необходимость вообще за кем-то следовать.       - Тётя Лера, ты в своём уме? - донеслось из-под грузовика.       - Что, блин, за дискриминация?.. - во все горло возмущалась не желающая стать вдовой ведьма, - почему парням из "Сверхъестественного" можно умирать и возвращаться десять раз на дню, а мне нельзя?!       - Тётя Лера, ты ему веришь?       Увы, глас разума не достиг цели.       - Думаешь, я знаю?! - знала Лерка одно: искра Золотого Дракона не упустит возможности влезть в какой-нибудь движняк, потому и помог сослэшить дядю с Роном. Такие уж они есть... Влезть-то влезет, а вот что будет делать в процессе влезания и потом, наверняка не знает даже сам Таэра. Движущие им силы слишком беспорядочны и хаотичны, если в их переплетении и прослеживается какая-то система, то непосвящённый не способен её понять даже после литра. Итог их деятельности, как и деятельности следующего за ними духа, выглядит результатом совершенно случайных совпадений, а так это или нет... Столько не выпьет даже дядя!       Ну и чего тогда голову ломать?!       - Сначала я тебе кое-что покажу, - кошачьи глаза блеснули, как мастерски подсвеченный желтый гелиодор. - Это не займет много времени. И если к концу просмотра ты всё ещё будешь желать хотя бы ненадолго умереть за императора, то сгоришь как сухой лист, безболезненно и быстро.       - А может, не надо? - опасливо уточнила Лерка. От этого комка сил и идей, противоречащих друг другу и самим себе, она не ожидала ровно ничего хорошего. Таэра был стихией, способной сломать маленькую человеческую жизнь и даже не заметить... А если и заметит, вряд ли поймет, почему не стоит творить такое совсем уж без причины. - Что-то мне очень уж в падлу. Узнавать, в смысле.       - У всего есть цена, ведьма. Цена твоих смерти и воскрешения - знание.       Точно какая-то гадость. Ну что ж... Лерка поглубже вдохнула. Если этот эльфийский кашалот думает, что неведомое знание не вылетит из её головы через пять минут после его обретения, то как же он ошибается! Удачно забытые школьная программа, птушная и даже банальнейшая, но так и не выученная таблица умножения ей свидетельницы!       Успокоившись и полностью положившись на свой склероз, ведьма послушно шагнула вслед за призраком, в невесть откуда взявшееся облако белого тумана.       Воспоминания.       "Пофигу, Хейдану надо помочь. Что бы там я ни увидела..."       "Чем бы это ни было, неважно".       "Ой, мать..."       "Матушка, какого хрена я тебе сделала, за что ты меня родила, падла?!