На все свои причины

***

      — Нет, Хейзел! Даже не думай!       Бьянка, перестав наступать на нереагирующую Хейзел, отчаянно схватила меня за плечи.       — Аннабет, скажи ей! Скажи ей, что тут даже не над чем думать!       Но я не могла ничего сказать, продолжая тупо смотреть на листок бумаги и клочок из тетради Хейзел, в котором была обведена красным жирная и заглавная «М», пока та держала дрожащей рукой карту.       — Мы не пойдем туда! НЕ ПОЙДЕМ!       Я полностью разделяла ужас Бьянки. Просто на данный момент мои ноги приросли к полу, пока страх распространялся по телу. Ошарашенная Хлоя просто продолжала держать напуганную Хейзел за руку, пока Бьянка билась в истерике.       — Когда …? — хрипло спросила я, возвращая на стол клочок бумаги.       Хейзел так же сдавленно ответила, что увидела это сегодня на химии. Бедная Хлоя даже не могла понять, почему соседке по парте резко стало плохо, и только когда, с разрешения Френка, вывела бледную Хейзел в коридор, увидела, что та сжимает вырванный из тетради лист. Стоило блондинке посмотреть на него, а потом на лицо Хейзел, она сразу спросила, с каких пор та так каллиграфично пишет. Но когда Хейзел выдавила из себя имя бывшего парня, Хлоя просто потащила ее к нам, так как знала, что у нас с Бьянкой факультатива сегодня нет, и схватив нас за руку дотащила до комнаты Хейзел. Пока Бьянка истерично объясняла все непонимающей ничего Хлое, я продолжала смотреть на протянутый мне лист бумаги, не веря в происходящее.       Ужас от того, что все оказалось правдой и Майк дает ей знать, что он жив и, черт возьми, рядом, ввел меня в оцепенение и шок.       И если бы Хлоя не предложила уединиться в комнате Хейзел, возможно все было бы не так плохо, потому что когда мы зашли в комнату Хейзел, все сразу увидели на ее чистом и незахламленном столе неприкаянный лист бумаги. И то, что там была изображена наша школа, лес и путь до нужного места, окончательно убило нас.       Паника полностью овладела … каждой.       Любимая, Хейзел!       Мне грустно слышать, что ты забываешь обо мне. Поэтому, я решил, что пора освежить твою память. Приходи по этому маршруту, и ты увидишь, что я для тебя приготовил, любимая.       И не расстраивай меня, Хейзел. Приведешь за собой охранника — убью одного из твоих спутников. Но можешь взять с собой подруг, не хочется, чтобы ты разгуливала по этому лесу одна, тем более что и для них у меня есть подарок. Но скажешь хоть слово об этом Рейне или парням — мы повторим то, на чем закончили с вами в прошлый раз. И в этот раз жертва будет не одна.       И ты же меня знаешь, любимая. Я не шучу.       Я уже давно не шучу.       С Любовью, Майк!       — Нужно сказать Рейне! — проорала Бьянка, когда поняла, что не может добиться от нас никакой адекватной реакции, кроме не моргающего от ужаса взгляда.       — И потом гадать, кто из нас умрет?       Ледяной голос Хейзел добавляет мне ужаса, но не убавляет пыл Бьянки.       — А ты думаешь, нас ждет что-то приятное сегодня?!       Боже мой.       Как. Все. Паршиво.       — Бьянка, успокойся. Здесь сложная ситуация, — осторожно вступила в разговор Хлоя, нервно сжав пальцы в замок.       Бьянка обречённо вскинула руки.       — Эта не сложная ситуация, Хлоя! Сложной она станет тогда, когда в лесу нас встретит этот псих, и снова начнет метать в нас ножи!       Хейзел и я нервно дернулись, и Хлое пришлось снизить градус напряжения, мягко усадив нас на кровать. Зная, что у меня склонность к паническим приступам, Хлоя сразу стала спрашивать меня о моем самочувствии, но я только отмахиваюсь от нее, а вот уже бледной Бьянке все же пришлось принести воды и заставить ее медленно выпить. Я, тяжело вздохнув, тоже села возле Бьянки, прощупав на запястье ее скачущий пульс.       — Что он хочет от нас?       — Отомстить?       Мой ответ Хлое категорически не понравился, но она промолчала, не зная как возразить.       — Это все из-за меня, девочки … — Хейзел, перестав себя сдерживать, в открытую разрыдалась.       Представляю, какого ей было. Мало того, что столько времени она провела в напряженном состоянии, так теперь на ней лежала ответственность за нас. Даже врагу не пожелаешь оказаться в такой дерьмовой ситуации.       Бьянка сочувственно обняла девушку.       — Не правда, Хейзел. Ты не при чем.       — Но зачем он так себя ведет?! Зачем?!       Я встала с кровати и начала нервно мерить шагами комнату. Все посмотрели на меня со скрытой надеждой.       — Не думаю, что здесь был сам Майк. Скорей всего, ему просто помогают. Те, кто следит за нами в школе, пока Майк находится за ее пределами. И судя по карте, место, в которое он тебя зовет, далеко от того, в котором можно без страха уединиться. Не думаю, что он появится там сам.       Это было логично, и скорей всего так и было. Майк не супергерой, он не проберется сюда незамеченным. А уж то, что он наметил нам встречу в открытом лесу, только говорило о том, что вряд ли он появится сам.       — Но риски, Бет, слишком большие. Если парень там — мы будем еще в худшей ситуации, чем в той, когда это все произошло в первый раз. И боюсь, жертвой окажется уже кто-то из нас.       Да. Не Бьянке напоминать мне про то, через что мы прошли. Нам с ней досталось больше всех.       — И что делать?       — Сказать Рейне!       Хлоя качает головой.       — А его угроза? Вы рискнете? Я вот нет!       Чертов Майк! Он пытался нас запугать это очевидно. Только вот ужас был в том, что мы знали, что он на это способен. Он не побоится убить того, кто нам дорог.       Хлоя, нахмурившись, обращается ко мне.       — Тебе нельзя идти, Бет. Потому что он обещал вернуться именно у вас. И хоть Миранды сейчас нет, про тебя он может все еще помнить.       После минутной гнетущей паузы я решаю поспорить.       — По этой логике, Бьянке тоже нельзя идти, потому что он может быть обозлен на нее из-за того, что она его ударила! А на тебя за то, что ты сразу позвонила нам, и у него не хватило времени, чтобы, например, прирезать меня и Миранду! — замечаю я, сложив руки на груди.       — Отлично! — с сарказмом пробасила Бьянка, взмахнув руками. — Обязательно было сейчас еще этим пугать друг друга?! Стало легче?! Отправим ее одну?!       И то, правда.       Это мало чем помогло, только усугубило ситуацию. Все понимали, что мы либо идем с Хейзел, либо вообще не идем.       Хейзел, утерев свои слезы, медленно поднимается.       — Я должна пойти, девочки. Мне он ничего не сделает, а вот вам — может.       Сморщившись, поджимаю губы, пока Хлоя качает головой.       — Ты не пойдешь одна, и это не обсуждается, — констатирую я.       — Тогда что будем делать?       Хороший вопрос.       — Мы не скажем Рейне. И парням. На мне теперь ответственность за их жизнь. Не дай бог что-то случится я не смогу жить с осознанием того, что это из-за меня. И вам придется это принять. Да я трушу, но рисковать жизнью кого-то из нас я не буду. И вы прекрасно меня понимаете.       Понимать-то понимаем…       Но Перси свернет мне шею, когда узнает об этом.       Он просто убьет меня.       Но Хейзел права. Ни одна из нас не станет рисковать.       — Бьянка?       Девушка, утерев слезы, неверно сжимает голову руками, обреченно сев на стул.       — Вы же сами понимаете, что мы должны сказать об этом.       И я ее понимаю. Правда, понимаю. Майк нам не по зубам. Он манипулирует нами, а мы как дуры позволяем ему это. Но страх за тех, кто рядом … он прочно въелся в мозг. Риск не всегда оправдан. И пусть правильно рассказать все Рейне, мы этого не сделаем. Потому что ответственность за жизнь тех, кто рядом затмевает весь страх.       И если мы угнетенно опускаем голову, то Бьянка, покачав головой, просто продолжает:       — Я знаю, что теперь уже ни одна из нас этого не сделает, потому что мы боимся. И я боюсь. Я тоже предпочту не нарываться на конфликт и не рисковать друзьями. Мы пойдем с Хейзел. Но в глубине души каждая из нас будет жалеть о том, что мы делаем это за спиной Рейны. Потому что у этого парня поехала крыша, и мы точно не те, кто вернет ее на место.       Все молча смотрят друг на друга. Бьянка сказала то, о чем думала каждая из нас.       — Мы выбираем самый легкий вариант, — вскоре тихо говорит Хлоя.       — Потому что он не связан с потерями, — резонно замечаю я.       — Не факт, — дополняет Хейзел, виновато посмотрев на нас. — Что если пострадаем Мы?       — У нас уже нет выбора, Хейзел. Майк не оставил нам лазейку. Либо мы идем с тобой и делаем так, как он просит, либо гнев этого парня скоро отравит нам тут жизнь.       После чего я снова нервно начинаю нарезать круги вокруг них.       Я знала, что с ним еще не покончено, вот знала же! Но почему он вернулся так быстро?!       — Сходим и узнаем, что ему надо. А потом, уже обратимся за помощью к Рейне.       Бьянка тяжело вздыхает, после чего встает рядом со мной, помогая и мне немного успокоиться.       — У нас, правда, нет выбора. Чтобы мы не выбрали  мы все равно в проигрыше.       Мы все обречённо садимся на стулья и кровать и отчаянно пытаемся продумать все варианты. Когда на вас лежит ответственность за жизнь других людей, выбирать особо не из чего.       — Предлагаю, как можно быстрее сделать это. Вечером будет страшнее, поэтому лучше выдвигаться сейчас.       Мы все неуверенно посмотрели на Бьянку, которая единственная из всех нас, взяла себя в руки.       — Так как в лесу много охраны, сделаем вид, что вышли на пробежку. Иначе нам зададут ненужные вопросы, и мы не попадем на нужное место, да и заставим охрану волноваться. Поэтому переодеваемся в спортивные костюмы и идем за «подарками».       Я нервно фыркнула, из-за чего все недоуменно посмотрели на меня.       — Ты говоришь, как командующий армией.       Хлоя хмыкнула, а Хейзел впервые улыбнулась.       — Ты бы видела, как она играет в прятки.       Бьянка картинно закатила глаза, не разделяя наше веселье.       — Ну, так что?!       — Так и сделаем, — поддерживаю подругу я.       Бьянка кидает в мою сторону печальный взгляд, понимая, что все самое сложное опять будет на нас.       — Но я считаю, что нам нужно сказать хоть кому-то о том, куда мы ушли. Потому что если мы будем истекать кровью в лесу, я хочу, чтобы мы не были лишены шанса выжить.       Хейзел конкретно замутило после слов Бьянки, и, когда девушка начала зеленеть, мы с Хлоей просто резко подняли ее и завели в туалет, где девушку вывернуло наизнанку.       — И кому мы скажем?       Встретившись взглядом с Бьянкой, я вымученно называю имя «Пайпер».       — Перси меня убьет, — пробубнила я, когда мы вчетвером вышли на улицу, где моросил дождь.       — Лучше Перси, чем Майк, — саркастично пропыхтела Бьянка, за что получила от меня яростный взгляд. Каждая была на грани нервного срыва и скрывалась за колкими шутками или саркастично дополняла разговор черным юмором.       — Извини, Бет. Я просто нервничаю.       Бьянка виновато опускает голову, но я просто крепко сжимаю ее за руку. Подруга благодарно сжимает ее в ответ.       — Если что сразу бегите. Меня он не тронет, — в сотый раз инструктировала нас уже отошедшая Хейзел, пока Хлоя вымученно поправляла толстовку и, уже ненавистный ей, капюшон.       Облачившись в свои теплые спортивные костюмы, уверенно чувствовали себя только я и Бьянка. Хейзел и Хлоя не любили спортивные вещи, да и к кроссовкам любви не питали. Но я как и Бьянка настаивала на том, что в такой одежде у нас больше шанса сбежать и не замёрзнуть. Но главную роль сыграл тот факт, что в таком лесу, в ярких костюмах нас заметят быстрее, если нас начнут искать. Только сейчас Хлою осенило, что в яркой одежде будет сложнее прятаться в лесу, если нам придется прибегнуть к этому. И мы встретили ее на редкость резонное замечание с самым мрачным выражением лица. Каждая готовилась к худшему, и это не могло нас не пугать.       На улице действительно было очень прохладно и промозгло, поэтому каждая надела куртку или спортивную жилетку, но и это мало спасало. Да и нервная дрожь только усугубляло положение. Успокаивало только то, что Пайпер, втянутая в эту историю, оповестит Рейну, если мы не вернемся к ужину. Конечно, Пайпер была в ужасе. Но, в конце концов, она поняла, что у нас нет выбора и поступить в такой ситуации правильно — просто невозможно.       Мы, мрачно всматриваясь в лес, мысленно пожелали себе удачи.       — Мне страшно.       — Мне тоже, Хлоя.       Мы с Бьянкой просто тяжело вздохнули и подтолкнули девчонок вперед.       — Мы будем жалеть об этом, — тихо пробубнила себе под нос я, когда школа наконец-то осталась позади нас.       Прогуливающаяся охрана по территории школы, конечно, смотрела на нас странно, но я нарочито громко обратилась к подругам, призывая их немного побегать, чтобы убрать жир с боков. Для охраны это был достаточно отвлекающий манёвр, поэтому никто и слова не сказал когда мы побежали вперед, а после, осторожно ступили на тропу.       — Давайте будем петь?       — Чтоб было веселее?       Мы с Хлоей зло посмотрели на Бьянку и Хейзел, выражая во взгляде все, что они заслужили. Петь?! Что именно?!       — Если вы сейчас начнете напевать похоронный марш, я лично дам вам по шее, — прошипела я, отчего Хейзел дернулась, а Бьянка истерично хмыкнула.       — Хороший музыкальный вкус у тебя, ничего не скажешь.       Закатив глаза, я продолжала подталкивать вперед Хлою, которая на мокрой тропе все время скользит и спотыкается.       Я мысленно представляла себе реакцию Перси, когда он узнает обо всем этом. Сомнений нет — он будет в бешенстве. И боюсь, мне придется долго просить прощения.       Ругаться с Перси мне совсем не хотелось, но что делать?       Легко поступить правильно, когда на тебе не лежит ответственность за чью-то жизнь или чью-то возможную смерть? Шутил Майк или нет, но если что случится, винить мы до конца жизни будем именно себя.       — Сворачиваем сюда, — командую я, когда мы выходим к очередной тропинке, ведущей вглубь дремучего леса.       Карта была у меня, потому что, как оказалось, топографическим идиотизмом страдали все девочки. Бьянка сразу свернула не в ту сторону, Хлоя вообще была дезориентирована, а Хейзел и вовсе призналась, что мало, что в этом всем понимает.       Поэтому все доверили карту мне и со спокойной душой шефствовали позади.       — Мне не нравится этот путь, — пропищала Хлоя, и Бьянка нервно дернув плечами, просто подтолкнула ее ко мне.       — А мне эта школа, — пробубнила Бьянка, и я поймала себя на мысли, что теперь полностью согласна с ней.       Хейзел снова начала бледнеть и мне приходилось как-то успокаивать ее и настраивать, хотя мое сердце уже давно бешено стучало в груди. Страх, опасность, паника, все это было уместно. Пусть мы с Бьянкой и держали сейчас все в своих руках, нам не было от этого менее страшно. Каждая из нас прекрасно помнила тот ужас, через который мы прошли и ту боль, которую испытали. Нам не хотелось снова почувствовать что-то даже издали похожее.       — Вроде это здесь.       Мы все нервно оглянулись по сторонам, когда ступили на отмеченную на карте территорию. Мы стояли посреди леса, и еще никто не вышел к нам из кого-нибудь рядом стоящего ствола.       — И что? — Хлоя нервно стала нарезать вокруг нас круги. — Где этот чокнутый?       — Ты так жаждешь его увидеть? — проворчала я, одарив Хлою тяжелым взглядом. — Я вот очень рада, что он сейчас не маячит у меня перед глазами.       — Перестаньте, — устало попросила Хейзел, уставшая от наших колкостей друг к другу за весь этот путь.       И пока мы осматривались вокруг себя, я увидела то, что явно было предназначено для нас. Сделав пару шагов вперед, я остановилась возле небольшой горсти собранной из опавших листьев. И как только я сдвинула ее ногой, я увидела то зачем мы здесь.       — Я нашла.