На все свои причины

***

      На ужин я не иду по понятным причинам.       Меня навещает Бьянка и Пайпер, которые позаботились о том, чтобы я не осталась голодной и принесли ужин с собой. Обе были в ужасе от того, что видят перед собой.       — Ты даже не представляешь, что происходит в школе. — Коротко говорит Бьянка, беспокойно осматривая мое лицо. — Ты звезда школы. Снова.       — Кажется, школа скоро взорвется от последних событий. — Соглашаясь с ней, кивает Пайпер, попутно подав мне ужин.       Ну, еще бы. Мало того, что я рассталась с Перси, так еще и «отлупила» Дрю.       Представляю, насколько шатка моя репутация.       — Может, расскажешь, что случилось?       Я лишь пожимаю плечами.       — Слово за слово и вот, сорвались.       Бьянка вздыхает.        — Я просто в шоке, Бет.       Пайпер осторожно касается рукой моего лица, осматривая мои травмы.       — Хочешь послушать, что говорят наши ребята? — несмело начинает Пайпер, а я опускаю взгляд.       Завуалированное упоминание того, как реагирует на это Перси, я не могла не услышать.       Опускаю взгляд и просто молчу.       — Перси ходил к Рейне лично, чтобы выслушать, что случилось. И он спускался к Грейс, чтобы спросить о твоих, ну, травмах.       — Он, правда, переживает.       Я все еще молчу, совсем не тронутая их замечанием.       Он мог прийти ко мне, верно?       — Он пытался все выпытать у меня, — начала Бьянка, отщипнув от моей булки кусок, под усмехающийся взгляд Пайпер. Все мы знали, что когда Бьянка нервничала, она ела все, что попадалось под руку. — Но я сама не так много знала, поэтому лишь осмелилась упрекнуть его в том, что он придурок. Сама понимаешь, после этого он довольно скоро оставил меня.       Я впервые за весь день улыбаюсь.       — Лео все еще не может отойти от вашей драки. — хмыкнула Пайпер. — Мне пришлось устроить ему сеанс психотерапии, чтобы выслушать его часовой эмоциональный рассказ о том, что он видел. После чего еще час отвечать ему, что происходит. Поверь, мой парень оказался чересчур восприимчивым. Не удивляйся, пожалуйста, если он заявится к тебе перед сном.       Мы с Бьянкой в унисон хмыкаем. Лео и Пайпер были странной, но интересной парой. У них не было в отношениях той страсти и кипящей романтики, которая была присуща остальным, но у них было понимание и доверие, что, как оказалось, намного важнее. Лео очень много говорил, особенно, когда чем-то был удивлен или взволнован, а вот Пайпер красноречием не отличалась. Но она умела слушать и усмиряла его эмоциональный пыл.       — Крис и Тайсон тоже волнуются. Первый около получаса пытался добиться от меня хоть каких-то подробностей. — Снова говорит Бьянка, запихнув в рот очередной кусочек хлеба.       — Кстати, судя по тому, что мне сказал Тайсон, Перси просто испугался.       Мы с Пайпер поворачиваемся к ней.       — Ответственности? — с издевкой переспрашиваю я, а Бьянка качает головой.       — Тайсон склоняется к тому, что Перси просто испугался привязанности. Своих чувств к тебе.       Я борюсь с пеленой перед глазами, пока Пайпер недоуменно моргает.       — Чего их бояться? — непонимающе переспрашивает девушка, и Бьянка тихо вздыхает.       — Мы с Тайсоном решили, что он боится той боли, которая может последовать за уходом родного человека. Перси все еще живет прошлым и, может, он просто решил, что уйти первым будет не так больно?       Пайпер снова недоуменно качает головой.       — Но Бет не собиралась его бросать!       — Я тебе просто говорю, что сказал мне Тайсон! В голову к Перси я залезть, уж прости, не смогла! — проворчала Бьянка, и мне пришлось перенять их внимание на себя, чтобы они не стали спорить.       Отчасти я поняла, что имел в виду Тайсон.       Но отчасти и нет.       В любом случае, что сделано то сделано.       Бьянка снова запихивает в рот большой кусок булки, она чуть не давится ей, когда я ее перебиваю.       — А Хейзел?       Ну, я не могла не спросить.       Неужели она настолько … эгоистична, что даже не придет ко мне?       Бьянка расстроено поднимает руки.       — Я не знаю, что происходит с Хейзел, Бет! Я не понимаю, честно. И вообще не одобряю ее поведение! Я молчу только потому, что Рейна просила меня быть осторожной с ней.       Это верно. Мы все переживали за Хейзел, пытаясь оградить ее от новых тревог и упреков.       Похоже, она уже просто привыкла к этому.       Пайпер кладет руку на плечи взвинченной Бьянки, и та уже несколько успокаивается, виновато опуская глаза.       — Прости ее, Бет. Она в душе ещё совсем ребенок. И вся эта ситуация только лишний раз это подтверждает.       Я понимающе улыбаюсь Бьянке и кладу свою руку поверх ее.       Уже когда Бьянка и Пайпер собираются уходить, первая неловко мнется, и, взяв свою сумку, достает из нее какую-то косметичку, после чего снова подходит к моей кровати.       — Слушай, Бет … Хлоя тоже взволнована, но она не может оставить Хейзел. Кто-то должен быть с ней …       Я понимающе киваю, совсем не злясь на Хлою. Хейзел была ее подругой много лет. И глупо претендовать на то, чтобы и она сейчас была здесь. Я знаю, что Хлоя намного добрее каждой из нас, и я знаю, что она переживает и за меня и за нашу ссору с Хейзел больше, чем кто-либо.       — Она просила тебе передать, — Бьянка протягивает мне косметичку, — тут все, что поможет хоть как-то замаскировать твои синяки.       И я рада этому подарку больше, чем чему либо.       Я беру ее, как сокровище, понимая, что Хлоя показала этим жестом намного больше, чем может показаться.       Она понимала, как я буду себя чувствовать с таким боевым раскрасом, и подарила мне то, что сможет спасти меня от публичного осуждения относительно внешнего вида.       Это был очень тонкий и ценный жест.       Я прониклась к Хлое большим уважением, чем когда-либо.       Девушки уходят, а вечером, как и обещала Пайпер, она возвращается ко мне со своим неугомонным парнем. Лео с разбегу запрыгивает ко мне в кровать и шокировано выдыхает осматривая мое лицо и руки. Я провожу с ними около двух часов, радуясь тому, что Лео так искренне беспокоился. С ним было тепло, он умел согреть своим вниманием и заботой.       Уже перед уходом Лео останавливается и, неловко переминаясь с ноги на ногу, оборачивается ко мне с виноватым взглядом.       — Аннабет, тут Перси хотел к тебе зайти …       Я сразу перебиваю его.       — Скажи, что может не утруждаться. Тем более, что я уже ложусь спать, мне рано вставать. Время посещения он пропустил, чему я не удивлена.       Да, я резка. Просто потому, что не вижу смысла в этих разговорах. Хотел бы-пришел.       Пайпер тянет Лео к выходу, но он виновато смотрит мне прямо в глаза.       — Бет, я не оправдываю его. Перси тот еще тупица, когда дело касается межличностных отношений. Но поверь, он все еще по уши влюблен в тебя. Он всегда будет за тебя беспокоиться.       Лео говорит мягко, проникновенно и слишком заботливо. Он уходит вслед за Пайпер, когда видит, что я начала утирать слезы.       С виноватым и полным сочувствия взглядом.       От уроков у меня официальное освобождение, поэтому весь день я провожу у себя в комнате, но уже под вечер я просто умирала с голоду. Вечно скрываться не получится, правильно? Так уж лучше окунуться в грязные сплети сразу, а не растягивать этот момент до последнего.       Я спускалась в столовую, как на казнь. Заштукатурив лицо и рассеченную бровь тональником, я чувствовала себя уже уверенней: хотя бы не выгляжу, как урод. А распушив волосы, я, таким образом, надеялась скрываться за ними хоть чуть-чуть.       Я даже не оглядываюсь по сторонам, сразу иду к раздаче. Конечно, разговоры в столовой становятся тише, и большая часть ребят смотрит на меня с ожиданием. То ли выходки, то ли словесного признания, не знаю. Но это очень раздражает и сковывает.       Я двигаюсь не спеша, перемещаясь с подносом от одной стойки к другой, не предчувствуя беды. Пока не сталкиваюсь у столика с выпечкой с тем, кто тоже не ожидал столкнуться со мной.       Дрю оторопело моргнула, поняв, что врезалась не в кого-нибудь, а именно в меня. Я же начинаю тихо закипать. Эта дрянь научится держаться от меня подальше?!       Я настолько концентрируюсь на Дрю, что даже не вижу, что мы стали центром внимания всех, кто здесь был. Ребята, буквально, замерли и перестали есть, и разговаривать, когда увидели, что мы с Дрю столкнулись.       Дальше все произошло очень быстро.       — Опять ты, тупица.       — Тупица стоит напротив меня.       Дрю разве что не разрывает от гнева, но я не успеваю среагировать, когда стерва швыряет в меня свой стакан с водой. Прохладная вода выливается мне на лицо и ворот тонкой черной футболки. Мне остается только радоваться тому, что я не в белой футболке, которая обязательно стала бы после этого просвечивать.       Столовая охает в унисон, явно принося удовлетворение Дрю.       Но я не настолько заторможена, чтобы не ответить ей.       Когда Дрю открывает свой рот, чтобы сказать какую-то пакость, моя рука, держащая тарелку с пирожными, покрытыми заварным кремом, взлетает и смачно встречается с лицом Дрю.       Дальше я слышу звон упавшей на пол тарелки, визг Дрю, смех кого-то из ребят, потрясенные возгласы и что-то еще.       Но почти сразу возле меня оказывается Люк, а возле Дрю — Рейчел и один из друзей Кастеллана.       — Сука!       Я отвечаю Дрю выставленным средним пальцем.       Люк же, втиснувшись между нами, пытается оттащить меня назад, но я зло отмахиваюсь и от него.       — Отвали, Люк!       Кто-то из девчонок за столиками в первой линии слишком громко охает.       Но парень, игнорируя мои брыкания, практически силой тащит меня к выходу, крикнув шокированной поварихе Эмили, чтобы в мою комнату и комнату Танаки принесли ужин, а своему другу, чтобы тот следом уводил из столовой верещащую Дрю. Кажется, тот запрокинул ее себе на плечи и понес следом за нами.       Столовая не разразилась смехом, наверно, только потому, что все были в шоке.       Такого открытого сопротивления здесь еще не встречали.       Жаль только, что я не видела, в каком оцепенении сидели мои друзья.       Потому что мне стоило это увидеть.

***

      Перси уже стоял на ногах, готовый бежать в сторону Аннабет, но его опередил Люк, который понял, чем закончится их столкновение, раньше, чем он. Лео и Хлоя сидели с открытыми ртами, хотя бы потому, что они всегда так реагировали на что-то неожиданное. Крис неодобрительно смотрел на Хейзел и Бьянку, в попытке уколоть их тем, что те «бросили» Чейз. Тайсон сочувственно похлопал по спине Перси, который смотрел на то, как ее уводит Люк с открытым беспокойством.       Наверно, впервые у него не было ревности во взгляде. Он понял, что на месте Люка должен был оказаться он.       Но Перси налажал.       Снова.       Пайпер, после того как увели Аннабет и Дрю, поджав губы встала из-за стола и повернулась к Перси.       — Ну, что ты не устраиваешь сцену ревности? Давай, иди, выскажи ей, почему рядом с ней опять оказался Кастеллан! Упрекни ее в том, что увидел ее именно с ним! Ты же так обычно поступаешь, разве нет?       Перси поворачивается к ней, не скрывая печали во взгляде. Но Пайпер этим не взять. Сейчас она хотела показать ему, как он выглядел в глазах Бет, когда обвинял ее в общении с Люком. Она понимала, что сейчас до него, может быть, и дойдет. Поэтому, когда Тайсон тихо протянул ее имя, она не остановилась.       — Вся твоя предыдущая ревность была лишь уязвленным самолюбием, Перси. Нормальная ревность придет к тебе сейчас, когда ты поймешь, что все свое счастье просрал из-за своего паршивого характера. Она никогда не выбирала Люка. Это он выбирал ее. Вот в чем разница между тобой и Кастелланом.       И оставив пораженных ребят за столом, уйдет вслед за Аннабет и Дрю.       А Перси…?       Перси уйдет следом и до самого комендантского часа просидит в часовне, где его будет сжирать чувство вины, потери, и ненависти к себе.       Потому что слова Пайпер выстрелили ему прямо в сердце.