Приёмыш

Сэй бесцельно брела по коридору убежища, в котором они с Тоби находились вдвоем уже третий день. Убежище представляло собой холодную каменную пещеру, оснащенную вещами и предметами первой необходимости. Если бы у Сэй был выбор, она бы предпочла вернуться в деревню Дождя. Ко всему прочему Тоби, не имея понятия, как успокоить девчонку, оставил ее здесь и исчез в тот же день, поэтому фактически русовласка была одна. Поэтому единственным, чем она могла заняться, это есть, спать и думать. Ну и, конечно, бродить по коридорам, изучая убежище. - Сэй-чан! – в воздухе возник Тоби, испугав и обрадовав русовласку. - Привет, - улыбнулась она. - Тоби решил, что Сэй-чан хочет побыть одна, поэтому ушел, - важно кивнул он. – Но Тоби ушел не просто так, Тоби принес Сэй-чан конфет, - в левой руке у него оказалась небольшая корзинка с конфетами. – Но Тоби не отдаст конфеты Сэй-чан, пока Сэй-чан не пообещает Тоби, что больше не будет рыдать, - подняв вверх указательный палец, произнесло чудо в оранжевой маске. - Прости, - сокрушенно качнула Сэй головой. – Я не могу заглядывать в будущее. Вдруг меня ждет еще много всего ужасного, а я уже пообещала не рыдать? Что мне тогда делать? – она сделала страшные глаза и посмотрела на мужчину. Тот же, не выдержав, расхохотался. - Тоби хороший мальчик! – воскликнул он и, схватив Сэй за рукав кимоно, потащил куда-то по коридору. Вскоре они добрались до выхода и вынырнули из тени пещеры в теплые солнечные лучи. Убежище находилось под поляной хвойного леса. Несмотря на зиму, здесь все зеленело и жило, видимо, особенности страны, в которой они находились. Сэй, поправив кимоно, осмотрелась и подняла глаза на оранжевую маску своего спутника, ожидая. - Тоби решил посидеть на улице, - сообщил он и неуклюже поплелся к дереву, под которым уселся и положил себе на колени корзинку с конфетами. Русовласка последовала его примеру, расположившись рядом с членом Акацуки. Солнце не грело, но было тепло, потому что деревья заслоняли ветер, не давая порывам остужать поляну. - Тоби, ты не знаешь, сколько еще они пробудут там? – имея в виду запечатывание семихвостого, проговорила девушка. - Сэй-чан не хочет дружить с Тоби, - вдруг обиделся он, и русовласка, вытаращившись и готовясь отрицать всё, глянула на него. – Сэй-чан не хочет общаться с Тоби и хочет поскорее избавиться от Тоби. Тоби обиделся. - Нет, нет! Ты что! – замахала руками она. – Я очень люблю тебя, и мне нравится с тобой находиться! – глядя на него честными глазами, призналась девушка. – Просто… - она замолчала и, обхватив колени руками, задумалась о клане Учиха и Итачи. Спустя две минуты Тоби, не дождавшийся продолжения фразы, вынул конфету из корзинки и, легонько стукнув ею девчонку по макушке, скинул сладость к ней, вырвав из задумчивости. - Спасибо, - разворачивая фантик, сказала она. – Скажи, Тоби… - Тоби скажет, - кивнул тот. - Ты можешь обучить меня чему-нибудь? - Какая хитрая Сэй-чан, - весело усмехнулся он. – Тоби ничему не может научить, Тоби может дать конфетку, - он протянул ей всю корзинку, и та в непонимании приняла ее. А сам он вскочил на ноги. - А ты куда? – поднимая на него глаза, спросила Сэй. - У Тоби дела, - серьезно сказал мужчина. Русовласка промолчала, только расстроено опустила голову. Тоби исчез в тишине. *** Ночью, когда Сэй спала в своей комнате, у ее кровати из воздуха возник Тоби, кунай в левой руке сверкнул на свету. Огарок свечи колыхнулся и погас, в темноте кровавым светом зажегся шаринган и тут же потух, ибо им нельзя было разглядеть тело, лежащее в постели. Глупая девчонка, конечно же, съела все конфеты и сейчас спала как убитая. Обито вплотную подошел к кровати и сверху вниз посмотрел на спящую куноичи. Давным-давно он встретил ее в квартале клана Учиха, той самой ночью, когда они с Итачи вырезали его подчистую. Остался в живых только Саске и девчонка, оказавшаяся там совершенно случайно, и которую он лично вырубил, прежде чем они с Итачи растворились в лунной ночи. Что будет дальше с этой бестолочью? Судьба уже занесла ее от далекой Конохи в убежище организации Акацуки. Если не помочь ей сейчас умереть безболезненно и быстро, через пару лет она сама сдохнет от полученных в случайном бою ран, потому что Итачи к тому времени умрет и заботиться о ней будет некому. Но Обито уже с самого начала знал, кому позволяет жить все это время в организации. Сила, благодаря которой русовласке все сходит с рук, словно она джинчурики, пригодится в дальнейшем лично для самого создателя Акацуки. Этой силой можно было противостоять любой технике, какой бы мощной она не была. В тишине раздался треск ткани – мужчина воткнул кунай в подушку, подобно Саске, и исчез, растворившись в воздухе. Сэй проснулась утром от холодного прикосновения к носу и ощутила неприятный запах металла. Протянув в полутьме руку и едва не порезавшись об острый край куная, русовласка на секунду подумала, что оказалась дома в квартале Учиха, и Саске только что ушел. Нащупав на столе спички, она зажгла одну, обнаружила оружие, воткнутое в подушку, и сильно удивилась тому, что оно тут делает. Но так как русовласка еще не выспалась, она решила разобраться в этом потом и, вытащив кунай, перевернула подушку и снова легла спать. Тоби, к слову, она больше не видела. Только в холодильнике пополнялась еда время от времени. *** Прошло одиннадцать дней. Изнуренная ожиданием и одиночеством, Сэй уже готова была выть от скуки и разговаривать с птицами, как на пороге убежища внезапно показались Кисаме и Итачи. Это был неожиданно прохладный день. Русовласка сидела на поваленном дереве возле убежища в юбке и кофте, ожидая, когда же, наконец, Акацуки закончат свои дела. Над поляной повисло молчание – тому способствовала пасмурная погода и редкие порывы ветра, гнущие ветви деревьев. Недлинные прядки выбивались из хвоста, так что ветер трепал их при каждом порыве. Девушка вздохнула и, проведя пятерней по волосам, собирая их обратно в прическу, собралась уходить, как вдруг увидела вошедшие в круг поляны две высоких фигуры в плащах Акацуки. Сэй так и замерла с рукой у головы. Мужчины приблизились к ней и встали напротив. - Здрасте, - пролепетала куноичи, догадавшись опустить руку. – А вы за мной? – голос внезапно стал таким тонким, что Кисаме, не выдержав, рассмеялся. Девушка смутилась. - Ты собрана? – покосившись на Кисаме и заставив того успокоиться, спросил Итачи. - Нет, - качнула головой та, складывая руки за спиной. – Но я быстро, - она рванула к входу, затем остановилась и повернулась к ним: - А вы голодные? Если да, то я могу вас накормить! – и скрылась в глубине. - Вам не кажется, Итачи-сан, что она не совсем понимает, куда попала? – хмыкнул Кисаме. - Пошли, - тот в ответ шагнул в убежище. Сэй суетилась на кухне. На одном из стульев за столом стоял рюкзачок. В нем лежали кунай Тоби, кимоно и пару вещичек первой необходимости, нужные каждой уважающей себя куноичи. Шиноби вошли в помещение и, расстегнув плащи, под которыми обнаружилась стандартная форма ниндзя со штанами и кольчужкой, присели за стол. Итачи извлек из внутреннего кармана плаща сверток и бросил его на стол ближе к суетящейся у плиты Сэй. - Что это? – обернулась она на звук. - Перчатки из кожи семихвостого. Примерь, - кивнул ей Учиха. Кисаме весело оскалился: - Понятно. Ему стало понятно, почему Итачи после завершения обряда над демоном отрезал ему целую лапу и поместил ее в свиток. И почему они не сразу пошли за Сэй, а задержались еще три дня в каком-то городке – очевидно, столько понадобилось, чтобы освежевать лапу и сделать мало-мальски нормальное изделие из кожи. Сэй раскрыла сверток и обнаружила коричневого цвета перчатки немного большие по размеру, чем ее руки. Итачи, заметив это, никак не выдал раздражение и досаду на криворукого мастера. Но тут же оправдал его перед собой, аргументировав это малым временем, данным ему на подготовку. Русовласка с трудом натянула на левую руку перчатку и рассмотрела ее: она была испещрена морщинами и пахла составом, каким обрабатывают обувь. - Техника теневого клонирования, - произнес Итачи, сложив печати. Сэй подняла голову на голос, но ничего не увидела необычного. Кисаме с любопытством и оскалом, застывшим на губах, смотрел, как клон Учихи подходит к девчонке и касается ее пальцев в перчатках и… не исчезает! Чтобы до конца проверить свою теорию, клон положил свою руку на голову русовласки и на этот раз исчез. – Можешь снимать перчатки. И постарайся носить их чаще, особенно если имеешь дело с какой-либо техникой, - наставительно сказал ей Итачи, глядя прямо в глаза. - Хорошо, - не до конца поняв, в чем дело, она кивнула и, сложив обратно перчатки, принялась дальше суетиться, накрывая на стол. - Ясно, - запоздало дошло до Кисаме. Они с Итачи сидели чуть поодаль друг от друга. – Значит, кожа семихвостого обладает сдерживающей силой для нее? Сэй, ставившая на стол миску с рисом, от неожиданности брякнула ее о стол, благо было низко, и она не разбилась. - Так тут был клон? – вытаращила она на Итачи серые глазища. – А, вот это вы тут проверяли, что и как, да? – жестикулируя, спросила русовласка. - Да. Теперь ты можешь трогать что угодно, - сообщил ей Учиха. - Здорово, - заулыбалась девчонка, продолжая наготавливать на стол. – А то мне тот разорванный мальчик с запечатанным демоном по ночам неделю являлся, - непринужденно болтала она, заставляя своих слушателей молча испытывать смешанные чувства недоумения и удивления. Поставив на стол скромный обед, девчонка умчалась из кухни, пожелав мужчинам приятного аппетита. А когда пришла снова минут через пятнадцать, улыбаясь: «Ой, я рюкзак уже принесла же!» - они уже поели. Убежище оставили просто так, не запирая, так как ушлые шиноби чувствовали поблизости чакру Тоби. Кинув последний взгляд на свое бывшее пристанище, Сэй повернулась и поспешила за своим новым наставником. Едва они втроем скрылись за деревьями, как на поляне у входа возник Тоби. Он долго стоял и смотрел в пространство, а затем снова исчез.