Тебе не надоело?

Они сидят на одном диване, занимаясь каждым своим делом. Всего третий день пребывания в чужом городе, а дел пока не намечается. Илья играет, Костя читает привезенную им самим книгу, чтобы поскорее начать изучать стеллаж Ильи, забитый не столько книгами, сколько комиксами. «Комиксы — тоже неплохо», — думает Костя, переворачивая страницу. Илья неожиданно наваливается на плечо, укладывает голову, щекоча щеку волосами. Откладывает телефон. — Пошли гулять? Парень замирает, закладывает палец между страниц и прикрывает книгу. — Ты серьезно? — смотрит в глаза, пытаясь отыскать там смешинки, но ничего. — Да. — Черт бы тебя подрал… Куда ты собрался вечером? — Четыре часа — не вечер. Тем более, сейчас не полуденное пекло, так что почему нет? — Потому что… — Илюша, дорогой, сходи в магазин, пожалуйста! И Костика с собой возьми, совсем из дома не выходит, бледнолицый! — кричит с кухни Кристина Алексеевна, шкворча чем-то в сковородке. Костя чертыхается, пока Илья, победно улыбаясь, стягивает друга с дивана за ноги. — Одевайся, — смеется он, наблюдая за тем, как Костя хмурится, запоминая страницу. «Не пользуется закладками, так забавно», — думает Илья, пока рыжий парень действительно ползет к шкафу, куда сгрузил свои вещи. «Не смотри туда, не надо», — уговаривает себя, когда оголяется спина. Такая худая, что видно позвонки. Светлая кожа, на которой видно пару крупных родинок. — Не смотри на меня, извращенец… — Одевайся быстрее. — Я и так быстро, — ворчит Костя, одергивая футболку. Оглядывает себя в зеркале, поправляет волосы. — Причешись, у тебя волосы торчат в разные стороны, Илья. — Ты давно не звал меня по имени, — бурчит он, хватая с полки расческу. — В этом не было необходимости. — Я знаю, ты пытаешься убедить себя, что не привязался. — Ты слишком много знаешь. Они смотрят в глаза друг другу, и Костя снова ищет подсказки. — Ты запутался, — прерывает тишину Илья. — Господи, да просто верь мне. Я не брошу. — Я бросил тебя здесь. — Я забыл это. Этого не было. Сейчас ты здесь. — Долго будешь обманываться? Пауза. И снова взгляд глаза в глаза. — Мальчики, вы идете? О, уже оделись! Вперед и с песней, господа! Костя пинает мелкий камушек, пока Илья тащит сумки с продуктами домой. — Мы не договорили, — бормочет рыжий, прерывая долгое молчание. — Мне нечего сказать по этому поводу. — Я хочу услышать то, что ты действительно думаешь, а не видеть эту маску невозмутимости, сэр-я-нигде-не-залажал. — Что я действительно думаю? А ты уверен, малыш, что хочешь слышать это? Костя замирает, обдумывая. — Если это не твои чертовы эмоции, которых я наслушался раньше, то давай, попробуй. — Я не хочу говорить. — Слабак. Илья пожимает плечами. Они молчат. Но совсем недолго, потому что не привыкли. Так, без разговоров. Слишком много всего надо еще выяснить. — Я думал, что когда мы снова будем рядом, станет лучше, — выдыхает рыжий парень. Он снова пожимает плечами. — Я задавался вопросом, как ты тут, без меня? Что делаешь, о чем думаешь. Помнится, ты редко говорил действительно то, что крутил в своей кучерявой башке, — Костя замолкает. — По приезду сюда вопросов не уменьшилось, даже наоборот. Теперь я думаю над тем, почему ты не смотришь мне в глаза, когда мы общаемся. От мамки-психолога слышал, мол, так люди показывают, что им совершенно неинтересен диалог. Но ты продолжаешь что-то увлеченно рассказывать. Илья смотрит под ноги. И сжимает челюсти, чтобы не перебить. — Ты не смотришь в глаза, но ощутимо увеличиваешь количество прикосновений. Я не гаптофоб, ты знаешь это, но… Напрягает немного. Что с тобой? Может, я сам делаю что-то не так? — Все так. Ты извини, если это так пугает. Просто… просто… Неважно. Забей. — Нет уж, коль начал — то договаривай. — Не хочу. — Слабак, — повторяет Костя. Отворачивается. — Может, завтра пойдем гулять? Хочу посмотреть, как ты отжигаешь на трюковом. — Я давно бросил это дело. — С того момента, как я уехал? — Да. Не было того, кто восхищался бы, стоя рядом, и также умело повторял за мной. — Льстишь. — Говорю правду. Вытащи ключи из кармана толстовки, пожалуйста, — Илья замирает, даже дыхание задерживает, глядя на макушку прямо перед ним. Костя шарит ладонью в огромном кармане, после выуживает ключи, открывает. Пропускает Илью вперед, галантно придерживая дверь. — Ну так что, идешь? Повторять? — Иду.