Поверь мне

«Никогда не иди назад. Возвращаться нет уже смысла. Даже если там те же глаза, в которых тонули мысли. Даже если тянет туда, где ещё всё было так мило, не иди ты туда никогда, забудь навсегда, что было. Те же люди в прошлом живут, что любить обещали всегда. Если вспомнил ты это — забудь, не иди ты туда никогда. Не верь им, они — чужие. Ведь когда-то ушли от тебя. Они веру в душе убили, в любовь, в людей и в себя. Живи просто тем, что живешь, и хоть жизнь похожа на ад, смотри только вперед, никогда не иди назад». Омар Хайям

Когда моя жизнь была на волоске от смерти, первое, что пришло мне в голову: я хочу обнять отца перед смертью. Но не тут-то было…

***

Я никогда не видела мать. Она умерла, когда рожала меня. Я даже не знала, как она выглядела, но мне всегда казалось, что я очень похожа на нее: черные волосы и голубые глаза. Внешностью я точно что не пошла в отца — кареглазого шатена. Очень жаль, что папа сжёг все фотографии с мамой. Иногда он смотрел на меня так, будто видел её вместо меня. Мой отец был хорошим человеком, он не пил после её смерти, он в первую очередь занялся моим воспитанием. По крайне мере, мне так рассказывали его друзья. Как все было на самом деле, я не знаю. Я родилась и жила в Париже. Но имя у меня было явно не французское, как и мой отец не являлся французом. Меня зовут Вивьен. Вивьен Мэрдок. Я училась в Шармбатоне, и я окончила второй курс. Недавно наступили каникулы, и мы с отцом сейчас отдыхали в парке, кормили лебедей. Но не всегда хорошие будни приносят счастье. Судьба любит осторожно подкрадываться и внезапно наносить удар. Так мы теряем самое дорогое в жизни, совершенно не ожидая этого. Привычный мир начинает осыпаться осколками разбитого зеркала, а ты стоишь и ничего не можешь с этим поделать. Сегодня мы с отцом проводили время вместе. В последний раз.

***

— Пап, я бы хотела ещё погулять в парке. — Я тоже, но уже поздно, и нам пора домой. Машина, которая проезжала мимо нас, ехала, как сумасшедшая, ещё бы чуть-чуть и мы бы столкнулись с ней нос к носу. Отец повернул руль, в этот момент машина стала неуправляемой — удар, и мы уже летели вниз с моста. Когда мы падали, моё сердце замерло на мгновение, а немой крик застрял комком в горле. Я не могла кричать. Страх сковал меня. Тогда моя жизнь висела на волоске от смерти, и обнять отца перед смертью — единственное, что я желала в том момент. Папа выхватил палочку и шепнул заклинание. Я не поняла какое. Удар об воду. Последнее, что я увидела перед тем, как потерять сознание, так это отца, его глаза и то, с какой заботой он смотрел на меня. Мне показалось, что это был последний раз, когда он был рядом со мной. Но это так и случилось. Я выжила лишь только потому, что отец защитил меня своей магией.

***

Моим опекуном стала сестра моего отца. Она с распростёртыми объятиями приняла меня. Эта женщина обвиняла всех мужчин в своих бедах, поэтому была не замужем. Если подумать, то это в действительности являлось правдой. Мужчины часто предавали ее. Первый ей изменял. Второй крал её деньги. Третий был альфонсом. После третьего она решила, что будет всю свою жизнь одна. Честно говоря, я удивлена тому, что она и моего отца не обвиняла в чём-либо. Тётя жила в Лондоне. Она забрала меня сразу же после смерти отца. Шармбатон стал для меня недоступным. Как и отца, я потеряла и своих друзей. Жизнь сильно изменилась и совсем не в лучшую сторону. Перед глазами все еще продолжала стоять картина лежащего в гробу отца. Я помню, как было сыро в тот день, как ледяные капли дождя били по лицу, а горячие слезы обжигали щеки. Я помню пронзающую грудь боль, теплую руку тёти на своем плече и ее тихий успокаивающий голос. Я помню, как мой отец произнёс заклинание, а его палочка выпустила ярко-красный огонёк. И все это мне снилось каждую ночь. Почему я тогда была так беспомощна? Почему я ничего не могла сделать в тот момент?

***

Моя сова Оуэн осталась моим последним товарищем. Он прилетал с письмами моих друзей, но я не стала им отвечать, так как знала, что там. Мне не нужна жалость. Я не хочу читать эти сочувствующие письма по поводу смерти моего отца. Жилось с тётей довольно неплохо, если бы она не храпела так громко, причём с последствиями: люстра у меня качалась со скрипом от издаваемых звуков, а иногда и дребезжала, грозясь упасть. У неё был сын Джон, ему тринадцать лет, у него каштановые волосы и глаза каре-жёлтые. Он учился в Хогвартсе, переходил на третий курс. И совсем скоро я тоже там буду учиться и тоже на третьем курсе. Джо весёлый, он вместе со мной покупал мне учебники, форму, рассказывал о Хогвартсе, говорил, что там весело и что там самый лучший директор. Мне даже захотелось там учиться. Факультетом Джо был Гриффиндор. Но я боялась, что меня там не примут, что я не найду общий язык с ребятами. Но Джон успокоил меня и сказал, что все будет хорошо. Но он предупредил, что преподавателю зельеварения будет трудно понравиться. Мне даже стало немного не по себе от того, что он рассказал о, как он назвал его, Северусе Снейпе. А так же о Слизерине, о том, что там учатся высокомерные гады и чистокровные волшебники. Но самыми весёлыми были рассказы о проделках близнецов Уизли. Судя по всему, я попаду с ними на один курс, но на разные факультеты. — О! Значит, я буду одна из этих «гадов», как ты выразился, — смеясь, сказала я. Мы, кстати, с Джоном сейчас наводили порядок в саду. — Ты чистокровная волшебница? — с удивлением в голосе произнёс он. — Да. — Хм, это будет проблемой, — блеск в его глазах я сразу заметила. Мне даже показалось, что он был этому рад. — А если бы я была нечистокровной и меня распределили бы на Гриффиндор? — с любопытством в голосе и во взгляде спросила я его. — Тогда я бы сделал вид, что я тебя не знаю, — Джон рассмеялся, притворившись, что он шутит.

***

— Так, поторопимся! Мы опаздываем на поезд! — подгоняла тётя нас. — Мы летим! — отшучивался парень. — Твои глупые шутки сейчас не уместны, — огрызнулась тётя, а я лишь хихикнула. — Милая, тебе понравится эта школа! — уверяла меня тётя. — Я надеюсь, — грустно улыбнувшись, сказала я. Мысль о новой школе меня немного расстраивала, ведь мне нравился Шармбатон, я любила девочек, с которыми я подружилась. Но ведь после плохого обязательно должно быть что-то хорошее и светлое! Я верю в это! И даже горе, которое я пережила, не изменит это: я продолжала надеяться на лучшее. Попрощавшись с тётей, мы с Джо заскочили в поезд и там же расстались. Джо оставил меня в пустом купе, а сам сказал, что пойдёт поищет друзей и будет с ними. Я расстроилась и обиделась на него. Но я ведь взрослая девочка и могу и сама со всем справиться и постоять за себя. — Но ведь одной скучно, — прошептала я в пустом купе сама себе. Но после двадцати минут одиночества ко мне заглянули две одинаковые моськи. Я растерялась, но их позитивные улыбки, довольные лица и положительные эмоции, которые буквально расходились от них лучами, заставили меня улыбнуться им в ответ. — Привет! — хором весело произнесли парни. — П-привет, — рыжие волосы, близнецы, весёлые — так это же Уизли! — Тут не занято? Мы можем тут остановиться? — Да, конечно. Я тут одна и уже начала думать, что умру от одиночества и тоски. — С нами не соскучишься, — весело произнесли парни. Они сложили свои вещи на полку и сели на противоположном диванчике от меня. — Мы тебя никогда не видели, — сказал первый. — Ты новенькая? Как тебя зовут? — заинтересовано спросил второй. Они засыпали меня вопросами, они такие энергичные и весёлые, это просто невероятно! — Меня зовут Вивьен. Вивьен Мэрдок. Да, новенькая. На третий курс перехожу, на какой факультет попаду, я не знаю. Я раньше училась в Шармбатоне, — и тут на меня сразу нахлынули плохие воспоминания, но я сразу их отогнала и постаралась улыбнуться. — А как вас зовут? — Я Фред, а, может, и Джордж, — отозвался первый с усмешкой. — А, может, я Джордж, а он — Фред, — второй был явно доволен моим замешательством. — Так кто из вас кто? — Угадай, — одновременно произнесли парни. — Как я это сделаю, если я вас совсем не знаю? — они ведь шутят? Наверняка. — А ты попробуй, — весело произнёс первый. — Ну, я думаю, что ты Фред, — неуверенно указала я пальцем на первого. — А ты, наверное, Джордж, — указала я на второго. — Но я сомневаюсь. — Верно! Молодец! — весело произнёс Джордж. — Ей просто повезло, — Фред был явно недоволен. — Вы учитесь на факультете Гриффиндор? — Да, — одновременно сказали они. Хм, они как будто думали одинаково, дополняли друг друга. — А также учитесь с моим кузеном Джоном? — решила сменить тему. — А? Так ты его кузина! Он не говорил, что у него есть кузина, — заинтересованным, а также удивлённым тоном отозвался Фред. — Хм, ну я ему этого не прощу, — парни улыбнулись вместе со мной. — Почему ты перевелась из другой школы? — спросил Джордж. — Я… Просто… — замялась я. Мне не хотелось вспоминать тот день, но я была вынуждена ответить им, ведь вполне возможно, мы будем учиться вместе на одном факультете. — Мой отец погиб, и моим опекуном стала тётя, мама Джона. И я переехала к ним. Так что у меня нет возможности больше учиться в Шармбатоне, — с трудом сдерживая слезы от воспоминаний, от картин, которые представали перед моими глазами, тихим голосом сказала все это я. — Нам очень жаль, — с сочувствием произнёс Джордж. — Прости, что напомнили тебе об этом, — дополнил брата Фред. И тут в купе к нам зашёл мой кузен. — О, вот вы где, а я вас везде ищу! — Джон, ты не говорил, что у тебя такая милая кузина, — отозвался Фред. От слов Фреда я невольно покраснела. Было очень приятно. Мне никто подобного не говорил. Джордж поглядывал на меня, моя реакция ему, похоже, очень понравилась, его губы растянулись в хитрой улыбке. — А ты не засматривайся на неё! — пригрозил Джон. Джон недовольно на меня посмотрел. И тут я вспомнила, что нарушила одну из его просьб.

***

До Хогвартса

— Вив, слушай. Ты не могла бы не говорить, что мы с тобой родственники. И не подходить ко мне во время учёбы в Хогвартсе. Просто старайся держаться от меня подальше. — Но почему? Что плохого в том, что мы с тобой родственники? — Идиотка! Неужели ты так ничего и не поняла? Нам плевать на тебя! Мне и маме! Ты думала, что мы взяли тебя к себе по доброте душевной?! Нам плевать на тебя! Нам нужны деньги твоего отца и репутация добрых людей! — сорвался Джон. Вот как, только деньги. Да. Наша семья была не бедна. А тётя с её сыном жили бедно. Я не один раз слышала, что они завидуют нам. — Джон! — прокричала тётя, войдя в гостиную. — Вив, не слушай его, он… — я перебила её. — Все нормально тётя, я не буду вам мешать. Деньгами распоряжайтесь, как хотите. Позорить не буду. А ты не беспокойся, кузен, — я с трудом это все сказала, в горле образовался комок, а слезы норовили вырваться наружу. Сорвавшись, я побежала в свою комнату. Моей новой семье были нужны лишь мои деньги, им плевать на меня, даже если я умру, они не обратят на меня внимание. Все эти дни — притворство, обман, лживая маска, которую они натянули на лицо. Мне некуда идти. Мне придётся терпеть их до тех пор, пока я не стану совершеннолетней и не перееду.

***

Поезд

Я нарушила данное ему обещание. Совсем забыла. Надеюсь, он не будет злиться. Джон поставил чемодан и остальные свои вещи на полку и сел рядом со мной. Я чувствовала на себе его недовольный и злой взгляд. Сжала край юбки в кулак, нервничала. Что же будет ждать меня? Он не будет сильно злиться? Представила в уме сотню вариантов будущего. Что случится дальше, я понятия не имела. Всю поездку мы веселились и смеялись, но мысли о том, что меня может ждать, иногда всплывали в моем сознании. Уизли рассказали о своей семье и о том, что их брат Рон вот-вот станет первокурсником. Поезд остановился, больше не было пути назад. Что ждало меня впереди, я не знала, но все же хотелось надеяться, что все будет хорошо.