Потеря веры

То, что творилось тем временем в главном корпусе Амбреллы, даже самый психически неуравновешенный человек не мог бы себе нафантазировать. Все, включая лабораторию с самыми опасными вирусами, было разрушено. Повсюду издавались жалобные стоны, на которые не обращали внимания. Им уже ничем не помочь, они заражены. Представить к горлу нож и провести как можно резче, чтобы кожа на шее расслоилась, выпуская тёмные струйки крови. Да, им уже не помочь. Хоть раньше они и представляли какую-то ценность для всей корпорации, то теперь они сплошное мясо. Ходячий мертвец, который, не соображая, может вгрызться в шею своего собственного ребенка, не думая о боли, чувствах и любви. Догадывалась ли Амбрелла, что такое может произойти с ними? Думал ли каждый из рабочих, что будет убивать своих родственников? Наверное, желание застрелиться было почти у каждого... Но кормить свои семьи они должны были, этим самым вынуждая себя продолжать работать на эту фармацевтическую компанию. Да и не выпустил бы их никто. Не зря поезда в тоннеле не было. Никакой экстренной эвакуации из здания. Ничего. Единственный побег – собственная смерть. - Мама! – Джоди услышала голос своего сына и обернулась. - Как ты вошел так тихо, сынок? – она подошла и обняла его. - Если бы я сделал это громко, они бы напали на меня. - Кто? - А ты не знаешь? – он отвел взгляд на водную дверь. – Там кругом зараженные. - Что?! Как они выбрались? Мы ведь в эвакуированном корпусе. - Все решили устроить побег. В тоннеле выстроилась очередь в ожидании поезда... А по дороге отстающих поймали зараженные... По моим расчетам уже четверть находятся на поверхности. - Господи, куда они все? Смерти хотят? – Джоди вспомнила о побеге, который произошел несколько лет назад. Произошла новая утечка вируса, который распространялся с огромной скоростью. Но все бегство привело к уничтожению всех работников, в том числе и детей. Амбрелла не могла позволить сбегать, а тем более раскрывать секрет всей компании. Это могло привести к заражению города Люлинг, находящийся на поверхности. Вирусы хоть и хорошо продавались, но узнавать о содеянном правительству позволено не было. Вескер, как и Джоди, появился здесь совсем недавно. Можно сказать, Джоди не причастна к деяниям корпорации, она просто жила здесь по инициативе Альберта. - Я не знаю... Только что на меня покушался Роберт. - Дети заражены?! Нам тоже нужно убираться отсюда, - женщина подошла к зеркалу и набрала на нем код. Вещица затрещала, отодвинув свой основной корпус. – Идем, - оба забрались в отсек, появившийся за зеркалом. *** - Похоже, я в полной заднице... – Стив прошелся по комнате, в которой оказался. Вокруг были все те же холодные железные стены. Некоторые из них, казалось, поскрипывали. Будто они не стояли, а висели. Стив открыл дверь, которая находилась справа, и перед ним открылся полный набор оружия. Разное. На любой вкус. Улыбка Бернсайда расползлась по лицу. Наверное, он бы пустил слюну, наслаждаясь этим зрелищем. Он так любил оружие, что променял бы его на многое из своей жизни. Но зачем-то это оружие тут было, раз его здесь так много. – Наверное, это для меня... – он дотронулся до ствола ружья. Почему-то он сразу вспомнил детство, как только начинал учиться стрельбе. Глаза засветились. Немного подумав, Стив схватил его и повесил на плече, рядом висел маленький рюкзак, в него он положил патроны, повесив его на плечи, он напоследок схватил два пистолета и нож, обоймы от оружия нацепил на ремень, застегнув его на поясе. – Я прям как военный, - гордо улыбнувшись, Бернсайд закрыл дверцу. Но желание испытать все эти вещицы всплывало каждую секунду. Гуляя по большой комнате он наткнулся на дверь, на ручке которого был выгравирован муравей. Интерес поборол волю парня, и он отстрелил замок с ружья. За стеной раздался дикий рык, что заставило Стива отпрыгнуть от двери. Рычание за дверью превратилось в крики, потом эти крики переросли в жалобные, после чего Стив решил все-таки войти. Взяв два пистолета в руки, он взвел курки и медленно открыл дверь. Сразу же он увидел перед собой комнату со стеклом. В голове всплывают кадры из фильмов, где заложников допрашивают специальным образом: со стороны нарушителя зеркало, а со стороны правоохранительных органов – окно, прозрачное, чтобы видеть каждую эмоцию человека, находящегося за ним. Все бы было хорошо, но там никого не было, а нарушитель (каковым он должен был быть) сидел, прикованный к стене. Ноги в оковах, руки завязаны сзади. На глазах марлевая повязка, будто он мог сделать этими глазами необратимые вещи. Это был человек и, как понял Стив, он был несчастен. Будто уловив шум открывшейся двери, он смолк, уставившись лицом прямо на окно. Бернсайду показалось, что он видел его. Эмоции переменились, и теперь он был зол. Будто он узнал в Стиве своего врага. Злейшего врага. Он скривил губы и закричал вновь. Микрофон издал оглушительный писк, и руки инерционно закрыли уши. Так Стив простоял до того, как заключенный перестал кричать. Он вновь замолк, будто прислушивался. Бернсайд подошел к аппаратуре. Подняв микрофон к губам, он тихо сказал: - Я не причиню тебе вреда... – «Да что ты? Откуда ему знать? Кто-то же сделал с ним такое, почему он должен довериться тебе?» - Я освобожу вас. Тут есть специальная кнопка. Только не нервничайте, - на голос Стива заключенный реагировал спокойно. Будто действительно доверился ему. Он смолк, было только слышно, как его сердце стучало так, будто сейчас выпрыгнет из его груди. Стив нажал на кнопку, на которой было условное обозначение. Оковы позволили человеку шевелить ногами, а железный пояс разрешил ему встать. Человек вновь жалобно закричал, оглушая все микрофоны. Из его груди, казалось, вот-вот выпрыгнет сердце. Оно будто разрывало его грудную клетку. Стив даже видел все удары его органа. Через мгновение окно забрызгало кровью, а Стив услышал лишь рев человека, из груди которого вырвалось сердце. Его руки взвыли вверх, но были ли это руки – Стив так и не понял. Заключенный вел себя так, будто ему что-то вкололи. «Может, вирус какой?», - Бернсайд отошел от стекла. Человек за окном вертелся в разные стороны, издавая оглушительный крик, Стив отключил микрофон и выбежал из комнаты. После этого раздался громкий треск стекла и парень понял, что заключенный разбил то самое зеркало... *** - Это Люлинг? – Клер открыла дверь дома на улицу. В него они попали, выйдя из подвала, в котором была станция. - Да, на мой взгляд, замечательный город. Но скоро здесь все будет пустыней. Амбрелла ни раз сжигала до тла город, под которым она процветала. Им не важны жизни людей... - Раккун. Я помню... – Клер ещё раз вспомнила моменты той страшной ночи и почему-то благодарила сама себя за спасенную себе жизнь. - Крис в больнице города, что в кварталах трех отсюда. Советую тебе забрать его оттуда быстрее, поэтому, я подошлю своих знакомых, которые поедут с тобой. Мой летчик Джеймс полетит с вами в Австралию, - Бен, наверняка, продумал эту схему прямо сейчас. - Я тысячу раз вам благодарна... – Клер обняла Бернсайда. - Я поставил себе задачу вывести тебя в безопасное место, а оказалось, ты сама его нашла. Вескер вряд ли сунется туда. - Я тоже на это надеюсь... Я жду вас к нам в ближайшее время. Кстати, - девушка покривилась от воспоминаний. – Мне нужно заехать к вам домой за вещами. Там мои документы... Мы сильно далеко от вашего города? - Нет. Я работал здесь, поэтому мы утроились в ближайшем городе. Отсюда полтора часа до него. Ты уверена, что хочешь вернуться туда? -Нет, не хочу... Но без документов я мы просто не попадем в нужный нам город. Там с этим строго, - девушка улыбнулась. – Я могу съездить туда сама. - Нет, тебя везде сопроводят мои знакомые. До самого места твоего прибытия, не волнуйся. Клер до конца убедилась в том, что Бен не таков, как описывал его Стив. На самом деле он был не только добр, но и предусмотрителен. Смотря в его глаза, она видела эмоции Стива. Они так похожи... Да, она очень хотела остаться здесь и дождаться Стива, чтобы убраться отсюда вместе с ним, но подвергать опасности своего брата, а тем более саму себя – ей не хотелось. Она точно знала, что останься она тут – Стив точно будет против. - Мы же ещё посидим за чашкой чая, верно? – Клер немного покраснела, вспоминая их первое чаепитие. В тот вечер она впервые поцеловала его сына, а он застал их в самый неподходящий момент. Что ж, за то будет что вспомнить. - Конечно, - он слегка, еле заметно подмигнул ей, будто сам вспомнил тот неловкий момент, и указал взглядом на машину, вновь прибывшую рядом с домом. *** - Где этот этаж? Как туда попасть? – Вескер все так же с подозрением оглядывал девушку. - По лифту. Но я не советую вам туда идти, - женщина поднялась и оттряхнула платье. – Он ведь зол на меня. А, значит, убьет всех, кто будет вставать ему на пути. - Нам это не интересно, - Альберт подошел к девушке и вытащил нож прямо у её лица. – Ты нам больше не пригодишься, - мужчина размахнулся и пырнул женщину прямо в живот, а острое лезвие прошло так глубоко, что Алексия почувствовала боль в каждой частичке своего тела. Так больно ей ещё никогда не было. Она закричала, а Альберт лишь скривил свою улыбку. – И кто теперь фрик? Ты никому не нужна без своего вируса, - он прокрутил нож внутри живота и вытащил, бросая на пол. Кусочки внутренностей остались на острие, а Алексия, не произнеся ни слова, рухнула рядом. Её руки ещё тянулись к ножу, чтобы отомстить этому скользкому типу за такую боль, но Вескер наступил на её пальцы, вдавливая их в пол. – Нет, не выйдет.