Адреналин

      Драко, наплевав на все приличия, аппарировал прямо в гостиную квартиры друга, и сразу направился к мини-бару. — Блейз! — крикнул блондин, наливая себе огневиски.       Мулат появился в гостиной через минуту, плотно прикрыв за собой дверь. По тому, что одет он был только в домашние серые брюки, Драко понял, что друг не один. — Малфой, твою мать! Ты научишься когда-нибудь предупреждать о своём приходе?       Драко бросил на Забини такой разъярённый взгляд, что тот сразу присмирел, и с опаской спросил: — Что-то случилось? — Случилось, — Малфой раздражённо потёр переносицу и сел на большой кожаный диван. — Погоди, кажется, я знаю, — Блейз сел в кресло напротив и усмехнулся, смотря на друга. — Тебя вызывал Кингсли?       Блондин поднял глаза и деланно-мило произнёс: — Если ты сейчас скажешь, что уже был у него, и ничего мне об этом не сказал — я убью тебя.       Забини поднял руки в защитном жесте: — Прости, друг, он просил ничего не сообщать ни тебе, ни Тео. Я хотел, правда! Меня самого новость взбудоражила, я хотел обсудить это с тобой. — Да уж, так сильно хотел, что вообще промолчал! — Ну слушай, Драко, я бы просто физически не успел! Я был у него вчера, в обед. Ты обедал с Нарциссой, а после встречался с Джессикой, так? Ну и когда бы я тебя поймал? У меня самого были планы на вечер. — Я заметил, — ухмыльнулся блондин, — Твои планы до сих пор не покинули пределы твоей спальни? — Не твоё дело, — огрызнулся Блейз, — Ты из-за этого пьёшь с утра? Что с тобой? — А ты, смотрю, доволен и спокоен? Тебя не напрягло, что Бруствер явно что-то задумал? — С чего ты взял? — изумился мулат. — Это очевидно, — Малфой говорил спокойно и уверенно, — Сам посуди, сколько лет прошло? Восемь! Восемь лет, Блейз. И только сейчас в чёрную голову нашего министра пришла светлая мысль? — Эй! — возмутился Забини. — Прости, — хмыкнул Драко, и продолжил, — Ну так тебе это не кажется странным? — Совершенно нет, — ответил Блейз. — Хорошо. А то, что нам публично даруют всепрощение, тебя тоже не смущает? Тоже совершенно нет? — Послушай, Малфой, ты всё утрируешь. Ищешь подвох там, где его нет. — Ты это точно знаешь? — угрожающе спросил блондин. — Абсолютно точно. И я тебе всё расскажу по порядку. Минут через десять, ладно? Провожу девушку, и вернусь. Ты завтракал?       Драко отрицательно помотал головой. — Джеки! — громко позвал Забини.       В комнате появилась маленькая эльфийка. — Слушаю, хозяин Блейз. — Принеси завтрак на двоих, пожалуйста, сюда. И сделай очень крепкий кофе.       Джеки поклонилась, и исчезла. Блейз вышел, а Малфой немного успокоился от слов друга. Драко не привык получать столь щедрые жесты от Министерства, поэтому и отнёсся столь резко к предложению Кингсли. И не удивительно — после того, как Поттер рвал свою задницу на суде за свободу Драко, блондина ещё год таскали по допросам, выпытывая у него местонахождение не пойманных Пожирателей и других сторонников Лорда. И он сотрудничал. Даже получая по шее от самых недружелюбных авроров за несговорчивость; даже тогда, когда сидел в комнате для допросов без воды и туалета по несколько часов к ряду. Таким образом он выражал благодарность Кингсли и Поттеру. Драко здраво рассудил, что уж лучше вытерпеть такие допросы, чем просидеть полжизни в Азкабане. И сейчас, Малфой уже знал в глубине души, что не откажет Брустверу. Ведь благодаря только этому человеку и он, и его мать на свободе, и не лишены своих денег и титулов.       За этими мыслями его застал вернувшийся, уже одетый Блейз, за которым семенила Джеки с большим подносом в тонких ручках.       Позавтракав, мужчины под кофе вернулись к разговору. — Итак, — начал Блейз, — Ты хотел узнать, что задумал Кингсли. Поверь, друг, истина тебя удивит и повеселит.       Забини выдержал драматическую паузу, и снова заговорил: — Моя мама с ним встречается. — С кем? — не понял Малфой. — С Кингсли, конечно.       Драко подавился кофе и закашлялся. Мулат постучал друга по спине и сдержанно засмеялся. — Как я и сказал, новость тебя удивит.       Малфой перестал кашлять, и шокированно посмотрел на Блейза. — Ладно, это я, в принципе, могу понять. Киара всегда любила богатых и знаменитых мужчин. Но ты же не хочешь сказать, что он... — Пять баллов Слизерину! Именно так, Драко. Кингсли предложил мне такой вариант, чтобы у мамы был лишний повод благодарить его. Видишь ли, он хочет сделать ей предложение. И пытается заранее подготовить почву для положительного ответа. — Так, подожди, Блейз. Это всё понятно. Но при чём здесь я и Тео? Спектакль разыгрывается для твоей мамы, так не проще ли проводить все эти сраные ритуалы только с тобой? — О, а вот это уже моя идея. Не мог же я не воспользоваться случаем, и не спасти своих друзей от тяжкого существования непрощённых Пожирателей? Малфой скептически приподнял бровь. — Да ладно тебе, - мулат скривился, и сдался, — Да, я просто не хотел стоять один, как идиот, пока Кингсли несёт чушь о всепрощении и невинности. — Ну, так-то лучше. Но у меня ещё есть вопросы. Бруствер сказал, что приём будет в честь героев Войны. — Да, — подтвердил Блейз. — И приурочен приём ко дню рождения Грейнджер, так? — Так, — снова согласился Забини. — А ещё на приёме нас объявят невинными лебедями и запретят косые взгляды на нас? — Именно, — кивнул мулат. — Ага. И всё это — ради твоей матери? — Многоходовочка, — развёл руками Блейз. — Какая чушь, — Драко скривил губы, — Он собирается одним выстрелом убить минимум четверых зайцев. Но так не бывает. Обязательно случится какая-нибудь задница. — Посмотрим, — Забини пожал плечами. — Кингсли попросил меня помочь — я помогу. Министр Магии хочет стать моим отчимом? Я только за.       Малфой хмыкнул. — Ещё бы. Никто не откажется. — На что мы только не способны ради женщин, — задумчиво проговорил Блейз.       Драко посмотрел на часы, и поднялся. — Это точно. Даже обедать в самых дорогих, маггловских ресторанах города. Ладно, позвоню вечером, - Малфой махнул другу, и исчез с громким хлопком.