Адреналин

      Гермиона Грейнджер и Джинни Поттер сидели в "Трех Метлах", делясь друг с другом самым сокровенным. Как и полагается очень близким подругам. И место для этого они выбрали самое подходящее — с заведением мадам Розмерты было связано много счастливых событий: здесь они вдвоем впервые напились огневиски от счастья, когда война окончательно закончилась, через четыре месяца после смерти Волан-де-Морта; здесь всю ночь гуляли на девичнике перед свадьбой Гарри и Джинни; здесь же Гермиона с Орденом Феникса в полном составе отмечала рождение всех детей Поттеров. "Три Метлы" ещё со школы считались оплотом спокойствия и надежности.       Сегодняшний повод встретиться здесь был не самым счастливым, но Гермиона надеялась, что родное место поспособствует принятию правильного решения. — И теперь я просто не знаю, что делать. Это невозможный выбор, Джин.       Гермиона допивала уже третью бутылку сливочного пива, но желанного успокоения нервам это так и не принесло. Кажется, теперь ей нужен алкоголь покрепче. Ещё пару месяцев назад она долбанула бы себя Круциатусом за одну только подобную мысль, но сейчас ей было всё равно. Она должна сделать выбор. — Подожди, давай попробуем не эмоционировать. Расставь приоритеты. Давай сначала — ты любишь Итана? — Да, — девушка ни секунды не задумалась. — Отлично! — воодушевилась рыжая, — Ты с ним счастлива? — Абсолютно, — снова утвердительно кивнула Грейнджер. — И тебе хорошо с ним физически? — О Мерлин! Да, Джинни, хорошо! Но... — Но не так, как с Малфоем, — тихо закончила за неё подруга. Гермиона потерянно кивнула, и жестом попросила Розмерту принести огневиски. — Это что, повод напиться? — Джинни посмотрела на шатенку осуждающе. — У меня сейчас голова взорвется! — Грейнджер закрыла лицо ладонями. — Ага, ещё и загорится, от местного огневиски, — пробурчала рыжая, но налила в стаканы янтарную жидкость, бутылку с которой только что поставила на стол хозяйка паба.       Гермиона отпила из стакана, и совершенно несчастными глазами посмотрела на подругу. — Я не могу выбрать. Когда я начинаю пытаться всё логически взвешивать, то запутываюсь ещё больше. Если я выйду замуж за Итана, то буду постоянно вспоминать Малфоя. Ты не представляешь, что он со мной вытворяет, Джин. С Итаном такого никогда не будет, даже если я буду всё подробно ему объяснять перед каждым, мать его, разом! Он другой, он не сможет так. А мне теперь нужно именно это. Именно так, как делает Драко. — А если ты начнешь встречаться с Малфоем? — То сяду через месяц в Азкабан за зверское убийство, — убито проговорила Грейнджер, и сделала ещё глоток, — Мы не орем друг на друга, только когда трахаемся! Джинни прыснула. — Это вообще не смешно. Серьезно, мы не сможем долго с ним продержаться вместе, что бы он там себе не надумал. Слишком много факторов "против". У нас слишком сложное прошлое, которое просто так не забудешь. Слишком разные характеры, чтобы ужиться вместе. Слишком разные взгляды на жизнь, в конце концов. Всё "слишком".       Миссис Поттер молча слушала. Ей было искренне жаль подругу, перед которой внезапно встал такой сложный выбор. Ей самой очень повезло — Гарри был её идеалом мужчины. Он любил свою жену до беспамятства, носил её на руках всю жизнь. Он обожал детей, и своей семьей дорожил больше всего на свете. И во всех аспектах семейной жизни они были теми самыми, пресловутыми, половинками, как в сопливых дамских романах. О Гермионе с Итаном можно было сказать то же самое — половинки случайно встретились, влюбились, и идеально дополняли друг друга. Но так всего лишь казалось. Все разрушилось ко всем чертям, когда в жизнь девушки ворвался блондинистый ураган по имени Драко Малфой. — Герми, — Джинни взяла подругу за руку и доверительно посмотрела в глаза, — Тебе же не обязательно торопиться? Оставь это подвешенное состояние, поживи спокойно. Не встречайся с ними обоими какое-то время, приди в себя. Работай, живи одна. И через месяц-другой решение само придет к тебе, вот увидишь. Веришь мне? Гермиона сжала руку подруги и благодарно улыбнулась. По щеке прокатилась предательская прозрачная слеза. — О нет, дорогая, так не пойдет. Рыжая встала из-за стола и вытянула шатенку за руку. — Танцы! Нам нужны танцы. Срочно. Пойдем.       Девушки вышли из паба и аппарировали в ночной клуб в маггловском Лондоне. Едва бросив сумки на столик и заказав коктейли, они вышли на танцпол.       Джинни, как всегда, оказалась права — атмосфера праздника, разномастная толпа и танцы вывели Гермиону из грусти. Девушка перестала думать о своих проблемах, и полностью отдалась во власть расслабленному состоянию.       Через полчаса, раскрасневшиеся и довольные, подруги весело болтали за столиком, попивая вкусные коктейли, обсуждая людей вокруг и наряды присутствующих в клубе девушек. Печаль окончательно покинула Гермиону, уступив место веселью. — О! Салатовое платье в блестках и красные туфли — напоминает Лаванду? — расхохоталась Джинни, и вслед за ней рассмеялась Грейнджер.       Внезапно рыжая замолчала, настороженно глядя в сторону входа. — Герми, только не оборачивайся, — предупреждающе сказала девушка, но поздно. Гермиона развернулась и обомлела.       У входа в клуб, улыбаясь, стояли Блейз Забини и Драко Малфой. Но не это повергло девушку в шок. Рядом с ними стоял ещё один мужчина. Психолог, доктор Дэниэл Линкольн.

***

      Гермиона смотрела на Драко, ожидая, что он заговорит первым. Но блондин только закурил новую сигарету и смотрел, как кольца голубоватого дыма поднимаются к деревянному потолку. Девушка отвернулась и снова прокрутила в голове последние десять минут. Все произошло так быстро...       Гермиона не успела сказать ни слова, как Джинни уже подлетела к мужчинам и буквально выволокла блондина на улицу.       Блейз, проводив удивленными глазами покорно идущего друга, быстро осмотрел зал, и, увидев наконец бывшую гриффиндорку, направился к ней. За ним шел толком ничего не понимающий Линкольн. Но его взгляд сразу посерьезнел, когда он увидел свою недавнюю пациентку. — Мисс Грейнджер, добрый вечер. Дэниэл, стараясь выглядеть беззаботно, отодвинул стул и сел рядом с девушкой.       Гермиона рессеянно поздоровалась, неуютно себя чувствуя от такой встречи с доктором и не зная, как реагировать. Ещё и Джинни всё не было, что тоже немало беспокоило шатенку. Зная бешеный нрав миссис Поттер, девушка боялась после их разговора найти бездыханное тело Малфоя. — Привет, — бросил Забини и с беспокойством посмотрел на вход в клуб, ожидая увидеть там друга. Но его всё не было. — Гермиона, — доктор мягко посмотрел на девушку, — Мне ужасно неловко сейчас, но вы должны кое-что знать. Когда вы приходили ко мне на приём, я и понятия не имел, что мой друг имел ввиду именно вас, рассказывая о своей бывшей однокурснице, которой недавно увлёкся. Мы с Драко дружим уже достаточно давно, и общаемся не как психолог с клиентом, но он не называл вашего имени. Я только потом понял и... — Не стоит, доктор Линкольн, — спокойно остановила его Грейнджер жестом руки, — Я даже не думала об этом. Вы настолько компетентный специалист, что я просто не смогу подумать о вас плохо. — Спасибо, — улыбнулся Дэн. — Прошу прощения, — Гермиона поднялась, — Я должна остановить убийство вашего друга.       Выйдя на улицу, девушка увидела их неподалеку: Джинни тыкала длинным пальцем в грудь Драко, а блондин потирал красную щеку с явным следом пощечины, огрызаясь на гневные речи рыжей. Грейнджер быстро подошла к ним и схватила подругу за руку. — Хватит, Джин, успокойся. Пожалуйста! Девушка всё ещё яростно сверкала глазами на блондина, но послушно отошла. — Ладно, я домой. Позвоню завтра, — Джинни чмокнула подругу в щеку, и аппарировала, напоследок одарив Малфоя самым презрительным взглядом. Драко закурил, не глядя на Грейнджер. — Ты ведь знал, что я ходила к Линкольну, — утвердительно сказала Гермиона, глядя, как сигарета тает на вдохе мужчины, — Ладно я, у меня был повод. Но зачем тебе понадобился психолог-маггл? — Давай не здесь, Грейнджер, — резко сказал Малфой, крепко стиснул её предплечье и аппарировал.       Как ни странно, они приземлились на каком-то шоссе посреди леса, слабо освещенном в ночной тьме всего несколькими высокими фонарями. Драко, продолжая удерживать Гермиону, быстро пошел вперед и свернул на широкую колею, оставленную здесь явно часто ездившими машинами. — Куда ты меня тащишь? — возмутилась девушка, споткнувшись о выступающий из-под земли толстый корень дерева. — Здесь недалеко, — мужчина перехватил её за руку и зашагал ещё быстрее.       Через пару минут они вышли на большую опушку, посреди которой стоял огромный двухэтажный деревянный дом. Над крыльцом ярко горели белые лампочки гирлянды, освещая вывеску:

Добро пожаловать к Джону!

      Малфой взошел на крыльцо и трижды постучал в дверь. Грейнджер настороженно озиралась по сторонам — ей было неуютно и страшновато в окружении здоровенных деревьев. — Мистер Малфой! Вот так сюрприз! Давно вы ко мне не заглядывали! — на пороге стоял низенький мужчина в очках, одетый в свитер и джинсы. Он был чуть толстоват, и внешне напомнил Гермионе Невилла в школьные годы. — Добрый вечер, Джон, — Драко с улыбкой пожал протянутую мужчиной ладонь и сразу снова взял Гермиону за руку. — Ещё и с очаровательной спутницей! Чудесно. Прошу вас!       Молодые люди прошли вслед за мужчиной в малоосвещенный зал. Под громкие восторги хозяина они опустились в мягкие кресла одной из десяти отдельных кабинок в дальней стороне помещения. Гермиона решительно не понимала, что это за дом и с какой целью Драко её сюда привел, но продолжала дружелюбно улыбаться. — Меня зовут Гермиона, очень приятно, — девушка ответила на рукопожатие. — Взаимно! Гермиона, вы любите рыбу? Грейнджер недоуменно посмотрела сначала на Драко, потом на Джона, и осторожно сказала: — Если честно, не очень. — Ничего страшного, у меня есть оленина. Сейчас всё устроим! — он неуловимым движением взмахнул рукой и на столе рядом с креслами появилась белая скатерть и два больших стеклянных шара с горящими свечами внутри. Девушка запоздало заметила короткую толстую палочку в его пальцах. Джон ушел, а Гермиона набросилась на Драко с вопросами. — Он волшебник? Никогда его раньше не видела, да и он меня не узнал, странно. А что это за дом? Кафе? И зачем ты сюда меня привел?       Блондин молча подтянулся на локтях, схватил девушку обеими руками за голову и резко, глубоко поцеловал. Шатенка не успела выдохнуть, и потерялась в ощущениях мягкости, и, вместе с тем, напористости его губ. Она сомкнула ресницы и отдалась его требовательным губам, не в состоянии противиться. Их языки сплелись в борьбе за эту вырванную секунду удовольствия, за эти мгновения, когда не нужно делать выбор, потому что вот он — твой человек. Бери его. Живи, люби, будь счастлив.       Ощущение пропало, когда мужчина отстранился. И через секунду в кабинку вернулся Джон, леветируя перед собой большой поднос.       Гермиона торопливо поправила взъерошенные пальцами Малфоя волосы, и восстановила сбитое дыхание, в пол уха слушая речи хозяина дома. — Рыба для тебя, Драко. С картофелем и спаржей, как ты любишь. Мясо оленины с овощами для вас, Гермиона. Я подумал, что вы любите овощные смеси? — Да, очень, — шатенка ему улыбнулась, — Спасибо, Джон. Вы угадали. — Вот и славно, — мужчина хлопнул в ладоши, — Вино моё собственное, из погреба. Приятного аппетита, дорогие гости! Мужчина ушел, а Гермиона так и не знала, что сказать. как отреагировать на этот поцелуй, как вести себя сейчас с НИМ. Ей оставалось только ждать, когда Драко сам начнет нелегкий для них обоих разговор.        Вынырнув из своих мыслей, Грейнджер снова выжидательно посмотрела на Малфоя. — Что? — блондин, наконец, обратил на нее свое внимание и приподнял бровь, — Ах да, твои вопросы. Да, Джон волшебник. Он живет в этом доме, и здесь же организовал своеобразное кафе. Он кормит своих гостей тем, что сам поймал или вырастил. Тебя он не узнал потому, что живет практически затворником. И в войне он не участвовал, но всё же пострадал от неё. — Каким образом? — заинтересовалась Гермиона, насаживая кусочек мяса на вилку и отправляя его в рот. Она даже зажмурилась от удовольствия — оленина таяла во рту и была волшебно вкусной.       Малфой отпил вина, смотря на неё. Быстро перевел взгляд, почувствовав поднимающееся внутри возбуждение и ругнулся про себя. "Как мальчишка, Малфой! Она просто ест!!! Возьми себя в руки, кретин." Мужчина сглотнул и продолжил рассказ: — Мы сейчас недалеко от границы Шотландии. Километрах в сорока на запад начинется Запретный лес и территория Хогвартса. — Ничего себе, ты довольно легко аппарируешь на дальние расстояния. — Благодарю, — иронично поклонился блондин. — Так каким образом Джон пострадал от войны? — девушка старательно тянула время, пытаясь отсрочить "серьёзный" разговор. — Помнишь, на пятом курсе ваш любимый идиот Хагрид таскался к великанам? — с усмешкой спросил блондин. — Малфой, придержи язык! — угрожающе прошипела Гермиона, с силой воткнув вилку в кусочек брокколи. — Шутка, — Драко поднял руки, "сдаваясь", — Так вот, вам троим он вряд ли рассказывал об этом, но он сильно задержался, потому что Пожиратели гоняли его по этим лесам, не подпуская к Хогвартсу. Этот идиот ещё и тащил с собой своего братца-великана, и спрятаться нормально они не могли. Какое-то время он пережидал здесь, у Джона. За что последний и поплатился в итоге.       Грейнджер напряженно слушала, сдерживая подступившие слезы. Она молчала, ожидая продолжения. — Хагрид всё-таки прорвался. Он голыми руками свернул шею Дорану, предводителю той группы ПСов. Пока остальные пытались вернуть главаря к жизни заклинаниями - идиоты! - Хагрид с братцем ушли. А ПСы забрали с собой к Тёмному Лорду Джона, чтобы Хозяин их не поубивал, явись они вообще с пустыми руками. Вот на нем-то Лорд и отыгрался, с лозунгом: "Никто не должен помогать моим врагам". Не знаю, как Джон не сошел с ума после всех Круциатусов. Его пытали в Мэноре, — голос мужчины дрогнул, — И когда Лорд ушел, я его отпустил. Просто открыл камеру и дал ему уйти через двери для прислуги. Огрёб я тогда, конечно, по первое число. — Что с тобой было? — дрожащим голосом спросила девушка, когда пауза затянулась. — Отец наградил меня парой Круциатусов, — тихо проговорил Малфой, смотря на бокал с вином, — А Лорду сказал, что пленник умер. Потом, уже после войны и всех судов, я пришел сюда. И до сих пор прихожу иногда. Здесь спокойно. И Джон всегда мне рад. Считает, что обязан мне. — Он прав, — шатенка быстро стёрла пальцем всё же пролившуюся слезинку и взяла мужчину за руку, — Ты всё больше удивляешь меня. Я не понимаю твоих мотивов, но ты меня поражаешь. С каждым днем всё больше. — Ты всё выяснила? — спокойно спросил Драко, отпив из бокала. — О Джоне — да. Но остались вопросы о тебе и Линкольне. Малфой усмехнулся. — Он так орал на меня, когда говорил о тебе. Сказал, что я, потакая своим заскокам, порчу тебе жизнь. — Каким заскокам? — Гермиона тут же ухватилась за вскользь брошенное слово. — Начинается самое интересное , Грейнджер, не выпрыгни из штанов, — Драко хмыкнул и дополнил её бокал вином, — Лучше выпей. История долгая. Девушка послушно отпила вина и приготовилась слушать.       Блондин завел рассказ. — Я не знаю, когда это началось. Наверное, с самого детства, когда я гулял по огромному замку Мэнора, ощущая чувство опасности. Мне казалось, что за каждым тёмным поворотом меня ждут призраки, и я боялся. Но продолжал идти. Потом, по мере взросления, я думал, что просто ищу приключений, как в книгах. Мне нравилось это чувство опасности, горячего страха, сжимающего горло. Когда адреналин в моей крови зашкаливает — я чувствую свободу. Так было всегда. Я пошел в команду по квиддичу именно поэтому. Мне нужно было ощущать страх, давящее чувство в груди. Начиная с четвертого курса, я ночами гулял по Хогвартсу один, забавлялся, скрываясь от Филча. Старик был уверен, что с ним играются близнецы Уизли, но он и не подозревал, что это был я. Я просто развлекался. Потом происходили разные события — инициация в Пожиратели, война, разруха в магическом мире. Я никогда не бросался в самое пекло, но всегда был где-то рядом, захлестываемый этими ощущениями. После войны это всё притупилось, я был занят восстановлением имени семьи, но всё же находил время, редко. Тогда я уже начал больше времени проводить в маггловском мире, и как-то попал на авто-ралли. Купил себе байк, сам участвовал в гонках. Скорость — тот же наркотик, только более ощутимый. В общем, было много всего. В тот период, года три с лишним назад, я познакомился с Линкольном. Дэн помог мне разобраться в себе, объяснил, откуда это пошло, и как сдерживаться. Как-то незаметно мы начали сближаться, общались почти как друзья. И так и начали дружить, уже в полном смысле.       Гермиона внимательно слушала, стараясь не упустить деталей. Она чувствовала, что после этого разговора многое в её голове прояснится. И, может быть, она сможет сделать свой выбор. — Я знаю, что тебя волнует, Грейнджер. Как ты с этим всем связана? Постараюсь объяснить. У меня было много женщин. Больше, чем ты можешь себе представить. Но это были одноразовые связи, по той же причине — я искал адреналин. И получал его, от быстрого секса в закоулках маггловских клубов и баров. Но это мне быстро приелось, и я начал увлекаться замужними женщинами. Это понравилось мне больше, и такие связи продолжались до того самого вечера в Мэджик-Холле. Я сначала тебя даже не узнал, ты стояла спиной, просто тупо захотел. А потом все прояснилось, ты со своим Уилтоном — вроде всё, как я привык. И когда мы танцевали, я почувствовал, что мой адреналин просто зашкаливает, и не столько от физики, сколько от того, что это — ты. Я не знаю, чего от тебя ждать. Я чувствую это при каждом разговоре с тобой, не могу предугадать твои реакции на мои слова или действия. И всё наше прошлое тоже играет здесь свою роль. Я — адреналинщик, Грейнджер. Мне необходимо это так же, как дышать. И больше всего я чувствую это с тобой. Поэтому и предлагаю тебе быть, кхм, вместе.       Она молчала, смотря на него округленными глазами. Новая информация очень медленно укладывалась в голове. Девушка пристально смотрела в серые глаза напротив, силясь разглядеть в них что-нибудь, поверх уже сказанного. Но нет, его взгляд был абсолютно открыт. Сейчас он был чист перед ней, рассказав всю правду о себе. Открыв свои истинные мотивы. — Значит, никаких чувств я у тебя не вызываю. Ты хочешь лишь трахать меня, получая свой адреналин. Чудесно, Малфой, ты просто... — Нет! — резко перебил её Драко, — Это не так. По началу — да, именно так и было. Но сейчас я всё чаще ловлю себя на мысли, что мне не интересны другие женщины. Такое у меня впервые. Я хочу только тебя, и физически, и морально. О чём-то это говорит. — И о чем же? — Гермиона раздраженно отпила вина. — Я не буду тут разводить сопли, Грейнджер! Да, нет никакой любви, если тебя это интересует. Но ты нужна мне. Я, блять, взрослый мужик, и понимаю, как это всё выглядит. Но я не буду врать тебе о вселенских чувствах. Есть что-то, что я не могу объяснить. Страсть, симпатия, необходимость быть рядом — всё вместе. Меня волнует, что с тобой происходит, я хочу дарить тебе одуренно дорогие подарки, хочу, чтобы тебе было комфортно в жизни. И я могу тебе это всё дать. Мы можем попробовать, чтобы понять, что делать со всем этим дальше.       Драко залпом допил остатки вина в своём бокале и потер виски пальцами. — Я всё понимаю. Ты — эгоист, Малфой. Всегда им был, и остался. Тебе захотелось острых ощущений — ты пришел и просто оттрахал меня. Захотелось — взял и сделал, не подумав при этом своей белобрысой головой, что я — живая! У меня нет никаких психических отклонений, я чувствую, как нормальная, обычная женщина! Открою тебе секрет — девушки вообще редко могут разделять секс и чувства. Ты во мне эти чувства вызвал, но сам, оказывается, преследовал другие цели. И у тебя ещё хватает наглости предлагать мне какие-то отношения! Ты, значит, будешь получать свой адреналин, пока я окончательно не влюблюсь в тебя, а потом тебе надоест, и ты переключишься на другой источник своих эмоций, а я останусь страдать от своей глупости? Знаешь, что? Иди-ка ты на хрен, Малфой! Гермиона резко встала и направилась к выходу, но сильная мужская рука остановила её. — Надень, если передумаешь. Я почувствую. Аппарировать можешь прямо отсюда, — бросил блондин, всунув ей в руку маленькую бархатную коробочку, и быстро пошел ко входной двери, на ходу вытряхивая сигарету из пачки.

***

      Гермиона вернулась домой, так и не осмелившись открыть коробочку в кафе. Девушка прошла в гостиную, разожгла камин, и включила телевизор. Слабая попытка избавиться от одиночества.       Грейнджер переоделась и включила чайник на кухне. Тянуть дальше было бессмысленно — посмотреть содержимое коробочки хотелось очень сильно.       Заварив себе чай, она, с кружкой в руках, вернулась в гостиную и села на пол возле кофейного столика. Гермиона положила бархатный футляр на поверхность, и внезапно заметила ещё одну маленькую коробочку, лежащую на сложенном листе бумаги. Девушка точно знала, что утром этого здесь не было. Не почувствовав магически никакой угрозы, она развернула бумагу.

Ты не хочешь со мной видеться, я это понимаю. Тебе нужно время, чтобы подумать — я готов ждать. Столько, сколько ты скажешь. В футляре — подтверждение моего предложения. Миона, я люблю тебя. Пожалуйста, стань моей женой.

И. Д. У.

      Гермиона отложила письмо и открыла коробочку от Итана. Кольцо было самым обычным, если бы не одно но — неприлично огромный бриллиант розового цвета. Камень держался на обычном, узком обруче из белого золота. В принципе, всё в стиле мистера Уилтона — очень дорого, но не очень элегантно. Носить такой камень — все равно, что ходить с табличкой : "На мне хрен знает сколько тысяч долларов, можете смело грабить". Кольцо было, скорее, вложением денег, нежели милым, памятным подарком. И это можно было легко объяснить — Итан из обычной, среднеобеспеченной семьи, внезапно разбогател, и просто не знал, какое кольцо подарить для такого случая. И выбрал очень дорогое, тем самым показывая, как сильно её любит. Гермиона улыбнулась и поставила коробочку на стол.       Взяв вторую, она внутренне напряглась. Презент Малфоя существенно отличался от предыдущего. Это явно была гоблинская работа, старинное кольцо из серебра. Выполнено в форме крупного цветка с объемными листьями, усыпанными маленькими яркими изумрудами. От кольца веяло магией, причем очень мощной и не современной. Камни переливались в отблесках огня камина, кольцо словно заставляло надеть его. И Гермиона была уверена, что если бы не мощная магия Морганы внутри неё, то она не смогла бы противиться притяжению украшения.       Поставив оба футляра рядом, девушка сложила руки на столе и легла на них головой. Разглядывая кольца, она вновь задумалась о своем нелегком выборе. Сможет ли она его сделать? Гермиона не знала ответа.