insanity

      «Поверьте мне, лучше места для «дикого» туризма Вы не найдёте. Песчаные пляжи, бесконечно красивая природа, непроходимые зеленые джунгли, в которых, к слову, не водится хищников, а главное – остров на данный момент необитаем, кроме крохотной деревеньки местных аборигенов на противоположной стороне, но это не должно вас беспокоить, те даже не суются в другие части острова. Совершенно райское местечко для такого, как Вы, согласны?»       Минсок вспоминал заманчивые слова агента по туризму, пока волны и старенький, облезший катер во главе с капитаном, не говорящим по-корейски, несли его на райский, если верить тем речам, остров Рук Айленд, что недалеко от Тайланда. Как его туда занесло, спросите вы? Всё дело в том, что Ким Минсок, студент исторического факультета одного из сеульских университетов, а так же бариста в одном из кафе неподалеку, по совместительству еще и бредит нетронутой людьми природой, да так, что решился на «дикие» путешествия, и не в ближайшую лесополосу, а куда-нибудь подальше. Именно поэтому он сейчас на пути к своему очередному самостоятельному приключению, на пару со спальником, палаткой, и всем необходимым, что пригодится ему за две недели. Легкая форма морской болезни немного мешала парню созерцать зеленый покров уже хорошо виднеющегося невдалеке острова, но в этом он винил себя сам: небрежно закинутые в рюкзак таблетки покоились где-то на дне, и добраться сейчас до них было проблематично. Спасало только то, что таец, ведущий катер, видя зеленоватое лицо Минсока, на ломаном английском пополам с жестами сообщил, что осталось совсем немного.       Катер был на месте через десять минут, а через двенадцать счастливый Минсок, на лице которого больше не было заметно признаков морской болезни, уже спрыгнул в воду, держа тяжелый рюкзак над головой, чтобы не намочить его. Он благодарно кивнул тайцу, счастливо светя улыбкой во все стороны, и побрел к берегу дальше, не замечая странного взгляда мужчины.       Добравшись до пляжа, парень скинул тяжелый рюкзак на песок, размял руки, и сам упал следом, пытаясь отдышаться от такой, почти армейской, подготовки. Яркое солнце светило прямо в глаза, но это не мешало Мину наслаждаться теплым воздухом, что обвевал промокшую одежду, криками летающих над островом птиц, и пониманием того, что на целых две недели он остается в абсолютном единении с дикой природой. Однако отдых отдыхом, но до того, как сядет солнце, ему еще нужно найти место для ночлега, расставить палатку, раздобыть еды, ведь того, что он взял с собой, на две недели ему точно не хватит. Повалявшись еще пару минут, парень поднял с песка набитый рюкзак, наугад направляясь вдоль правой стороны пляжа, пока не спеша заходить вглубь леса. Поиск места грозил затянуться надолго, потому как вдоль береговой линии подходящих мест не нашлось совсем, но случайно брошенный взгляд, и Минсок оказался будто бы в любимчиках у Судьбы, ведь тут же нашел идеальную площадку для остановки. Небольшой, даже крошечный, по сравнению со всем остальным, кусочек пляжа в непосредственной близости от леса, а потому стоящий в тени пальм, казался идеальным. Настроение Минсока с отметки «замечательное» поднялось до «лучше и быть не может».       Через час, когда палатка была расставлена, все окрестности обсмотрены раз по двадцать, а первая банка тунца беспощадно съедена, Мин решил все же забраться если не в самую глубь леса, то хотя бы просто познакомиться с островом поближе, начав, конечно, с самого его зеленого сердца. Тропинок не было и быть не могло, поэтому приходилось пробираться через дебри зелени, пытаясь не разрушить хрупкости дикой природы и случайно не повредить растения. Если бы парень увидел себя со стороны, то, пожалуй, кроме как восторженным ребенком себя назвать не смог. Его глаза будто искрились счастьем только потому, что он созерцал такое великолепие, нетронутое человеком, не разрушенное его беспощадной рукой, потому что он смог увидеть первозданную природу. Буквально каждый листик вызывал у него интерес, каждую мелкую живность под ногами он, казалось бы, уже полюбил всем сердцем. В голову постепенно прокрадывались мысли о том, чтобы поселиться здесь навсегда, хотя умом парень и понимал, что это невозможно.       Разглядывание дикой природы в близости от лагеря длилось всего полчаса, пока туристу не захотелось большего, то есть, пробраться чуть дальше вглубь леса. Его не пугало, что, возможно, слова агента о том, что на острове нет диких животных, это только приманка для таких наивняков, как он, лишь любопытство разгоралось все больше с каждым шагом. Спустя некоторое время, пока он старался аккуратно пробираться по лесу, ему, кажется, начали мерещиться чьи-то разговоры. Так быстро пройти на другую сторону острова, где, как парень помнил, жили местные, он не мог, это физически невозможно, так как и сам остров совсем не маленький. В голову Минсока начали закрадываться подозрения, что тут, на самом деле, живёт еще множество людей, помимо тех, о ком ему тогда рассказали. Он, конечно, это переживёт, но неприятный осадок это всё же оставит, как ни крути.       В очередной раз раздвинув в стороны огромные листья папоротника, парень заметил деревянные хижины, где-то даже не в один этаж, с пристройками, похожими на что-то вроде балконов, но без перил. Это начинало настораживать. Еще больше насторожило и даже пугало валяющееся на одной из таких пристроек оружие. Автоматы, пистолеты, Минсок никогда не был знатоком оружия, но совершенно точно он знал одно: ничего хорошего это не принесет, и стоит убраться отсюда подальше, пока кто-то не заметил его и не…       - И кто это у нас тут?       Неожиданно раздавшийся за спиной неизвестный голос заставил парня вздрогнуть и тут же обернуться, замерев в страхе. Над ним возвышался ухмыляющийся парень, скорее всего китаец, в заляпанной кровью одежде, с автоматом наперевес, и с двумя кровоточащими, явно глубокими царапинами на правой щеке. Его вид и так нельзя было назвать дружелюбным, но с этими увечьями он становился устрашающим.       Из глубины чащи послышался еще один голос, напугавший Мина не меньше.       - Что у тебя там, Лэй?       - Посмотри сам, Хань, - ответил китаец, не сводя с Минсока странного, будто животного взгляда.       Спустя несколько секунд, за которые ничего не понимающий парень все еще не мог пошевелиться и лишь дрожал, опасаясь за свою жизнь, из-за веток вышел еще один мужчина. Его лицо хоть и казалось милым на первый взгляд, все впечатление портили дикие, безумные глаза, и некрасивый, рваный шрам под нижней губой. По-видимому, Хань, не стал терять времени и тут же подошел к опешевшему Минсоку, присаживаясь перед ним на корточки и улыбаясь. Жутко, страшно улыбаясь во весь рот.       - Ну привет, детка. И что ты здесь забыл, м?