insanity

      Минсок замер, боясь пошевелиться. Казалось, даже если он моргнёт, случится что-то непоправимое… если уже не случилось.       - Ну привет, детка. И что ты здесь забыл, м?       Не сказать, что Минсок знал английский, так что фраза, произнесенная этим незнакомцем, "Ханем", так и осталась для него загадкой. Проклиная себя за то, что не занимался как следует языками в студенчестве, он попытался заставить мозг работать хоть немного быстрее, и в итоге по интонации догадался, что его спрашивают, что же он здесь делает. Что он мог ответить на это? «Я просто турист, ребята, не обращайте на меня внимание, продолжайте убивать и грабить людей, я вам не помешаю»? Абсурдно. Но все же, если он до сих пор жив, у него есть надежда выбраться отсюда целым.       - Ай... Ай эм нот э... ай эм нот э бэд, андестенд? - мысленно Мин уже окрестил себя самоубийцей и человеком, которому лучше никогда не раскрывать рта. Но дело было сделано, и он просто ждал реакции, внутренне сжавшись и слушая отбивающий ритм метроном в своей голове.       "Только не убивайте меня сразу, ну пожалуйста, пожалуйста, черт, пожалуйста..."       - Какой забавный малыш,- произнёс тот, что нашёл Минсока первым, на, кажется, китайском. В китайском Минсок был не силён от слова "черт возьми, зачем мне китайский", так что длинная вязь незнакомого языка только пугала еще больше.       - Стоит ли нам забрать его с собой?       Тот, что со шрамом, всё не переставал буравить Минсока странным, непонятным взглядом, не отрываясь ни на секунду, и даже улыбка все еще не сошла с его лица, хотя у Мина давно бы заболели щеки от такого напряжения мышц.       - Конечно, мы заберём его... - он посмотрел на парня за своей спиной, улыбаясь еще чуть шире. - Разве можем мы оставить такого милашку в этом страшном, диком лесу? Ты не боишься, что кто-нибудь может сделать с ним что-то плохое? - снова развернувшись к Киму, молодой мужчина схватил того за подбородок, поворачивая к себе лицом. Мин, абсолютно дезориентированный ситуацией, повел себя как уличная дворняжка, и, сам от себя не ожидая, извернулся и укусил Ханя за пальцы. Он понял свою ошибку только через секунду, но, как оказалось, было поздно, и даже широко раскрытые глаза, показывающие, что он не хотел, уже не помогли.       Хань, одернув руку, тут же дал Минсоку яркую, горящую пощечину, заставляя того вскрикнуть скорее от неожиданности, чем от жгучей боли.       - Бешеная сука, - выплюнул мужчина, поднимаясь на руки и доставая из-за пояса пистолет. - Беги. Беги, блять, или я отстрелю тебе все чертовы конечности! У тебя минута!       Напуганный яростным, сумасшедшим криком, Мин будто заледенел, но тут же пришел в себя, чувствуя, как пули впивались в землю в нескольких сантиметрах от его бедра. Мозг, явно начавший работать быстрее, без труда вспомнил хоть какие-то английские фразы, и сейчас ему приказывали бежать, и было еще что-то про минуту. Вдаваться в подробности было некогда, быстро отползая назад и пытаясь подняться на ноги, тот все же встал и побежал что есть сил, стараясь не оборачиваться. Он не чувствовал облегчения, что его отпустили, в этом явно был подвох. Скорее всего, он не спрячется на этом острове, так как он контролируется людьми этого Ханя, в этом сомнений не оставалось, а значит ему нужно срочно выбираться отсюда... В голове так некстати всплывает воспоминание, что у него под рукой нет средств связи, да и телефонные вышки здесь если и найдутся, то явно не в густом лесу, а пробираться дальше слишком уж чревато. За ним приедут только через неделю, а пока он должен был провести свой отпуск в единении с природой, вдали от городских серых коробок...       Только вот встреча с пиратами на этом якобы безлюдном острове не входила в его планы. Умирать в расцвете сил вообще не входило в его планы!       Перед глазами парня простиралась сплошная зелень, он то и дело цеплялся за корни, разросшуюся траву , будто преграждающую ему путь, падал и поднимался, только бы не останавливаться, только бы убежать как можно дальше, минута ведь тоже может быть довольно долгой, если бежать достаточно быстро, верно? Бежать так, чтобы не чувствовать ступней, чтобы сбилось дыхание, так, чтобы выжить.       Издалека послышались выстрелы и свист: минута вышла. Стоит ли бежать дальше, или проще спрятаться где-нибудь? Хотя где тут спрячешься, вокруг только деревья, да зелень. На пляж возвращаться тоже нельзя, наверняка его место ночевки уже давно обнаружили и, возможно, давно ждут, когда же наивный Минсок соизволит появиться. Где-то позади как минимум два человека с автоматами уже ищут его, чтобы пристрелить, порезать на кусочки и съесть, а может и насадить на какой-нибудь флагшток, как наглядный пример того, что будет с остальными, кто сюда сунется. Ни один из вариантов Минсока, что уж тут и говорить, совсем не устраивал.        Парень пожалел, что не занимался спортом как следует, потому что его дыхание и частые остановки делали своё дело, уменьшая шансы на безопасный побег и поиск убежища, в котором можно переждать хотя бы этот день. Ночью же он сделает все, чтобы выбраться отсюда, даже переплывёт океан.       Выстрелов не было слышно уже несколько минут, что настораживало. Неужели они сдались и дали Мину убежать? Не может быть, звучит слишком невероятно для таких головорезов. Скорее, они достаточно близко, чтобы не спугну-       - Молодец, далеко убежал, - послышалось за спиной. "Черт, нет, нет, нет".       - Но мы всё равно быстрее.       Минсок обернулся, снова видя перед собой тех двоих, кого предпочел бы больше никогда не встречать. Хотя их имена и въелись в память, будто кислота, еще с первого их диалога, Мину этого совсем не хотелось. Перед ним снова Лэй, тот, что с ранами на щеке, и Хань, который, кажется, являлся главным во всей этой вакханалии абсурда и жестокости. Дула автоматов обоих были направлены в его сторону, за поясом главаря блестел сталью нож.       Совершенно опустошенный, понимающий, что теперь-то его точно пристрелят, если он попробует бежать, Минсок застыл перед мужчинами. Хань кивнул в его сторону, молчаливо отдавая Лэю приказ, который тот тут же начал исполнять, надвигаясь на будто бы ставшего маленьким парня. Он пятился, пытаясь уйти от этой неожиданной и нежелательной близкой встречи с китайцем, но в итоге запнулся и полетел на землю, усеянную корнями деревьев. Последним, что он увидел, был занесенный над его макушкой приклад автомата.