Hotter than Napalm

      — Устраивать себе апартаменты в бывшем бомбоубежище под полицейским департаментом — слишком даже для тебя, Джейсон, — Брюс как всегда суров и предельно собран.       Бэтмен осматривает помещение, сканирует визорами маски мощный компьютер, который Тодд собрал собственными силами (жуткое сношение его мозга со стороны Замены на стадии подбора железа — не в счет). По голосу приемного отца, до неузнаваемости измененного модулятором, трудно понять, он хвалит или недоволен? Джейсон решает, что это очередной наезд на его скромную персону и реагирует соответственно.       — Ну, ты же не позволишь мне пользоваться бэт-компьютером всякий раз, когда он мне понадобится. Так что пришлось повыхериваться, чтобы добывать информацию было проще, — язвит Красный Колпак и швыряет куртку на кресло. Черт. У него колени дрожат что ли? Конечно, перед ним же сам Бэтмен! Эх, надо, надо было пустить пару пуль в эту надменную остроухую башку, когда была возможность. — Чем обязан, папочка? — последнее слово произнесено так, словно это самое жуткое оскорбление на Земле.       — Мне крайне не понравилось, как ты сработал с мэром, — Бэтмен поворачивается к собеседнику, складки плаща шуршат, будто это крылья настоящей летучей мыши. — Почему ты не посвятил меня в свои планы?       О, да. Вот оно, началось. В голосе Бэтмена проскальзывает сталь, хотя тон вроде бы и не изменился. Но бывший Робин знает, сейчас он имеет все шансы получить по морде без предупреждения, как это было в старые добрые времена. Тодд к этому готов. Он не Грейсон, врежет первым, если что.       — Господин мэр жив-здоров, лежит в больнице, — ерничает Джейсон, прямо глядя в бельма устрашающей маски, свою он давно устроил на консоли компьютера.       — Ты не предупредил, что будешь стрелять в него антидотом, а в охранников снотворным, — рычит Брюс и с хрустом сжимает пудовые кулаки, Джейсон по росту и габаритам практически не уступает ему, но все равно кажется меньше.       — У меня к тебе тоже вопрос. Почему ты мне не доверяешь, Брюс?       — Если бы не доверял, не поручил бы миссию с Черной Маской, — отрубает Бэтмен. — Я здесь по другому вопросу. Что с теми новыми наркотиками? Тебе удалось узнать, откуда они появились на улицах Готэма?       — С этим тишина. Те типы как в воду канули. Выбросили одну партию и исчезли. Уже три месяца ни слуху, ни духу.       — Это был пробный заход. Прощупывают почву, налаживают связи.       — Думаешь, Черная Маска имеет к этому отношение?       — Не думаю, уверен.       — Значит, мне надо проникнуть глубже в их круги, Брюс. Я должен по-настоящему стать одним из них…       — Да? Ты убийца, Джейсон, думаешь, я позволю тебе снова пересечь черту? Дам индульгенцию на преступления и зверства?       — Брюс, дай мне шанс, — Тодд опускает голову, как провинившийся подросток. Брюс невольно отмечает, что его непутевый сын сейчас как никогда похож на того мальчишку, которого он подобрал с улицы много лет назад. — Ты видел, что бывает от передозировки «Золотой пыли».       Новая наркота поблуждала по улицам Готэма совсем не долго. Но успела получить название и широкую популярность. «Золотая пыль» вызывала сильнейшую зависимость со второго приема. От нее люди впадали в невероятную эйфорию, при этом высвобождались абсолютно все демоны, обострялись наиболее выдающиеся качества личности. И ладно, если человек добрый… Кровавые, жестокие убийства захлестнули Готэм. Люди, принявшие «Золотую пыль», могли перегрызть собственными зубами глотки всем своим таким же обдолбанным друзьям. От передозировки вырывали себе глаза и языки, откусывали губы, выходили в окна и бросались под поезда. Когда «Золотой пыли» не стало, копы вздохнули спокойнее. Брюс, как опытный боец, понимал — это далеко не конец. Грядет нечто большее. И необходимы абсолютно все ресурсы и люди. Даже такие ненадежные, как Красный Колпак.        — Мой город — мои правила. Даю тебе один шанс, Джейсон. Но отныне ты будешь посвящать меня во все свои дела. Если мне покажется, что ты в опасности, я тебя вытащу. Если ты пересечешь черту, ради чего бы то ни было, я приду за тобой, — прорычал Брюс в лицо Тодда.       Разговор был окончен. Эффектный взмах плаща Бэтмена. Легкий скачок напряжения погружает просторное помещение в темноту буквально на пару секунд. Когда загорается свет, Джейсон оказывается совершенно один.       Папенька в своем репертуаре. Прямо хоть на Оскар его номинируй за самые ошеломительные появления и исчезновения. И за самую проникновенную речь, конечно. Бесчувственный мудак! В корень засношал со своей этой чертой. Пусть засунет ее поглубже. Тодд устало распластался на кресле перед мониторами. Захотелось жахнуть в один из них с ноги. Чтобы прямо заискрил, сука! Но перспектива встречи с занудой Дрейком напрочь отбила это желание.       Вдруг сработал и тут же вышел из строя один из датчиков движения. Тот самый, который Тодд расположил крайне хитрым образом, чтобы заметить его было невозможно. Джейсон улыбнулся. Ну, наконец-то. Это своеобразный стук в дверь от той, с кем он ждал встречи уже целую неделю. Настроение сразу же улучшилось. Джейсон соскочил со стула, вышел из компьютерного зала и нажал на потаенный рычаг, книжная полка съехала, скрывая его мозговой центр от посторонних глаз. Теперь логово по виду не отличалось от остальных. Никто и не подумает, какие сюрпризы могут скрываться за обычной полкой, забитой книгами.       Джейсон приглушил свет практически до минимума, сел в кресло, положил на подлокотник «Глок» и приготовился оказать Кошке теплый прием.

***       Роман Сионис лениво смахнул невидимую пылинку с кипельно белого лацкана своего пиджака. Костюм от Бриони шикарно сидел на подтянутом теле. Безупречно отглаженными стрелками брюк можно было резать глотки конкурентам. Воротник черной шелковой рубашки небрежно расстегнут, в вырезе поблескивает небольшой крест на толстой золотой цепи. Мужчина обошел свой стол из красного дерева и встал перед панорамным окном кабинета, созерцая ночной Готэм.       Скоро этот проклятый город будет принадлежать только ему. Черная Маска приложил кубинскую сигару к губам, глубоко затянулся и выпустил дым через нос. Да, осталась всего пара-тройка шагов, и он получит безоговорочную власть над Готэмом. Даже вездесущий Бэтмен и его пешки не смогут ему помешать. Эта мысль все больше грела черное нутро криминального босса. Он снова жадно затянулся. В голове приятно поплыло. Эти кубинцы знают толк в табаке.       Безмятежную тишину кабинета, пропитанную запахами дорогих духов, табака и натуральной кожи, разорвал телефонный звонок. Сионис не спеша снял старомодную трубку с антикварного аппарата. Не то, чтобы он очень любил антиквариат, просто его дизайнер, тело которого ныне покоится на дне залива, считал, что это добавит некоего шарма. Роману было плевать на шарм и прочую чушь. Его интересовали деньги и власть.       — Рад слышать тебя, мой заокеанский друг, — Черная Маска расслабленно откинулся в кресле с анатомической спинкой и сложил ноги в крокодиловых ботинках на стол.       — Здравствуй, Роман. Только мы с тобой партнеры, а не друзья. Друзья обычно кидают, — заговорила трубка глубоким, бархатным голосом.       — Партнеры тоже, — парирует Черная Маска и пускает в потолок дымные кольца.       — Смотря, на каких условиях было заключено партнерство, — выдает голос.       — Ты все-таки надумал организовать поставки? — Сионису начинает казаться, что он разговаривает с Чеширским котом. Он не любит церемоний, поэтому задает конкретный вопрос.       — Нет.       — Тогда зачем ты тратишь мое время? — терпению Черной Маски начинает приходить конец.       — Я хочу наладить производство, Роман.       — О, это совсем другой разговор, — новая струя дыма уходит в потолок.       — И совершенно не телефонный.       — Как на счет деловой встречи, партнер?       — Буду в Готэме через пару дней, — сообщает собеседник и отключается.       Хитрый ублюдок. Проследить звонок не удалось. И никаких подробностей. Но Роман уверен, его ждет не просто большой куш, а настоящая удача в лице этого наглого заокеанского ренегата. Кто-то же должен сделать всю грязную работу за него.       Черная Маска нажал кнопку вызова на селекторе. В кабинет юркнула миниатюрная девушка. Ладная фигурка была крепко схвачена модным платьем. Блестящие волосы красиво уложены, в точеных руках планшет и стилус.       — Вы что-то хотели, мистер Сионис? — она кокетливо поправляет очки в золотой оправе.       — Подготовь бумаги на покупку заброшенного порта и всей прилежащей территории, — он даже не смотрит на вошедшую.       — Мм, — мнется помощница, — это крайне невыгодное приобретение…и…       — Разве я спрашивал у тебя совета, как мне тратить мои деньги? — Черная Маска поднимает глаза, в них загорается недобрый огонек.       — Нет, сэр, просто мне кажется…       Кабинет сотрясает выстрел. Из аккуратной дырки на лбу девушки густой струйкой вытекает кровь. Красивые глаза закатываются, изящная голова запрокидывается назад, и бездыханное тело тряпичной куклой оседает на пол. Планшет, выскользнувший из ослабшей руки, разлетается вдребезги. В тонких пальцах все еще зажат стилус.       Роман откладывает пистолет. Затем достает накрахмаленный платок, протирает им ботинки от капель крови и швыряет на пол. Пора нанимать новую помощницу. Черная Маска снова втянул в себя сладковатый дым. Хорошо.

***       Кошка не заставила себя долго ждать. Из вентиляции выскользнула стройная фигурка, бесшумно приземлилась на пол. Грациозно выпрямилась на длинных ногах. Джейсон вскинул пистолет, щелкнул затвором. Девушка замерла.       — Раздевайся, — скомандовал Тодд.       — А чего такой серьезный, Воробушек? — девушка улыбается, тянется к замку костюма. — Ножку на ножку не переложишь, как в «Основном инстинкте»?       — Лицо не треснет, Кошечка? — осведомляется Тодд, его коробит первая фраза до зубовного скрежета. А задетое самолюбие требует отмщения. Шутка ли, неделю где-то шлялась, стерва!       — Боюсь, что нет! — ловкий взмах хлыста и пистолет, вырванный из пальцев Тодда, с грохотом летит в дальний угол.       — Ничего страшного, у меня еще есть, — Джейсон делает вид, что тянется за другим.       Кошка срывается с места, выдает головокружительный кульбит в воздухе и приземляется к Джейсону на колени.       — О, точно есть, — Мила обвивает шею Тодда руками, прижимается к нему всем телом, ерзает попкой. — Я даже его чувствую. Какой калибр? — она шепчет мужчине на ухо, едва касаясь его мочки губами.       — Уже забыла? Не мудрено за неделю-то, — подкалывает Тодд. А у самого уже перед глазами плывет. Он бессознательно водит руками по стройной спине, оглаживает упругие ягодицы. Как же от нее пахнет. Ветром, дождем, ночью. Не поддаваться! Сатисфакция в первую очередь!       — А ты напомни, Помидорка.       Она знает, как Джейсона бесит это прозвище. Нарвалась. Какая уж там сатисфакция. Тодд хватает девушку за затылок и резко целует в губы. Из его груди рвется довольное рычание. Языки сплетаются, словно змеи в брачный период. Становится невыносимо жарко. Джейсон забывает дышать, сердце пропускает удары. Он чувствует, как ловкие руки уже забрались под броню, оглаживают кубики пресса, одна ладошка ныряет под ремень, проскальзывает в брюки.       — А-а-х! Черт! Где расстегивается твой проклятый костюм? — рычит Джейсон в такие желанные губы.       Девушка нехотя отстраняется, находит собачку у самого подбородка, медленно тянет вниз. Взору Тодда открывается стройное тело. Кошка без бюстгальтера, только на тонких бедрах темнеет кружево трусиков. Джейсон припадает к упругой груди, ласкает, целует соски. Где-то на самом краю сознания проносится мысль, что если Кошка без лифчика, значит, ходила на дело и кого-то обчистила. Плевать. Пусть хоть весь город обнесет к ебаной бабушке. Какое ему дело, когда в его широких ладонях так уютно тонут нежные теплые грудки. Мила времени даром не теряла. Быстро разобралась с ремнем Колпака, вжикнула ширинкой на его штанах, расправилась с бельем, примостилась удобнее и стала медленно опускаться на колени Тодда.       — О-о-о-ох, мм, как же… здорово, — Мила томно прикусывает губы. Кошка почувствовала, как на плечи легли сильные руки и давят вниз. — Джейсон, подожди… Тихо-тихо-тихо.       Но Джейсон уже не соображал. Страсть взяла верх. Он слишком долго ждал этого момента. Резкий рывок и молодые люди оказываются вплотную прижаты. По их телам бежит дрожь. Мозг взрывается от такой тесной близости. Кошка выгибается в спине с протяжным стоном.       — Обожаю тебя, сучка, больше никогда так не делай. Никогда. Так. Не делай. Не пропадай, — рычит от удовольствия Тодд.       — Не смей. Мне. Указывать, — еле дыша, выдает Кошка, ловко подбрасывая и опуская вниз аккуратную попку, обхватив мужчину за широкие плечи.       — Ты мое самое худшее наказание, — пыхтит Джейсон.       Кошка впивается в губы Джейсона. Они целуются так страстно, будто хотят съесть друг друга. Еще пара блаженных минут и обоих накрывает волна удовольствия. Тодд плотно прижимает к себе извивающееся тело девушки, старается надышаться ее ароматом. Наконец, оба затихают. Тяжело дышат.       — Ты даже не представляешь, как я соскучился, — мурлычет Колпак, расслабленно поглаживая Кошку по бедру, пальцы то и дело натыкаются на край высокого сапога.       — Очень даже представляю , — Мила пристроилась на широкой груди Джейсона.       — Так, не укладывайся. Сейчас в душ и ужинать.       — О, ты приготовил ужин? — оживилась девушка.       — Нет, его приготовишь ты, — Джейсон встал с кресла с Кошкой на руках и пошел в ванную.       — Вот ты мудила, Колпак!       — Только заметила?       — С первой встречи поняла.       Избавившись от костюмов, Джейсон и Мила втиснулись в душевую кабинку вдвоем.

***       Они вместе чуть меньше трех месяцев. Оба прекрасно понимали, что Красный Колпак и Кошка не могут встречаться, слишком опасно, вызовет много вопросов, привлечет любопытных. Поэтому решение, держать отношения в строжайшем секрете, было принято единогласно. Они даже устроили пару полу-публичных стычек, якобы Красный Колпак пытался пристрелить очередную воровку. А вот условие не лезть в дела друг друга Джейсона не радовало. Он хотел быть в курсе всего, что касалось Милы. Иногда очень аккуратно получалось выведать жалкие крупицы, но для пытливого ума с детективными навыками этого было мало.        Эта зараза была абсолютно непредсказуема и полностью неуправляема. Да-да, Тодд сам неуправляемый, вспыльчивый обалдуй. Но одно дело, когда ты такой. И совсем другое — любимый человек. Девушка могла пропасть на день или три. Наличие ее телефона в списке контактов проблему не решало вообще. Она без зазрения совести позволяла себе не отвечать на звонки и смс Джейсона. А потом могла явиться среди ночи как ни в чем не бывало без предупреждения. Теперь во всех холодильниках Тодда всегда было свежее молоко. Ее сиятельство не может без свежего молока, теплых одеял, рубинов и его пятерни на своей тощей заднице. «Куда убрал, мне холодно!». «Мне надо чистить пистолеты, сладость». «Какие пистолеты, Помидорка, когда я тут замерзаю без тебя?! Изверг! Быстро вернись!». Приходилось все бросать. Хотя на самом деле Тодду это нравилось.        За все время между ними случились только две крупные размолвки. Все из-за волнения за Милу, которое теперь постоянно преследовало Джейсона. Он по привычке прибегнул к жучкам, за что и поплатился. Девушка исчезла на неделю в первый раз, а затем и во второй, когда очередной жучок был найден и пафосно брошен в Красного Колпака. Объяснять, что Тодд волнуется, было бесполезно. Просьбы сообщать о своих планах воспринимались как посягательство на свободу.       В разлуке Джейсон страдал и сгорал от злости, бухал, бил морды, гонял наркоторговцев и прочий сброд. Если Колпак начинал страдать и приходить в ярость — в Готэме всегда становилось громко. Надо же как-то выплеснуть гнев, заодно показать этой сучке, что он не мальчик для битья и не хер вить из него веревки. Ему плевать. Да! Вот и недавнюю заваруху с мэром учинил от злости и желания доказать, что он серьезный мужик. Ну, еще был расчет, что Милу пошлют снимать выступление мэра. Тут-то она и должна была увидеть, Красный Колпак ужас, как охуенен и невъебенно крут. Расчет оправдался. Ладно, почти оправдался. Милы там не было. Джейсон нарвался на приемного папочку. Зато чиновника спас. Подумаешь, врезал разок по харе. Он же не сильно, всего-то пару зубов выбил. Зато на следующий вечер, когда Брюс его распекал, пришла смс: «Жди. Соскучилась».

***       — Ну, и где тебя носило? — Джейсон смотрел, как Кошка жарит оладушки (отбывала повинность за исчезновение, готовила поздний ужин). После душа его заметно разморило. Тем более в душе он снова не стал себе отказывать в занятии любовью с Милой. Та, естественно, не была против. И теперь спину Тодда саднило от свежих царапин.       — Вообще или сегодня? — она лукаво улыбается через спину, ее тонкая талия перевязана тесемками фартука, на мокрых волосах высокое сооружение из полотенца, на длинных ногах шерстяные гольфы с бубенцами.       — Хотя бы сегодня, — Джейсон рассматривает Кошку, пока та занята готовкой, он схитрил — прибавил отопление.       — Прогулялась немного, — девушка ловко переворачивает пышные аппетитные оладушки. — В каналюгу к Кроку заглянула. Думала, деньжат подкинуть, чаи погонять.       — Ну, и как, попили чайку? — Джейсон чувствует укол ревности. Охренеть, по крокодилам шастает, а его по боку!       — Нет, у Крока какой-то хмырь патлатый в кепке сидел.       — И как тебе хмырь? — Джейсон подобрался, стиснул зубы. Блядский Рой Харпер! Неужели ему придется бить веснушчатую рожу лучшего друга из-за Милы? Этот обаятельный гад охмурил Кори в мгновение ока. Было, из-за чего волноваться.       — Идиот с луком и стрелами. Я думала, Зеленая Стрела один такой пришибленный, — очередная партия ароматной выпечки отправляется на блюдо и обмазывается сливочным маслом. — Но такой милашка, тер с Кроком за жизнь и о вреде наркотиков.       — И? — Джейсон нервно дергает ногой под столом, думая, из какого ствола будет стрелять в рыжую задницу. — Рыжий тебя видел?       — Если не захочу, меня никто не увидит, — Мила поставила на стол целую гору оладушек, повернулась к холодильнику за джемом. — Я быстро поняла, что это у них надолго и ретировалась, не обозначая себя… И, кстати, откуда ты знаешь, что патлатый был рыжим?       — А я экстрасенс, — Тодд выдохнул с облегчением. Рой, слава всем Богам, твоя морда останется целой.       — Нет, Воробушек, ты экстрасекс, — Мила эротично облизала ложку с вареньем.       — Слушай, почему Воробушек? — оладьи на вкус были такими же замечательными, как и на запах. Комплимент значительно потешил самолюбие.       — Это самая боевая птица, Джейсон…       — Мила, останься сегодня на ночь? — Тодд поймал девушку за руку и пристально посмотрел ей в глаза.       — Так и собиралась сделать, кто-то же должен оберегать тебя от кошмаров.       Расправившись со своей порцией, Мила отправилась в кровать. Джейсон быстро помыл посуду и поспешил в спальню, но нашел Кошку безмятежно спящей прямо в фартуке. Пришлось самому устраивать девушку на ночлег, избавляя от полотенца и гольф.       — Мм, как же с тобой хорошо, — прошептала Мила во сне, когда Джейсон пристроился рядом и крепко ее обнял.

***       Их утро началось совсем не романтично. Трезвонил телефон. Он звонил, звонил, звонил и звонил. Джейсон сунул голову под подушку и наткнулся на «Дезерт Игл».       — Черт, какую тварь надрало в такую рань! Ебись она конем! — прорычал он из-под подушки.       — Судя по мелодии, это Селина, — Кошка оторвалась от теплого бока мужчины и выползла из кровати, стащив с него одеяло.       — Пошла она в жопу, — бубнит подушка. — Все пошли в жопу, ты сегодня только моя, — Тодду плевать, что он голый, у него тут есть пистолет, и он готов воспользоваться им по назначению.       — Если так наяривает, значит что-то серьезное, надо ответить — Кошка с трудом отыскала телефон в костюме. — Доброе утро, дорогая моя, — хрипло мурлыкнула она в трубку.       — Ц-ц, утро добрым не бывает, — отозвалась трубка знакомым надменным голосом, который уже начал ломаться.        Кошка с трудом поборола желание, отшвырнуть гаджет, как ядовитую змею. Какого хера телефон наставницы делает у этого говнюка? Он ее уже расчленил или только собирается? Мила поспешила взять себя в руки, ведь Джейсон и так уже с интересом воззрился на нее с кровати.       — Ох, как же ты права, дорогая. Как у тебя дела, Сел? Ты соскучилась? — ласково воркует Мила.       — Ц-ц, еще как, — отзывается Дамиан и, видимо, включает громкую связь, на заднем фоне явственно становятся слышны истеричные вопли Селины, бой посуды, треск мебели, цокот каблуков, невнятное мужское бормотание.       — Оу, ничего себе! — Мила почти оглохла от этой какофонии на одно ухо.       — Забирай свою подружку немедленно. Она портит мое имущество. Я за себя не ручаюсь! — закипает Робин.       — Через час буду, кинь адресок смской, моя сладкая, — Кошка сбросила вызов.       — Что там у нее стряслось, и куда ты намылилась? — Джейсон вырос перед Кошкой, она чуть не врезалась в мускулистую грудь.       Тодд прекрасно знал, что после того, как Брюсу стало известно об интересном положении своей пассии, Селины Кайл, он не без труда переселил ее к себе в поместье. Тим сбежал оттуда сразу же. Дик заглядывал изредка. А вот Дамиану деваться было некуда. Нормальные отношения у бывшей воровки были только с Альфредом. Для него она делала чай и помогала по дому. А вот остальные, особенно Брюс, получали на орехи только так.       — Она соскучилась, хочет проветриться, — Мила стала быстро собираться. — Помнишь, я у тебя оставляла платье горчичного цвета? Не в костюме же мне переться!       — Твои вещи в твоем шкафу, вон он, — Джейсону не нравилась эта затея. Кошка реально собралась в поместье Уэйна?!       — Как мило, ты выделил мне целый шкаф, не стоило беспокоиться, — Тодд получает легкий поцелуй в щетинистую щеку.       — Слушай, может, вы назначите встречу где-нибудь в городе? Тебе прямо обязательно ехать за ней? — Джейсон беспомощно смотрел, как Мила, накидывает коротюсенькое платье из замши.       — Да, она просила именно заехать, — Мила сует ноги в сапоги от костюма и начинает придирчиво изучать себя перед зеркалом в ванной. — Черт, волосы нечем собрать, придется так ехать.       Джейсону хочется застрелиться. Хотя лучше грохнуть баламутку Кайл.       — Я тебя подвезу. Надо хоть иногда сдувать пыль со своей тачки, — последний рывок, Тодд уже на грани.       — И как ты себе это представляешь? Наденешь свой шлем, прихватишь парочку стволов и воооон тот маленький ножичек? — Кошка указала на траншейный «Мак-Нери», валявшийся на прикроватной тумбочке. — Селина обрадуется!       — Тогда будь все время на связи, — сдался Джейсон. Его появление «дома» наделает слишком много шума. Да и попадаться на глаза Брюсу после недавнего разговора совсем не хотелось.       — Как скажешь, здоровяк, — она запечатлевает на губах Тодда долгий поцелуй и выскальзывает из его «квартиры».       Джейсон устало обрушивается в кресло. Боже, пусть в поместье не будет Грейсона! Мила слишком хороша, он обязательно обратит на нее внимание! Эх, надо было две бомбы на Бладхейвен сбрасывать. Нет, лучше три — циркач, паскуда вертлявая, его так просто не возьмешь.       Тут внимание Колпака привлекла решетка вентиляционной шахты. Она была закрыта не до конца. Именно оттуда вчера появилась Кошка. Не порядок, надо закрыть. Джейсон пододвинул кресло, взобрался на спинку, прежде чем закрыть решетку, заглянул в шахту. Ого! Вот это находочка!

***       Кошка подъехала на своем ярко-зеленом «Смайли» к центральным дверям поместья Уэйнов. Ее не удивило, что тяжелые, кованные ворота были открыты, а как только машинка юркнула на территорию, резные створки медленно закрылись. Милу по-настоящему впечатлил огромный дом. Она искренне не понимала, зачем такие хоромы строить, а потом еще и жить в них. Только наличие большого сада оправдано, тут можно много добычи спрятать. Хоть под каждым резным кустом тайник устраивай.       Откуда-то сверху послышалась ругань, с третьего этажа, разбив окно, вылетел бронзовый канделябр и воткнулся в идеальный газон. Теперь вопли Селины стали более отчетливы. Ясно, опять своего мужика воспитывает. Ох, толку бить полено, оно деревянное.       Мила вышла из машины. Девушка уже собиралась направиться к дверям, как краем глаза заметила, что на нее несется огромный черный монстр. Воровка в ужасе юркнула обратно в машину. Кошка только и успела захлопнуть дверь, когда на нее навалилась туша здоровенной собаки. Пес похлестал по стеклу розовым языком, оставив целые потоки слюны. Затем радостно залаял, глядя в салон и раскачивая зеленую букашку мощными лапами.       — Аааааааааааа! Ааааааааа! — драла глотку Мила. — Убирайся от моей машины, Годзилла!       — Ц-ц, вижу, Титус тебе понравился.       Кошка подскочила на месте. На пассажирском сиденье, чинно сложив руки на груди, восседал Дамиан.       — Ты как тут оказался, цыпленочек? — Мила еле поборола рефлекс, двинуть незваному гостю локтем в зубы.       — Глупый вопрос. Кто, по-твоему, открыл тебе ворота? Ты опоздала. На целых две минуты, — сварливо замечает мальчишка, демонстративно поглядывая на часы.       — Пробки, цыпленочек. Воскресенье, всех надрало ехать за город.       — Ц-ц, мне плевать. Забирай Кайл и проваливайте из моего дома.       — Ты собачку-то свою комнатную убери сначала. А то забирать будущую миссис Уэйн будет некому, — Кошка улыбается, но каждое ее слово сочится ядом.       Дамиан разъяренно фыркает. Несколько минут он пытается прожечь во лбу собеседницы дыру. Это у него не получается, конечно. Так что приходится снизойти.       — Ц-ц, он тебе ничего не сделает, ты ему понравилась, — предательская псина, хвостом ворюге виляет, стекло языком полирует!       — Ага, приглянулась на обед?       — Да в тебе-то и есть нечего, одни кости, — Робин придирчиво обводит Милу взглядом.       — Зато из меня выйдет отличный холодец, — скалится Мила, завершая обмен любезностями. — Веди, Сусанин, заберу свою ненаглядную.       — Что такое «сусанин»? Ты меня обозвала? — насторожился Дамиан, поймал Тита за ошейник и притянул к себе, чтобы он не рвался к Кошке.       — Сусанин — русский герой, дурашка, — Мила щелкнула мальчишку по курносому носу.       — Тогда я не против. Я тоже герой, — Робин гордо выпятил грудь. — Следуй за мной!       Убранство особняка поразило Милу не меньше, чем фасад. Это было нечто. Образец вкуса. Кругом антиквариат. Наметанный глаз воровки тут же цеплялся за особенно выдающиеся детали. Люстры, картины, портьеры, шелковые обои, паркет. Высоченные потолки. От такого зрелища захватывало дух. Вскоре на пути стали попадаться осколки дорогих сервизов и ваз, в том числе древних китайских династий. Ну, Селина! Вот же варвар!       Местом побоища оказался просторный диванный зал. Там царил полный разгром. Сорванные шторы, перевернутое кресло, обломки разнесенного стула, опрокинутый комод, повсюду осколки посуды. В углу стоял высокий плечистый мужчина. В его голубых глаза читалось беспокойство, он сжимал в руках дорожную женскую сумку. Поодаль от него пожилой дворецкий с аккуратными усами и при полном параде невозмутимо держал поднос с одной единственной чашкой чая. Селина носилась посередине. Она была похожа на разъяренную фурию. Изумрудные глаза метали молнии, черные волосы разбросались по раскрасневшимся щекам. Полы шелкового халата трепетали, словно крылья огромной птицы, открывая взорам кружевной пеньюар.       — Я устала, Брюс! Я так больше не могу! Тебя никогда нет рядом!       — Селина…       — Ты со мной, но ты не со мной! У тебя всегда дела! Ты смотришь мне в глаза, а думаешь об этих проклятых преступниках! Мне что, взяться за старое, чтобы ты, наконец, обратил на меня внимание?!       — Селина, пожалуйста, — Брюс заметил новоприбывшую.— Послушай…       — Нет, это ты послушай! Я ухожу! Отдай мои вещи! Ты сломал мне жизнь! Я не позволю, чтобы ты сломал ее и нашему ребенку! — Кайл замахивается вазой.       — Сел, ты сейчас реально разобьешь пять миллионов баксов?       Селина обернулась.       — Ох, малышка, — Кайл увидела Милу и сразу же остыла. Поставила вазу на место, будто так и собиралась сделать, и поправила волосы.       — Вот и умничка. Посмотри на себя, растрепалась вся, — Мила подошла к наставнице, запахнула ее халат и завязала пояс. — Пожилого человека смущаешь, трясешь тут сись…прелестями.       — Мила, ты как тут оказалась? — гнев Селины сменился удивлением, Альфред под шумок сунул ей в руки ромашковый чай и чинно удалился, прихватив Дамиана с Титусом.       Кошка набрала в грудь воздуха и… Ее глаза встретились с глазами мистера Уэйна, похоже, его тоже интересовал ответ на поставленный вопрос. Кошка поперхнулась. Да этому мужику можно заготовками дерева заниматься, а что — лес будет одним взглядом валить. Хорошо канделябру. Его выкинули. Вот бы и Миле так, воткнуться черепом в стриженный, ровнехонький газон — никого не видеть, никого не слышать.       — Я по тебе соскучилась, Сел. Решила заехать. Мне дверь открыл милый паренек с не менее милой собачкой, — Мила врала, как дышала, стараясь больше не встречаться со стальными глазами хозяина дома. — Кстати, здравствуйте, мистер Уэйн. Прошу прощения за столь неожиданное вторжение. Мила Клоу, подруга этой замечательной женщины, — Кошка протянула Уэйну руку.       — Брюс Уэйн, наслышан о вас, — широкая ладонь легонько сжимает тонкие пальцы.       — Ты вовремя, детка, я как раз собиралась уходить, — Селина вскакивает с дивана, на который только что опустила свой аппетитный зад.       — Так, стоп. Никуда ты не уходишь. Хватит страдать ерундой. Мистер Уэйн, тараньте ее шмотки обратно, откуда она их там выгребла, — скомандовала протеже Женщины Кошки, брови Брюса поползли вверх, наглость у кошек, походу, общая черта.— Душечка, ты просто засиделась. Тебе пора в салон, по магазинам. Сходим с тобой на прогулку…       — На прогулку?! — Селина засияла, подступила к преемнице, взяла за обе руки, заглянула с надеждой в лицо. Не врет ли? Прогулка в их лексиконе означала выход на дело.       — Да. На такую легонькую прогулочку, развеешься.       — О, это было бы так здорово, — замурлыкала Селина.       И куда только девалась недавняя злобная фурия? Черты Кайл сразу же сгладились, движения обрели тягучую плавность, взгляд заволокла томная дымка. Женщина Кошка вернулась.       — Мистер Уэйн, не переживайте, доставлю ее в целости и сохранности часиков в 12 ночи, — заверила Мила.       — Не слишком ли поздно для прогулок, юная леди? — конечно, Брюс понял, что эти двое имеют в виду.       — Нормально! — рявкнула Селина, Мила аж подпрыгнула.       — Только без глупостей, Селина, — с нажимом просит Брюс, теперь уже сама Кайл удостаивается лесовалительного взгляда.       — Ох, когда я делала глупости, милый? — она подплывает к мужчине грациознейшей походкой и целует в тяжелую челюсть.       — Я бы сказал, постоянно.       — О, сколько народу! Привет! — в дверях показался Грейсон, как раз во время, чтобы сорвать очередную ссору. — Ого! У нас гости?       — Так, Мила, мы уходим, нам столько всего надо сделать, — Селина сгребает преемницу за локоть. — А ты даже не смей на нее смотреть, — острый ноготок покачивается перед глазами Дика. — Знаю я тебя!       — А я что? Я вообще ничего! — лепечет опешивший Найтвинг. — Чего это она? — вопрошает Грейсон, глядя на Брюса.       Тот пожал широки плечами, радуясь, что конфликт исчерпан и вещи Селины можно вернуть на место.        Мила подождала наставницу в машине, пока та переоденется. Когда Селина плавно воссела на соседнее кресло, Кошка поспешила убраться. Только сейчас до нее дошло, какой авантюрный поступок она совершила. Это ж надо, сунуться к Бэтмену, еще и ручку ему жать! Селина, извращенка, как она могла полюбить его? Камень.       — Подожди, а как я с животом-то гулять буду? — вдруг опомнилась Кайл.       — Сел, его и не видно почти. Одно название — живот. Ничего, подстрахую тебя, — отмахнулась Мила, следя за дорогой.       — Ладно, беременность не болезнь. Ох, как же я соскучилась по крышам, — Селина сняла широкополую шляпу и откинулась в кресле. — Ну, и коробка! Места вообще нет.       — Могу вернуть тебя обратно в те хоромы. Хочешь, красавица?       — Даже не думай! — Кайл деланно надула губы. — Мила, обожаю тебя!       — И я тебя! — они боднулись головами, как настоящие кошки.       Кайл стащила платиновую карту у будущего мужа и теперь отрывалась по полной. День прошел так, как и говорила Мила. Магазины, салоны красоты. Пара ресторанов. Кошки болтали, смеялись, обнимались. Обеим было, что рассказать и обсудить. Все-таки виделись они теперь еще реже и очень скучали друг по другу. Дождавшись ночи, облачились в костюмы. Небольшой животик Селины теперь выпирал более заметно. Она с сомнением рассматривала себя в зеркало, пристраивая огромные очки на лбу.       — Бэтмен все-таки победил. Вывел из строя Женщина Кушку. Сволочь! Я теперь бегемот! — Кайл огладила бедра и шмыгнула точеным носом, на нее напала плаксивость.       — Это ты победила, Сел. Ты не замечаешь, как он на тебя смотрит? — Мила обняла наставницу за плечи, встала рядом. — Даже мое присутствие стерпел ради тебя. И вообще. Ты красавица. Яркая, женственная. Настоящая Женщина Кошка! Когда ты вернешься в дело, я уеду, чтобы не мешать тебе.       — Так, ты совсем что ли? Уедет она! Сейчас прям! На рельсы лягу, под самолет кинусь. Я в дело не вернусь. Не хочу потерять Брюса в очередной раз. Это во-первых. А во-вторых, ты мне как сестра теперь, так что останешься со мной. Все. Это не обсуждается, — отрезала Кайл и опустила очки на глаза, она всегда добивалась того, чего хочет. Это касалось Брюса, коснулось и Милу. — Ты отличная Женщина Кошка. Посмотри на себя в этом костюме. Секс-символ Готэма!       — Ага, херовенький секс-символ, — Кошка застегнула на руке часы, некогда разработанные Теслой для Селины.       — Какой город, такой и секс-символ, дорогая. Выдвигаемся!       Ветер шумел в локаторах. Пропитанный озоном воздух опьянял и дурманил, терзал чувствительные ноздри. Две гибкие фигуры мчались по ночным крышам под прикрытием теней от облаков и зданий. Изредка раздавались щелчки кнутов. После небольшой пробежки наведались в парочку ювелирок. Перемерили целую гору украшений, а после вернули их на место. Затем пробрались на выставку антикварной мебели. Как две мухи обсидели абсолютно все. В конечном итоге воровки взгромоздились на самую высокую точку моста через залив, разжившись фастфудом, капучино и натуральным соком.       — Как же хорошо! — Селина поглощала уже второй чизбургер. — Спасибо, что вытащила. Я уже сама была на грани. Натворила бы дел.       — Не благодари. Просто пиши, когда я нужна, приду, — Кошка отхлебнула капучино, болтая ногами на умопомрачительной высоте.       — Не хочу тебя отвлекать своими проблемами. Ведь я сама сделала свой выбор. И теперь пожинаю плоды.       — Сел, не говори чепухи. Ты меня не отвлекаешь. Хорошие, кстати, плоды, — Мила погладила наставницу по животу. — Он уже шевелится?       — Да. И это девочка, — Селина улыбнулась.       — Так здорово! Она будет такой же красивой и умной, как ты.       — Посоветуй имя?       — О, это слишком…ответственно.       — Будущей крестной вполне можно доверить этот вопрос.       — Сел, — Мила стушевалась.       — Можешь ничего не говорить, я все понимаю. Хочу, чтобы мы стали еще ближе. Ты согласна?       — Конечно, конечно, — Мила забылась, перешла на родной язык, обняла Селину. — О, как я рада, что встретила тебя!       — Так какое имя?       — Елена. По-моему, подойдет.       — Мне тоже нравится. Хелена. Красиво звучит, — кивает Кайл, но вдруг вскидывается, будто что-то вспомнила. Ее глаза сужаются, останавливаются на преемнице, впиваются в нее. — Кстати, Крок тебя сдал.       — В смысле? — Мила виртуозно изображает дуру, но уже прекрасно понимает, о чем речь.       — Не притворяйся, детка. Красный Колпак, да? — голос Селины стал жестче.       — Бэтмен, да?       — Не проводи параллелей, Мила! Это абсолютно разные вещи!       — Люди. Люди, а не вещи.       — Не важно! Красный Колпак чертов псих. У него не все дома! Его запирали в тюрягу и Аркхэм. Он убил кучу народа. Взрывы, отравления. По слухам сейчас на Черную Маску работает. Он пытался убить Бэтмена. Он пытался убить меня! Сбросил с крыши… — Меня тоже… — Мила в легком шоке. Аркхэм! Подумать только! — Что?! И ты все еще с ним?! Он абсолютно невменяемый. Колпак пристрелит тебя рано или поздно. Ему ударит в голову очередная придурь и тебе конец, Кошка! — Селина успокаивается, начинает глубоко дышать. — Мила, дорогая, почему ты мне ничего не сказала? Не посоветовалась? Господи, да как это вообще могло случиться?!       — Просто я типичная русская баба. Подай мне горящую избу, коня на скаку и самого проблемного мужика, — Кошка опускает уши, сжимает сложенные ладони коленями. — Прости, Сел. Ничего не могу с собой поделать.       — Значит, я тоже русская баба, — Кайл смягчается, гладит Кошку по ссутуленной спине. — Раз еще не пришиб, значит, нашел в тебе что-то. Ну, ты хоть счастлива с ним? — Мила кивает. — Ох, какие же мы дуры, — Селина тяжело вздыхает. — Я. Ты. Харли. Дуры. Идиотки, — голос бывшей воровки вздрагивает. — Все проблемы из-за мужиков! Пообещай мне, что с Колпаком будешь всегда на строже. От него можно ждать чего угодно.       — Обещаю. Кстати, Селина, ты с сыном Брюса контакт налаживаешь? — Кошка решает перевести разговор в другое русло, слишком уж щекотливая для нее тема.       — Честно старалась. Но как только появляюсь на горизонте или пытаюсь заговорить, мерзавец метает в меня все колющие и режущие предметы, которые оказываются у него под рукой. Подстраивает мне мелкие пакости. Совершенно невыносимый мальчишка. Лучше пусть держится от меня подальше с этим своим псом, — Селина гневно жестикулирует надкушенным чизбургером. — Так и надавала бы ему подзатыльников, да только Брюс не одобрит.       — Ясно. А ты попробуй узнать, что ему нравится. Заинтересуй чем-нибудь. Найди общие темы. Или вставай на его сторону, когда он выхватывает от папеньки. Его тоже можно понять. Он же еще ребенок, — Мила швыряет вниз смятый пустой стаканчик.       — А с чего ты так за Дамиана беспокоишься? — насторожилась Селина.       — Не за него. А за тебя и Хелену. Наладить с ним хотя бы нейтралитет придется, все-таки он сын твоего будущего мужа и жить вам под одной крышей, — рассуждает Мила.       — Хм, ты права.Хорошо, постараюсь.       — И не порть больше имущество. Это ж наследство как никак.       — Ах, ты меркантильный финик! — смеется Селина.       ***       Джейсон приподнялся на цыпочках, сунул руку поглубже в вентиляционную шахту. Дотянуться до сумки было тяжело, но Тодд зацепил ручку пальцами и извлек находку, обрушив на себя целый сноп пыли. Пружинисто спрыгнул на пол и отплевался. Черная сумка из плотной материи была достаточно тяжелой. Джейсон открыл замок и заглянул внутрь. Невольно присвистнул. Деньги. Чистенькие, новенькие пачки долларов. Интересно, сколько здесь? Колпак пробежался по одной стопке пальцами. Ухмыльнулся. Затем он бросил деньги обратно и вернул сумку туда, где нашел. Плотно прикрыл решетку вентиляции. Так-так-так. Башковитый оказался прав.       — Алло, Заменыш? — Джейсона переполняли эмоции, надо было срочно с кем-то поделиться радостью.       — Слушаю, Большой Красный. Ты снова пролил пиво на клавиатуру?       — Нет…       — Прострелил монитор?       — Нет…       — Тебя ранили?       — Да послушай же ты!       — Выкладывай, — сдался Тим. В отношении Джейсона его аналитический ум практически не работал. Предугадать, что в очередной раз учудил Тодд, было невозможно.       — Давай словимся где-нибудь? Где ты там обычно кофе хлещешь?       — К сожалению, сегодня у меня совершенно нет времени. Могу заглянуть на пару минут вечером во время патрулирования. Ты же сейчас под полицейским управлением?       — Еб твою мать, Тимбо, откуда ты знаешь?! — опешил Джейсон, машинально озираясь по сторонам.       — Секрет фирмы, Джейс. Советую запастись хорошим кофе. И больше не трогай мою мать, пожалуйста.       — Посмотри, какой мягкожопый! Кофе, мать! Выбирай что-нибудь одно.       — Ты невыносим, — вздыхает Красный Робин.       — Посмотрел бы я на тебя, если бы ты сдох! И в ямах Лазаря плескаться — то еще удовольствие! — завел старую шарманку Тодд.       — До вечера, — перебил его Дрейк и отключился.