Пятая Вечность

— Ты всегда был ужасным ребенком! Посмотри на своего брата, по сравнению с ним ты позор семьи! Когда же ты возьмешься за ум?! Говорят, что прошлое вовсе не важно, потому что стрелки часов идут только вперед. Не то чтобы я жил будущим, скорее, просто игнорировал его, как еще не наступившее неизвестное. Настоящее мне было куда ближе, но и его я не считал самым главным. Меня всегда тянуло к чему-то вечному и непознанному. К сожалению, не все люди это понимали. К еще большему сожалению, не понимала именно мать. Я ненавидел разговоры о моем прошлом, ведь всем свойственно ошибаться. Я ненавидел сравнения. Ненавидел то, в каком положении оказался. Дверь громко захлопнулась за моей спиной. Я остался один в комнате, предоставленный сам себе, хотя в коридоре все еще слышались крики. Опустившись за стол, я окинул лежащие на нем книги рассеянным взглядом. Атлас звездного неба, учебник по физике, несколько работ Хокинга… мне не с кем было их обсудить. Моя семья была серой и посредственной. Я вздохнул, решив сделать то, что делал каждый раз, когда ссорился с матерью. В сумку для телескопа помимо него самого также отправились компас, плеер и телефон. Постояв на одном месте и подумав немного, телефон я вытащил: не хотелось, чтобы кто-то побеспокоил. Оделся я неприметно, серо-черный оттенок идеально мне подходил. Моему настроению, впрочем, тоже. Однако ситуацию с последним я надеялся в ближайшее время поправить. Одетым в уличную одежду и с сумкой в руках мне пришлось просидеть до ночи. Когда с работы вернулся брат, и они с матерью разошлись по спальням, я незаметно вылез через окно. Хорошо, что отцу, пока он был еще с нами, в голову пришла идея купить квартиру на первом этаже. Вдохнув прохладный ночной воздух, я слегка улыбнулся и отправился на вокзал, на ходу доставая наушники. Успел я вовремя: у платформы меня ожидала последняя электричка. Если я уходил, никто никогда не замечал этого, ведь я успевал возвращаться под утро. Я отправлялся к своему любимому месту — небольшому пролесью за городом, откуда было очень удобно смотреть на звезды. Подолгу вглядываясь ввысь, я постепенно осознавал, как ничтожны мои проблемы, и как велика Вселенная с ее звездами и системами. Музыка лилась по проводам, лениво втекая в уши и унося с собою плохие мысли. Я смотрел, как за окном все быстрее мелькали люди, столбы и деревья. Со временем последних становилось все больше, пейзажи сменялись на пригородные. В электричке, скользящей, будто по воздуху, было намного теплее, чем на улице. Обмякнув, я позволил себе расслабиться, прикрыв голубые глаза. Меня согревало и сладкое предвкушение, я с нетерпением ждал, когда смогу взглянуть в небо, выбравшись к лугу. Губы вновь тронула легкая улыбка, а поза стала еще более непринужденной. Я ценил такие моменты не меньше, чем наблюдение за ночным небом. Внезапно электричка затормозила. Не плавно, как она тормозит у платформы, а резко, непредсказуемо. Распахнув глаза, я хотел было ухватиться за кресло спереди, но потерял равновесие. Один из наушников выпал, а я содрогнулся от скрежета. Очки соскочили тоже, и сквозь разбитую линзу я едва видел полупустой вагон. — Так не должно было быть… — я раздосадованно шипел сквозь зубы. От удара о пол неприятно звенело в ушах, отчего я предпочел зажмуриться. Но даже так, через плотно закрытые веки, в глаза вдруг ударил свет. Яркая вспышка озарила пространство за электричкой. Что это было? От боли в виске? Или же что-нибудь вспыхнуло на путях? В любом случае мне нужно было выбираться, но, предприняв попытку подняться, я вдруг услышал, как ко мне обращаются. — Ты прав. Не должно было. Щурясь, я недоуменно уставился перед собой, и через мгновенье смог различить черты лица молодого мужчины. — Тебе пора, — он заулыбался.