Смертельный номер

Магнус пытаясь успокоить сбившееся от волнения дыхание, медленно обходил арену по кругу. На первый взгляд, в шатре было пусто, да и весь цирк будто вымер, не было вчерашней суеты, только пустота и тишина. Оружие Магнус оставил в машине, чтобы не провоцировать Циркача и теперь чувствовал себя обнаженным. Поежившись от неприятного ощущения, Мартинссон решил сделать еще кружок по арене. Похоже, убийца в очередной раз смеется над ними. Магнус усмехнулся, вспомнив истерику, которую закатил Курт, когда все вышли из конференц-зала. Снова звучали жестокие обидные слова, но было понятно, что Валландер просто боится, боится за него. Это, и знание того, что в одежде спрятан маленький жучок, передающий каждый звук из помещения в фургон полиции, придавало сил. Вдруг, Магнус почувствовал легкий укус в шею. Успел только удивиться, - «комары зимой?», и рухнул на песок. Тело парализовало, накатила паника, но Мартинссон постарался справиться с эмоциями. Он упал лицом вниз, поэтому ничего не видел, оставалось ориентироваться только по звукам. Послышались легкие шаги, чье-то дыхание, и Магнуса перевернули на спину. Перед взором возник управляющий цирком, Мао Ли. Теперь Мартинссон точно знал, кто скрывался за маской Циркача, но поделиться своим знанием он не мог. Ли тем временем, жадно рассматривал распростертое перед ним беспомощное тело и постоянно облизывал губы. Покачав головой, он подтащил Магнуса к краю арены и усадил его, при этом, не переставая гладить плечи, руки, живот. Если бы Магнус мог пошевелиться, по телу пробежала бы волна омерзения. Но он был обездвижен, оставалось только смотреть на убийцу стольких людей, убийцу его собственного напарника, а, возможно, и своего. Тот снова принялся ощупывать его. - Оружия нет, хороший мальчик, - ласковым тоном похвалил его Ли, - но я все равно не доволен. Он поцокал языком и достал нож. Прижал его к шее Магнуса и улыбнулся. - Не бойся, красавица. Просто на тебе слишком этого, - он поддел кончиком ножа край рубашки и легко разрезал ее. Видимо, процесс настолько увлек Циркача, что какое-то время в шатре раздавались только звуки разрезаемой одежды. - Знаешь, а я влюбился в тебя, как только увидел. Ты пришел в цирк с какой-то мерзкой девкой. Хихикал с ней, смотрел на нее. Я не мог этого допустить. Такой как ты мог достаться только мне. Ту девицу я не нашел, - с непритворным сожалением признался Ли, - но чуть позже я убил очень похожую на нее. А ты не догадался. Я украсил ее для тебя. А ты не оценил. Ли расстроился и, увлекшись, чиркнул кончиком ножа по коже предплечья. - Прости-прости! – он принялся зализывать ранку. Чувствительность не возвращалась и Магнус не чувствовал боли, как и прикосновений Циркача. - Я так хотел привлечь твое внимание, делал тебе такие подарки. Я их украшал, рисовал им улыбки. Это же так весело. Но ты не понимал. Ты даже не интересовался моим делом. Расследовал какую-то ерунду с наркотиками, - Ли рассмеялся истеричным смехом. - Ты думаешь о Яне? Да, я прекрасно знал, кто он. Твой напарник мешал нам! Он проводил с тобой слишком много времени. Это неправильно, он отвлекал тебя от меня. За этот грех только одно наказание – смерть! Ли внезапно стал серьезным. - Я знал, что тебя это расстроит и, чтобы развлечь, нарядил его в костюм клоуна. Ты оценил шутку? Он же был таким занудой в жизни, а после смерти стал клоуном. – Циркач снова залился смехом, похоже, что собеседник ему был совершенно не нужен. Магнус только надеялся, что полиция слышит каждое слово, и скоро они начнут действовать. - А потом ты приехал сюда, я понял это наш шанс. Тихий городок, где мы с тобой сможем быть вместе. Я снова подарил тебе арлекина. Но ты все испортил, притащив этого старика. Ли разозлился и дернул Магнуса за волосы. - Зачем он тебе? Зачем тебе это дряхлое тело, когда есть я? – потеряв терпение, Ли принялся целовать Магнуса, слюнявил его лицо, водил языком по шее, гладил грудь. - Надеюсь, он тебя еще не трахнул? Не хочу после него. – Циркач достал пистолет и почти любовно провел им по лицу Магнуса. – Я бы хотел быть твоим первым… Жаль, что ты ничего не почувствуешь, я хотел сделать все иначе, но ты сам виноват. Ты же знаешь, что сам все испортил. Магнусу казалось, что чувствует покалывание в кончиках пальцев, чувствительность возвращалась, но слишком медленно. Вжикнула молния. Магнусу было противно, страшно, он не понимал, почему медлят коллеги. Ведь Ли уже признался во всем, чего еще они ждут? До боли обидно быть запертым внутри собственного тела, все видеть, понимать и быть не в силах предпринять хоть что-то. Ли пытался стащить брюки с Магнуса, неподвижное тело мало помогало, и задержка бесила Циркача. Мартинссон пытался двинуть хоть пальцем, но безрезультатно. Тогда он абстрагировался от происходящего на арене. Совсем скоро Рождество, все люди готовятся к празднику, покупают подарки, радуют своих близких, только он один лежит на песке цирковой арены в объятьях психопата. Это даже забавно, жаль, что рассмеяться он даже не может. - Ты все равно будешь моим, - Ли впился поцелуем, почти укусом в шею Магнуса. «Никто не придет, - обреченно подумал Магнус и изо всех сил зажмурил глаза. - Если я выйду отсюда, то Рождество буду встречать с Куртом». Перед глазами замелькали яркие картинки, наряженная елка и пушистый белый снег. Выстрел. Темнота.