Chasing the Dragon

Следующие дни рождественских каникул прошли, по мнению Гарри, слишком быстро. Ему нравилось проводить время с друзьями, быть частью семьи. Ребята много времени провели, играя в квиддич, и юноша был счастлив, ощущая себя членом команды. 27 декабря, после чая, Фред и Джордж собрали вещи, чтобы вернуться в магазин, который должен был открыться на следующий день. Гарри уже начал скучать, особенно по Джорджу, который преподал ему массу уроков по тем предметам, которых нет в Хогвартсе. Четверо юношей провели долгие часы вместе, до хрипоты споря над дневником Сириуса, внося изменения в уже имеющиеся рецепты и придумывая новые заклинания. В первую очередь они, конечно, старались для себя. Фред сказал, что Джордж хочет поговорить с Гарри, а сам отправился отвлекать от них остальную часть клана Уизли. Поттер был не готов к беседе, которая состоялась на обледенелом крыльце. - Мы с Фредом все обсудили и решили, что ты должен выговориться и во всем признаться. И именно нам, - сухо начал Джордж. - Не знаю, о чем ты, - пожал плечами перепуганный Гарри. - Хорошо. Поправь меня, если я ошибаюсь, - Джордж посмотрел на заснеженный сад и продолжил. – Ты морочишь голову Роникину, но нам ты про Забини можешь не втирать. Мы думаем, что есть кто-то еще. Кто-то настолько кошмарный, что тебе проще разыгрывать перед всеми влюбленность в слизеринского натурала. Джордж посмотрел на Гарри, тот похолодел и отвел взгляд. - Почему ты так думаешь? – слабо возразил Поттер. - Когда мы говорили о нем на днях, у тебя не было «того» взгляда. И потом, даже Рон называет его «Блейз», а ты всегда говоришь «Забини». Ты прокололся, друг мой. Гарри вздрогнул, он был пойман. - В начале года я действительно был в него очень влюблен… - он смущенно затих. - Но не сейчас, верно? Гарри слабо кивнул. - Мы обсуждали с Фредом, кого ты можешь скрывать, и пришли к нескольким выводам. Поттер поднял глаза на собеседника, он выглядел испуганным и сдавшимся. - Я не хотел этого, клянусь! Сначала это было игрой, я просто хотел отомстить! – оправдывался юноша, чувствуя, что Джордж ему не поверит. - Хорошо, полагаю, Хагрида из списка мы можем вычеркнуть, - усмехнулся близнец, а Гарри перекосило от отвращения. - Однако два других наших варианта идеально подходят под ситуацию, - Джордж выглядел очень довольным собой. – Кто из них настолько хорош, что ты так сильно им увлекся, несмотря на опасность? – он накрыл пальцами губы Гарри, который пытался ответить. – Это может быть только слизеринец. Да, Гарри, больше некому. И это потенциальный Пожиратель смерти. Мы только не знаем, старший или младший. Поттер открыл, было, рот, чтобы возразить, но слова так и застыли на кончике языка. - Я бы обсудил это, но, думаю, не стоит, у тебя сейчас будет сердечный приступ. Поэтому я тебя пожалею… Повисла короткая пауза. Гарри умоляюще смотрел на Джорджа, молчи! - Итак, Снейп или Малфой? – самодовольно спросил Джордж, слегка улыбнувшись. – Пожалуйста, ответь! Гарри, когда ты так хватаешь воздух, ты похож на золотую рыбку. - Боже, Джордж, ты больной! Снейп?! Тот торжествующе рассмеялся. - Бинго! Победитель – Малфой! Гарри издал мучительный стон, кивнул и уставился на землю. - В этом-то и проблема, да? – предположил Джордж, мягко улыбаясь и потрепав юношу по плечу. - Все сложнее, чем выглядит, честно. Мне бы потребовалось много времени, чтобы объяснить. - Позволь сказать, мне бы очень хотелось тебя выслушать, - Джордж улыбнулся. – Но сейчас не время и не место. Однако теперь мы знаем, кто твоя жертва, и постараемся предложить тебе что-нибудь уникальное. И, однозначно, слизеринское! – Джордж, положительно, выглядел счастливым, его мозг уже заработал. Он повернулся, чтобы вернуться в дом, но Гарри удержал его за руку. - Во-первых, я рад, что ты теперь все знаешь. Мне стало легче, что ты не осуждаешь меня. Во-вторых, дай мне минутку, я напишу записку, а ты отправишь ее из Косого переулка, хорошо? – он с надеждой посмотрел на Джорджа. - Конечно, отправлю, давай рысью, пока никто не заметил, - сказал близнец вслед Гарри, который кинулся в дом. Гарри сел за письменный стол Рона и быстро написал: «Я забыл тебе сказать. Прежде чем отправить подарок, я им воспользовался». Он запихнул письмо в конверт, написал на нем имя Малфоя и, спотыкаясь, скатился с лестницы прямо в объятия Джорджа. Тот с ловкостью маггловского фокусника спрятал письмо. Быстро подмигнув Гарри, Джордж вступил в камин, произнес: «Волшебные вредилки Уизли!» и исчез в вихре зеленого пламени. Фред последовал за ним, просто повернувшись вокруг собственной оси. По скромному мнению Поттера, это было не так эффектно, зато гораздо более безопасно. Через несколько часов, уже лежа в постели, Гарри не мог не вспомнить о Малфое. Драко каждый день пользовался его подарком, хотя, конечно, не так интенсивно, как в первый раз. Когда Поттер уже почти заснул, он почувствовал, что его член неожиданно встал, как каменный. «Малфой получил записку», - ехидно подумал гриффиндорец, укладываясь поудобнее. * * * Через неделю, в Хогвартсе, Гарри мельком увидел Малфоя и поразился тому, что тот ходит без посторонней помощи. Особенно, учитывая его половую активность на каникулах. Рон и Гермиона решили, что приподнятое настроение друга связано с возвращением в школу. А тот спрашивал сам себя, как долго он сможет мучить Драко, избегая его. Разочарование, которое Гарри почувствовал при этой мысли, показало, что встреча произойдет очень скоро. * * * Вскоре должен был состояться квиддичный матч Слизерин – Когтевран, а через несколько недель – Слизерин – Гриффиндор. Снова начались тренировки, обсуждение стратегии, и Гарри вспомнил о первопричине его «игры» с ничего не подозревающим слизеринцем. Если быть последовательным, то он должен попытаться снова вывести Малфоя из равновесия. Слизеринцы в любом случае будут грязно играть, поэтому будет только справедливо, если он слегка потреплет нервишки их Ловцу. Решение было принято, и Гарри постарался скоординировать свои следующие действия так, чтобы они совпали со следующей игрой Слизерина. За несколько дней перед матчем Поттер взял волшебные пергамент, перо и отправился в библиотеку. Ему надо было написать домашнее задание по Трансфигурации, и это было законным поводом туда прийти. Он знал наверняка, что Малфой там тоже будет со своими прихвостнями, простите, близкими друзьями. Драко обязательно постарается переплюнуть Гермиону, хотя Поттер был уверен, что у него ничего не получится. Его жертва была именно там, где и ожидалось – в нише с группой студентов. Поттер выбрал учебники и закончил, по крайней мере, большую часть работы, прежде чем написать Драко. Задыхаясь от нетерпения, Гарри прошептал заклинание «Calligra» и написал первые строчки. «В праздники ты не выпускал мой подарок из рук. Я очень рад, что он тебе понравился», - Гарри нахмурился, он не был уверен, что Малфой его поймет. Глянув на Драко под прикрытием книжных полок, он увидел, что слизеринец едва не упал со стула от удивления. Малфой вскочил со стула, свернул пергамент и кинулся прочь, заявив друзьям, что должен найти дополнительные материалы. Однако Гарри заметил, что пергамент и перо он взял с собой. Он дал слизеринцу время, чтобы устроиться за новым столом. Он ждал. Терпеливо. Минуту или две. - Откуда ты знаешь, что он мне понравился? - Это особая магия. Я видел. Как тебе Запирающее заклинание? Я же говорил, мне нравится, когда ты меня просишь, - написал Гарри, усмехаясь и понимая, что это чистая правда. - Ты – извращенец! - Да, и тебе это нравится, - ответил Гарри, осторожно оглянувшись назад. - Кто ты? – почерк Малфоя снова стал хуже. Игнорируя вопрос, Поттер написал: - Он тебе подошел? Или тебе пришлось растягивать себя, как в ванной префектов? - Прекрати! - Тебе понравилось? – издевался Гарри. – У меня такой же, это точная копия. Интересно, а с моим другом ты бы хотел познакомиться? Или тебе бы хотелось потереться об него своей дерзкой упругой задницей? Как тогда, в душевой? Несколько минут Гарри ждал ответа Малфоя. Кажется, намек на совместное приключение в душевой его добил, удовлетворенно решил гриффиндорец. В конце концов, Малфой ответил. - Как ты узнал об этом? - Я всерьез занялся тобой и наслаждаюсь каждой минутой, - Гарри был рад, что его сейчас никто не видит. Его ухмылка была по-настоящему злобной. - Я был уверен, что без тебя не обошлось… - Ты хочешь отсосать у меня? Как Снейпу, в той нише? Думаю, твой рот прекрасно выглядел бы на моем члене, - Гарри задался вопросом, а не почувствует ли он отвращение к самому себе за то, что был так жесток? Нет, за то, что был таким слизеринцем. - Ты – трус и лгун! Будь ты храбрее, ты назвал бы себя, но ты знаешь, что мне в подметки не годишься. Ты жалок! – почерк Малфоя был неровен, он писал с бешеной скоростью. Гарри счастливо вздохнул. Да, Малфой испугался, он его все-таки достал. - Спокойной ночи! – написал он. - Не уходи, я еще не закончил! Поттер почувствовал себя всемогущим. Драко был у него в руках. Гарри держал его сердце в ладонях. Единственный вопрос, что он с ним сделает? * * * В ночь перед игрой Слизерин-Когтевран Гарри не ложился допоздна. Он наблюдал, как его однокашники расходились по спальням, отчаянно надеясь, что вслед за Гермионой уйдет и Рон. Но друг разочаровал его, до полуночи они вместе просидели перед камином, обсуждая шансы Гриффиндора на кубок в этом году. Зевая, Рон все равно упрямо сидел вместе с Поттером в гостиной. Пришлось изменить планы. Гарри пошел в спальню, Рон поплелся за ним. Наверху оба подошли к кроватям, Рон быстро разделся, а Гарри не торопился, копаясь в своей тумбочке. Когда Рон пожелал ему спокойной ночи и задвинул занавеси балдахина над кроватью, Гарри кинул в него невербальное заклинание «Muffliato», чтобы друг не услышал его шаги. Достав из тайника плащ-невидимку и Карту мародеров, Гарри надел теплое пальто и шарф, и отправился в слизеринское подземелье. В коридорах не было видно Филча, должно быть, он уже спал. Да и Снейп, большой любитель патрулирования темных коридоров и отработок, должен был иногда отдыхать. Добравшись до дверей в слизеринскую гостиную, Гарри осмотрелся. То, что он сейчас собирался сделать, могло ему очень дорого обойтись. Если бы его поймали, он по уши оказался в проблемах. И он сомневался, что Рон, и даже Гермиона, поймут его мотивы. Однако коридоры были безлюдны, и юноша прошептал пароль: «Мухомор». Он подслушал его накануне вечером, когда шпионил тут под прикрытием плаща-невидимки. Стена замерцала и исчезла, пропустив Гарри. Эта часть его приключения была самой опасной. Если бы кто-нибудь из слизеринцев все еще не спал, Поттеру пришлось бы туго. Выглянув из-за угла, Гарри увидел, что камин еще горит, и услышал неясный шум. Подкравшись поближе, гриффиндорец рассмотрел двух шестикурсников, которые страстно ласкали друг друга прямо на ковре. Хмыкнув, Поттер пришел к выводу, что эти двое его не заметят. Теперь ему надо было узнать, в какой комнате спит Малфой. С третьей попытки Гарри в кромешной тьме, подсвечивая себе «Люмосом», заметил, что одна из спален декорирована богаче остальных. Мягкие кресла и каминная решетка были украшены переплетенными змеями и драконами и выглядели очень дорого. У изножия кровати стоял очень дорогой на вид чемодан. Гарри уже видел этого кожаного монстра с гербом Малфоев, когда на станции в Хогсмиде сгружали багаж. Прислушиваясь, Гарри осторожно заглянул за занавеси вокруг кровати. И вздохнул с облегчением – он не ошибся, это была нужная кровать, и его жертва крепко спала. Позволив занавескам снова сомкнуться, Гарри произнес про себя Заглушающее заклинание, отгораживая кровать Малфоя от остальной комнаты. Как и в прошлый раз, он решил изменить свой голос. Он пробормотал «Dissonorous», чтобы немного изменить голосовые связки, и с трепетом подошел к кровати. Юноша раздвинул занавеси и скользнул на кровать. Поттер достал из кармана пальто крошечную коробку, в которой находился украденный им у Фреда и Джорджа перуанский порошок Мгновенной темноты. Он высыпал горсть на ладонь и дунул. Немедленно пространство заволокла черная, как сама чернота, тьма. Взяв себя в руки и глубоко вздохнув, Гарри стал коленями на матрас. Малфой шевельнулся, но не проснулся. Гарри задернул за собой занавеси. Он сделал это беззвучно, но слизеринец немедленно зашевелился и дернулся к изголовью кровати. Он вскрикнул: «Кто здесь?!». Голос был испуганным, а тело напряглось и уже было готово к борьбе. Гарри почувствовал, что Малфой подтянул ноги к груди, пытаясь стать меньше. Казалось, воздух заискрил электричеством, оба были очень напряжены. Тогда Гарри сказал чужим голосом. - Расслабься, это всего лишь я. Думаю, сейчас самое время… - Поттер говорил спокойно, внутри содрогаясь от страха, в любой момент все могло сорваться. - Время для чего? – голос Малфоя дрожал, но уже не был испуганным. - Для того, чтобы отсосать мне твоим красивым, грязным ротиком, - Гарри не мог поверить, что произнес эти слова. Этого просто быть не могло! Он что, рехнулся?! Он не хотел этого говорить, нет! Определенно, Джордж на него плохо влияет. За этими словами немедленно последовало заклинание "Incarcero". Что-то шевельнулось, темнота ответила испуганным вздохом. Гарри знал, что, скорее всего, сейчас руки Малфоя привязаны к изголовью атласными лентами. Если бы он захотел, то смог бы протянуть руку и дотронуться до них. Гарри спросил: - Все хорошо? Он позволил проскользнуть в голосе снедавшему его беспокойству. - Да, - пауза. – Я удивился, что ты пришел. Я уже начал думать, что ты мне приснился, - прошептал Малфой. Гарри облегченно вздохнул. Он не хотел пугать слизеринца или делать что-то против его воли. Поттер предположил, что Драко тревожит еще кое-что. - Я не собираюсь делать тебе больно. И никогда не сделаю. Малфой тут же ответил: - Я знаю. Гарри слегка опешил – откуда такое доверие незнакомцу? Он подумал немного и спросил: - Ты хочешь этого? - Боже, да! – прерывистое дыхание Малфоя посылало искорки возбуждения по позвоночнику гриффиндорца. Его затопила горячая волна желания. Гарри откинулся немного назад и начал раздеваться. Он снял верхнюю одежду, пальто и шарф, и бросил кучей позади себя. Потом потянул с себя джемпер и рубашку, обнажая грудь. Двинувшись вперед, он расположился между бедер Драко и погладил прикрытые простынью ноги, а потом потянул ее на себя. Малфой всхлипнул, и Гарри остро пожалел, что не видит сейчас его лицо. Это было так трогательно и возбуждающе, легкого прикосновения было более чем достаточно. Дрожащее, как в лихорадке, тело было самым мягким в жизни, до чего дотрагивались руки Гарри. Кожа была упругой и такой ароматной! Малфой пах восхитительно – и Гарри хотелось прижаться лицом к его груди и вздохнуть поглубже. Наклонившись к горячему телу пленника, Поттер позволил кончикам пальцев блуждать по торсу Драко, изредка останавливаясь, чтобы ущипнуть небольшие соски. Он не смог отказать себе и опробовал их на вкус. Тело Малфоя выгнулось навстречу, чтобы продлить контакт с горячим, влажным ртом. Он громко застонал, когда Гарри слегка прикусил нежную горошину. Чуть отодвинувшись, брюнет сказал: - Ты можешь кричать, если хочешь, я наложил на твою кровать заклинание Заглушения. Малфой хихикнул, приподнял голову, прикоснувшись волосами к груди Гарри. Ощущение мягких шелковистых прядей заставило кожу загореться, и Поттер едва не потерял над собой контроль. Он погрузил пальцы в длинные локоны, проводя от корней до кончиков волос, удивляясь их сладкому аромату и красоте. Малфой мягко повернул голову, чтобы увеличить контакт, и ободряюще вздохнул. Все еще не выпуская волосы из рук, Гарри ласково погладил его щеку тыльной стороной ладони. Наверное, Поттер замерз, ведь губы Малфоя, целовавшие его грудь, были такими горячими. Прикосновение было нежным, испрашивающим разрешение. Гарри не смог сдержать свой стон, когда ласковые губы начали путешествие по телу, оставляя за собой влажные островки кожи. Ему отчаянно захотелось наклониться и поцеловать Малфоя. Теперь, когда он осознал свое желание, он понял, что ему уже очень давно этого хочется. Возможно, глупо, но Гарри казалось, что поцелуй – очень близкий, личный контакт двух людей и было бы неправильно делать это при таких обстоятельствах. Потом, позже. Оторвавшись от своих мыслей, Гарри обнял Драко, чтобы устроить того поудобнее. Малфой прижался к нему; кожу, там где их тела соприкоснулись, начало покалывать. Поттер почти посадил блондина, протянул руку и откинул от лица волосы любовника. Он мягко заправил пряди за уши Драко, и тот мурлыкнул, как избалованная кошка. Гарри почувствовал в груди незнакомый теплый комок. Опершись руками на податливые плечи, Гарри провел ладонями вверх по предплечьям, чтобы проверить, не слишком ли сильно стянуты ленты. Он приподнял крохотные волосики на коже Драко, заставляя Малфоя задрожать. Гарри прикоснулся кончиками пальцев к рукам пленника и сжал их. Срывающимся голосом Малфой прошептал: - Я хочу тебя! Гарри с трудом сглотнул и спросил: - Ты действительно этого хочешь? - Пожалуйста, - выдохнул Драко. Гарри опустил руки и вцепился в верхнюю пуговицу своих брюк. Были слышны звуки его движений и дыхание Малфоя. Поттер облегченно вздохнул, когда освободил уже стоявший член. Он почувствовал, что блондин к нему прижимается. Передвинувшись на коленях немного вперед, Гарри держал член одной рукой, а другой нашел подбородок любовника. Он облегченно вздохнул, когда мягкие губы наконец-то обхватили чувствительную головку. Гриффиндорец сдерживал себя, поводя членом вокруг рта блондина так, чтобы оставить на нем свою смазку. Малфой застыл, приоткрыв рот и позволяя Поттеру делать, что он хочет. Когда же Гарри придвинулся ближе к нетерпеливому рту, Драко прошептал: - Скажи мое имя… Он застыл, а сердце в груди и пульс в члене выбивали безумный ритм. Сумев справиться с собой, Гарри прошептал: «Драко», и рот любовника ответил, приняв его в себя на всю длину. Оба громко застонали, гриффиндорец почти упал вперед и вынужден был вцепиться руками в спинку кровати. Он двигал бедрами медленно и осторожно, прислушиваясь к любовнику и стараясь заметить малейшие признаки дискомфорта. - О, Мерлин, Драко, пожалуйста… Не останавливайся… - Гарри почти потерял голову. Он был очень возбужден и почти обезумел от желания получить и дать удовольствие. Поттер опустил руку, чтобы ласкать волосы Драко, а тот в ответ удвоил усилия. Блондин нажимал языком на пульсирующую вену, перекатывая губами крайнюю плоть. Пытаясь отвлечься, Гарри погладил большим пальцем бровь любовника. Гарри стонал с каждый движением Драко вверх-вниз по его члену. Собственные стоны Малфоя были приглушенными, но их вибрация пронизывала насквозь тело гриффиндорца. - Боже! Я хочу трахнуть твой рот, с тобой так хорошо!.. – стонал Гарри, корчась в сладких муках зная, что скоро кончит. Драко выгнул шею, изо всех сил стараясь вобрать его в рот как можно глубже. Его стоны стали громче, он хотел Поттера также сильно, как и его любовник. Сдавшись своему телу, Гарри толкнулся вперед, почувствовав членом заднюю часть горла Драко, и забился в конвульсиях. Они застонали в унисон, увеличивая темп и глубину проникновения, и Поттер простонал: - Да, Драко, боже, да!.. Я кончаю! – и это произошло. Малфой, казалось, решил высосать все до последней капли. Он всхлипывал каждый раз, когда семя толчками выплескивалось в его горло, а Гарри шептал имя блондина и чувствовал, что любовник впитывает его сперму, как сухой песок. Гарри неохотно замедлил толчки и отстранился, чтобы дать Драко отдышаться. Но он, казалось, не хотел его отпускать и наклонился вперед, продолжая посасывать и облизывать смягчившуюся головку. Гарри вздохнул и расслабился, унимая дрожь во всем теле. - Ты так хорош, - выдохнул Поттер, мягко лаская щеку Драко. В ответ он услышал смешок и почувствовал, что удивительный рот отпустил его член. Когда брюнет откинулся на пятках назад, Драко сказал: - На вкус ты прекрасен, абсолютно! Нагнувшись к любовнику, Гарри уткнулся носом во влажную от пота кожу, в изгиб шеи и плеча. Грудь Драко приподнялась в ожидании. Гарри поцеловал сладкое местечко много раз, прихватывая его губами и облизывая языком. Малфой вздохнул: - Укуси меня! И Гарри сделал это. Он открыл рот и погрузил зубы в ароматную плоть, посасывая ее и перекатывая кожу между зубами. Гарри почувствовал тяжелый, медный вкус, как будто прокусил кожу, хотя знал, что не сделал этого. - Сильнее! – простонал Драко, бросая любовника в дрожь. Гарри с охотой повиновался. Он сжал челюсти, а его язык облизывал кожу, вырывая из груди Драко страстные стоны. Всасывая его кожу, Поттер совершенно потерялся в ощущениях. Наконец, он оторвался от любовника и приласкал обиженное место мягким поцелуем. Тело Драко прогнулось под Гарри, требуя внимания. Гриффиндорец начал покрывать поцелуями торс любовника, от шеи до сосков, до пупка и ниже. Драко задыхался и приподнимался навстречу, мягко, почти неслышно шепча: «Пожалуйста… пожалуйста…» Гарри откинул простынь Драко, обнажая его стоявший член и наслаждаясь рваными дыханием любовника. Он положил ладони на колени любовника и провел по ногам, едва прикасаясь к гладкой коже. Бедра Малфоя напряженно подрагивали, поскольку Поттер дразнил его, игнорируя область паха. Наконец, гриффиндорец свел ладони на промежности, соприкоснувшись большими пальцами рук между ног Драко. Гарри чуть нажал ими на мошонку измученного желанием слизеринца. Он с почтением погладил яички, взвесил их в ладони и чуть потянул. Придав мошонке чашевидную форму в ладони, Гарри начал гладить другой расселину между его ягодицами. Его воображение разыгралось, юноша представил, каково это будет, находиться там, внутри? Промежность Драко и пах были покрыты выступившей смегмой, они стали влажными. Гарри слегка застонал от возбуждения, мягко втирая капельки в кожу. Вспомнив подсмотренное в ванной префектов, Гарри слегка потянул кожу на пенисе и обнажил головку. Драко задержал дыхание, когда Поттер сжал его член в кулаке и начал мягко двигать им вверх-вниз. Блондин выгнулся на кровати и не сдержал громкого стона. Склонившись над коленями Драко, Гарри опустил голову, намереваясь сразу заглотить его член на всю длину. Но как только его дыхание опалило бедра Малфоя, гриффиндорец услышал задушенное хныканье и почувствовал капли на своем лице и груди. Продолжая поглаживать член Драко, он наблюдал за, казалось, бесконечным оргазмом любовника – он стонал, извивался, старался прижаться ближе к Гарри и просил еще. Наконец, Поттер опустился на кровать и нежно прижал к себе слизеринца, их сердца постепенно успокаивались, а страсть отступала. Махнув рукой, Гарри тихо произнес «Scourgify» над телом Драко, а затем наклонился и ласково поцеловал в лоб. Помолчав, Драко спросил: - Ты останешься на ночь? - Нет, у тебя завтра важная игра, - Гарри засмеялся, - ты должен хорошо выспаться, - добавил он с упреком. Драко гневно фыркнул, а брюнет накрыл его простынью, заботливо подвернув ее края вокруг тела. Когда он встал, чтобы одеться, Драко медленно произнес: - Если завтра я найду на шее засос, то буду знать наверняка - ты настоящий. - О, уверяю тебя, я очень даже настоящий, - рассмеялся Гарри, - реальный и похотливый, как тысяча чертей. Драко тоже рассмеялся. - Я оставлю тебя связанным, чтобы у меня было время покинуть твою комнату. Я надеюсь, что ты меня поймешь. Он не увидел, но почувствовал послушный кивок партнера. - Заклинание исчезнет приблизительно через пять минут после того, как я уйду. Разомни себе запястья, они, наверное, затекли. Одевшись наполовину, Гарри подхватил с пола пальто и присел на край кровати. - Спокойной ночи и удачи завтра! – прошептал Гарри, потрясенный тем, что действительно имеет в виду то, что говорит. - Спокойной ночи! – был усталый ответ. Выйдя в холодное подземелье, Гарри набросил на себя плащ-невидимку и дрожащими пальцами застегнул на себе пальто. Позже, уже лежа в кровати, он спрашивал сам себя, что происходит? Малфой перестал быть Малфоем, он стал Драко. Гарри больше не хотелось играть. Он понял, что маскировал местью чувства, которые в нем проснулись. Оглядываясь назад, на прошедшие месяцы, вспоминая свои поступки, он смутился, сообразив, что все это время настойчиво соблазнял Драко. Если бы еще слизеринец знал, кто его тайный любовник, все было бы хорошо. Гарри уснул только утром, его снедало беспокойство. Драко не сможет его принять, только как врага. И что, спрашивается, с этим делать?