Chasing the Dragon

Гарри понадобилось какое-то время, чтобы понять, где он находится. Было еще темно и он нежился в уютной полудреме. Он почувствовал пальцы, которые мягко прошлись по его волосам, а потом и губы, которые прижались ко лбу. Он вспомнил, что заснул в кровати Драко в слизеринском подземелье. Поттер обнял любовника и как мог крепко сжал в объятиях. Он тихо вздохнул и услышал, как Драко хихикнул в ответ. Гарри постепенно проснулся окончательно, но ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы лениво привстать и вернуть Малфою поцелуй.Они прикасались друг к другу чувственно и искренне. Когда они, наконец, начали раздеваться, казалось, время остановилось. Их пальцы медленно расстегивали пуговицы, отводили ткань в сторону, словно каждый дюйм обнажавшейся плоти был драгоценным подарком, которому следовало поклоняться. Прошло много времени прежде, чем они разделись полностью. В темноте силуэт Драко казался серым пятном на фоне чернильной темноты. Гарри протянул руку и проследил линию талии и бедра любовника, затем прижал его ближе, чтобы пробудившаяся плоть соприкоснулась. Он видел, как Драко лениво взялся за его плечо, убеждая откинуться назад, и лег сверху. Поттеру нравилось ощущать вес его тела, эти ощущения делали происходящее более реальным. Он сцепил пятки за спиной любовника, мягко удерживая бедрами. Потом провел пальцами по длинным прядям волос. Юноши начали целоваться, и Гарри обхватил руками тонкую талию возлюбленного. Они не торопились, не было необходимости. Но когда Гарри резко вдохнул, почувствовав внезапный прилив удовольствия в паху, Драко чуть переместился, чтобы взять масло. Малфой сел и открыл флакон. Гарри судорожно хихикнул, когда прохладное масло капнуло ему в пупок. Не дожидаясь просьбы Поттер согнул колени и широко расставил ноги, чтобы позволить любовнику поглаживать себя пальцами. Руки Драко двигались медленно и ласково. От таких ощущений Гарри растаял, он был совершенно беспомощен перед томным соблазнением. Когда Драко наклонился, чтобы поцеловать, он почувствовал, что этот жест был даже интимнее, чем пальцы, которые двигались в его теле. Их языки скользили и ласкались, и Поттер подчинился их искушающей нежности. Гарри смотрел, как его возлюбленный откинулся в бархатную черноту. Драко смазал маслом его анус и прошелся по члену. Он с нетерпением наблюдал, как Малфой капнул и на себя прежде, чем пристроиться к его входу. Нежный толчок исторг из Поттер страстный стон, который его возлюбленный сорвал с губ вместе с поцелуем.Когда Драко начал двигаться внутри него, Гарри со всей остротой понял, что означает принадлежать кому-то, быть частью чего-то большего, чем один человек. Он был удивлен каким особенным почувствовал себя в этот момент. Они не говорили, пространство под пологом кровати Драко заполнили страстные вздохи. Гарри нравилось, что Малфой не может их сдерживать, когда он сжимал внутренние мускулы изо всех сил пытаясь удержать любовника.Оргазм, долгое время сдерживаемый, с каждым толчком становился все ближе. Его тихие стоны были единственным признаком его приближения. Драко неистово целовал губы и шею Гарри, мягко подталкивая его к завершению. Поттер тихо кончил, как будто громкий вскрик мог разрушить волшебство любовного кокона. Его тело расслабилось и стало ватным, пропуская через себя дрожь, пробежавшую с последним всплеском. Дыхание было еле слышным, он не мог пошевелиться. Драко кончил почти сразу после него, двигаясь в расслабленном теле. Он удовлетворенно вздохнул и поцеловал горло любовника. Ни один не хотел шевелиться, и юноши довольно долго пролежали без движения, пока их дыхание не выровнялось. Гарри разочарованно застонал, когда Драко одним движением очистил их обоих. Они легли рядом в медленно светлеющем полумраке и Малфой заговорил.Он шепотом рассказал Гарри о страхе за родителей и опасении потерять семью. Драко знал, что они платили за собственные ошибки, но мысль о возвращении в пустой Малфой-мэнор этим летом наполняла его страхом. Гарри знал, что как только родители Драко будут заключены в тюрьму, на него свалится множество дел и предложил свою помощь. Он также повторил предложение переехать в доме Блэков, если ему будет там легче пережить трудные времена. Поттер не удивился, когда Малфой ответил, что подумает, но обязательно переговорит обо всем со своими родителями прежде, чем решит окончательно. Драко также сказал, что хочет рассказать родителям о них. Когда они попадут в Азкабан, им и так, будет очень плохо, и если они узнают об их отношениях сидя в тюрьме, это убьет обоих. Малфой был буквально поглощен идеей получить одобрение родителей. Гарри не мог ничего советовать. Он предложил Драко поговорить с людьми, которые знают Нарциссу и Люциуса много лет. Тут слизеринец начал беспокоиться о том, что за последние дни его имидж мог сильно измениться в глазах друзей. Он разволновался из-за того, что его бронированное величие, скорее всего, сильно потускнело. Гарри не очень хорошо понимал, как мог Драко скрывать «настоящее я» от своих друзей, но признал, что наверняка они все должны были сейчас задаваться вопросом, а знают ли они его вообще? Но если они настоящие друзья, то помогут Драко пережить шумиху в прессе. Малфой глубокомысленно кивнул прежде, чем объяснил Гарри, что он никогда не собирался становиться любимцем публики. Это не его стиль. Поттер хихикнул и сказал, что Драко был зловещим ровно настолько, насколько хотел. Но это его не остановило, когда он захотел Малфоя.Когда солнце поднялось над горизонтом, заполняя комнату первыми лучами света, Гарри начал одеваться. Приблизительно через час замок будет кишеть людьми. Драко одел брюки, чтобы проводить Гарри из гостиной Слизерина. Поттер не смог удержаться, чтобы не протянуть руку, и не поиграть пальцами с колечками, украшающих голую безволосую грудь. И только потом отпустил любовника, после чего юноши вышли из спальни. Драко все еще смеялся, когда они вышли в гостиную, но резко остановились, столкнувшись со Снейпом и Дамблдором, которые мирно устроились перед камином и пили чай. Снейп подпрыгнул на месте, когда увидел их. Он выглядел разъяренным. Глаза профессора прожигали Гарри насквозь, который внезапно заметил, что Драко встал между ним и рассерженным преподавателем. Он шагнул вперед и обнял возлюбленного, тесно прижимаясь к нему сзади. — Все хорошо! — шепнул он Драко на ухо, и потянул вперед, пока они не подошли к дивану, на котором устроились педагоги. Юноши сели, пристально наблюдая за мужчинами, и ожидая, когда они заговорят. К удивлению Гарри, Драко сел к нему на колени, прижавшись боком. Он обнял полуобнаженного слизеринца, пытаясь руками прикрыть от любопытных взглядов торс любимого. Дамблдор прервал молчание.— Мне нравятся твои украшения, Драко. Гарри фыркнул и покосился на непроницаемое лицо Снейпа. Когда Малфой ответил «спасибо, Гарри купил их мне в День святого Валентина», Поттер подумал, что слизеринский декан сейчас взорвется. Он побагровел. Гарри отвел глаза от тошнотворного зрелища. — Что вы оба здесь делаете? – спросил Драко. — Не обращай на нас внимания, а вот почему тут Поттер? – выплюнул Снейп. — Я впустил его, сэр. Конечно, я приму любое наказание, которое вы на меня наложите, — равнодушно сообщил Драко. Гарри эта идея, о наказании, не понравилось. «Какая ирония судьбы» — подумал он. — Ну-ну, господа, не думаю, что сейчас в этом есть необходимость, — прервал их Дамблдор. – Отвечая на ваш вопрос, мистер Малфой, сообщаю, что мы с профессором предположили, что у вас был трудный день и вы не сможете уснуть, поэтому решили навестить вас, — он хихикнул прежде, чем продолжить, — но я вижу, что вы справились со стрессом самостоятельно.Снейп издал звук, знаменующий его отвращение, но Дамблдор поднял брови, явно желая, чтобы тот сдерживал себя. Директор продолжил: — В это трудное для вас время, Драко, вы не должны стесняться обращаться за помощью ко мне или своему декану. Мы сделаем все возможное, чтобы контролировать ситуацию сейчас и во время летних каникул.Гарри почувствовал, что Драко вздрогнул и похвалил его про себя за то, что тот смог сдержаться.— Ты проводишь меня до гриффиндорской башни, Гарри? Думаю, твое присутствие в слизеринской гостиной ранним утром шокирует учеников. Поттер кивнул и сполз с дивана. Снейп следил за ним как ястреб, ведь Гарри наклонился и коротко поцеловал Драко в губы. — Я буду держать плащ-невидимку всегда при себе. На всякий случай, вдруг ты меня захочешь, — прошептал гриффиндорец.Я взял с пола свой плащ с ухмылкой, наблюдая перекошенное от злости лицо Снейпа, и покинул спальню, послав напоследок Драко воздушный поцелуй. Малфой помахал ему на прощание. * * * С тех пор Гарри очень пристально наблюдал за Драко. Он пытался интуитивно разгадать его настроение, и писал ему смешные послания, когда думал, что Малфой мало улыбается. Жизнь текла по накатанной колее приблизительно неделю или около того. Приближался конец квиддичного сезона, и Рон договорился о дополнительных тренировках. Он считал, что это поможет не только выиграть матч, но и получить кубок в конце года. Конечно, учитывая напряженный график, юноши не могли видеться. Через Гермиону и Винса Гарри передал друзьям Малфоя не спускать с него глаз. Но не сказал почему. Это был их секрет на двоих. Учитывая обстоятельства, Драко отлично держался. Только те, кто его хорошо знал, видели, что его броня дала трещину.Гарри изрядно повеселился, когда делались фотографии его команды по квиддичу. Он целый день писал Малфою провокационные записки, полные размышлений о ручках метлы, потной спортивной форме, обласканных шарах и пустой душевой. Когда он позировал Колину Криви, Драко покраснел до самых ушей, а сам Поттер уже не знал как удержать член в штанах. Каждый раз, когда он смотрел на Малфоя, проклятый пенис вставал как перископ. В конце концов, ему пришлось принять кардинальные меры, и отвернуться от Драко. Он чуть не сошел с ума, когда слизеринец нарочно мягко спланировал рядом с ним и, наклонившись, шепотом похвалил его филейную часть.И был крайне рад, когда вечером Драко энергично использовал Волшебный пенис. Без него у Гарри очень устали бы руки. А ведь он, как предполагалось, должен был сохранить всю свою энергию для игры, которая планировалась через неделю. * * * На следующий день юноши впервые должны были столкнуться на уроке Трансфигурации. Гарри, Рон и Гермиона занимались вместе, готовясь к практическим занятиям, которые должны тоже были быть совместными. Гарри часто хитро косился на Драко, который ушел в головой в изучение материала вместе с другими слизеринцами. Урок заканчивался, и Поттер был этим доволен. Когда пара закончилась, все зашумели собирая тетради и учебники, но общий гвалт прорезал громкий голос с шотландским акцентом. — Мистер Поттер и мистер Малфой,— вострубила Макгонагалл, — а вас я попрошу остаться. Приложив титаническое усилие, чтобы не обернуться на Драко, Гарри сел на свое место, ожидая, когда одноклассники покинут комнату. Рон и Гермиона взволнованно посмотрели на него, но он махнули им рукой, чтобы они не переживали. В опустевшей комнате остались трое человек, и Гарри подошел поближе к Драко, который уже сидел перед профессором. С толикой беспокойства Поттер заметил, что выражение лица Макгонагалл сегодня было отменно кислым. — Господа, сегодня мистер Криви принес мне фотографии, которые сделал вчера на квиддичном поле. Они должны были висеть в Зале трофеев. Но это не может там находиться. Объясните мне, что ЭТО такое?! С этими словами профессор швырнула на стол пачку фотографий с физиономиями гриффиндорских и слизеринских игроков. Было заметно, что обе команды перемешались, а вот их ловцы держались вместе и поодаль от остальных. Юноши быстро переглянулись, они оба сомневались в том, что их распекают именно из-за этого. Но тут колдографии пришли в движение.Они оба смотрели, Малфой в ужасе, Гарри слегка смутившись, как голый Драко выскочил из-за спин игроков Гриффиндора, хихикая как маленький мальчик. Фотографический Драко обернулся через плечо, взвизгнул, поскольку Гарри обогнул своих товарищей и кинулся в погоню, крича : «Я тебя поймаю, Малфой!» Реальный Драко в это время тщетно пытался закрыть рот и отскрести подбородок от пола. Он порозовел. А потом и покраснел – когда одетый в красное с золотом Гарри поймал его обнаженного двойника, забросил на плечо и выкрикнул: «На сей раз, мне придется тебя отшлепать!»Вместе со своим извивающимся грузом он проследовал через всю фотографию (игроки в это время старательно прятали глаза) и исчез из вида с противоположной стороны.Оба юноши молчали. Наконец Макгонагалл не выдержала: — Ну?! — Но мы этого не делали… Как?! – прошептал Драко. — Очевидно, мистер Криви экспериментировал с камерой, — объяснила профессор, — выяснилось, что теперь он может фотографировать мысли! Дама выглядела разъяренной. Справившись с собой, Гарри провернулся к Драко и сказал: — Ты! Бесстыдный эксгибиционист! Тот уставился в пол, но потом, до боли прикусив нижнюю губу, повернулся к Поттеру, улыбнулся и прошептал: — Ты хочешь меня отшлепать? Магконагалл зашипела в своих лучших традициях, понимая, что перед ней происходит. Гарри прищурился, злобно улыбнулся, и резко потянул на себя Драко, вцепившись тому в запястье. Слизеринец удивленно посмотрел на него, но возражать не стал. Поттер сказал: — Извините, профессор! И быстро вышел из класса Трансфигурации, увлекая за собой Малфоя. Всю дорогу вверх по лестнице в Выручай-комнату Драко молчал. Ни один из юношей не ответил ни на одно замечание, пока они проталкивались сквозь толпу студентов. Они не хотели, чтобы кто-то заметил их учащенное дыхание и расфокусированные глаза. Наверное, запястье, в которое впился Поттер, болело. Но Драко не жаловался и не вырывался. Он просто шел за ним. Пройдя мимо двери обязательные три раза, Гарри запихнул внутрь Драко и сильно хлопнул дверью. В комнате были слышно только их возбужденное дыхание. Обняв Малфоя одной рукой, он потянул его к единственному стулу, стоявшему перед кроватью. Поттер раздраженно подвинул его к себе. Драко внимательно за ним наблюдал. Гарри, наклонив голову вбок, медленно и оценивающе осмотрел его. — Раздевайся. Сейчас же. Драко торопливо подчинился, снимая и бросая одежду на пол, пока не оказался обнаженным под голодным взглядом любовника. Гарри, все еще полностью одетый, сел на стул, а Малфоя пронзило предчувствие чего-то необычного. Поттер чуть ссутулился, сглотнул, перевел дыхание, и подозвал обнаженного юношу к себе. Затем сел прямо и уложил любовника животом к себе на колени. Драко захныкал и попытался устроиться поудобнее, потираясь вставшим членом и его бедро. Гарри протянул руку чтобы погладить волосы любимого и снять с них резинку, которую он всегда носил. Он зашептал успокаивающие слова, когда погладил Драко по ягодицам, заставив того громко застонать, а свое дыхание прерваться. Поттер позволил своей руке путешествовать вниз и вверх по обнаженным бедрам и округлой попке. Напряженность достигла своего предела. Драко простонал: — Пожалуйста!.. Гарри едва справился с собой и нанес удар. Затем мягко, с любовью, огладил покрасневшую кожу, и снова ударил. Драко громко вскрикнул, неудержимо извиваясь на коленях любовника, прижимаясь членом к его напряженному паху, постанывая, почти срываясь на рыдания.Поскольку Гарри снова занес руку, Драко подался вперед, прижимаясь к бедрам любовника еще сильнее, и выдыхая его имя. Гриффиндорец едва смог сдержаться, так его проняло. Он снова ласково погладил ягодицы Малфоя и опять шлепнул по горячей, красной коже. Поттер подумал, что смог бы кончить от одних только звуков, которые издавал Драко. Сразу потеряв эту мысль, он поднял Малфоя с колен, и помог удержаться на ногах. А затем тепло посмотрел ему в глаза и понес к кровати. Когда он положил любимого на мягкое покрывало, то прошептал: — Перевернись, Драко… Измученный желанием Гарри смотрел, как любовник повернулся на живот и положил голову на скрещенные руки. Взяв его за ноги, он потянул юношу на себя так, чтобы он опирался на кровать руками и грудью, а широко расставленные ноги касались ее коленями. Немного отступив, чтобы полюбоваться картиной, Гарри не смог удержать в груди стон. Он видел, что бедра Драко мелко подрагивают, затем встал на кровати на колени позади него, и наклонил голову к горячей, раздраженной коже. Поттер прошелся приоткрытыми губами по всей окрашенной алым поверхности, постанывая при каждом прикосновении. В попытке подавить желание, он что было сил вцепился пальцами в бедра и талию Драко. Но в этой борьбе он проиграл. Он оставил в покое ягодицы Малфоя и влажно лизнул розовое отверстие. Драко вскрикнул от удивления и еле сдержался, чтобы не двинуться навстречу горячему языку. Гарри прижался лицом к полушариям так, что мог вылизывать Драко, без проблем покрывая их влагой в любом месте. Когда он попытался засунуть язык в отверстие Драко, то почувствовал новый прилив возбуждения. Это было ощущение полного обладания, чистой власти. Когда он все-таки засунул язык в Драко, то услышал, как тот выкрикнул его имя сорванным голосом. Гарри еще раз протолкнул язык, почувствовав, как Драко пытается сжать его мускулами, и сорвал с себя брюки, освободив безумно пульсирующий член. Малфой умолял его прикоснуться, трахнуть, подавался назад бедрами, чтобы прижаться к горячему телу, ведь воздух холодил смоченную слюной плоть. Поттер схватил флакон с маслом, стоявший на тумбочке, потом подхватил Драко под колени и подтащил ближе к себе. Драко застонал: — Не надо нежностей… И Гарри вошел одним толчком. Оба юноши вскрикнули в унисон, на мгновение застывая в высшей точке движения. Поттер тут же отрезвел от мысли, что он мог повредить любовнику. Он ослабил хватку пальцев на бедрах Малфоя, но тот резко двинулся навстречу до тех пор, пока яйца Гарри не шлепнули по его промежности. Больше гриффиндорец не мог сдерживаться и начал беспощадно вбиваться в партнера. Драко только кричал: — Сильнее, Гарри!.. Трахни меня сильнее!.. Боже… Не останавливайся… Поттер чувствовал, как чертов Малфой сильно, как только мог, сжимает мускулами его член. — Жаль, что ты не видишь себя со стороны, — рыкнул Гарри между толчками. – Ты… выглядишь… так… порочно… Драко застонал в ответ. — Ты такой жадный. Боже! Я обожаю это, — продолжил он. Малфой провыл в матрас имя Поттера, когда тот безжалостно вогнал в него член. — Кончи для меня, Драко. Кончи сейчас… Невероятная узость Драко подвела Гарри к краю всего через несколько движений. Забившись в оргазме, он схватил прядь светлых волос, выгибая шею Малфоя, и резко толкнулся вперед. Оба прокричали имена друг друга, падая вместе и содрогаясь от конвульсий. Драко рухнул на матрас, руки были вытянуты за головой, он пытался отдышаться. Гарри оперся на локти, чтобы не свалиться и не прижать любимого. Несколько минут оба переводили дыхание. Как только Гарри почувствовал, что силы возвращаются, он наклонился и нежно поцеловал плечо Драко, который издал пресыщенный стон. Поттер подхватил его под грудь и потянул на себя. Малфой оказался почти на его коленях, со все еще не опавшим членом в заду. Гарри ласково вытер ему лицо и плечо, целуя много-много раз. — Я люблю тебя, Драко, я действительно тебя люблю, — прошептал он. Он почувствовал, что Малфой резко вздохнул, и погладил небольшие соски, чувствуя, как платиновые змейки щекочут ему пальцы. Драко вывернулся из объятий и повернулся к нему лицом. Слезы заполняли широко распахнутые серые глаза, а прекрасное лицо было искажено. Гарри потянулся, чтобы погладить его по щеке, но Малфой набросился на него, обнимая руками и ногами, пряча лицо в изгибе шеи, судорожно вцепляясь в любовника. Поттер молча прижал его к себе, слегка покачивая и рисуя круги на спине. Наконец Драко отодвинулся и изучающее взглянул на Гарри. — Я люблю тебя, — сказал он. – Я хочу тебя, Гарри, и очень люблю. Через несколько мгновений их губы встретились. Они целовались как в первый раз – медленно и сладко. Они стонали, сталкивались языками, облизывали распухшие губы, отодвигались, чтобы посмотреть друг на друга, и снова начинали целоваться. Они шептали «люблю» в приоткрытые губы и ловили в общем дыхании. Такие моменты должны длиться вечность.