Выбор

Гарри буквально врос в порог малфоевской спальни, чувствуя себя призовым идиотом: частично из-за смущения от разворачивающейся перед глазами сцены, но в основном - из-за того, что никак не мог отвести глаза от полураздетого торса Малфоя. "Перестань пялиться!", - в очередной раз скомандовал себе Гарри, и в очередной раз сам себя не послушал: уж слишком завораживало увиденное. Драко в одежде был элегантен и аристократичен, без одежды же - просто прекрасен. Гарри мало интересовала история и античные скульптуры, но сейчас он впервые понял их очарование: беломраморный цвет кожи лишь оттенял изящную стройность и рельефность груди и пресса, и в то же время нагота делала Малфоя более человечным и уязвимым и навевала сравнение с гибкой ивой. Отрешенное выражение лица, голова полуопущена, длинные ресницы трепещут, полотенце, норовящее соскользнуть с узких бедер... И Гарри продолжал любоваться, позабыв обо всем на свете - в конце концов, должна же быть какая-то польза от славы, что манеры и этикет никогда не были самой сильной стороной Поттера. А в это самое мгновение в душе Малфоя бушевали грозы и молнии: Поттер стоит на пороге его спальни и активно мозолит глаза об себя, любимого! Что он тут делает?! И как это вообще расценивать? Зашибись, как повезло или самое время пойти побиться головой об стенку? Увы, подсказки от вечно занятого Мерлина все не следовало, а сам Драко никак не мог выбрать, от чего по его лицу разливалось то самое отстраненно-задумчивое выражение, которое так заворожило Гарри. Единственное, что Малфой знал наверняка, что полотенце должно оставаться на нем любой ценой, так как с его падением рухнут и последние остатки чувства собственного достоинства. Посему вариантов оставалось немного: покрепче ухватить узел, царственно выпрямиться и ледяным голосом осведомиться: "Стучать вышло из моды, Поттер?" Возвращение прежнего Малфоя времен Хогвартса наконец вывело Гарри из транса и заставило вспомнить, зачем он здесь: "Драко, прости за вторжение. Нам нужно поговорить. Послушай, я не хотел тебя задеть. Я знаю, что тебе было неприятно из-за всей этой истории с серебром, но я всего лишь хотел помочь. Я был на твоей стороне, понимаешь? Я не пытался поддеть, я просто хотел поступить правильно." Незнакомое чувство тепла затапливало Гарри по мере того, как смягчалось выражение малфоевского лица, но после слова "правильно" в душе того словно что-то захлопнулось. А сам он сразу стал каким-то уставшим и померкшим. "Поттер, спасибо за все, что ты для меня сделал. И делаешь. Ты всегда относился ко мне добрее и щедрее, чем я того заслуживал. И я ценю это. Но это же меня и убивает. Это не то, чего я хочу от тебя. Но это не твоя проблема, так что не парься, вот ты точно ничего мне не должен. Ты не должен меня больше спасать, ты заслужил покой. Поэтому просто расслабься и живи спокойно, я правда хочу этого для тебя. А мне хотелось бы наконец одеться. А у тебя, полагаю, есть более интересные места посетить и более интересные дела, чем украшать своим присутствием мою спальню". С этими словами Драко подошел к окну с твердым намерением не оборачиваться посмотреть, как Поттер навсегда уходит из его жизни. Ответа не последовало. За спиной царила полная тишина, видимо, неугомонный Поттер наконец овладел искусством уходить тихо по-английски, не прощаясь. "Ну вот и все," - мрачно подумал Драко, досчитал до 5, чтобы успокоиться, и не оборачиваясь сел на стул, одиноким троном возвышающимся у окна. "Какая ирония," - пронеслось в его голове неожиданной мыслью. - Я, как истинный аристократ, смог сохранить лицо ценой отказа от всех своих надежд и желаний. Только на черта мне это лицо, сидеть в гордом одиночестве и пялиться в окно? Для кого я его держал и чего этим добился? Что выиграл?" Драко рубанул кулаком по полированной панели красного дерева, затейливо покрывающей подоконник, и крутанулся на месте, не в состоянии больше терпеть собственную беспомощность. "Эгхм, - донеслось из угла комнаты. - Я решил, что мне наиболее интересно именно здесь, украшать своим присутствием твою комнату, но даже я не надеялся на такие развлечения. Драко, твое полотенце." Драко с ужасом уставился на свое обнаженное тело и полотенце, скромно лежащее у его ног на манер коварной слизеринской змеи. Провалиться бы сейчас сквозь мэнор, но дубовое покрытие пола было дубовым во всех смыслах и решительно не желало поглощать незадачливого Малфоя. Утешало одно, страдания с маггловским велосипедом не прошли даром. Волшебством можно добиться многого, но только не идеальной фигуры с кубиками пресса, и Уизел и его семейка живое тому доказательство. Так что Драко еще в лучшие финансовые времена отложил корону волшебника и купил откровенно странное устройство из мира магглов под замысловатым названием "тренер и жор", или как там было написано в каталоге. Все-таки, жизнь маглов это определенно непрерывное страдание: им вечно показывают эти заманчивые движущиеся картинки, как счастливые семьи колесят по полям на таких вот штуковинах с круглыми колесами. Ага, как же, держи карман пошире, чтоб Мерлин в него плюнул. Во-первых, счастливые семьи, с удовольствием и добровольно проводящие время вместе не на званом ужине, а в чистом поле, где некому видеть сию идиллию - это просто легенда, с этим все понятно. Но оставалась надежда на то, что маггловское железо работает вне зависимости от легенд. Но злостная штуковина даже отборным волшебством не желала сдвигаться с места. Драко и по-маггловски пытался: добросовестно крутил педали так, что воздух вокруг него свистел почище ветра в поле, вдруг просто разгон нужен? Но конечно же, далеко не уехал, чертов аппарат даже на сантиметр не сдвинулся. Правда, в самом главном не соврали, теперь ему есть что показать зеркалу и Поттеру. Поттер! Тут и смотрит на него! "Черт, опять меня унесло от нервов, соберись, Малфой! И не будь таким Малфоем, Мерлин тебя забери... Или... Наоборот, будь!..- неожиданно осенило Драко. - Пока победа за Поттером, сумевшим его смутить. Но рано радуется тот, кто думает, что Малфой не найдется, чем ответить. А Поттер у нас весь такой правильный, что долго и думать не надо. Нужно просто обернуть его же оружие против него." С этим Драко выпрямился и горделиво отбросил голову. "Даже так? Похоже, Поттер, сегодня твой счастливый день. Смотри, наслаждайся. Хотя нет, подожди, ты у нас без очков не при параде, придется подойти поближе,"- насмешливо протянул Малфой, делая шаг вперед. На надменном лице Малфоя играла привычная саркастичная улыбка. На деле - с каждым шагом его сердце ускоряло бег; ему казалось, оно бухает с грохотом молота по наковальне, и этот звук предательски разносится по всей комнате, отражаясь от застывшего соляным столбом Поттера. "Малфои не сдаются и не останавливаться в шаге от победы", - подбодрил себя Драко. - Ну же, пришел момент для сокрушающего нокаута. Да и когда еще у тебя будет возможность поцеловать Поттера". Все тело казалось налитым свинцом, и сделать последнее движение потребовало всю его силу воли. Драко остановился прямо перед ошарашенным Гарри: "Вижу, все не торопишься уходить? Ну что ж, все, что было показать - показали, значит настало время перейти к демонстрации. Как насчет поцелуя, Поттер?" - и с этими словами Драко впился неистовым поцелуем в совершенно утратившего дар речи Гарри. "Ну вот, что и требовалась доказать, наш правильный очкарик больше не смог удержаться в позиции язвительного победителя ситуации". На этом блистательная тирада в его голове невольно оборвалась, а сам Драко растворился в жадном поцелуе, всей кожей ощущая свою наготу и близость того, о ком мечтал полжизни. И губы Поттера: мягкие в своей ласковости и одновременно обветренные, горячие. А в следующее мгновение за дверью послышались шаги и негромкое покашливание неутомимого Люциуса. А еще через секунду дверь распахнулась и явила собой подозрительно тащащегося внутрь хозяина дома с подносом, уставленным фарфоровыми чашками, и абсолютно голого Драко, нежно обнимающего воздух. Отправлено с iPad