Невеста для победителя

Рано утром я в компании Хатаке Какаши подошла к главным воротам Конохи. Шика и Хината уже ждали нас там. - Вы опоздали, - сообщил Шикамару после того, как поздоровался. - Это я виноват... Заблудился, - улыбаясь как ни в чем не бывало, ответил Какаши, хотя его улыбка лишь угадывалась под маской. - Кин-сан, я рада, что Вы отправляетесь на миссию с нами, - тихо сказала Хината. Я широко ей улыбнулась, краем глаза ловя быстрый взгляд Какаши. Еще с вечера меня терзали подозрения. С чего им запрещать мне одной перемещаться по деревне, а потом почти сразу отправлять на миссию? Хотя, если я попытаюсь сбежать, Хината найдет меня, где бы я ни была, а потом сможет вырубить, когда Шикамару меня обездвижет. Тем более странно, что первая моя миссия - в стране Тумана - на родине Акацуки. При воспоминании о бывшей "семье" сердце предательски сжалось. Какаши-сенсей тем временем передал четыре свитка со знаками Скрытых Деревень Шикамару, бесспорному лидеру в нашем маленьком отряде. Мы должны были доставить в каждую Деревню определенный свиток. На мой вопрос о том, почему мне сообщили только об одной Деревне, ответом было красноречивое молчание. Видимо, они считали, что я что-то задумаю против них. А так у меня не оставалось времени подготовиться. Вскоре мы уже направлялись в страну Воды. *** В общем и целом наша миссия началась неплохо, если не считать, что мне не доверяли. Большую часть пути мы двигались молча, иногда нарушая молчание парой ничего не значащих фраз. Шикамару, который помнил меня еще с того времени, когда я жила в Суне, сразу дал понять, что относится ко мне неплохо. В доказательство пообещал, что замолвит за меня словечко Цунаде, если я в самом деле не выкину чего-нибудь из ряда вон выходящего. Напрямую встречу с Теруми Мэй нам никто не организовал. Мы всего лишь отдали свиток ее секретарю и ушли из деревни, пополнив запасы еды. Через несколько дней после того, как мы вышли за ворота Деревни Скрытого Тумана, наша троица вошла в желто-синие ворота Деревни Скрытого Облака в стране Молнии. Отдав свиток Киллеру Би, сводному брату Райкаге, мы направились к горячим источникам. Отдохнув и выспавшись в гостинице, мы отправились дальше. Следующая на очереди была Деревня Скрытого Камня. На мое удивление Цучикаге встретил нас в своей резиденции лично и долго ворчал о безрассудности Пятой Хокаге. Мы терпеливо выслушали все, что он о ней думал, и удалились. Тут и начались, а точнее продолжились, мои неприятности. На выходе из деревни я немного отстала от товарищей, потому что засмотрелась на ее красоту. Каменные башни, окруженные горными хребтами и многочисленными водопадами, выглядели точно замки из какой-то сказки. Я настолько залюбовалась пейзажем, что не заметила, как окружающий мир стал меняться. А когда заметила, было уже поздно. Прям из воздуха передо мной постепенно появлялась полосатая маска с одним отверстием для глаза. - Я же сказал, что скоро все начнется, - напомнил Тоби, благополучно игнорируя приветствие. Это был едва ли не первый раз, когда он сказал о себе в первом лице. - Лидер ждет, Кин-сан. Из воздуха появилась его рука и схватив меня за запястье, потянула на себя. Зрелище, конечно, не для слабонервных: голова парит в воздухе, рука без туловища пытается куда-то меня утащить... Но я знала, что сопротивление бесполезно. Тоби мог перемещаться между изменениями, как и все Учиха, а я - нет. Итачи тренировал меня, чтоб я не попалась в гендзюцу, но как из него выбраться, я не знала. Я с его рукой переместилась в большую пещеру, возомнившую себя залом. Пещера была выбита в скале, шаги в ней гулким эхом разносились далеко вперед. Оказалось, что пещера здесь не одна, тут целая сеть тоннелей. Я шла за Тоби, так как выхода все равно не знала, хотя подозревала, к кому он меня ведет. Поэтому внутренне я настроилась на бой, так что была уверена - убивать меня придется долго и старательно. Особой миссии в жизни у меня не было, но легко сдаваться я тоже не собиралась. Из двух моих догадок верной была лишь одна - мне организовали встречу с Мадарой. Но убивать меня никто не пытался. Учиха стоял, облокотившись о стену, глядя на меня насмешливо, будто на нашкодившего ребенка. - Добрый вечер, дорогая Кин, - приветствовал он меня. - Добро пожаловать! Мои губы изобразили что-то среднее между вежливой улыбкой и презрительной гримасой. - Где Саске? Он ведь у тебя? - Мадара мне не ответил, лишь неопределенно повел рукой, мол, какая разница, Саске - это не главное. - Что тебе от меня нужно? - Ты же знаешь, кто на самом деле руководит Акацуки? - деловито спросил он. Я кивнула. - Так вот мне нужен сосуд для Биджу. - Ничего не выйдет. Я не позволю использовать себя. Лучше уж стать самоубийцей, чем оружием массового поражения в твоих руках, - ответила я, гордо вскинув голову. Он кивнул, показывая, что другого ответа и не ожидал. - Я все равно получу то, что хочу, - медленно и четко произнес он. - Один раз ты уже попалась в гендзюцу, значит попадешься и во второй раз. - Я одну и ту же ошибку дважды не совершу, - пообещала я. Было видно, что он скоро взорвется от моих постоянных отказов. Я в любой момент была готова к сопротивлению, поэтому он не спешил атаковать иллюзией. Он мог бы попробовать ниндзюцу или тайдзюцу, но, видимо, не хотел испортить "сосуд". - Не думал, что ты окажешься такой... упрямой. Если не хочешь по-хорошему, будем по-плохому, - сказал он и мгновенно переместился ко мне. Раньше, чем я что-либо предприняла, его руки накрыли мои глаза, я ощутила покалывание, затем дикую боль, словно глазные яблоки плавились под его ладонями. Коротко вскрикнув, я повалилась на пол. Голова гудела, глаз я не чувствовала как ни старалась. Резкая вспышка боли перетекла в равномерное нытье головы и полнейшую черноту вокруг. Как ни старалась я, как ни выпучивала глаза, чтобы хоть что-то разглядеть, все напрасно. Было такое впечатление, что кто-то выкрутил лампу у меня в голове, и наступила темнота. - Что... Что ты сделал!? Я ничего не вижу... - прошептала я. - Я тебя не убью, всего лишь хочу показать, что тебе стоит быть сговорчивее. Теперь ты сама придешь ко мне. Последние его слова пробивались до меня словно через вату. Я была неплохим ниндзя, кто-то вообще считал меня нукенином... Но даже мне было страшно погружаться во тьму. Вначале я подумала, что Мадара вырвал мне глаза в наказание, но ощупав веки дрожащими пальцами, я убедилась, что под ними не пустые глазницы. Я села на пол, стараясь сдержать слезы. Это не правда, что у потерявшего зрение моментально обостряется слух. Все, что я в тот момент слышала - это глухие удары сердца о ребра. Оно будто хотело вырваться из этой тьмы и выбраться наружу, туда, где светило солнце. До моего слуха доносились некоторые из фраз Учихи. Он отдавал распоряжения где спрятать меня, пока не понадоблюсь. В следующее мгновение Тоби за руку вел меня по гулким тоннелям. Меня заперли в какой-то камере, где кроме капающей воды и шуршания крыс не было больше никаких звуков. Усадив меня на мокрое тряпье, Тоби велел сидеть тихо и не раздражать Мадару, иначе меня пустят на корм рыбам, а им придется искать другого джинчурики. Конечно, им мог бы стать и сам Мадара, но тогда ему пришлось бы самого себя погрузить в гендзюцу, а это было бы проблематично. Потянулись долгие дни в компании крыс, которые благоразумно не лезли ко мне. Конечно, я не могла их видеть, но это не помешало бы мне поджечь их. Я подумывала провернуть такой фокус с моими похитителями, но от этой идеи пришлось отказаться. Это для крыс я - смертельная угроза, а для Учих я сейчас не опаснее слепого котенка. Иногда ко мне приходила Конан. Я была ей очень рада, но она мало чем могла помочь мне. Она приносила мне еду и болтала со мной, сколько могла. Мы часто вспоминали прошлое, когда наши друзья еще были живы. От нее я узнала, что после моего исчезновения Шикамару и Хината, не найдя меня, отправились в Деревню Скрытого Песка, чтобы закончить задание и попросить о помощи. Гаара тут же собрал поисковой отряд, который не имел большого успеха, так как даже следа моего пока никто не нашел. Через некоторое время она пришла заплаканная, бледная, рассказала, что Пейн напал на Коноху и погиб. С одной стороны ей было плохо от того, что она потеряла близкого друга, с другой же она была рада, что хотя бы перед смертью он осознал, что совершил ошибку, доверившись Мадаре. Нагато и Яхико она похоронила в Деревне Дождя, где Пейна почитали, как бога, а ее саму называли "Леди Ангел". Она говорила, что хочет поселиться там, когда избавится от Мадары и от обязанности выполнять его приказы. Жители этой Деревни уже несколько раз просили возглавить их, но Конан боялась слишком привлекать внимание Учихи к этой маленькой деревушки, чтобы ее жители оставались в безопасности. Потом она перестала приходить. Еду мне приносил белый Зецу, которого я отличала от черного по голосу. Он не особо был рад меня видеть, поэтому на мои вопросы не отвечал, лишь гремел посудой, когда приходил. Для меня день и ночь слились в один сплошной кошмар. Тогда я предприняла попытку сбежать. Я должна была выбраться, иначе сошла бы с ума. Но мои усилия были тщетны. Глаза, которые не могли больше менять цвет и вообще никак не реагировали, оказались бесполезны. В таком состоянии я могла максимум развлекаться поджариванием крыс. За попытку бежать я была наказана тем, что осталась на двое суток без еды. В это время ко мне никто не приходил, я сидела на холодном полу и придавалась воспоминаниям, используя каждую мысль как попытку убежать от гнетущей реальности. Пока я сидела в темноте, умудрилась уснуть. Во сне я снова пережила одну из наших встреч наедине с Саске. Раннее утро в логове Орочимару, когда я жила с командой Така. Недалеко от нашего убежища петляет широкая река, на одном из ее поворотов в зарослях камыша устроен гамак, с которого можно наблюдать за тем, что творится на ней на добрый километр в каждую сторону. Это своеобразный пункт наблюдения. Если кто-то захочет перейти на нашу сторону, ему придется переходить реку вброд именно в этом месте. Мне не спится, во сне я видела Итачи и Дейдару, которые улыбались и беседовали со мной так, как, если бы они делали это с того света. Когда проснулась, я не могла усидеть в комнате, сна не было ни в одном глазу, и я решила прогуляться, полежать на свежем воздухе в гамаке, заодно и последить за обстановкой. Но гамак оказался занят. Приблизившись, в утренних сумерках я различила черные волосы и бледную кожу обнаженной груди и рук того, кто в нем лежал. - Доброе утро, Саске-кун, - приветствую я его, думая, что, если он притворится, что спит, я уйду. - Доброе утро, - он садится, протирает заспанные глаза и смотрит на меня. - Почему не спишь? - Не хочется. Мне нужен свежий воздух. Если ты не против, я побуду тут? Он молча кивает, отодвигается и уступает мне место рядом с собой. Я подбираю пару камней поровнее и сажусь рядом с ним. В темноте слышится звук, с которым несильно брошенный камень скользит по воде. Второй такой я протягиваю соседу. Он запускает его не сразу, сначала вертит в руках, взвешивает и наотмашь отправляет камень на дно. - Надоело,- коротко бросает он в темноту. Я не спрашиваю, что именно, все и так понятно. Я заметила, что нам не нужно слов, чтобы понимать друг друга. Мне достаточно его взгляда или поворота головы, чтобы уловить настроение, хотя лицо его всегда остается непроницаемым. - Я тоже хочу домой, - жалуюсь я. - А где твой дом? - спросил он без особого интереса. - Наверное, в Суне. Тот, что был в Конохе, уже давно не мой. Он кивает, показывая, что понимает о чем речь. - Когда все закончится, я вернусь в Скрытый Лист, - говорит он после недолгого молчания. - А потом снова уйдешь, - замечаю я. Он удивленно смотрит на меня. То ли оттого, что я угадала, то ли оттого, что сомневаюсь, что он сможет там остаться. - Тебя там ничего не держит. Разве что вернешься, остепенишься, женишься... - На ком? Там живут одни дуры и истерички. Если жениться, то на ком-то не из Листа. - А откуда? - про себя я думаю, что я хоть и из Листа, но там не живу и истеричкой не являюсь. Чем не вариант? Потом быстро отгоняю эту мысль от себя. И чего меня тянет к Учихам? Подумаешь, бездонные черные глаза, от взгляда которых кровь холодеет в жилах. Сильные, преданные, расчетливые, до сумасшествия бесстрашные... - Можно и с Суны, - задумчиво отвечает он, после чего мое сердце пропускает пару ударов. А может все-таки...? Нет. Даже и думать не стоит! Я замечаю в нем большие перемены с того времени, как вместе с Итачи мы тайком следили за ним. До смерти Итачи он был ребенком, мальчишкой, у которого главный каприз в жизни - месть старшему брату. Но теперь он осознал, какую глупость сделал. Мы сидим в гамаке, который прогибается в середине, заставляя наши плечи соприкасаться, а я боюсь, что с прикосновением ему передадутся мои мысли, и все время стараюсь отодвинуться немного дальше. Но его плечо всегда оказывается рядом с моим и, наконец, я сдаюсь. Глаза закрываются сами собой, голова опусткается ему на плечо. - До рассвета еще пара часов... Можешь поспать, - сквозь сон слышу я его слова. Но с гамака он не встает, вместо этого Саске протягивает руку мне за спину, страхуя от падения назад, и позволяет уснуть у него на плече. Проснувшись, я еще некоторое время пытаюсь снова ощутить его прикосновения к моему плечу и спине. Что-то неправильное происходило со мной. Хотелось вновь уснуть, лишь бы снова увидеть его. Что-то было в нем, чего мне катастрофически не хватало в Итачи. Наверно, это и были такие короткие разговоры ни о чем, прикосновения, даже самые невинные. Я чувствовала, что рядом находился живой человек, я могла дотронуться до него и ощутить тепло кожи. Я понимала, что с Саске тоже происходят перемены. Он становился мягче, когда разговаривал со мной. Раздражение, злость, недовольство, тоска, которые сквозили в его голосе при общении с окружающими, исчезали, когда он обращался ко мне. И он уже не казался таким самовлюбленным болваном, как когда-то давно. Возможно ли, что это странное притяжение ощущала не только я одна, но и он тоже? К сожалению, в моей камере в глубине пещеры никто не мог ответить на эти вопросы. *** Ко мне снова стала приходить Конан, бледная и измученная... Она не знала, что так напугало Зецу, но он категорически отказывался иметь со мной дело. Конан принесла последние новости. Мадара отпустил Саске и теперь вплотную занялся осуществлением своего плана по порабощению мира и захвата его в гендзюцу. По какой причине Саске оказался ему больше не нужен я и предположить боялась. Неужели он перешел на сторону Мадары? Тогда же она предложила помощь в побеге. То, что раньше казалось ей безумной затеей, сейчас обретало смысл. Она потеряла всех друзей, у нее осталась только я и маленькая Деревня, в которой ее любили и ждали. Ей было что защищать, и за нас она была готова отдать жизнь. У меня не было выбора, важна была каждая возможность нарушить планы Учихи, и я согласилась. Дождавшись, когда Мадара с Тоби уйдут за очередным хвостатым, оставив меня на попечение черного Зецу, Конан отправила своего клона в Коноху к Узумаки Наруто. Она должна была рассказать ему, где меня держали и показать дорогу. Но по пути они наткнулись на Саске, который тоже искал меня. Конечно же, ни Наруто, ни Саске не стали избегать встречи и оба сошлись на том, что я нужна им живая, здоровая и в своем уме. Поэтому Конан пришлось привести ко мне их обоих, правда, и по дороге они умудрялись выяснять отношения, так что до меня оба добрались слегка взвинченные.