gonna need a spark to ignite

Когда палец опускается на курок, все мысли покидают его бренную голову. Все, до единой. Главное в этом деле — выровнять траекторию выстрела. Не дать руке дрогнуть, а пуле — улететь в сторону. Авилио слышал об этом кучу раз и готов скрежетать зубами от раздражения, но почему-то продолжает выслушивать бессмысленные наставления Неро. Руку чуть выше, плечи расслабить, взгляд увереннее. Превосходно отработанные движения для Неро недостаточно идеальны, он громко критикует Авилио на всю округу, и, видит Бог, пусти кто-то за ними очередную погоню, не составило бы никакого труда отыскать их по этим ужасным крикам. Авилио послушно повторяет действие, раз за разом, пока Неро следит за ним, подмечая малейшие промахи и неточности. Во всяком случае, именно благодаря подобным урокам будет легче прикончить его самого, и только эта мысль не дает Бруно окончательно сдаться, закатить глаза и послать все к чертовой матери. Неро думает, что таким образом изучает его, на деле подставляясь сам, и от осознания сего факта еще хуже. Авилио тошнит - от Ванетти, от себя и от ситуации в целом. Если бы он хоть что-то съел за ужином, его вывернуло бы прямо тут. Но он лишь крепче стискивает пистолет, зубы и чувства и стреляет. Когда они прерываются, время далеко за полночь. В кромешной тьме не видно ни зги, но Неро упорно талдычит о технике, пока в воздухе между ними разливается что-то такое густое, липкое. Кисель из крови, боли, недосказанности и ненависти, ненависти, ненависти. Авилио бездумно швыряет оружие на землю и заползает под навес. Противник его не останавливает. Парень готов поклясться, что слышит брошенное в спину "малец". Черт с ним. Плевать. П-л-е-в-а-т-ь. Авилио затягивается, и эта сигарета самая горькая за всю его короткую, насыщенную жизнь. Перед взглядом лихорадочно скачут блики от костра, замыливая обзор, глаза пересыхают от дыма, и хочется как-то смочить их, но, наверное, будет странно сейчас плеснуть в них воды. У него нет никаких чувств, кроме жажды мести, и слезы — вовсе не простейший биологический процесс. Он тушит сигарету о запястье, — просто так, чтобы хоть что-то ощутить на короткое мгновение. Нихрена. Ожог медленно наливается кровью, становясь сизым, и на какое-то время перекрывает то, о чем Авилио совсем не просил. Ему вообще не нужно это дурацкое имя из четырех символов, выведенное на руке аккуратной мелкой прописью. А Неро вообще не нужно знать, кто, мать вашу, этот самый "Анджело", и почему за все время они так и не встретились, не смотря на тщательные поиски искомого. Все, в чем нуждается Бруно, — чужая смерть. И кое-что еще, по мелочи, неважно. Все, что он получает, — тонны душевного дерьма от собственного подсознания.