Элис Поттер и Новое Одиночество.

      В следующий миг я снова оказалась ничком лежащей на чем-то твердом, но запах леса и трава, которая была у меня под руками, доказывали, что я все-таки вернулась. Я смогла. Я снова была жива. Снова в строю. -Повелитель… Мой повелитель…       Голос Беллатрисы дрожал. Она боялась, что я снова выжила. И боялась за Волдеморта. Ну что ж, ее страхи стали явью. -Повелитель… -Довольно.       Глаз я так и не открыла, но понимала, что Пожиратели расходятся от Волдеморта. Лишь Беллатриса, судя по голосу, оставалась подле него. -Повелитель, позвольте мне… -Я не нуждаюсь в поддержке… Девчонка… Она мертва?       Я не слышала движений в мою сторону. -Ты! Осмотри её. Доложи мне, мертва она или нет!       Я продолжала ждать, пока Нарцисса, наконец, подойдет ко мне. Она аккуратно коснулась моей руки, проверяя пульс. Я знала — кольцо она уже заметила. Она знала, что мне можно доверять. Поэтому она аккуратно прислонила руку к моей груди и закрыла мое лицо своими волосами. -Драко? Он жив? Он в замке?       Я ели заметно выдохнула и прошептала. -Да. Он цел.       Руки Нарциссы исчезли, и она распрямилась. -Она мертва, повелитель.       Раздались радостные крики и сквозь закрытые веки я увидела всполохи искр разных цветов. Настоящий фейерверк. И я тоже была рада. Уж с Нарциссой я хотя бы уже нашла общий язык. Иначе, думаю, она бы задала еще один вопрос «Откуда у тебя это кольцо?», а получив ответ сказала бы, что я жива. Но Нарцисса была матерью. И сына своего она любила. -Вы видели?! Элис Поттер пала от моей руки и теперь нет на земле человека, по-настоящему представляющего мне угрозу! Смотрите! Круцио!       Никакой боли я больше не чувствовала. Наверное, это нормально для человека, побывавшего на той стороне… Меня дергало из стороны в сторону, Волдеморт развлекался с моим «телом», а мне было плевать, пока я не упала на землю под дружный крики и взрывы хохота. -А теперь, друзья мои, мы отправимся в замок и покажем им, что осталось от их героини! Кто потащит ее тело? Нет… Стойте-ка…       Новый раскат хохота чуть напряг меня, но я старательно расслабилась и мне удалось, хотя земля подо мной дрожала — явно смеялся великан. -Ты понесешь ее, мой старый знакомый. Она будет отлично смотреть у тебя на руках, да и видно ее рыжую головку будет издалека! Ну, подбирай свою кроху-подружку, Хагрид!       Руки Хагрида нежно подняли меня. Он дрожал от рыданий, его слезы, размером с добрый стакан воды, капали на меня. Мне хотелось утешить его, но я не могла. Было еще слишком рано. Сначала нужно было добраться до школы. А там меня ждала главная битва. Так что это «притворение» мертвой могло даже помочь мне — пока меня нес Хагрид, я вполне могла набраться сил после перехода из одного мира в другой. Дважды. -Вперед!       Мы пошли вперед. Ветки били меня по лицу, но я их не замечала. Позади шли великаны — они ломали деревья, которые с хрустом падали, заставляя птиц с шумом покидать свои гнезда. -Бейн! Ну что, довольнехоньки теперича, что не пошли драться, трусливое вы стадо?! Довольно вы, что Элис Поттер убили?!       Рев Хагрида погряз в его рыданиях. Я слышала, как кентавры стали переминаться с ноги на ногу. Неужто стыдно стало, что, как им нравилось выражаться, «жеребенка», да еще какого «жеребенка» убили?       По свежему воздуху вокруг я поняла, что мы вышли на опушку леса. -Стой!       Я почувствовала дыхание дементоров вокруг. Они могли заставить страдать всех этих людей, но не меня. Я была настолько уверена в своей победе и будущем, что это было моим патронусом.       Рядом прошел Волдеморт, я почувствовала холод, исходящий от него, а вскоре вокруг стал разноситься его усиленный магией голос, который, из-за моего близкого к нему расположения, чуть не взорвал мои барабанные перепонки. -Элис Поттер мертва. Она убита при попытке к бегству с территории Хогвартса. Она пыталась спасти свою жалкую жизнь, пока вы гибли, веря в то, в чем она вас убедила! Мы принесли вам тело той, кто предала вас, чтобы вы убедились, что ваша героиня мертва! Битва выиграна! Вы потеряли половину бойцов. Мои Пожиратели Смерти превосходят вас числом, а девочки, которая все это время поддерживала в вас силы, больше нет. Воевать дальше не имеет смысла. Каждый, кто продолжит сопротивление, мужчина, женщина или даже ребенок, будет немедленно убит, как и все члены его семьи. Выходите из замка, встаньте передо мной на колени и только тогда я пощажу вас. Ваши родители и дети, ваши братья и сестры будут жить, я прощу вам все, и мы приступим к строительству нового волшебного мира!       Со стороны, где, как я предполагала был замок, не доносилось ни звука. -За мной!       Волдеморт шагнул вперед. Хагрид и Пожиратели пошли за ним. Я чуть приоткрыла глаза и увидела, как Нагайна свивает кольца на шее Волдеморта. Абсолютно незащищенная. Ребятам оставалось лишь только замахнуться мечом… -Стой!       Я слышала, как Пожиратели строятся в шеренгу в ожидании. Они ожидали, чтобы мои друзья, моя семья, мои родные и любимые мной люди и даже те, кто почти меня не знал, взвыли от боли от моей потери. И я должна была позволить им почувствовать эту боль, прежде чем нанести решающий удар. -Нет!       Внутри меня все сжалось от этого крика Минервы, за которым послышался смех Беллатрисы. МакГонагалл была в отчаянии. И не только потому, что для этих людей я долгое время, возможно слишком долгое, была символом, как Сойка Пересмешница, но в нашем мире. Она же видела меня еще совсем крохой, видела, как я взрослею, как я становлюсь тем, кто я есть. Она была дольше всех со мной. И теперь она видела мое тело. -Нет! -Нет! -Элис! -Боже, нет! Нет! Нет! -Нет! Это невозможно!       Сначала крик Рона, потом Джинни, затем Фреда, а после него Гермионы, а в самом конце вой Римуса. Полные боли, горечи и слез. Голоса Гарри не было, как и голоса Драко, так что я чуть приоткрыла глаза, глядя на толпу у замка. Стояли. Рядом. Сбоку от основной толпы. Бок о бок. И оба не сводили с меня глаз, словно бы ожидая, что сейчас я вскочу, убью всех и они встанут рядом со мной на мою защиту. Им оставалось ждать совсем немного. Только вот для начала я должна была разбить их сердца, чтобы потом собрать осколки и усилить их злость.       За криками последовали проклятья и плач, который прекратил Волдеморт. -Молчать! Игра окончена! Клади её сюда, Хагрид, к моим ногам — тут ей самое место!       Хагрид аккуратно положил меня на траву. В любую секунду я могла дотянуться до кроссовка и ударить по Волдеморту или его змеюке заклинанием. Но надо было ждать. Еще немного… Совсем немного… -Видите? Элис Поттер мертва! Теперь вы понимаете, что все это время вас обманывали? Гарри Поттер все это время был лишь марионеткой в ее руках, в то время как она сама была лишь наглой 17-ти летней девчонкой, которая требовала, чтобы люди умирали за нее и ее братца! Все это время никто не был Избранным! Это были просто дети! Все это время мы верили в ложь и умирали за эту ложь! -Она столько раз побеждала тебя! Она и Гарри!       Хлопок заклинания снова заставил обитателей замка замолчать. -Она умерла при попытке сбежать с территории замка! Убита при попытке спасти свою жизнь и оставить вас здесь умирать!       Резкий крик, хлопок, а потом вскрик боли раздались невдалеке, и я открыла глаза. Невилл бросился к Волдеморту с заклинанием, но тот смог не только разоружить моего друга, но еще и причинить ему жуткую боль. Ну что ж, ему еще предстояло за это поплатиться своей головой. Это я могла обещать. Никто не смеет трогать тех, кто мне дорог. -И кто же это? Кто самостоятельно вызвался продемонстрировать, что бывает, когда пытаешься продолжать проигранную тобой битву?!       Беллатриса стала безудержно смеяться. -Это Невилл Лонгботтом, повелитель! Мальчишка, который доставлял Кэрроу столько неприятностей весь этот год! Сын Мракоборцем, помните? -Ах да, припоминаю… Но ты ведь чистой крови, мой храбрый мальчик?       Невилл встал, сжимая кулаки, не сводя глаз с Волдеморта. -А если и так — что из этого? -Ты проявил отважу и мужество, в твоих жилах течет благородная волшебная кровь. Ты будешь отменным Пожирателем Смерти. Нам нужны такие, как ты, Невилл Лонгботтом! -Скорее в аду станет холодно, чем я к вам перейду! Отряд Дамблдора!       Шум толпы стал куда громче. Они были едины в этот миг. Моя смерть объединила всех, даже тех, кто до этого дрался лишь за свою жизнь. -Что ж… Раз таков твой выбор, Лонгботтом, вернемся к моему первоначальному плану. На твою голову пусть падет…       В следующую секунду из разбитого окна замка вылетела Распределяющая шляпа, потрепанная, но все же она. -В школе отныне не будет больше никакого распределения. Факультеты будут отменены навсегда. Эмблема, герб и цвета моего великого благородного предка, Салазара Слизерина, отныне будут обязательны для всех учеников школы Хогвартс, тебе это ясно, Невилл Лонгботтом?       Заклятьем он обездвижил Невилла, переступил меня и подошел к нему, нахлобучив шляпу на него так, что она закрыла ему даже глаза. Пожиратели направили палочки на защитников Хогвартса, чтобы те не могли помочь Невиллу. -Наш доброволец Невилл сейчас наглядно покажет вам, что будет со всяким, у кого хватит глупости мне сопротивляться.       Шляпа полыхнула ярким пламенем и Невилл закричал, не способный пошевелиться или хотя бы убрать заклятье. Он горел заживо. Мне пришлось прикусить губу, чтобы самой не закричать от ужаса. Нужно было действовать. Это был знак, за которым последовали еще два знака, которые я не могла игнорировать.       Из-за угла выбежал Грохх, тут же побежавший к Хагриду, но ему навстречу бросились великаны и снова началась их схватка. В этот же момент со стороны леса раздалось цоканье копыт и в Пожирателей полетели сотни стрел. Они закричали, ломая строй. Это был знак мне действовать. О, как же я ждала этого!       Невербально я использовала «Акцио» и спустя мгновение на мне уже была мантия моих предков, под которой я укрылась и исчезла с поля боя незамеченной. Я могла сделать это и без мантии, но боялась, что кто-то заметит это. Так же у меня было куда больше шансов.       Когда пошевелилась я, зашевелился и Невилл, в одно быстрое мгновение скинув шляпу со своей головы и достав из нее меч Гриффиндора. Все глаза были прикованы к Невиллу с мечом. А в следующую секунду Невилл снес Нагайне голову и та, взлетев на миг высоко в воздух, упала на землю перед Волдемортом вместе со всем остальным телом громадной змеи. Возможно я единственная, кто услышала его крик. Но теперь я его больше не чувствовала. Не чувствовала его боли. Впервые за прошедшие 7-мь лет. Теперь я была свободна от него. Навсегда.       Я резко оградила Невилла щитовыми чарами, дав ему защиту от Волдеморта хотя бы на какое-то время, пока он не поднимет снова свою палочку и не пойдет в бой, как все. -Элис! Элис! Где Элис?!       Я обернулась на Хагрида. Он в истерике пытался понять, куда же делось мое тело. Но я не могла останавливаться и давать ему объяснения. Моя цель была рядом, и я должна была уничтожить это зло. Уничтожить Волдеморта раз и навсегда.       Чтобы спастись от ног и кулаков великанов, все, в том числе и Пожиратели, бросились в замок. Я метала заклятья во всех Пожирателей, что попадались мне на пути, не забыв при этом добежать первой до удирающего в сторону замка Драко и поцеловать его прямо через мантию, прежде чем бежать дальше в Большой Зал, куда перешло основное сражение.       Мне удалось вовремя оградить Симуса щитом, прежде чем заклятье упало на него. Я видела, как рядом тоже самое сделал и Рон, но с Ханной, тут же резко помогая ей подняться, поцеловав ее в уголок губы и велев что-то, чего я уже не расслышала, после чего, как и я, устремился в битву. Под ногами стали путаться домовики с ножами и топорами, впереди которых бежал Кикимер с медальоном Регулуса на груди, а рядом Добби в забавной одежде, выданной ему, видимо, Аберфортом. -Все на битву! На битву за моего хозяина, надежду и оплот эльфов-домовиков! Бей Темного Лорда во имя отважного Регулуса! На битву! Вперед!       Они стали бить и колоть ноги Пожирателей. Пару раз мне приходилось буквально перепрыгивать их, чтобы не пораниться и пробиться дальше. Но меня это не интересовало. Я упорно продвигалась к Волдеморту. Вокруг мои друзья, люди, которых я просто знала и многие другие, пленили и ранили Пожирателей, некоторые сражались, несмотря на собственные раны. Практически параллельно мне бежала чета Малфоев, которая пыталась найти своего сына. Впереди Волдеморт сражался одновременно с МакГонагалл, Грозным Глазом, Слизнортом и Кингсли. Рядом с ним тем же самым занималась Беллатриса, но ее противниками стали Мио, Джинни и Луна. Девочки старательно били ее заклятьями, но ей все время удавалось улизнуть от расправы. Им тоже сильно везло — я видела, как заклятье просвистело всего в 2-х сантиметрах от Джинни, чуть не убив ее. Но я знала точно — рядом с ней Молли, которая тут же бросилась защищать дочь, оттолкнув трех девочек назад и самостоятельно начав бить ее заклятьями. К тому же всего в паре метров бился с кем-то и мой брат, явно пытавшийся вначале пробиться, как и я, к Волдеморту, но потом заметивший Джинни и не смогший перестать драться с теми Пожирателями, что нападали на него. Да и Фред был рядом. Но я не могла сдвинуться. Ждала, пока Молли победит. Тогда я смогла бы ударить ослабевшего Волдеморта исподтишка. Это был мой единственный шанс.       Наконец, заклятье Молли ударило Беллатрису прямо в грудь. Ту словно бы целиком отжали, а потом она повалилась навзничь. Волдеморт зарычал. Все четверо, два профессора и два мракоборца, отлетели назад, а Волдеморт направил палочку на Молли. Это был мой шанс.       В мгновение ока я оказалась между ними, направив до этого туда еще и свой щит. -Протего!       Все, а в главную очередь Волдеморт, стали смотреть по сторонам в поисках того, кто защитил Молли. В этот момент я резким движением сорвала мантию с себя и кинула ее кому-то из учеников. Вокруг тут же раздались радостные крики, громче всех кричала Мио, на такой высоте, которой русалки на суше бы позавидовали, но вскоре все эти крики стихли. Они испугались. Я не просто вернулась к жизни — я снова стояла напротив Волдеморта. Лицом к лицу. Это была наша битва. Они были лишь зрителями. Зато я… Я снова была в главной роли.       Мы стали ходить по кругу, наставив палочки друг на друга. -Не пытайтесь мне помочь. Так нужно. Это наша битва. Нужно, чтобы я сама сделала это. -Поттер, конечно же, шутит. Это ведь совсем не в ее стиле. Ну, и кто же сегодня послужит тебе щитом, а Поттер? -Никто, Реддл, как и пару часов назад в лесу я была без щита. Мы с тобой практически на равных. Все твои крестражи, даже те, о которых ты и не знал, уничтожены. Остались только мы с тобой. Помнишь пророчество? Ну разумеется, ты не мог ведь его забыть, Том. Это же единственное, что заставляло тебя с криком просыпаться по ночам. Так вот — дитя из пророчества это я.       Глаза Волдеморта округлились. -Что? Это невозможно! Это твоя очередная шутка! Я знаю все твои способы помешать мне! Этот у тебя не пройдет, Поттер! -Ты можешь верить, а можешь и нет, но это я дитя, рожденное в конце июля. Я родилась до полуночи, в 23:50 по Гринвичскому времени, 31 июля. Именно я ребенок из пророчества. И ни один из нас не сможет жить, пока жив другой, и один из нас должен уйти навсегда. -Допустим я поверю тебе, девчонка. Но неужели ты правда думаешь, что это будет «один из нас»? Это будешь ты. Ты ведь понимаешь, что это будешь ты, Девчонка, которая вечно выживает только благодаря случайностям, сколько ее не убивай? -Думаешь, когда наша мать погибла, спасая меня, это была случайность, Том? Ты думаешь это случайность, что я решилась сражаться с тобой и в подвалах школы, и на кладбище, и сейчас? Случайность, что сегодня ночью я не стала защищаться, но все равно осталась в живых и сейчас стою напротив тебя? Случайность, что я дважды выжила после твоих убивающих заклятий?! -Случайность! Случайность, просто везение и то, что ты, как и твой братец, пряталась за спинами тех, кто лучше тебя, позволяя мне убивать их вместо вас! Вы могли закончить все давным давно, дав мне убить вас! -Гарри тут совершенно не при чем, да и ты сегодня больше никого не убьешь. Ты никогда больше не сможешь никого из них убить? Понял?! Я готова была умереть, чтобы ты больше не тронул никого из них и пальцем… -Однако ты не умерла! -Я была готова сделать это и этого оказалось достаточно. Я сделала то же, что моя мать. Они все защищены от тебя. Ты разве не заметил, как легко они отбивают твои заклятья? Ты не можешь их тронуть. Ты не можешь до них добраться. Не пора ли тебе уже начать учиться на ошибках, а, Реддл? -Ты посмела… -Да, я посмела, Том. Я знаю такое, чего не знаешь ты. Много важных вещей, тебе неизвестных. Хочешь я расскажу тебе часть, пока ты не сделал снова большую ошибку, но уже последнюю? -Что, опять любовь? Вечная присказка Дамблдора: он утверждал, что она побеждает смерть. Хотя любовь не помешала ему сверзиться с башни и разбиться, как восковая кукла. Любовь не помешала мне раздавить твою грязнокровку-мать, как таракана, Поттер, и, похоже, никто здесь не пылает к тебе такой любовью, чтобы броситься вперёд и принять на себя моё заклятие. Так что же помешает тебе погибнуть, когда я ударю? -Только одно. -Если не любовь должна спасти тебя на этот раз, то, значит, ты думаешь, что владеешь волшебством, которое мне недоступно, или обладаешь более мощным оружием? -И то, и другое. -И ты действительно думаешь, что знаешь неизвестное мне волшебство? Неизвестное мне, лорду Волдеморту, владеющему такими чарами, какие Дамблдору и не снились?! -Сниться они ему снились, но только он знал больше тебя, он знал достаточно, чтобы не делать того, что сделал ты. -Ты хочешь сказать, что он был слаб! Слишком слаб, чтобы дерзнуть, слишком слаб, чтобы протянуть руку за тем, что могло бы принадлежать ему, но достанется мне! -Нет, Том, он был просто умнее тебя. Он был лучшим волшебником, чем ты, и лучшим человеком, уж это точно. -Я подстроил гибель Альбуса Дамблдора! -Это тебе так казалось. Но ты ошибался. Все это время. -Дамблдор мертв! Его тело гниет здесь, в мраморной гробнице возле замка, я видел его, Поттер — для него нет возврата!       Лицо Волдеморта исказилось злостью. Он словно бы пытался задеть меня этими словами. Но меня из моего душевного равновесия было вывести не так просто, как он думал. И я продолжала быть спокойной. Я видела, во что он превратился, и бояться этого не было нужды. -Да, Альбус мертв. Но не ты убил его, Том. Он сам выбрал свою смерть, задолго до того, как это случилось, обговорил это в самых мельчайших деталях с человеком, которого ты столько лет считал своим верным слугой. -Это еще что за бредни? -Северус. Он не служил тебе уже очень много лет. Он был на стороне Дамблдора с той самой минуты, как ты стал преследовать мою мать. А ты так ничего и не заметил, потому что это как раз то, чего ты не понимаешь. Ты видел когда-нибудь, хоть раз, как Снегг вызывает Патронуса? Патронус Северуса — лань. Как у моей матери, потому что он любил её всю жизнь, с самого детства, как у меня самой. Ты мог бы догадаться. Разве он не просил тебя пощадить её?       Ноздри Волдеморта затрепетали. -Он хотел её, вот и всё. Когда её не стало, он согласился со мной, что есть и другие женщины, притом чистокровные, более достойные его… -Разумеется, он с тобой согласился. Но он стал шпионом Дамблдора с той минуты, как ты начал ей угрожать, и с тех пор неустанно работал против тебя, потому что он по-настоящему любил ее! Дамблдор был уже при смерти, когда Снейп прикончил его. -Какая разница! Какая разница, служил Снейп мне или Дамблдору, или какие палки эти людишки пытались ставить мне в колёса! Я раздавил их, как раздавил твою мать, эту пресловутую великую любовь Снейпа! О, здесь всё было не зря, Поттер, просто ты этого не понимаешь! Дамблдор пытался не подпустить меня к Бузинной палочке! Он хотел, чтобы её настоящим хозяином стал Снейп! Но я опередил тебя, малышка — я добрался до палочки раньше, чем ты успела ею завладеть. Я всё понял куда раньше тебя! Три часа назад я убил Северуса Снейпа, и теперь Бузинная палочка, Жезл Смерти, Смертоносная палочка по праву принадлежит мне! План Дамблдора не удался, Элис Поттер! -Да, не удался, Том. Тут ты прав, хоть и не прав в том, что убил Северуса — вон погляди, стоит живой в том углу, а минуту назад он бился против Яксли, несмотря на рану в шее.       Глаза Волдеморта покосились на бывшего соратника, который, живой и невредимый, смотрел прямо на нас с такой яростью, что мне стало на миг жутко. Казалось, что он прямо сейчас бросится на Волдеморта и задушит его голыми руками. -Только вот это уже не важно. Прежде чем ты попытаешься меня убить, снова, я уже даже сбилась со счету в которой раз, я призываю тебя подумать о том, что ты сделал. Подумай и попытайся почувствовать хотя бы каплю раскаяния, Реддл… -О чем это ты? -Это твой последний шанс, Том. Я видела, что с тобой станет. Хотя бы попытайся раскаяться в содеянном и может быть тогда все будет по-другому. -Ты посмела… -Да, я посмела, Том. Потому что провал последнего плана Дамблдора ударил не по мне. Он ударил по тебе.       Я ухмыльнулась, не сводя глаз с красных зрачков Тома. -Эта палочка не слушается тебя и не потому, что Северуса ты так и не смог убить, не потому, что я спасла его. Он никогда и не был настоящим хозяином Бузинной Палочки. Он никогда не одерживал победы над Дамблдором. -Он убил…       Я захохотала. -Ты вообще слушаешь, что я говорю, Том?! Северус Снейп никогда не побеждал Дамблдора! Его смерть была давно обговорена, он хотел умереть непобежденным, оставаясь подлинным хозяином палочки! Все бы получилось по его плану, сила палочки бы умерла вместе с ним, потому что никто не отнял бы ее у него! -Раз так, то Дамблдор сам отдал мне палочку! Я похитил ее из гробницы ее последнего хозяина, без его желания! Палочка принадлежит мне!       Я усмехнулась и покачала головой. -Нет, Том, она тебе не принадлежит. Обладать палочкой недостаточно. Помнишь, что говорил Олливандер? Палочка выбирает волшебника. Бузинная палочка еще до смерти прежнего хозяина выбрала нового хозяина в том, кто об этом даже и не догадывался. Он забрал палочку против воли хозяина, даже не осознавая этого, и таким образом самая могущественная палочка на свете признала его власть над собой… Настоящим хозяином Бузинной палочки был Драко Малфой. -Но если это так, то что это меняет для нас с тобой? У меня новая палочка, у тебя всё та же — магия одного и того же уровня. Наш поединок разрешит чистое умение. А когда я убью тебя, окончательно и бесповоротно, то ничто не помешает мне убить Драко Малфоя. -Жаль, Том, но ты уже опоздал. Ты упустил свой шанс еще несколько месяцев назад. Я тебя опередила. Много недель назад я отобрала его волшебную палочку в Малфой Мэноре во время честного поединка и стала обладать ею. С тех пор я вернула свою палочку, но это не меняет того, что я забрала палочку предыдущего владельца. Так что теперь мне интересно лишь одно — знает ли Бузинная палочка у тебя в руках, что на ее последнего хозяина наслали Разоружающее заклятье, потому что если она это знает, то настоящая хозяйка Бузинной Палочки стоит прямо перед тобой.       Спустя мгновение в тишине зала грянули два крика. -Авада Кедавра! -Экспеллиармус!       Хлопок был скорее похож на взрыв. Заклятья столкнулись, и посреди них образовалось золотое пламя, которое в мгновение око оказалось возле Бузинной Палочки. Та взмыла ввысь, вспыхнув на миг в лучах солнца, проникших в Зал, закружилась под потолком и пронеслась прямиком мне в руки. Она признала во мне свою хозяйку, которую не захотела убивать. И теперь мы с ней стали едины.       Золотое пламя исчезло, потому что моя красная вспышка из него ушла. Остался лишь зеленый огонь, который развернулся и врезался прямо в грудь Волдеморта. Его глаза остекленели, руки расслабились, и он упал на спину. Зрачки его красных глаз закатились, как у змеи. Теперь на полу не лежал самый страшный волшебник нашего века. На полу лежало сморщенное тело побежденного немощного волшебника. Бледные руки, опустевшие глазницы, застывшее на лице осознания своего проигрыша. Он погиб от своего же заклятья, которое, если бы послушал меня и не стал бы бить в меня им, никогда бы не коснулось его. Зато я стояла над телом поверженного врага с двумя палочками в руке и глядела на это опустошенное тело, возникшее передо мной за 3 года до этого в котле из плоти Питера Петтигрю, кости Тома Реддла старшего и нашей с Гарри крови. И я знала — теперь на «вокзале Кингс-Кросс» тому серо-зеленому существу суждено уехать вдаль. Навсегда. И больше никогда не вернуться.       Какое-то мгновение вокруг все еще стояла гнетущая тишина, которая вскоре стала греметь и все стали поздравлять друг друга. Радостный крики и восклицания слились воедино с воем и стонами Пожирателей. Вскоре рядом со мной возникла неразлучная троица — Гарри, Рон и Гермиона. Они что-то кричали мне, крепко обнимали, Мио рыдала у меня на плече от счастья, мальчики что-то говорили, крепко меня обнимая, но я была так опустошена, что не реагировала, даже когда рядом оказались близнецы, к одному из которых на шею тут же бросилась Мио; Джинни, тут же прильнувшая к Гарри; Невилл с Луной в обнимку; Ханна, тут же начавшая целовать Рона; остальные Уизли, Хагрид, преподаватели, мракоборцы, даже Римус с Дорой — я все равно ничего не замечала. Не верилось, что все кончилось. Просто не могло кончиться. Я целых 7 лет жила в этом мире, жила, сражаясь с Волдемортом, все это время я сражалась, потому что была в книжке, которую любила все это время. И я просто взяла и победила. Теперь я не знала своего будущего. Из этого привычного хода событий я должна была как-то выйти. Теперь моя жизнь принадлежала только мне. И мне еще нужно было свыкнуться с этой мыслью. В полном одиночестве, которое мне вряд ли были готовы дать участники битвы.       Мертвых Пожирателей и тело Волдеморта унесли подальше от пятидесяти погибших в борьбе с ними, да и погибших унесли чуть подальше, вглубь здания. МакГонагалл вернула на место столы факультетов, и все стали садиться за них. Меня стали перетягивать туда-обратно родственники погибших в битве, друзья, просто люди, решившие похвалить меня за мою победу. Я же мучалась каждый раз, когда со мной говорили. Мне хотелось либо уже лечь спать, либо хотя бы передохнуть пару минут. Я была абсолютно выжата. Ну что же, не многие узнают, что они Избранные, умирают, возрождаются и убивают самого могущественного Темного Мага столетия, да еще и в один день, а точнее в один час.       Наконец, мне удалось аккуратно улизнуть, и я подошла в самый темный угол Зала, где сидел Драко, которого крепко обнимала Нарцисса, и чуть в стороне Люциус. Как только я подошла, Люциус тут же сжался еще больше, не зная, зачем я пришла, зато Драко тут же вскочил и подошел ко мне. -Ты… -Все кончено, Драко. Все наконец-то кончено. Раз и навсегда. Теперь все будет хорошо.       Он крепко обнял меня, а потом поцеловал на глазах у своих родителей. Когда же мы прекратили целоваться, я повернулась к чете Малфоев. -Элис, думаю, что обоих моих родителей ты знаешь, как и они тебя. -Разумеется. Нарцисса сегодня спасла мне жизнь. -А ты спасла жизнь моему сыну. Мы с тобой расплатились за жизни друг друга — без Драко моя жизнь была бы кончена.       Я потянулась к кольцу и сняла его. -Держите. Думаю, оно ваше.       Женщина покачала головой, отодвигая мою руку от себя с легкой улыбкой. -Оставь его себе, Элис. Я надеюсь, что оно тебе еще понадобится, как и то кольцо, что столько лет назад подарил мне Сириус в знак нашей дружбы — Драко мне рассказал об этом. Надеюсь, что тебе не придется возвращать его мне. Никогда.       Я с улыбкой надела кольцо обратно на палец, а потом огляделась вокруг. -Я… Я соболезную вашей утрате, миссис Малфой. Вы сегодня потеряли сестру… -Я буду оплакивать ее. Зато сегодня я обрела снова еще одну свою сестру и свою племянницу, да еще и выяснилось, что я уже двоюродная бабушка. Я думаю, этого того стоило, не так ли? Все мы сегодня что-то потеряли, но нашли что-то еще более дорогое.       Я кивнула, и мы пожали друг другу руки. Затем я повернулась к Драко. -Ты переживешь, если я сейчас удалюсь? -Конечно. Куда? -Надо объяснить все случившееся брату и друзьям. Они заслуживают знать правду. -Я буду ждать столько, сколько потребуется. Иди. Я всё равно никуда не денусь. -Спасибо. Я обязательно вернусь и объясню всё и тебе.       Я чмокнула его в уголок губ и повернулась к его родителям. -Я расскажу временно исполняющему обязанности министра Кингсли Брустверу про ваш вклад в эту победу. Вряд ли хоть один из вас попадет в Азкабан. Это меньшее, что я могу сделать для вас. Хотя вам, мистер Малфой, ещё придется многое объяснить, если не мне, то министру точно.       Я развернулась и быстрым шагом пробралась по краю зала до своих друзей, пройдя мимо облепленного поклонниками Невилла, для которого была важна только Луна, сидящая рядом и держащая его за руку; мимо Ханны, которая о чем-то шепталась с подружками; мимо Джинни с матерью; мимо остальных Уизли; даже мимо Римуса, к которому мне так хотелось подойти хотя бы на миг. -Это я. Пойдемте со мной.       Все трое тихо пошли со мной из Большого Зала. Мы, не сговариваясь, пошли к кабинету Дамблдора, а по дороге я начала рассказывать им обо всем, что произошло. Обо всех воспоминаниях, рассказала во всех подробностях о книгах впервые услышавшим о них Рону и Мио, уточнила подробности для Гарри, потом пересказала наш с Дамблдором разговор на той стороне, а потом как Нарцисса меня спасла и не только ради сына и не просто увидев мое кольцо, но еще и потому, что так было правильно и она это знала. -То есть все это время ты знала все происходящее наперед? -Когда ты говоришь это вслух, Рон, мне становится стыдно, но это было правильно. Вам нельзя было обо всем этом знать. Ради вашей же безопасности. -А… Ты не могла помочь остальным? Я имею ввиду… Столько людей пострадало… -Я спасла тех, кого могла спасти. Седрика. Грюма. Добби. Фреда. Римуса. Дору. Я хотела спасти Сириуса, как хотела спасти и Дамблдора, но оба заранее знали, что умрут, поэтому и не позволили мне дать им жить дальше.       В этот миг мы вошли в кабинет директора и услышали резкие хлопки. Все тут же потянулись к палочкам, но я остановила их, как за мгновение до этого остановила и себя. Это аплодировали директора и директриссы Хогвартса. Они радовались победе, подкидывали шляпы, парики и еще бог знает, что в воздух. Я же пошла прямо к Дамблдору. Он плакал. И он гордился. Гордился мной. -Ты справилась, Элис. Не смотря на все преграды на своем пути вернулась сюда. -Знаю. Но сейчас это не важно. То, что вы спряли в моем снитче, надежно спрятано в Запретном Лесу. Я запомнила то место, но на поиски этого я возвращаться не буду. Мне этого не нужно, а кроме меня никто и не знает, где это место и что я спрятала там. Вы согласны со мной, профессор? -Согласен на все сто. Это мудрое решение, которого я от тебя и ждал. Знает ли кто-нибудь, где ты выронила и что он вообще был у тебя? -Никто. Я достала его после того, как ушла ото всех. Никто не знает о нем. -Замечательно. Ты молодец. -Моему брату останется дар Игнотуса. -Конечно, Элис — она принадлежит вам и вашим потомкам. -Дар Фантины останется у меня. Я выкинула все из него, кроме самого центра, чтобы это не проросло в Запретном Лесу и не принесло людям и остальным существам зла. Сердце же этого дара будет у меня — я посажу его там, где оно будет в безопасности, и буду беречь до последнего своего вздоха. Может когда-нибудь моим детям понадобиться этот дар, но до тех пор он будет под моей охраной. -Это так же разумно, Элис. Этот дар принадлежит тебе. -Остается лишь Бузинная Палочка.       Оба моих друга и брат смотрели на эту палочку с восхищением. Я же чувствовала ее силу. Силу, которую мне не хотелось использовать. -Мне не нужна эта палочка.       Рон аж вспыхнул. -Что?! Ты с ума сошла?! -Я знаю, что она может такое, до чего у нас даже мысли еще не доходят, она способна совершать магию, которую ещё даже не изобрели, но я вполне обхожусь для этого и своей палочкой. Зато я могу вернуть Гарри его.       Я взмахнула палочкой, и из кармана моего брата выпали два куска его палочки и через мгновение они срослись, и у Гарри в руках оказалась его целая палочка. Я же повернулась к Дамблдору. -Я бы хотела отказаться от этой силы навсегда, но я не хочу передавать это бремя кому-то другому, как и соблазн ее использовать, но и сломать эту палочку я не могу. Так что он вернется туда, где Волдеморт ее и взял. Я верну ее в вашу гробницу, перед этим опечатав ее так, чтобы только я, даже после своей смерти, смогла вскрыть ее — она будет в полной безопасности и лишь я, если придет еще большее зло, чем Волдеморт, смогу забрать ее оттуда, даже если кому-то удастся обезоружить меня. Если же я умру своей смертью, то она лишится своей силы. Её могуществу придёт конец. -Ты права. Это будет правильно. -Ты уверена?       Голос Гарри чуть дрогнул. Даже его поглотило желание этой силы. Гермиона же с легкой полуулыбкой посмотрела на меня. -А я думаю, что Элис права. -От этой палочки одни тревоги и опасности. Мне хватило этих семи лет геройств на всю жизнь. Думаю, что остаток жизни я хочу провести спокойно, как все люди. Никакого аврората, чтобы могущество палочки не перешло к кому-то другому, да и самой мне больше не хочется бороться с тьмой — наигралась в героиню. Пора стать такой, как все. Я сыта тревогами до конца своей жизни. Больше не желаю.       Повисло молчание — портреты разошлись кто куда, а мы… Мы просто молчали. -Все кончено. Наконец, все кончено…       Мы вчетвером обнялись, и я наконец-то почувствовала по-настоящему, что все закончилось. Мы стали свободны. Я стала свободна. Наконец-то моя жизнь могла стать жизнью без предвидения, без убийц, без взрослых проблем с самого детства. Я могла вздохнуть спокойно. Моя миссия окончилась, но моя жизнь только началась.