The Devil's Class

— Ну что вам там еще не понятно?! — зарычала исподлобья Ирина Аркадьевна, одновременно проверяя работу Степы и подглядывая одним глазом за классом, дабы никто ничего не разнес. Все притихли. М-р Блэк кинул нашему неугомонному басисту записку с ответом, когда Ирина Аркадьевна принялась объяснять Степе неполадки в его решении. Дима чуть ли не притянул бумажку к себе силой мысли и быстренько развернул ее. — Семьдесят градусов? — прошипел он, в замешательстве кидая взгляд на Давида. Тот пожал плечами, показывая жестами, что так написано в ответах. Сидящий рядом с Блэком Клим закивал в знак подтверждения. Рухлин почесал лоб и, помотав головой, стал переписывать задачу. — Значит так, — отправив Степу доказывать теорему, Ирина Аркадьевна грозно посмотрела на девятый класс. Ее глаза хитро засверкали, словно молния в грозу. — Я вас заранее предупреждаю, что на следующей неделе у нас проверка ваших умных головушек, — она взглянула на Клима и Давидушку, шептающихся, как в последний раз, — и я об этом говорила. Никаких справочников и подсказок! Доказательство трех теорем — и вы свободны… Слышим меня, Моисеенко?! Егор живо отвернулся от Артема и приулыбнулся. Рязанин гоготнул. — Я прослежу, чтоб все было как надо, — женщина пригрозила пальцем и открыла журнал. Пока она его заполняла, девятый класс решил немного отдохнуть от надоедливых теорем и доказательств. Андрей достал телефон и зашел в соцсеть. Секундами позже в кармане Скригина звякнул мобильник. Он достал его и увидел, что пришло сообщение. «Андрей Филюшкин: Guten Morgen » Дима закатил глаза и стал печатать. «Дмитрий Скригин: Idi nach » «Андрей Филюшкин: Во сколько сегодня встречаемся? Рисовать плакат-то надо » В Диму будто выстрелили. Он вспомнил, что классный руководитель, Светлана Николаевна, говорила, что надо делать плакат в честь начала учебного года. «Дмитрий Скригин: Я не знаю. Давай ты кинешь в группу объявление, чтоб все вошли в беседу сегодня вечером? » Андрей, сидящий на втором ряду на второй парте, обернулся и посмотрел на Скригина. Тот пожал плечами. По Филюшкиному было видно, что он этой идеей явно не доволен. — Пссс! — его ткнули сзади. Он перевел взгляд на Олю — умную девочку-отличницу, да и к тому же старосту. — Чего? — спросил Андрей, приподняв бровь. — Плакат! Вы не забыли? Ты разбираешься со стихами, а потом их приклеиваешь туда! — Оля нравоучительно водила пальцем прямо перед носом Филюшкина. Казалось, что он сейчас психанет и откусит ей всю руку. — Ты все понял? — девушка устремила свой грозненький взгляд на Андрея. Его лицо было каменным, и он с трудом моргнул, понимая, что свободного вечера сегодня не будет. Урок прошел не то, чтобы хорошо, но и не плохо. Ирина Аркадьевна от души и всего сердца назадавала уравнений и бесполезных задач ребятам на дом, и ушли они, мягко говоря, озадаченными. С самого начала этой перемены Оля подходила к каждому и вещала про сегодняшний вечер, когда в соцсеть должны будут зайти все из класса. Но, конечно, особо вдаваться в подробности сего замысла никто не собирался, и парни кучкой пошли в столовую. Прошел четвертый урок, следовательно, целые двадцать минут можно было оттянуться в обнимку с хлебом, компотом и параллельным классом.

***

Столовая была полна. Полна до краев. За столами сидели не только старшеклассники и среднячки, но и начальные классы. — Что за херня? — буркнул Егор, мотая головой и с трудом пробираясь между здоровенными одиннадцатиклассниками. Нет, конечно, Моисеенко и без того был гигантом, но только для своей возрастной категории. Рядом с ним не менее измученно плелся Артем. — Ах, етить! — подскочил Рязанин. Ему наступили каблуком на ногу. Посмотрев на местную швабру из десятого класса, парень отвернулся и озлобленно фыркнул. — Смотри, эти черти уже здесь! — Егор кивнул на м-ра Блэка и м-ра Вайта, уже удобно устроившихся рядом с парнями из параллельного класса. — Вот жуки! Пока Моисеенко и Рязанин пытались «добыть » хоть кусочек хлеба и стаканчик компотика, — а сегодня эта падла как нарочно была ягодной, как раз по вкусу всем в школе, — их одноклассники уже во всю веселились с друзьями. — О, гляди, Йогурт и Темыч, — Денис улыбнулся, наблюдая, как парни просачиваются сквозь огромную толпу. — И вы им не поможете? — усмехнулся Лисенко. — А хер с ними, — Клим махнул на одноклассников рукой. — Нам с этими клушами весь вечер сидеть в переписке! — А чего так? — поинтересовался Миша. — Нам надо делать плакат, бла-бла-бла… — Давидушка закатил глаза и посмотрел в сторону. — Ясно все с вами, пацаны, — басом протянул Денис, опустошая стакан. — Ну вы держитесь сегодня вечером. Вот чего я не люблю, так это совместных переписок… — Особенно со Славой! — Лисенко поднялся и пошел относить пустые тарелки. — Этот гений сразу начинает много умничать, — пояснил Денис, вздыхая. — Тарахтит про все и без разбору! И слово вставить не даст ведь… Тут на днях обсуждали на литературе какого-то поэта, так он, не готовивши к уроку ни хрена, чуть ли не в поэму возвел его биографию. — Дурной наш Слава, — сказал Миша. — Степа, по-моему, гораздо сдержаннее, — Денис кивнул в сторону Левонова, стоявшего около ребят из «В» класса. — Да он тоже профессор! — Клим потянулся. — Им бы познакомиться не помешало… — А ну нахер! — гоготнул Денис. — Два неуловимых психа-гения? Охо, они захватят мир!.. Парни совсем не заметили, как к ним с правой стороны подкатил тот самый Слава. Сегодня он был, что очень удивительно, без очков, и, едва глаза всех четверых узрили этого чудилушку, на всю столовую раздались истеричные вопли. Миша брызнул компотом. — Привет, ребята! — дружелюбно мяукнул Слава и присел рядом с Климом. Ковалев отодвинулся на более безопасное расстояние, так как вид у Миронова, мягко говоря, был возбужденный. Сам по себе Слава был чрезвычайно болтлив, и порой мог не заметить лишнего сказанного слова, и тем самым он часто поднадоедал одноклассникам и простым ученикам. Однажды у Дениса и Лисенко рождалась идея использовать Славины способности пиздобола в корыстных целях, например, напоив его сывороткой правды, они бы узнали, чем закончился матч по футболу, прошедший еще месяц назад. Счет до сих пор оставался загадкой, так как Миронов был единственным, кто досмотрел этот трэш. — Да, здрасьте, — отводя взгляд в сторону, промолвил Миша и тихонечко привстал. — Что ж, Денисушка, нам пора! Прощаемся со всеми, пока, пока!.. Анохин живенько увел друга; Денис только улыбнулся и помахал рукой. М-р Блэк сидел в полном недоумении, устремив свой взгляд на Клима. Они оба и представить не могли, что делать дальше. — У вас сколько сегодня уроков? — так же мило и безобидно продолжал Слава, склоняя голову набок. Давид знал, что эта безобидность — лишь обманный маневр. Или это просто была паранойя. Авесин вспомнил цитаты Дениса… «Никогда не ходи никуда со Славою дурным да окаянным » «Не верь Славе, если он говорит, что сегодня он не скажет много » «Беги от Славы в критической ситуации, он плохо бегает » «Прячься от Славы окаянного, а увидишь — прячься немедленно! «На разговоры не ведись! »… Да, у Дениса был опыт. М-р Блэк не знал, как красиво и в то же время осторожно покинуть Славочку, поэтому он, примерно представив ответ совершенно непредсказуемого Миронова, начал диалог: — Ну, нам с Вайти на урок пора… — Так быстро? — Слава умоляюще посмотрел на парней. — Я все хотел у тебя спросить… — Позже, Славуля, позже! — Клим понял тонкий намек Блэка и, вылетев из-за стола, умчался. Давид исчез следом. Слава опечаленно вздохнул; и тут же ему на глаза попался одинокий Русланчик…

***

— Как вы думаете, плакат лучше сделать горизонтальным или вертикальным? — Оля начала засирать мозги одноклассникам, едва учитель по физкультуре отвернулся, чтобы взять журнал. — Иди-ка ты, — прошипел Егор. — Тихо! — строго сказал Артем. — Успокойся! Мы сейчас пойдем домой, попьем чайку, съедим печеньки… Ну, чего злиться? Моисеенко более спокойно выдохнул. Рита проводила разминку, и все старались дружно повторять ее движения. Только у Тани созрел хитрющий план. Когда Егорушка нагнулся, дотягиваясь до пола, она отвесила ему хорошего пендаля. Егор уткнулся носом в холодный пол спортивного зала; этого он явно не ожидал. Заметив, что парень поднимается, Таня живенько спряталась за Скригиным. — Не злиться, еп твою коврижку?! — вскипел Моисеенко, стреляя из глаз молниями и выискивая раздавателя таких пинков. Не обнаружив никого подозрительного, он отвернулся и продолжил. — Подумаешь, пинок, — спокойно произнес Артем. — Мне их почти ежедневно дают… — Кто это, интересно? — Да знаешь, всяко ясно, что и меня без внимания тусовка Сереги не оставит… — Они и до нас добрались? — Нет, просто я проспорил… — Глупый Тема, — улыбнулся Егор и потрепал Рязанина по пушистым волосам цвета соломы, — я тебе говорил, что с этими идиотами связываться не надо! Говорил? Говорил! — он похлопал друга по спине. Тема покраснел и отвел взгляд в сторону. Внутри него стало теплее. Тут и сам физрук нарисовался. Он обвел класс орлиным взглядом, а затем взял журнал. — Итак! — как можно громче сказал он. — Завтра урока не будет! Предупреждаю сразу! Весь спортзал сотрясся от радостных голосов. Александр Дмитриевич закатил глаза. — До конца урока десять минут! Развлекаемся как можем! Он ушел в учительскую, предоставив ребят самим себе. Парни с ухмылкой стали рассматривать девочек, поглаживая мячи. — Да ну вас! — каркнула Настя и потащила Сашу с собой. Другие девочки, поняв озорное желание, решили поскорее скрыться из спортзала. Когда из помещения последней вышла Оля, до сих пор вещая о плакате, парни огорчились. — Теперь некого закидать, — грустно выдал Дима. — Мы можем тоже пойти переодеваться, — улыбнулся Ковалев. Ему очень надоедали уроки физкультуры. — Пойдем, — м-р Блэк потянул друга за собой. Они положили весь инвентарь по своим местам и скрылись. В спортзале стало невероятно тихо, но зато в раздевалке восцарил беспредел. Позже девятиклассники пошли по домам. Они выглядели чертовски измученными и сонными. А сегодня им еще и весь вечер сидеть в переписке и страдать херней, думая, как лучше сотворить плакат.