Металлюги
19 марта 2017 г., 20:06
После школы все ребята разошлись по домам, причем перед этим разбились на мелкие группки по три-четыре человека, чтобы решить, как лучше преподнести свои номера на музыкальном конкурсе. Команда Сенейкина направилась к себе в гараж, как следует закрывшись там и опасаясь возможного шпионажа со стороны параллельного класса. Егор с Артемом, конечно, не захотели кого-либо брать с собой и просто пошли в квартиру Моисеенко. Давид с Климом развели руками еще перед классным руководителем, потому что сами знали, какими явными рукожопами являются. Они собирались быть группой поддержки, и эта идея понравилась всем больше, чем номер от этих двоих. Скригин с Филюшкиным еще более-менее обещали подумать, девочки непременно согласились, и прямо на уроке у них родилась идея выступления. Было ожидаемо, что наш басист откажется от шоу. Дима раскраснелся и напрочь запретил звать его в команду музыкантов. Остальные решили продумать свои возможности.
Зайдя в комнату Егора, Тема сразу же глубоко вздохнул, наслаждаясь этим приятным ароматом, который был свойственнен только квартире Моисеенко. Он плюхнулся на кровать, попутно разбираясь с листочками и исписанными тетрадками.
— Ты хочешь чего-нибудь поесть? — в комнату заглянул Егор.
— Нет-нет, я не голоден, — улыбнулся Рязанин, — что мы сегодня будем писать? Диктант?
— Изложение, — хитро прошипел Егор, садясь рядом с другом. Глаза Артема загорелись от ужаса.
— Только не ебаное изложение! Неееет! — он умоляюще сложил руки.
Егор довольно ухмыльнулся; заметив это, Тема разозлился и стал понимать, что Моисеенко специально издевается над ним, чувствуя свою власть. Рязанин злобно фыркнул, прищурившись.
— Ты это специально! — шикнул он.
— Да, сахарок, я такой вредный! — гоготнул Егор. — Если ты как следует попросишь, то… — он сделал вид, что задумался. Тема жалобно промычал что-то, чувствуя верх издевательства. — Я могу и передумать.
— Ты… тиран! — вымолвил Артем, делая щенячьи глазки.
— Давай, я хочу, чтоб ты меня умолял, — Егор сверкнул глазами и развалился на кровати, надменно рассматривая Рязанина и улыбаясь.
— Скотина, — изумился Тема, жадно разглядывая брутального Моисеенко. Он выглядел, как царь. — Я не буду умолять!
— Утю-тю, иди сюда, — Егор заманчиво пошевелил длинным указательным пальцем. Артем открыл рот. — Ну же! — каркнул он подпихнул друга к себе ногой сзади; Тема с визгом лег на его грудь. — Так-то лучше, — удовлетворенно протянул Егор.
Рязанин до смерти испугался и попытался встать, осознав, что просто пластом лежит на Моисеенко. Однако длинная нога Егорки, которой он обхватил поясницу Темы, не позволяла и пошевелиться. Артем запыхтел и поднял глаза на лицо обнаглевшего в край амбала; он встретился с внимательным взглядом Егора, пронизывающим насквозь, просто вдоль и поперек.
— Отпусти! Сукин сын! — фыркнул Тема.
— Не пытайся, все бесполезно, — издевательски усмехнулся Моисеенко, сильнее прижимая парня к себе. — Так гораздо удобнее. И ты поближе, — страстно выдохнул он и хохотнул.
— Скот! Скот! — тарахтел Рязанин, извиваясь. — Ты сказал, что любишь меня! Ты должен быть нежным!
— Нежным? Вот так? — тихо спросил Егор и мягко поцеловал Тему. Глаза того на лоб полезли от изумления, но сопротивляться было невозможно.
— Какой же ты хитрожопый гад! — шипел в губы Егору Артем.
— Предварительные ласки? — с насмешкой спросил Моисеенко, приподнимая бровь.
— КАКИЕ ЛАСКИ?! — гаркнул Тема, не на шутку испугавшись.
Вместо внятного ответа Егор закинул вторую ногу на спину Рязанина и стал трогать его лицо, затем спустился холодными пальцами вниз по шее и оттянул воротник рубашки. У Темы сперло дыхание. Моисеенко довольно улыбнулся и принялся расцеловывать шею друга. Когда в дело пошел язык, Артем чуть не помер от волнения.
— Не надо! Нет! Нет! — он извивался, но всех этих усилий было слишком мало.
— Разве тебе не приятно? — спросил Егор.
— Ааааааааа! Это слишком!!!
— Мы только начали, ты сам попросил предварительных ласок, — сказал Моисеенко.
— Начали?! Что начали?!
— Дружеский секс, конечно же! — засмеялся Егор.
— Вернее, изнасилование! — разозлился Тема, краснея.
— Я пошутил. Мы всего лишь поворкуем. Здесь. В кровати, — он с интересом стал рассматривать лицо Рязанина.
У Артема сердце готово было выпрыгнуть и улететь в ебаный космос. К такому жизнь его еще не готовила.
— Не надо! Я не хочу!!!
— Хочешь, видно, что хочешь… Просто стисняешься. Не бойся, я не буду долбить тебя в… — Егор замялся. — Ты понял. Я очень люблю тебя и хочу, чтоб ты поскулил от приятных ощущений в низу живота.
— Знаток, — озлобленно бросил Тема.
— Ну-ка, что тут у нас, мистер Веснушечка? — широкая ладонь Егора скользнула между их телами и уперлась во что-то твердое. Моисеенко просиял и надавил туда пальцами. Рязанин зашипел. — Дааа, неплохо!
— Ты просто издеваешься!!! Мы не должны этого делать! — умоляюще выпалил Артем.
— В твоих фантазиях мы вытворяли и не такое.
Внезапно Теме стало стыдно. Он ощутил, как по-настоящему возбуждается. Мысленно он проклял всех Егоров на свете и подумал, что дальнейшее может изменить всю его жизнь. Секс с лучшим другом, еб твою мать! Артем искривился, чувствуя, как Егор все больше и больше начинает трогать его там. Именно там.
— Не надо, — прошептал Тема. Судя по всему, Егору было абсолютно похуй. Он поцеловал Рязанина и прикоснулся языком к его мягким губам. — Моисеенко, ублюдок, — с улыбкой шипел Артем.
Егор более страстно поцеловал его, сжимая ногами спину друга все сильнее и сильнее. Рязанин понял, что терпит позорное поражение, но ему было все равно. Он одной рукой обнял широкую спину Моисеенко, а другой схватил его за затылок и больше притянул к себе. В комнате стало заметно жарче, и послышались первые кроткие вздохи и еле слышимые поскуливания.
***
— Ну, и что это за ебаный конкурс? — спросил Сережа, плюхаясь в потрепанное кресло. Они с парнями уже были у себя в гараже. — Объясню на нашем языке! — сказал Данька. — Какие-то пидоры придумали эту херню, где надо собрать группу и спеть что-то неебически сложное за одну неделю! — Ясно, — буркнул Олег. — Может, наш класс сам разберется с этим конкурсом? Мы же не будем выступать, верно? Я вот совсем не хочу. — А мне нравится идейка, — гаркнул Леша, вытаскивая что-то из кучи хлама. — Мы можем слушать отстойное музло других и обсирать их прямо на сцене! — он отряхнул какую-то железную бочку и, размахнувшись, долбанул ее об пол. Тут же раздался настолько знакомый звук, что все четверо вздоргнули и с удивлением уставились на Леху. Серега открыл рот, на секунды потеряв дар речи. — А ну! — завопил он. — Сделай так еще раз!!! Леша пожал плечами и сильнее кинул бочку. Она с дьявольски знакомым звоном отскочила от пола. У парней загорелись глаза. — Какой звук! — сказал Володя. — Я его где-то слышал! Вот прям вчера слышал! Один в один! — Бочка, — задумался Сенейкин, почесывая подбородок и откидываясь назад. Тяжелая дума легла на него. Он ведь тоже знал этот звон, будто много раз слышал его. Окинув взглядом ребят, Серега увидел выглядывающие из-за воротника рубашки Олега белые наушники. В его голову с грохотом влетела нужная мысль. — SLIPKNOT, БЛЯТЬ! — заорал Сенейкин, подскакивая. Парни переглянулись; Даня открыл рот, ведь его тоже осенило. Так и до остальных дошло, в чем соль. — У них в группе есть мужик, который тоже долбит такую же бочку! — сказал Олег. — И у них отпадное музло! — восхищенно протянул Сережа. — Самое лучшее музло, что я когда-либо слышал! Все пятеро замолчали. Посмотрев друг на друга, они улыбнулись и ощутили рождение гениальнейшей идеи за всю историю человечества. Сенейкин обвел всех внимательным взглядом и, запомнив лица своих пацанов, стал воспроизводить в голове все картинки с любимой группой, которые видел. Найдя изумительное сходство между ребятами и музыкантами, Серега просиял и подпрыгнул от радости. — Да! — гаркнул он. — Мы с вами невероятно похожи на них! — Но там девять человек, а нас пятеро, — огорчился Володя. — Без паники! — Сережа махнул рукой. В его голове сверкали самые лучшие идеи за всю его жизнь. Он в момент увидел себя и пацанов грозными металлюгами. Чуть не откусив себе губу, Сенейкин собрался с мыслями. — Олег, — сказал он. Ованчук поднял глаза. — Ты будешь басом! — Что?! — удивился тот, роняя телефон. — Данька! — не обращая внимания на шипящего Олежку, продолжил Сережа. — Ритм-гитара! Вовка — соло-гитара! Леха, — он задумался, — а Леха будет пиздить эту бочку. Перкуссия! — Как ловко нарешал! — фыркнул Олег. — Я не умею ни на чем играть! Я еблан полнейший! — Если ты будешь так думать, то таким же и останешься, — сказал Сенейкин. — Но у них есть вокалист! — произнес Леша. — А кто у нас-то им будет? — Я! — каркнул Сережа. — И вокалист, и фронтмен! Готовься, сучий конкурс! Мы разнесем там всех нахуй! — Постой! — Даня помотал головой. — Ты действительно хочешь, чтоб мы выступили?! — Да, парни! И мы сделаем это! — У нас нихуя нет: ни инструментов, ни организации, ни студии для репетиций! — выпалил Ованчук, разводя руками. — Организацию я тебе замутил, — сказал Сережа, — инструменты я сам достану для нас всех, а вот тебе и студия! — он махнул рукой. — По-моему, идея просто класс! — улыбнулся Володя. — Из нас выйдет великолепная группа металлюг! Мы такие же бешеные и ебанутые на всю голову! — Согласен, — протянул Данька, — а ведь мой батя когда-то учил меня играть на гитаре… Получалось неплохо! — Давайте, пацаны! — сказал Сенейкин, приобнимая друзей. — Все получится! Только представьте себе неописуемую жизнь нашей группы! Разносим отельные номера, пиздим местных гопников, крушим студии и спаиваем продюсера! Ммммм! — Пройдет немного времени, и мы будем открывать рот под фонограмму! — шикнул Олег. — Вечно недовольный, — Серега схватил Ованчука за шиворот и притянул к себе. — Ну же! Ты будешь потрясающим басистом! Я знаю твой пылкий нрав, поэтому ты еще и будешь бэк-вокалом! Сможешь наслаждаться, вопя в микрофон своим скримом! А? Нравится мысль? — Я люблю метал, — буркнул Олег, — но вам не кажется, что мы молоды для собственной группы? — Нихуя! — гаркнули все четверо. — Придурки! — выпалил Олег. Тут же он расплылся в улыбке. — Я согласен. Парни завопили и загоготали, тиская Ованчука. Серега влетел на стол, словно коршун. — Вперед, металлюги! Замутим лучшую группу в тупорылой школе!***
Пока в гараже происходило безудержное веселье, в квартире Егора творилось нечто поразвратнее. Моисеенко уже раздел Тему и, скинув свою одежду, навис над ним, жадно расцеловывая. Артем был красным и невероятно возбужденным; ему было очень непривычно все это, и он старался спрятать самое заманчивое для Егора место. — Мой милый Тема, — мурлыкал Егор, прижимаясь всем телом к Рязанину. Тот тихо застонал. — Даа, чертенок, вопи громче. Моисеенко стал спускаться вниз, оставляя дорожку поцелуйчиков. Тема запрокинул голову и прогнулся, едва хололные пальцы Егора дотронулись до его члена. Таких эмоций он еще не получал. — Какая прелесть! — умилился Егор, рассматривая эрекцию друга. — Аааавв, ты издеваешься! Что ты смотришь?! — Хочешь, чтоб я что-нибудь начал делать? — Моисеенко похотливо сверкнул глазами. — Шальной же ты Артем! Ну ничего, сейчас тебе будет очень хорошо. Вся жизнь пролетела перед Темой, когда Егор нежно прислонился влажными губами к его напряженному члену. Затем началось настоящее шоу, и Рязанин протяжно застонал, чувствуя, какие чуть ли не акробатические трюки стал вытворять теплый язык Моисеенко. Артем завопил изо всех сил. — Не кричи так громко, вдруг там Андрей в коридоре сидит, — улыбнулся Егор. — Аааа, скот! Ты даже сейчас умудряешься шутить! — А почему бы и нет? Или ты хочешь, чтоб я не отвлекался? — мурлыкнул Моисеенко, вновь переключаясь на свое дело. — Черт! — выдохнул Тема, снова изгибаясь. Это продолжалось еще несколько минут, даже меньше, пока Артем с громким криком не кончил на лицо Егора. До смерти испугавшись, Тема посмотрел на запачканного Моисеенко; он облизывался, словно котик. — Прости, прости! — шипел Рязанин. Егор возвысился над ним и расплылся в улыбке. Опустившись к лицу друга, он нежно его поцеловал. Тема улыбнулся и обхватил его ногами. — Ты такой визгливый, — хохотнул Егор, целуя щечки Артема. — О да, хочешь еще? Тема прикрыл глаза и зевнул. После такого он явно не был настроен на дальнейшие действия. Егор умилился. — Поспи, — тихо сказал он. — Уроков совсем не задали. Побудь у меня до вечера. А лучше с ночовкой, — усмехнулся Моисеенко. Тема улыбнулся ему в ответ. — Закрывай глазки, сахарок, — он поцеловал друга и заботливо укрыл одеялом. Одевшись, Моисеенко отправился на кухню, чтоб чего-нибудь состряпать на обед. Едва он подошел к холодильнику, как в дверь позвонили. С ворчанием подобравшись к прихожей и открыв дверь, Егор охуел — на пороге стоял маленький мальчик с чемоданчиком. Он был ужасно милым и, судя по росту, учился в классе пятом. — Привет, Егорка, — улыбнулся он, — встречай своего племянничка!
