Forsaken

http://prostopleer.com/tracks/5014078zodJ http://hostingkartinok.com/show-image.php?id=8bafaad35c90e25b56c3de0255e3c0f5 http://hostingkartinok.com/show-image.php?id=9e0580ac015f432d207ca727d0c37a4e Выступления в родной префектуре - это всегда дополнительное напряжение. Может быть, родные стены и помогают кому-то, но сегодня вечером Аой так не думал. Именно здесь, в Миэ, он должен быть на высоте, потому что положение обязывает. Пусть Миэ гордится ещё одним своим сыном. Одногруппники посмеивались над переживаниями ритм-гитариста, но Аой знал, что во время концертов в Канагаве или Токушиме они волнуются ничуть не меньше - особенно Руки, родители которого считают своим священным долгом присутствовать на выступлениях сына. Фан-сервис - вещь тонкая, которая не терпит перебора или недобросовестного к себе отношения. Тут нужно быть либо прирождённым актёром, либо ничего не выйдет. Аой это знал, как никто другой. И когда Уруха, согласно утверждённому заранее сценарию, приблизился к нему с недвусмысленными намерениями облапать за все выпирающие части тела, Широяма изобразил на лице неземное блаженство и восхитительную игривость, чем поверг и без того экзальтированный зал в полный транс. Концерт, несомненно, удался, и если бы не угнетающая опустошённость, то Аой обязательно отправился бы с ребятами в бар, чтобы отметить ещё один успех. А ещё сегодня не было никаких организационных заморочек, поэтому, поднявшись в свой номер, Аой с наслаждением отправился в ванную. Наконец-то можно смыть с себя усталость, чужие прикосновения, похотливые и раздевающие взгляды - и просто стать самим собой. Горячая вода дарила расслабление, успокаивала и согревала, и Широяма позволил себе погрузиться в эту сладкую негу. Накинув гостиничный пушистый халат и вытирая на ходу волосы, Аой вышел из ванной - и немедленно испытал потрясение. На его кровати сидел Каору в позе бесконечного ожидания и планомерно уничтожал его сигареты. На тумбочке стояла недопитая бутылка какого-то алкоголя, которую, видимо, запасливый гость прихватил с собой. Заметив движение в номере, Каору чуть повернул голову и глянул на замявшегося в дверях ванной Аоя. - И долго ты там будешь косяк подпирать? - ехидно осведомился гость, стряхивая пепел с сигареты в пепельницу. - Я уж подумал, что ты там утопился от позора. - О чём ты? - не понял юмора Аой. Каору тут же наградил его таким взглядом, от которого Аоя мелко затрясло. - Подойди сюда, - приказал гость, и Широяма повиновался, подходя ближе и останавливаясь перед сидящим на кровати Каору. Тот потушил сигарету и скрестил руки на груди, молча рассматривая ничего не понимающего хозяина номера. Аой ждал, нервно теребя в руках мокрое полотенце. - Ну что ж, - заговорил, наконец, Каору, испытующе глядя на собеседника снизу вверх. - Давай поговорим о том, что ты сегодня творил - вернее, вытворял. Аой нахмурился, пытаясь осознать, о чём его спрашивает неожиданный гость, но решил уточнить на всякий случай: - Что ты имеешь в виду? Лицо Каору неуловимо изменилось, а в глазах появился недобрый огонёк. - Тот уткоподобный блондинчик, с которым ты обжимался на сцене - это и есть Уруха? Аой вспыхнул. Ситуация становилась откровенно щекотливой. - Это называется фан-сервис, - начал объяснять он, стараясь предугадать реакцию своего гостя. - Сценарий нашего поведения на сцене прописывается заранее, а мы потом только следуем инструкциям… - А трахаться на сцене вам инструкция ещё не прописывала? - прищурился Каору. - И ты не ответил мне: это и был Уруха? - Ну… да… - А почему именно он? - Ну, фанаты считают, что мы с ним идеальная пара… - сбивчиво заговорил Аой. - Про нас чего только не говорят… - Вот прям на пустом месте сплетни и возникают, да? - невинно поинтересовался Каору, делая удивлённое лицо. Аой смутился. Чёрт, да как же ему объяснить, что всё именно так и есть?! - Знаешь, если я буду вникать во всё это, то в итоге закончу свои дни в психушке! - выпалил Широяма. Каору усмехнулся. - Интересное замечание, - многозначительно протянул он. - И, главное, это можно легко устроить… Но не сейчас. Сейчас ты мне ещё нужен… Today I will be a savior, Tomorrow a demon. You crave my erratic behavior And watch my every move… Аой опешил. Опять этот ненормальный разговаривает с ним загадками! Да сколько можно?! И, главное, почему он сам так легко поддаётся на все провокации своего наваждения? Каору тем временем щедро отхлебнул алкоголь из горлышка бутылки и вальяжно развалился на кровати, глядя из-под светлой чёлки на сжимающего несчастное полотенце Аоя. - А вот эти твои ритуальные движения бёдрами - это тоже прописывается сценарием? - неожиданно спросил он. - Или это на тебя так музыка действует? Аой не нашёлся, что ответить на такое замечание, поэтому предпочёл промолчать. Каору подождал немного и продолжил: - А кого ты представляешь на месте своей гитары в то время, как трёшься своими роскошными бёдрами о её корпус? Аой растерялся. То есть как это - роскошными бёдрами? О чём он вообще говорит сейчас? - А тебе часто приходится менять гитары? - продолжал закидывать его вопросами Каору. - Если хорошенько подумать, то от такого трения бедное дерево давно должно уже воспламениться… И ты бы пожалел, что ли, этого… как его… Уруху. Не надо с ним так, а то он же у вас тоже деревянный - ещё сгорит в пламени твоей страсти, и где вы потом такого гитариста найдёте? Отобьёте у конкурентов? Obsession at all costs You'll be the death of me. Broken and torn apart Why can't you let me be?.. Широяма чувствовал себя маленькой невинной школьницей, заливаясь стыдливым румянцем от того, что ему сейчас говорил его жестокий гость. Ну почему он не в состоянии ответить ему так, чтобы у этого чокнутого существа вообще пропало бы желание сюда приходить и вести себя, как развратная скотина? Подождите-ка… Развратная?! Ками-сама, да он же… Каору нахально разглядывал Аоя, ничуть не стесняясь собственного возбуждения, да ещё и облизывал свои губы - нарочно, наверное. Нет, точно, нарочно. Издевается… И что теперь делать? You build me up, You break me down Until I'm falling to pieces. I crash and burn, I never learn I'm your guilty addiction… Внезапно Каору отставил опустевшую бутылку на тумбочку и резко поднялся с кровати. Аой не успел ничего понять, как этот ненормальный уже стоял рядом с ним, пожирая его взглядом, обещающим такое, что он почувствовал, как его ноги превращаются в нечто желеобразное. А дальше всё завертелось, как в безумном калейдоскопе. Вот Каору резким движением развязывает пояс на его халате… Следующим кадром мелькает сам халат, летящий подобно нелепой белой птице куда-то в угол номера, а потом… Потом Аой оказывается лежащим на кровати со связанными руками, заведёнными за спину, а Каору уже сидит на его бёдрах и… Резкий удар по лицу. Аой от неожиданности распахнул глаза и столкнулся с пылающим яростью взглядом Каору. - Я не собираюсь повторять тебе дважды… - мужчина понизил голос до угрожающего шёпота. - И если я сказал тебе, что ты - мой, то это означает, что никого другого у тебя быть не должно, и мне глубоко насрать на все ваши сценарии, контракты и прочую херню, о которой ты так трогательно тут говорил. Никаких женщин. Никаких мужчин. Никакого фан-сервиса или как там это у вас называется. У тебя отныне есть только я. И я не советую тебе меня злить - это может очень плохо закончиться. Для тебя - в первую очередь. Tonight I am the new Messiah You deify. When I'm no longer desired I'll be crucified… Аой зажмурился, ожидая следующего удара. Мокрое полотенце со свистом рассекло воздух и обожгло кожу на груди. Он сжался. Чего Каору хочет? Чтобы Аой умолял его? Просил прощения? - Чего ты хочешь? - одними губами спросил Широяма, осторожно открывая глаза. Удар по лицу. Больно. - Я хочу, чтобы ты уяснил для себя одну вещь: ты принадлежишь мне, и я не намерен ни с кем тебя делить. Я - твой хозяин, - Каору сократил расстояние между их лицами и впился поцелуем в губы Широямы. Тот дёрнулся, пытаясь отстраниться, но тщетно - Каору был гораздо сильнее. - Я… я понял… - сбивчиво забормотал Аой, когда мужчина оторвался от его губ. - Отпусти меня… Развяжи… - Ну уж нееееет… - Каору нагло ухмыльнулся. - Ты ещё не понял. Сегодня ты был плохой девочкой, поэтому я должен тебя наказать… - Не надо! - закричал Аой, но Каору уже снял с себя пиджак и расстегнул рубашку, чтобы можно было беспрепятственно тереться ледяной кожей о горячее тело своей жертвы. Аой поджал пальцы на ногах от стыда, потому что это было невыносимым: Каору скользил губами по его телу, чередовал нежные поцелуи с хлёсткими ударами влажным полотенцем - до появления красных полос на светлой коже, чтобы потом ласково их зализывать, отчего Аой чувствовал, что начинает возбуждаться помимо своей воли. The one who's free from sin, The first to cast the stone, Fighting the fear within I won't be left alone… Внезапно Каору отстранился и как-то неопределённо посмотрел на Аоя, закусив губу. Широяма лежал под ним абсолютно голый, возбуждённый и готов был расплакаться от унижения. Мужчина освободил руки Аоя и приказал, указывая взглядом на свои брюки: - Сними их. Аой торопливо расстёгивал непослушными руками тяжёлый ремень, затем вжикнул змейкой на брюках, всхлипнув, когда пальцы коснулись возбуждения Каору, и стащил ненужный уже элемент одежды со своего неожиданного любовника. И что дальше? Теперь этот сумасшедший садист прикажет ему раздвинуть ноги? И ведь что самое обидное и унизительное - он сделает это. Почему этот человек обладает над ним какой-то непонятной властью, противостоять которой Аой просто не в силах? Разве так бывает? А вдруг он всё-таки не человек? Широяма похолодел от этой жуткой мысли, но додумать её до конца он не успел - Каору вжался в него всем телом и горячо зашептал на ухо: - Согрей меня… Я так устал от этого холода… You build me up, You break me down Until I'm falling to pieces. The price I pay To live this way And the fantasy stays alive… Аой покорно обнял его, прижимая к себе теснее, стараясь передать этому ледяному наваждению хотя бы немного тепла. И Каору отзывался, покусывая кожу на шее и плечах Аоя, путал пальцы во влажных волосах, царапался и рвано, со стонами, выдыхал. Широяма никогда не мог представить себе, что это будет его так заводить. Каору спустился ниже, вылизывая живот любовника, заставляя того поскуливать от безумной смеси ощущений, а затем обхватил холодными губами возбуждённый член, отчего Аой выгнулся и закричал. Это было так обжигающе прекрасно, что всё испытанное им прежде просто померкло по сравнению с ощущением ледяных губ на разгорячённой плоти. В приступе неконтролируемого безумия он вцепился пальцами в светлые волосы Каору, сжимая их и толкаясь навстречу этому жадному рту. Сладкие судороги сводили низ живота, приближая Аоя к заветной грани, но у Каору были совершенно другие планы, потому что он выпустил изо рта пульсирующий член любовника и скользнул языком ниже, обводя вход в его тело. Широяма непроизвольно сжался, когда почувствовал холодные пальцы, проникающие в него. I can't live up, I can't let down And leave you falling to pieces. I crash and burn, I never learn I'm your morbid obsession… - Расслабься, - услышал он голос Каору. Аой попытался последовать совету любовника, но ничего не получилось. Это было слишком противоестественно, он не привык к такому, он… Чёрт, да он вообще первый раз в таком положении! - Посмотри на меня… Ты такой красивый… - Аой удивлённо распахнул глаза и вскрикнул, чувствуя, как член Каору медленно начал входить в его тело. - Какой же ты горячий… Просто с ума сойти, какой ты горячий… Аой вцепился ногтями в плечи любовника и застонал, ощущая головокружительное чувство заполненности, которого он никогда прежде не испытывал. Наверное, в этот момент мир рухнул - тот самый мир, в котором Аой жил до сих пор. Всё закружилось, и Широяма мог только отстранённо удивляться, слыша собственные стоны. Он отчаянно царапал спину Каору, старался прижаться к нему как можно теснее, вплавиться в его холодное тело, которое никак не хотело согреваться, да это было и не нужно - слишком острым и волшебным был контраст между ледяным спокойствием Каору и его собственным жарким безумием. Build me up, Break me down - I will be a savior… Аой подавался навстречу резким толчкам любовника, насаживался на его твёрдую плоть, всхлипывал и не желал никуда отпускать это сумасшедшее, странное, непонятное, жестокое и невероятное существо. Он знал, что тело предаст его раньше, чем ему этого хотелось бы, но не мог даже на секунду приостановить это сумасшествие. Каору жадно сцеловывал с его губ отрывистые стоны, сжимал ладонями бёдра Аоя и смотрел на него невыносимо тёмными глазами. - Не закрывай глаза, малыш… - голос Каору дрожал то ли от возбуждения, то ли от того, чего Аою просто не дано знать. - Я хочу в них утонуть, слышишь? Я буду жить, пока ты так смотришь на меня, пока ты мой… I can't live up, I can't let down And leave you falling to pieces… I crash and burn, I never learn Your iconic fixation… Аой выгнулся в позвоночнике и обжёг кожу любовника каплями горячей спермы, чувствуя ответное тепло глубоко внутри своего тела. Каору успокаивающе гладил подрагивающими пальцами его лицо и едва заметно улыбался. Аой прикрыл отяжелевшие веки, позволяя себе поддаться нежным прикосновениям. Было хорошо. Каору осторожно покинул его тело, потянулся за полотенцем, валяющимся на кровати, чтобы стереть следы их страсти, а Широяма всё так же расслабленно лежал, не двигаясь. Каору откинул в сторону полотенце и прилёг рядом, укрывая любовника одеялом. Аой благодарно улыбнулся и задремал… Build me up, Break me down. Build me up, Break me down… …Утро встретило Аоя неприятными ощущениями чуть ниже спины, одиночеством и лежащим на соседней подушке листком тонкой рисовой бумаги. Развернув его, Широяма вчитался в ровные столбики иероглифов и почувствовал, как волна тепла растекается в груди. Струна порвалась. Она порвалась так легко. Я спою тебе песню завтра - Обычную любовную песню. Сегодня я был слишком неуклюжим. Спокойной ночи…