mortgage on my body, lien on my soul

Ранним утром Кастиэль стоял в медленно двигающейся, словно лениво дышащей очереди в Старбакс, и пытался не думать о ноже. Он заказал Американо, подсластил и добавил столько сливок, что напиток побелел. Независимо от того, где он находился, вкус оставался неизменным. Он уже никогда не вернется в Пайк-Плейс*, но может работать за ноутбуком в одном из кафе Миннеаполиса и делать вид, что все нормально. Старбакс везде был одинаков — все его особенности повторялись с небольшими вариациями по всей стране. Кастиэль взглянул на баристу с пирсингом в брови, пробежал взглядом по электронным талисманам на маленьких столах — ноутбуки, планшеты, смартфоны, кассетный плеер... постойте. Кассетный плеер? Кастиэль уставился на кусок черно-серого пластика. Черт, и вправду. Это была самоделка с линией светодиодов и небольшим индикатором. Похоже, владелец любил наблюдать за уровенем децибелл. До него долетали отголоски песни — кажется, это был Оззи Осборн. Все огоньки сходили с ума, включая три красных на конце. А когда он взглянул на самого владельца плеера, у него перехватило дыхание — короткие рыжеватые волосы, веснушки, и самый красивый рот из всех, что Кастиэль когда-либо видел. Он сидел, расправив плечи, расставив ноги, согнув руки в локтях, и сердито смотрел на Кастиэля поверх «Тьма — и больше ничего»*, как будто собирался встать и спросить, на что это он, черт возьми, пялится. Ох. Кастиэль действительно пялился. — Простите, — произнес он. Смотревший прямо на него парень удивленно моргнул и снял наушники. — Что? — он опустил взгляд на свой стакан и книгу, потом поднял вновь. — Простите, я не... я задумался. Создается впечатление, что я кого-то рассматриваю, но на самом деле просто... витаю в облаках. Я не... Заткнись, Винчестер, — он потер глаза и смущенно улыбнулся. «Черт, он милый». — Ну, я рассматривал ваш плеер, — Кастиэль указал на мигающие огоньки. — Что? О, да. На него часто обращают внимание. — У парня были красивые глаза. Ореховые, с золотыми всполохами вокруг зрачка и зеленым ободком («Центральная Гетерохромия» — услужливо подсказала память Кастиэля, переполненная обрывками самых разных сведений), и морщинки по углам этих зелено-ореховых глаз углублялись, когда он улыбался. — Я не смог достать всю свою музыкальную коллекцию в цифровом варианте. Кастиэль подошел чуть ближе, услышав позади себя раздраженное «Простите». — Это был «Blizzard of Ozz»? — Да, — тот кинул взгляд поверх плеча Кастиэля и подцепил ногой свободный стул, пододвигая ближе. — Ты стоишь прямо в проходе. Садись. Кастиэль сел. — Спасибо. Иногда я забываю, что по утрам толпа сильно спешит. — Значит, ты не встал рано, а просто еще не ложился, — предположил парень. Если «рано встать» означает очнуться от кошмара, но это не подходящая тема для вежливого разговора за кофе. — Слишком рано проснулся и больше не смог заснуть, поэтому решил выпить кофе и немного поработать, — объяснил Кастиэль. — Фрилансер? Достаточно близко. — Как догадался? — Похож. — Он оторвался от синих волос Кастиэля и уха с тройным проколом, на секунду задержался взглядом на мелькнувшем серебре во рту, а потом растянул губы в приветливой улыбке. — Меня зовут Дин Винчестер. Тоже слишком рано встал. Он нажал кнопку «стоп» на плеере. Песня оборвалась, но огоньки продолжали мигать, пока он не отключил питание. Кастиэлю следовало что-то сказать, вместо того, чтобы просто смотреть, но он не мог вспомнить нужных слов. Присутствие Дина сковало его язык, и Кастиэль чертовски хорошо знал, что парень не смотрит так на рот другого парня, если только не... — Как тебя зовут? — спросил Дин. Черт. — Кастиэль. — Без фамилии. Таинственно. — Джонс. — Кастиэль Джонс, — повторил Дин. — Тебе уже кто-то говорил, что ты похож на Джей Ли Харрисона? Рот Кастиэля приоткрылся. Как... Дин отвел взгляд, а потом грустно улыбнулся. — Будь на тебе очки, и волосы не окрашены в три разных оттенка синего, носи ты желтый жилет — то выглядел бы в точности как... Не важно. Кастиэль моргнул. — Никто никогда мне этого не говорил. Не знаю, что сказать. — А, забудь, — ответил Дин. — Он писатель, пишет... романы в жанре ужасов, — он демонстративно потряс собранием рассказов Стивена Кинга и пожал плечами. — Меня еще никогда не узнавали, — произнес Кастиэль. Признание должно было вызвать страх. Он ожидал, что почувствует тревогу, сдавившую грудь, но вместо этого просто наслаждался осветившимся лицом Дина. — Ты — Джей Ли Харрисон? — просиял тот. — Я прочел все твои книги. — Ты прочел все книги Джей Ли Харрисона, — поправил Кастиэль. — Кроме него, я пишу еще под четырьмя псевдонимами. — Какими? — спросил Дин. — Иногда я пробую себя в эпическом фэнтези и остросюжетных любовных романах, — ответил Кастиэль, и они синхронно усмехнулись. — Итак, ты читаешь ужасы. — Ну, иногда, — Дин обвел пальцем логотип на своем стакане. — Мой брат думает, что я сошел с ума. — Его легко напугать? Дин рассмеялся так, будто он сказал что-то очень смешное. — Представляю себе гримасу, которую он бы скорчил, услышав твои слова. Кастиэль склонился над своим Американо. — Ты посещаешь местный университет? Аспирант? — Скорее всего нет, но ошибочное предположение из-за желания его опровергнуть провоцирует людей на откровенность. — Неа, просто проходил мимо, — ответил Дин. — Это просто чудо — встретиться с тобой. Если бы я знал, что познакомлюсь с одним из своих любимых писателей, то привел бы себя в порядок. — О, ты и так прекрасно выглядишь, — возразил Кастиэль. — Тогда, отпуск? — Длительное путешествие. Кастиэль с легкостью распознавал уклонение от ответа. Сам так поступал, когда люди спрашивали, чем он занимался до и после выхода книг, или когда хотели знать, откуда он родом. — У меня тоже, в некотором смысле. Дин чуть наклонился вперед: — Так ты не живешь здесь? — Обычно я живу там, где начинаю историю. Недавно написал роман в Денвере, — ответил Кастиэль. — И какую историю ты пишешь здесь? — В Старбакс? Ты мне скажи. Вместо того, чтобы отшутиться, Дин осмотрел посетителей и заговорил: — Та леди с платиновыми волосами только что обнаружила, что все партнеры ее юридической фирмы участвуют в заговоре. Она старается добыть доказательства, чтобы предать их гласности, а кто-то пытается ее убить. Однако ее спасает таинственный красавец — правительственный агент, и они бросаются в бега. Кастиэль взглянул на женщину, которая действительно с потрясенным выражением на лице читала какие-то бумаги. — Ты хорош в этом, — сказал Кастиэль. — Сейчас достану ручку, и повторишь еще раз. Дин рассмеялся, и Кастиэлю понравился этот смех. Ему вообще нравился Дин, который относился к его работе просто как к работе, интересной работе, но не возносил его на пьедестал, как какую-то знаменитость. Кастиэль не знал, как общаться с такими фанатами. — Так. Я правильно запомнил? Помощник адвоката узнает, что в ее фирме есть какая-то страшная тайна, и работает с красивым оперативником, чтобы раскрыть правду? — Или все партнеры одержимы демонами, — предложил Дин. — Это нравится мне еще больше, — Кастиэль записал. — Красивого незнакомца нужно изменить. Я мог бы сделать его священником — тонны юста из-за всей это фигни с безбрачием. — Жестоко. Мне нравится. Кастиэль поднял взгляд от блокнота. — Я назову его в твою честь. Дин покачал головой и сделал глоток кофе. — Неа. Назови адвоката Дианой, и пусть у нее будет хороший вкус в музыке. — Диана. Слушает классический рок, — пробормотал Кастиэль. Дин ошеломленно смотрел, как он записывает. — Ты серьезно собираешься это написать? — Ну, я серьезно это обдумаю. — Кастиэль прижал кончик ручки к ямочке на подбородке. — Это хорошая идея. А у меня не было подходящего сюжета для сверхъестественного ужастика со времен «Утробного Крика». — Мне понравилась «Полночь», — сказал Дин. — Рад слышать. Люди, как правило, не понимают Габриэля. — Мне понравилось, как ты отнял у него все, пока ему не пришлось встать лицом к лицу с тем, что он совершил, и принять это, прежде чем найти путь из призрачного мира кошмаров. Это напомнило мне о... Но, это совсем другая история... — Дин посмотрел на стакан в руках. Хотелось бы знать, что это за история. — Что ж, я рад. Однако признаюсь, я написал ее до «Утробного Крика». — Ну, давай посмотрим, не придумаю ли я что-нибудь еще, — предложил Дин. — Я готов, — Кастиэль поставил свой стакан и приготовил ручку. — Выкладывай — Симпатичный писатель встречает в кафе красивого незнакомца, слушающего кассетный плеер, и они идут куда-нибудь позавтракать? Ого. Кастиэль осознал, на что смахивало его поведение. Однако он... не флиртовал, определенно нет. Он просто пытался узнать Дина, узнать о нем. Дину полагалось быть грубо говорящим плохим мальчиком — его байкерские ботинки и куртка военного образца были слишком брутальны, чтобы их хозяин так улыбался или с таким воодушевлением говорил о книгах. Дин вызывал интерес. Нет, он должен уйти. Ему не следует... Улыбка Дина стала неуверенной, потускнела, и Кастиэль почувствовал, что хочет во что бы то не стало ее вернуть. Он кивнул, и уголки его губ против воли приподнялись, когда улыбка Дина вновь ожила. — Хорошая закусочная или дрянная? — спросил Кастиэль. — Дрянная. Определенно дрянная, — ответил Дин, убирая плеер в рюкзак. — Ты за рулем?

***

— Это твоя машина, — произнес Кастиэль. — Ага, — Дин с нежностью провел рукой по блестящему багажнику Шевроле Импалы 67-го года, припаркованной у Старбакса. Кастиэль отметил легкую ласку пальцев Дина (на его месте кто-то другой положил бы тяжелую собственническую ладонь) и переключился обратно на машину. — Ты путешествуешь на ней по всей стране, — Кастиэль разглядывал обтекаемые черные формы. Машина была невероятно длинной, с широкими задними шинами и блестящей хромированной отделкой. Она подходила Дину, наблюдавшему, как он рассматривает детали. — Да, — Дин улыбнулся ему поверх крыши, сел на водительское сиденье и наклонился вправо, чтобы открыть пассажирскую дверь. Кастиэль сел внутрь и положил сумку между ногами. — Если ты умирал от скуки, то мог просто бросить деньги в огонь. Дин рассмеялся и погладил приборную панель. — Не слушай его, Детка. Он нас не понимает. Детка, это Кастиэль. Кастиэль, Детка. Она принадлежала моему отцу, — объяснил Дин. — Выберешь закусочную для завтрака? Рука Дина скользнула с панели к зажиганию, и Кастиэлю стало интересно, прикасался ли он так же к людям. У него были огрубелые ладони, а на суставах пальцев виднелись шрамы — свидетельства кулачных боев. Они не вязались с тем благоговением, с каким Дин относился к своей машине. — Кас? Кастиэль поднял взгляд. Дин улыбнулся и подмигнул, повторив: — Так ты выберешь закусочную для завтрака? — Да. — Желудок Кастиэля слегка сжался, словно реагируя на улыбку. — Среднюю между дрянной и высококлассной, — Кастиэль нащупал ручку стеклоподъемника и чуть приоткрыл окно. Интерьер салона был выдержан в коричневом цвете с обтянутыми черной кожей сиденьями — потертыми, но не изношенными. Внутри пахло свежестью, зеленью и пряностями. Дин заметил, как он принюхивается. — Мой брат ненавидит автомобильные освежители. Не знаю, где он достает то, что распыляет здесь. — Пахнет хорошо. — Кастиэль вдохнул аромат листьев базилика и чего-то еще, отдаленно напоминавшего ваниль. Дин завел двигатель. Звук оказался громким, гулким и ровным. — Куда? — В место под названием «Большой Петух», — отозвался Кастиэль. — Где-то в миле отсюда. — Понял, — произнес Дин. AC/DC проиграла знаменитый рифф, и из динамиков раздалась песня «Back in Black». Руля одной рукой, Дин достал из кармана куртки телефон. — Позвони Сэму на второй мобильник. — Он воспользовался голосовым набором и прижал аппарат к уху. — Сэмми! Я уехал. Впрочем, ты и так уже понял. Я еду завтракать в какое-то место под названием «Большой Петух», так что иди в свой фитобар или куда там еще. О, и если через три часа от меня не будет весточки, значит, я убит Кастиэлем Джонсом. Скажи «привет», Кас. Кастиэль, засмеявшись, повиновался: — Привет, Сэм. Дин перестроился на правую полосу и замедлил скорость. — Сэм, звони, если будет что-то нужно, но сделай мне одолжение — пусть тебе ничего не будет нужно. Он повесил трубку и спросил: — Тебе нужно кому-то позвонить? Дин только что попросил его сделать страховочный звонок. — Нет, — ответил он, — все в порядке. В поле зрения появился ярко раскрашенный петух на крыше закусочной. — Ищи место для парковки, это здесь, — сказал Кастиэль. Дин пробормотал что-то невнятное и с привычной легкостью припарковался на месте отъехавшей со стоянки Тойоты Камри. AC/DC умолкла вместе с двигателем Импалы. Кастиэль открыл дверь и вышел, закинув сумку на плечо. Дин обошел машину сзади, вновь ласково проведя пальцами по багажнику. Интерьер в «Большом Петухе» отличался оригинальностью: черно-белые шахматные полы, вьющиеся по стенам растения, красные виниловые сиденья и повсюду петухи. Фигурки, принты на ткани, подставки для салфеток, буквально везде — кукарекающие, играющие в гольф, и занимающиеся другими сомнительными вещами. Солидное меню содержало даже парочку экзотических блюд. Дин заказал порцию блинчиков, бекон с сосисками и яичницу глазунью. Взяв наполненную официанткой кружку кофе, он сделал первый глоток и одобрительно кивнул. — Здорово, спасибо. И Кастиэль вычеркнул «грубость к обслуживающему персоналу» из своего перечня сигналов опасности. — Яичницу по-бенедиктински с копченым лососем, Кастиэль? — Джульетта наполнила его чашку на три четверти и поставила второй кувшинчик со сливками, взяв его с другого столика. — Да, Джульетта, спасибо. — Кастиэль вернул так и не раскрытое меню. — Ты здесь завсегдатай, да? — Дин сделал еще один глоток горячего кофе и одобрительно простонал. Он поднял взгляд, когда из динамиков послышался голос Нины Симон и кивнул. — Да, мне нравится это место. — И мне. Я уже несколько недель захожу сюда поесть; оно открыто с шести до полуночи и расположено недалеко от места, где я остановился, — пояснил Кастиэль, размешивая сахар в кофе. — Ты живешь в мотеле? — Да, в придорожном, — ответил Дин. — Вчера заселились. Кастиэль не спросил, откуда они приехали. Дин, если захочет, расскажет сам. — Перебиваешься случайными заработками, путешествуя с места на место? — Иногда, — признался Дин. — Зарабатываешь достаточно, чтобы платить за бензин? — Хм. — Дин постучал по ручке чашки. — Мы жульничаем при игре в бильярд. Кастиэль вылил половину кувшинчика сливок в кофе. — Расскажи об этом. Это что-то вроде мошенничества? Дин усмехнулся и ссутулился. Он так и не снял куртку, и теперь просто закатал рукава. — Ну, да, в этом нет ничего сложного. Мы участвуем в турнирах. Находим, записываемся. Сэм и я, мы очень хорошая команда по облапошиванию, и если не будем мошенничать, нам придется грабить банки, чтобы заплатить за бензин. — И вы путешествуете. Лицо Дина посветлело. Он выпрямился, обводя пальцами края кружки. — Мы побывали везде. Не очень часто на юге, да и Юта довольно скучна, но были везде. — У меня в каждой книге события происходят в одном из штатов, и я хочу охватить все, — поделился Кастиэль. — Ну, по крайней мере четыре ты уже охватил, — заметил Дин. — Скорее всего даже больше, поскольку я не знаю, под каким псевдонимом ты пишешь свои любовные романы. Думаю, фэнтези можно не считать, вряд ли ты описывал земные ландшафты. — У меня готово одиннадцать. Вернее, семнадцать, просто остальные еще не вышли. — И следующей в списке была Миннесота? — Ну, я приехал, чтобы инкогнито пробраться на конвенцию по фэнтези. — Было весело? — Да, мне понравилось. — «Интересно, понравилось бы Дину?» — Сейчас я правлю последнюю книгу, но не знаю, что буду писать следующим. — И ты не знаешь, куда лететь дальше. — Поезд, — ответил Кастиэль. — У тебя есть детка, а у меня Амтрак*. — Что, не летаешь? — Ненавижу летать. — Чувак, я тоже. — Улыбка Дина была похожа на маленькое солнце. Кастиэль знал множество забавных историй, чтобы поддержать разговор, и Дин тоже. Он описывал свою кочевую жизнь, хотя Кастиэль подозревал, что тот многое не договаривал. Они обсудили ужастики, и Дин продемонстрировал глубокие познания американской готики в своих комментариях к «Снам о Заходящей Луне». — Ты много читаешь, — резюмировал Кастиэль. — Да, — согласился Дин. — В детстве в машине мы вели себя тихо благодаря книгам, да и пока ждали, всегда было чем заняться, потому что телевидение в те дни... ну, ты знаешь. — Было не таким, как сейчас, — согласился Кастиэль. — Ты смотришь «Игру Престолов»? — Конечно. Обожаю его. — Дин кивнул Джульетте, подошедшей, чтобы подлить кофе. — Вот какой должна быть адаптация книги. Не могу себе представить попытку втиснуть «Песнь Льда и Пламени» в фильм. — «Клан Сопрано» многое изменил. — Да? Мне кажется, это произошло немного раньше. «Твин Пикс» и «Секретные Материалы». — Дин прикончил последний блинчик. — Я любил «Твин Пикс». Этакие сюрреалистические ощущения от маленького городка. Отчасти избитая детективная линия, а отчасти жуткая жуть. Постепенное возрастание напряжения, осознание, что у каждого здесь есть своя история... прости, я своего рода гик в вещах, которые мне нравятся. Он замолчал, опустив плечи, морщинки у глаз чуть углубились. — Тебе не следует извиняться за то, что любишь такие истории. — Да, наверное, — произнес Дин и поставил чашку. — Мне интересно с тобой. — Мне тоже. — И правда, Кастиэлю хотелось, чтобы это было больше, чем очередная случайная связь. Он тут же мысленно одернул себя. Мечтает о чем-то большем с бродягой, зарабатывающим на жизнь азартными играми. Кастиэль посмотрел на серебряный браслет, который носил вместе с часами, и вспомнил общий фактор всех его неудачных отношений. Это останется обычной интрижкой. До тех пор, пока Дин не предложит ему сыграть в бильярд, покер, или инвестировать в какой-нибудь захватывающий финансовый проект. Остальное его не касается. Дин оплатил свою половину счета наличными. Он хорошо дал на чай, и перечень сигналов опасности Кастиэля лишился еще одного пункта: «высокомерие под видом романтического поведения». Дин вновь показал свою скрупулезную любовь к Импале, когда выудил из кармана тряпку и вытер пятно на багажнике. Он завел двигатель и посмотрел на Кастиэля. — Мне высадить тебя где-нибудь? — Лучше отвези меня домой, — ответил Кастиэль. Дин повернул за угол и поехал вниз по улице. Рука Кастиэля покоилась на его колене. *Пайк-Плейс — общественный рынок, находящийся на побережье тихоокеанского залива Эллиот в Сиэтле, штат Вашингтон. На его территории расположено самое первое кафе Старбакс. *«Тьма, — и больше ничего» — сборник четырёх повестей писателя Стивена Кинга. *Амтрак — американская железнодорожная компания, занимающаяся пассажирскими перевозками. Монополист в обслуживании пассажиров, путешествующих на дальние расстояния железнодорожным транспортом.