Миссия остаётся та же

Перевод Aged. — Знаешь, Капитан, — медленно, ровным голосом сказал Гаррус. — Я тут подумал. Твой плазменный пистолет. Он перегревается после пары выстрелов, не так ли? Август с любопытством посмотрел на турианца. Они были одни в оружейной, занимаясь обслуживанием своего оружия. Процедура разборки знакомого оружия и повторения соответствующих литаний была практически расслабляющим занятием, и из молчания турианца можно было сделать вывод, что Гаррус чувствовал то же самое по поводу собственного занятия. Таким образом, когда прозвучал вопрос, Августу потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать слова ксеноса. — Скорее после полудюжины выстрелов, — поправил Август. — Дюжина или около того, если хорошо обученный солдат будет брать правильные паузы между выстрелами. Также стоит учитывать, что у этого пистолета система охлаждения лучше, чем у большинства. Гаррус кивнул. — Ну, я хочу сказать, что ты не хочешь, чтобы он перегрелся. — Это было бы неприятно, согласен. — Итак, мне пришло в голову, что с некоторыми модификациями можно было бы использовать несколько термоклипс в качестве резервной системы охлаждения для твоего оружия. Иерархия пыталась миниатюризировать технологию, используя термоклипсы вместе с охлаждающими устройствами старых моделей оружия. Если мы сможем добиться подобного – ну, как знать? Август поморщился. — Использование ксенотехнологий? Император дал мне наставления по поводу ксеносов, но умилостивить машинный дух пистолета – совсем другое дело. Я не знаю и четверти обрядов и молитв, необходимых для таких грандиозных модификаций. Далее встает вопрос об освященных притирках и маслах. Гаррус задумчиво расправил мандибулы. — Верно. Я забыл об этом. — Конечно, также существует проблема того, что все это взорвется, если поработать над неправильными местами систем охлаждения. — Это было бы неприятным сюрпризом. — Затем и нужны литании и масла. Не позволяют чему-то пойти не так. — Конечно, — Гаррус задумчиво хмыкнул. — Ну, в любом случае, это все теоретически. Я видел как интенсивно вырабатывается тепло после выстрелов. Выглядело довольно скверно. Нам понадобилось бы несколько термоклипс разом, чтобы справиться с этим. Август пожал плечами. Хотя он и оценил идею, Империум прекрасно использовал плазменное оружие без термальных клипс на протяжении тысячелетий. Он был уверен, что оружие лорда Саребаса будет работать и без них. В этот момент дверь в оружейную скользнула в сторону. Профессор Мордин стоял в дверях, держа что-то в руках. — А, Капитан, — сказал он вместо приветствия, подходя к верстаку и кладя на него сверток. — Гравишют, как и просили. Должен извиниться за задержку. Отвлекся. Август кивнул в знак благодарности, отложил лазган и подошел к устройству. Гравишют был на удивление легким, определенно легче, чем тот, что был у него во время службы в Гвардии. — Был момент вдохновения. Внес изменения в запланированный дизайн. Надеюсь, вы не возражаете. Август повертел устройство в руках. — О каких модификациях вы говорите? — Более эффективное ядро эффекта массы. Вдохновлялся дизайном ядра Нормандии, но чувствую, что благодарность Церберу будет неуместна. Также черпал вдохновение из новых прыжковых двигателей турианцев и Цербера, хотя больший размер позволяет использовать более мощные двигатели. Интеграция конструкций была проблематична, но в конечном итоге прошла успешно. Должен поблагодарить Тали за это. Помощь оказалась бесценна. Конечный результат: добился большего, чем медленный спуск. Появилась возможность кратковременного полета, но рекомендую проведение обширных испытаний. Глаза Августа загорелись. — По мне, так это больше похоже на реактивный ранец, чем на гравишют, — пробормотал он. — Только самые элитные штурмовые отряды Гвардии имеют право использовать их. — Надеюсь, тренировок будет достаточно и их будет возможно адаптировать, — он протянул маленький чип. — Тали также предложила использовать интерфейс систем брони. Создал элементарный ВИ для управления двигателями и ядром эффекта массы. Просто подключите к омни-тулу. ВИ несовершенен. К сожалению, не моя специализация. Рекомендую также проверить. Обратитесь к Тали для улучшений ВИ и модификации интерфейса брони. Для этого может понадобиться доступ к вашему шлему. Тем не менее, оставляю это на ваше и ее усмотрение, — не дожидаясь ответа, он развернулся и вышел из арсенала. Гаррус нерешительно посмотрел на реактивный ранец. — Ты в этом уверен? Я бы не стал отрицать тактическую полезность прыжковых двигателей, но, насколько я помню, это не входило в твои первоначальные намерения с этой штукой. — Орбитальное десантирование – проверенный и надежный метод, Гаррус. Хотя обычно он работает намного лучше в больших количествах – несколько миллионов человек или около того. Турианец растопырил мандибулы, выглядя неубежденным. — Пойду надену свою броню, — сказал Август, быстро собирая свой лазган. — Зачем? Август поднял реактивный ранец в руках. — Я хотел бы проверить это, прежде чем использовать его в бою. — Ничего, если я посмотрю? Август пожал плечами. — Я не могу остановить тебя. Потребовалось всего несколько минут, чтобы вернуться в свою каюту и надеть броню. Магнитные зажимы на прыжковом ранце были хорошо расположены и надежно защелкнулись на его спине. Август пару раз крутанул плечами, чтобы поудобнее расположить броню на плечах, затем направился к лифту. Как он и сказал, Гаррус ждал в ангаре. Удивительно, но Заид тоже был там и на его покрытом шрамами лице явно читалось любопытство. — Меня интересуют не потенциал в десантировании, Гаррус, — говорил он. — Отряд людей в маскировке, с тяжелым вооружением и такими ранцами будет чертовски эффективен. — Без сомнения, — сказал Гаррус. — Было бы неплохо иметь возможность выставить тяжелое оружие на позиции в любой момент. Они оба повернулись, когда Август появился в поле зрения. — Неплохо выглядишь, — похвалил Заид. — Хотя лучше ты, чем я, проверишь это. — Как ты хочешь это сделать? — спросил Гаррус. Август оглядел ангар. — Возможно, сначала быстро проверить прыжковые двигатели, — он пару раз подпрыгнул на подушечках стоп в порядке эксперимента. В гравишютах, с которыми он был знаком, духи машин хорошо понимали цель такого движения. ВИ, о котором говорил Мордин, похоже, работал по схожим принципам. Реактивный ранец тут же активировался с резким шипением, посылая вибрацию по его туловищу. Это было достаточно знакомо. Что было не так знакомо, так это странная легкость, которая сопровождала его, как будто Август вдруг стал невесомым. — Странное ощущение, — осторожно заметил он. — Должно быть это ядро Элзо, — ответил Заид. — Оно и должно быть чертовски странным. У меня например, мурашки по коже каждый раз, когда какой-нибудь урод швыряет в меня биотикой. Август кивнул. Это было несомненно странно. Обычно при использовании гравишюта можно было почувствовать толчок устройства в полную силу, а затем успокаивающее восходящее давление на спину, на которое, как он знал, он мог положиться. Новый реактивный ранец был другим. Ему казалось, что он просто парит в воздухе, а ускорители давали ему только возможность управлять положением в пространстве. Не было ничего, что создавало бы иллюзию привязи, как будто он мог бы просто уплыть в небо, если бы не был осторожен. Август посмотрел вниз. Он был в дюжине футов над полом, зависнув почти неподвижно, реактивный ранец легко удерживал его в воздухе. Август немного опустил плечи, и шипение двигателей смягчилось. Он ухмыльнулся, когда его ноги коснулись пола ангара. — Теперь я чувствую себя полноценным Боевым Ястребом. — По крайней мере, мы знаем, что это работает, — заметил Заид. — Думаешь, теперь ты готов к высадке? — После того, как я немного привыкну к этому, да. — Собираешься попросить Профессора собрать такой же для тебя? — спросил его Гаррус. — Не в твоей жизни, Вакариан. Я предпочитаю ощущать твердую землю под ногами. — Я думал, ты оценил тактическое применение реактивных ранцев. — Я оценил, Гаррус. Но это не значит, что я хочу напялить на себя один из них. Дверь лифта открылась, и в ангар ворвался Грюнт, возбужденно сжимая кулаки. — Нужно больше места, чтобы размяться, — объяснил он, звуча немного смущенно. — В грузовом отсеке немного тесновато. Все это ожидание начинает действовать мне на нервы. — Что тебя так напрягает? — с любопытством спросил его Гаррус. Грюнт повернулся и недоверчиво посмотрел на него, как будто Гаррус задал тупой вопрос. — Ты шутишь? Мы почти на Тучанке. У меня есть… образы, воспоминания, но это не то, как если бы я увидел все это собственными глазами, — он рассмеялся почти как ребенок в предвкушении. — Жду не дождусь. — Я могу понять, — сказал ему Август. — Увидеть мир вживую – это совсем не то, что можно увидеть даже в лучших видео. Кроме того, я тоже видел Тучанку только на экране. — Тебе понравится, — почти мечтательно сказал Грюнт. — Это правильный мир, не похожий на те, в которых живут саларианцы и асари. — Ах, да, — протянул Заид. — Кусок безжизненной скалы, достаточно радиации, чтобы превратить твои внутренности в жидкость, плотоядные растения. Это отличное место для отдыха. — Идеальное место, чтобы поработать над своим загаром, — согласился Гаррус. — С молотильщиками и постоянными клановыми войнами в качестве бонуса. Грюнт издал нескромный, пренебрежительный звук. — Это просто хорошие развлечения. Не дают заскучать. — Кажется, у нас разные представления о развлечениях, — заметил Гаррус. — Это говорит тот, кто ради забавы стреляет в наемников на Омеге? — спросил Август. — Да, но это всё-таки немного другое. Август пожал плечами. — Тучанка выглядит довольно интересно, если честно. Я читал о… — он нахмурился, пытаясь вспомнить статью, которую прочитал в экстранете. — Как называются песчаные черви, что есть на некоторых планетах? Они размером с танк? (несколько секунд назад упоминалось их название, почему он спрашивает? – прим. пер.) — А, молотильщики, — подсказал Гаррус. — Они немного больше танков. Один раз Виктория чуть не завела наш Мако одному из таких прямо в пасть. Август кивнул. — Читать о них было почти ностальгически. Думаю, некоторые гвардейские полки чувствовали бы себя на Тучанке как дома. Если бы она существовала в Империуме, я уверен, из ее СПО получились бы действительно отличные гвардейцы, и они прославились бы за кратчайший срок. Грюнт запрокинул голову. — Ха! Видите, он понял, — злорадно сказал он двум другим. — Тощих пыжаков Тучанка не разводит. — Технически, разводит, — поправил Гаррус. — На ней действительно одна из самых больших популяций пыжаков в известной части галактики. Грюнт нахмурился. — Вы поняли, о чем я, — он снова оглядел ангар. — Почему так долго? Заид посмотрел между ними. — Похоже, этот парень весь издергался. Я подумываю сходить на стрельбище. Кажется, до Тучанки еще есть время. Хотите присоединиться ко мне? * * * Со времени их возвращения с Омеги разум Джек был полон противоречивых мыслей и разрозненных эмоций. Ее бесконтрольные мысли превратились в бурю хаотичного шума, которую Маэтерис не могла не заметить, и поэтому Дальновидящая направилась на инженерную палубу. Она обнаружила, что человеческая женщина беспокойно ходит взад и вперед, и ее первые ответы были уклончивыми. — Это не было что-то, чего я не испытывала раньше, — настаивала Джек, изобразив пренебрежительный жест. Маэтерис скептически взглянула на нее, изогнув бровь. Молодая женщина пыталась состроить храброе лицо, но не нужно было быть дальновидящим, чтобы увидеть, что она взволнована. — Почему ты так смотришь на меня? — требовательно спросила Джек, исподлобья глядя на Маэтерис. — Твое беспокойство совершенно очевидно. Что тебя беспокоит? Джек издала пренебрежительный звук. — Послушай, я не знаю, что случилось там, внизу, на Омеге. Что-то шептало у меня в голове, и я все еще слышу это. А еще были воспоминания. Я не вспоминала об этих моментах годами, но эти воспоминания были неправильными. Намного хуже, — молодая женщина, казалось, стала более взволнованной, ее руки сжались в кулаки, в отчаянии прижав их к вискам. Все ее тело дрожало, челюсти были сжаты, а взгляд стал отстраненным. — Я не знаю, что это было, и это меня пугает. — Откровенность – это первый шаг, — заметила Маэтэрис. — О, заткнись, — рявкнула Джек. — Ты будешь объяснять или нет? — То, что ты почувствовала, было истлевшими остатками силы демона, когда я изгнала его из этого царства, отчаянной попыткой удержаться за что-то на этом плане. Демоническое влияние проявляется во многих формах, но наиболее распространенными являются попытки сеять страх и ненависть – любая сильная эмоция, которая может привести к поиску способа решения проблемы. Благодаря этому демон может предложить свою силу. — Какую силу? Биотическую и психическую? — Есть много форм силы, и лишь немногие из них столь примитивны, как простая способность причинять вред. — Значит, эти видения и шепот больше не вернутся? Маэтэрис пожала плечами. — Это полностью зависит от тебя. — Хорошо, так что мне делать? — Дети элдар сначала учатся успокаивать свои мысли и контролировать эмоции. Только после этого они будут готовы изучать способы защиты своего разума от демонов. — Ты можешь дать прямой ответ хоть когда-нибудь? — раздраженно спросила Джек. Маэтерис вздохнула. — Твои медитации, — объяснила она. — Если ты не можешь найти покой каким-либо другим способом, то ты должна хотя бы научиться этому. Джек немного поворчала себе под нос, но тем не менее опустилась на скамью и закрыла глаза. Маэтерис развернулась, покидая недра инженерной палубы. Она знала, что человек не сможет долго медитировать. Ее мысли были слишком беспокойны для этого, и вскоре она должна была оказаться у инфопланшета, чтобы снова корпеть над файлами Цербера. Но это вполне устраивало Маэтерис. Она видела в нитях судьбы сильную боль, окутывающую здание клубами, и чем раньше Джек найдет его местонахождение, тем скорее она сможет научиться правильно использовать свой психический потенциал. Но Джек, конечно, была не единственной на этом судне, чье внутреннее волнение нужно было усмирить. Тихо продвигаясь по кораблю, она быстрым шагом подошла к медотсеку. Мирала шла на поправку под бдительным присмотром Чаквас. В этот момент она частично приподнявшись на кровати тихо разговаривала с Самарой. Юстицар подняла голову, когда вошла Маэтерис. — Я рассказываю дочери о том, что происходило в последние несколько столетий, — сообщила она Маэтэрис. — Есть столько всего, о чем нужно рассказать. Маэтерис склонила голову, понимая, что Самара не имеет в виду происшествия, произошедшие за эти годы Мирала с любопытством смотрела на Маэтерис, а затем ее глаза расширились, когда ее осенило. — Я знаю тебя, — выдохнула она. — По крайней мере, твой… голос, — она покачала головой. — Ты спасла меня от… демона, — последнее слово было произнесено сбивчиво, словно незнакомое, и взгляд Миралы неуверенно метнулся к матери. — Лишь ненадолго, — поправила ее Маэтерис. — Остальное ты должна сделать сама. Мирала ошеломленно нахмурилась. — Поговорим об этом позже. Младшая асари замерла. — Демон. Что это было? Я видела некоторые его желания, когда была… такой, — ее глаза опустились а кулаки крепко сжались. — Тогда ты лучше других на этом корабле понимаешь опасности, исходящие от демонов. Они являются проявлением и отражением всего, что формирует чье-либо естество – эмоций, амбиций, желаний – и через них они охотятся на обитателей материального мира. Они созданы из самой сущности живого, и именно живое взывает к ним сильнее всего, — она повернулась к Самаре. — Ты объяснила ей природу ардат-якши? — Насколько я понимаю, да. Маэтерис рассеянно кивнула и подошла ближе, чтобы встать у кровати. Она протянула руку и положила кончики пальцев на лоб Миралы. Асари вздрогнула, страх затуманил ее мысли. — Все в порядке, — прошептала Самара, успокаивающе кладя руку на плечо дочери. — Я знаю, — ответила Мирала. — Просто… — она покачала головой. — Прости, Маэтерис. Маэтерис кивнула, снова протягивая руку. Психический потенциал был явно налицо, но Маэтерис уже знала об этом. — Открой свой разум, — приказала она. Мирала заколебалась, ее глаза неуверенно поднялись. — Я не могу. Это может… Маэтерис оборвала ее взмахом руки. — Ты обнаружишь, что мой разум гораздо более устойчив, чем у тех, кто сливался с тобой. Сомнение не исчезло из глаз Миралы, но медленно, неуверенно, по ним начала растекаться тьма, и ее мысли слились с мыслями Маэтерис. Поток психической энергии был мгновенным и необузданным, поток, который сокрушил бы неосторожного. Она позволила психическим волнам разбиться о ее барьеры, изучая плетения нитей. Они были совсем не такие, как у Джек, тонкие и запутанные, хотя и не совсем в духе эльдар. Естественная способность асари к слиянию создала удивительную мягкость, противоречащую неумолимому потоку психической энергии. Маэтэрис удерживала слияние еще несколько мгновений а затем разорвала связь, позволив своей руке расслаблено упасть на кушетку. Мирала посмотрела на нее снизу вверх, опасение сменилось облегчением, когда тьма рассеялась в ее глазах. — Ты еще жива, — пролепетала она с удивлением и трепетом. — Конечно, — небрежно ответила Маэтерис, повернувшись к Самаре. — Как я и подозревала. Если бы ардат-якши научились контролировать свои способности, то слияние было бы безвредно для их партнеров. — Это также ограничило бы степень их слияния, не так ли? — спросила Самара, нахмурившись. — Да, но это жертва, которую ей придется принести. Мирала смотрела попеременно на них обеих, ошеломленно нахмурившись. — О чем вы говорите? — Ваше слияние – это жест доверия. Вы полностью открываете свой разум, вкладываете все, что у вас есть, в объединение разумов, но те, у кого есть психический потенциал, также вливают в своего партнера всю психическую энергию, которую только могут использовать. Никто из тех, кто не был обучен не сможет пережить подобное. Ты должна научиться сдержанности, чтобы не отдаваться так всецело слиянию. Мирала долго молчала. — Слияние – это признание полного доверия, связь куда более глубокая, чем эмоциональная привязанность. Но я буду просить полной открытости и не давать ее взамен. Маэтерис кивнула. — Да. Альтернатива – просить доверия и в ответ убить своего партнера в момент наибольшей уязвимости. Это, конечно, полностью твой выбор, — она посмотрела на асари долгим взглядом. Опыт Миралы с демоном окажется полезным, в этом она была уверена. Это была одна из причин, по которой она решила спасти Миралу на Омеге – псайкера, который понимал ужасы Иного Моря, но чья смерть, если она случится, не будет большой потерей. Но теперь, без маски войны, которая могла бы приглушить ее эмоции, Маэтерис знала, что это прагматичное обоснование было далеко не единственным и даже не самым важным. Она и раньше испытывала сочувствие к Самаре, когда юстициар смирилась с неизбежностью смерти ее дочери, но только сейчас она по-настоящему ощутила степень этого сочувствия. Не считая намеков на эльдар, которых больше не было, Маэтерис внезапно осознала, что Самара во многих отношениях достойна того же молчаливого принятия, с которым она действительно относилась только к другим эльдарам ранее. Неужели именно поэтому она решила спасти Миралу, поэтому, несмотря на свои чувства по этому поводу, она добровольно вверила себя для обучения еще одному малолетнему псайкеру? Это было ошеломляющее открытие, и она аккуратно отставила эти мысли в сторону, чтобы обдумать их в другой раз. — В любом случае я научу тебя контролю, — продолжала она, — чтобы ты могла защитить себя от тех, кто охотится на людей с психическими способностями. — Вроде демонов? — Мирала с готовностью кивнула. — Я научусь всему, чему необходимо. Я не хочу, чтобы однажды еще один демон сделал это снова. С чего мне начать? Маэтерис коротко улыбнулась. — Очисти свой разум, — проинструктировала она, заметив, что Самара внимательно слушает. — Покажи мне, что асари знают о спокойствии. * * * — Ты уверена, СУЗИ? — спросила Виктория, сжав переносицу и подавляя зевок. — Подтверждаю, Коммандер. Ничего необычного. Все транзакции в порядке, как и весь балансовый учет. Виктория тяжело вздохнула, откинула голову на спинку кресла и сползла по нему ниже. Она была потрясена, когда утром открыла счета Нормандии и увидела, что цифры неверны и отличаются от тех, что она помнила – возникла недостача в две тысячи кредитов. Однако СУЗИ заверила ее, что ничего необычного не произошло. — Может, мне стоит послушать Чаквас и немного отдохнуть, — пробормотала она. — В последнее время вы прошли через большое количество стрессовых ситуаций, — отметила СУЗИ. — Да уж, на меня многое свалилось. — Тем больше причин немного отдохнуть. В каюте Виктории зазвонил интерком. — Хэй, Коммандер, — раздался из динамика голос Джокера. — Подходим к ретранслятору Аралах. Прибываем на Тучанку через два часа. — Спасибо, Джокер. Скажи Грюнту приготовиться. — Он уже готов, Коммандер. Наш маленький кроган стал беспокойным с тех пор, как вы объявили пункт назначения. — Ты знаешь, что я имела в виду, Джокер. — Да, да, я знаю. — Пожалуй, скажи Голдштейн, чтобы она подготовила и Кадьяк. Я не знаю, как обстоят дела на Тучанке. Возможно, Нормандии будет лучше остаться на орбите. — Вас понял, Коммандер. Виктория поплелась к своему шкафчику с броней, и начала медленно снаряжаться. Когда все было готово, она потянулась к своему оружию и ее рука неуверенно зависла над реактивным гранатометом. Она не знала, чего ожидать от Тучанки. Но если предстоит битва с кроганами, ей это понадобится. Она столкнулась с Августом по пути в ангар. Капитан был облачен в полную броню, а его лазган свободно болтался на боку. — Прошу разрешения присоединиться к вам в этой миссии, Коммандер, — сказал он, шагая рядом с Викторией. — Гаррус упомянул, что вы, возможно, захотите. Вы же знаете, что большинство людей не будут также стремиться ступить на такую негостеприимную планету, как Тучанка. — Просто профессиональное любопытство, Коммандер. — Конечно. Ну, я не понимаю, почему бы и нет. Гольдштейн находилась в шаттле, производя проверки, когда они вошли в ангар, и пилот подняла бровь, вопросительно глядя на их снаряжение. — Разве вы не собирались просто поспрашивать насчет лекарства для Грюнта? — спросила она. — Да, но быть готовым никогда не помешает, — сказала Виктория. — Может быть, однажды вы сможете отправиться на планету, и никто не будет стрелять в вас, Коммандер. — Я бы не стала на это рассчитывать, — она оглядела ангар. — Где Грюнт? Словно по сигналу, из лифта вышел кроган. — Давай же, Шепард, — сказал он. — Нельзя терять ни минуты. — Я вообще-то была здесь первой, — напомнила она ему. — Это неважно, если ты будешь продолжать болтать, — с коротким лающим смехом он запрыгнул в открытый отсек шаттла. — В этом нет смысла, Грюнт. — Залезай, Шепард, — прорычал Грюнт. Виктория вздохнула, покачав головой. К счастью, их сближение с Тучанкой прошло беспрепятственно, и они приземлились без каких-либо задержек. По приказу Виктории Голдштейн не задерживалась на планете дольше, чем было необходимо, чтобы высадить Викторию с Грюнтом, и сразу вернулась на Нормандию. Виктория огляделась. Перед ними возвышалась огромная каменная крепость, сливаясь цветом с песками бескрайней пустыни вокруг нее. Тут и там вдоль стен крепости стояли или патрулировали сгорбленные фигуры кроганов. Двое из них вышли вперед, подняв головы, чтобы проследить подъем шаттла, прежде чем повернуться к посетителям. Виктория выпрямилась во весь рост. Неторопливыми шагами она пошла им навстречу. — Ваш пилот сообщил о вашем прибытии заранее, — сказал им один из стражей. Виктория заметила, что их взгляды большей частью устремлены на Грюнта. — Со мной кроган, — сказала ему Виктория. — С ним что-то не так. Я пришла за советом к специалисту. Страж залился смехом. — Вождь клана хочет поговорить с тобой, а также, возможно, тебе следует поговорить с шаманом. Если кто-то и знает что-нибудь о больных кроганах, так это он, — издав громкий звук и мотнув головой, кроган поманил их за собой. По пути в крепость они встретили еще несколько десятков кроганов, и Грюнт привлек к себе еще больше взглядов. Некоторые были просто любопытными, другие открыто враждебными. — Что с ними происходит? — осторожно спросила Виктория, неопределенно поведя рукой вокруг себя. Их проводник издал пренебрежительный звук. — Этот кроган слишком молод, чтобы быть наемником, и к тому же путешествует с человеком. Некоторым эта идея не нравится. — Это имеет смысл, я полагаю. Они подошли к длинному коридору, и кроганы-сопровождающие указали им вперед. — Идите. Вождь клана ждет вас. Виктория кивнула в знак благодарности и продолжила свой путь. Другая пара стражей стояла, блокируя единственную дверь в конце коридора, лениво держа дробовики в руках. — Подождите здесь, — властно сказал один из них. — Вождь клана… ведет переговоры. Любопытствуя, Виктория выглянула из-за плеча крогана. Помещение находилось под открытым небом, позволяя лучам сурового солнца домашней системы кроганов без фильтрации падать в комнату. В самом центре помещения находилось возвышение, на котором стоял солидный, хотя и простой трон. На нем, сидела очень знакомая горбатая фигура. У Рекса было странное выражение лица, усталость и раздражение заставляли его губы дрожать, а глаза сузиться. Но было ли это от скуки, или от надвигающейся взрывной ярости, Виктория не могла сказать. Объект его раздражения расхаживал перед троном, жестикулируя и протестуя с прекрасным оттенком драмы в голосе. Виктория скрестила руки на груди, с любопытством наблюдая за происходящим. Она не ожидала увидеть подобную искусную риторику в этом месте. Более того, она с переполняющим ее нетерпением ждала, что Рекс просто оборвет эту тираду сильным ударом головой. Однако, к ее большому разочарованию, Рекс увидел ее раньше, чем это случилось. Он вскочил на ноги, внезапно забыв о другом крогане. — Шепард! — рявкнул он, вскочив с трона и в пару больших шагов и подойдя к ней. Виктория усмехнулась, проталкиваясь мимо охранников и хватая предложенное Рексом предплечье. — Ты хорошо выглядишь для мертвеца, — сказал он, раскрыв губы в широкой ухмылке. — Ходили слухи, что тебя убили. — Мне стало лучше. Рекс коротко рассмеялся. — Слышал, что Нормандии не так повезло. Виктория вздрогнула. — Атака коллекционеров, — сказала она просто, как будто это все объясняло. — Не то чтобы это помогло им. Ты стоишь здесь, и у тебя новый крепкий корабль. Виктория огляделась. — Кажется, не только у меня дела пошли в гору. Как ты стал вождем клана? Рекс пренебрежительно махнул рукой. — Мне пришлось разбить несколько голов. После Вермайра и после того, как я увидел, чего ты добилась в нашей охоте на Сарена? Это заставило задуматься. Чего мы могли бы достичь, если бы немного изменились. Снова объединившись как вид. Перестать упиваться ненавистью и жалостью к себе, приспособиться и снова начать двигаться вперед, как это всегда делали кроганы. — Это замечательная цель, — отметила Виктория. Она взглянула на крогана-просителя, который стоял поодаль, внимательно изучая Грюнта и Августа. — Не похоже, чтобы все кроганы поддерживали эту идею. Чего он хочет? Рекс взглянул на него. — Увенк – один из самых ярых традиционалистских варлордов. Он стар и отказывается видеть, что все должно измениться. Впрочем, это и неудивительно. Кроганы потеряли так много, что некоторые цепляются за то, чего они лишились, крепче, чем когда-либо. Однажды он присоединится, так или иначе, — он покачал головой, возвращаясь к трону. — В любом случае, хватит об этом. Что привело тебя сюда? — У Грюнта, кажется, какая-то болезнь. Я подумала, что если бы он мог где-нибудь вылечиться от нее, то только здесь, — Рекс наклонился вперед на своем троне, пристально глядя на Грюнта. — Откуда ты, малыш? Твой клан был уничтожен до того, как ты смог научиться всему необходимому? — У меня нет клана, — ответил Грюнт, шагая вперед, неповиновение, скрытое в его движениях, контрастировало с прозаичным тоном его слов. - Меня вырастил в инкубаторе вождь Окир, мой род идет от Кредака, Моро, Шиагура. Внезапно вперед выступил Увенк. — Ты называешь имена вождей, хотя сам родился в пробирке, — пренебрежительно сказал он. Виктория повернулась, устремив на него долгий взгляд. Замечание было совершенно неуместным. Грюнт выдержал слова Увенка с поразительной стойкостью. — Я чистый кроган, — прорычал он. — Вы должны быть в восторге. Со своей стороны, Рекс, казалось, не волновался об этом, даже не взглянув на Увенка. — Окир – очень старое имя. Сильно ненавидимое имя. — Он мертв. — Конечно. Ты ведь с Шепард. Как бы Окир мог выжить? — За что его ненавидят? — с любопытством спросила Виктория. — Окир – жестокий варлорд, который явно играл с генетикой. Он безрассуден, безжалостен. — Это определенно то, чем он все еще занимался, когда мы нашли его, — она указала на Грюнта. — Так что с ним не так? — Все с ним нормально. Просто он становится взрослым. — Кроганы становятся агрессивными, когда достигают пубертатного возраста? — Виктория нахмурилась. — Я имею в виду, это объясняет довольно много вещей. Рядом с ней Август вдруг усмехнулся. — Что-то смешное, Капитан? — Очень смешное, Коммандер. То, что вы сказали, напомнило мне кое-что, вот и все. Я объясню вам это позже. Рекс тоже с недоумением посмотрел на Августа, но пренебрежительно махнул рукой. — Меня не волнует, как это называют другие. Кроганы называют это Обрядом Посвящения. — Ну нет, Рекс! — воскликнул Увенк, резко развернувшись на пятках и быстрым шагом уходя прочь. — Может, твой клан и правит, но эта штука – не кроган. Рекс смотрел ему вслед с бесстрастным выражением лица. — Звучит так, будто с ним могут быть проблемы, — заметила Виктория. — Может быть хорошей идеей будет держать его под присмотром. — Уже сделано, — Рекс снова повернулся к Грюнту. — Ну, ладно, — сказал он, как будто ничего не произошло. — Что скажешь, Грюнт? Ты готов стать Урднотом? Грюнт повернулся, вопросительно глядя на Викторию. Она ответила, пожав плечами. — Это твое решение, приятель. Грюнт кивнул. — Это у меня в крови. Ради этого я живу. Рекс одобрительно хмыкнул. — Хороший мальчик. Поговори с шаманом на втором уровне. Он укажет тебе путь. Виктория кивнула. — Тогда мы пойдем. — Береги себя, Шепард. Тучанка не такая безопасная и уютная, как Ферос или Илос. — Я справлюсь, Рекс, но все равно, спасибо за предупреждение. * * * Август осматривал Тучанку, пока Виктория вела их, почти не обращая внимания на разговоры между ней и местными ксеносами. Он видел архитектуру вокруг себя, отмечая, как дверные проемы и внутренние дворы были спроектированы так, чтобы создавать огневые мешки, как традиции вторгались в практичность и образовывали кое-где слабые места в обороне. Его взгляд задержался на воинах-кроганах, мимо которых они проходили, отметив в глазах каждого из них ярость и гордость древнего воинственного наследия. Они были ксеносами, они обладали грубыми манерами, но было несомненно, что в бою они проявляли себя исключительно доблестно. Шаманом клана был кроган, возраст которого был очевиден даже Августу. С ним был Увенк, и они, похоже, горячо спорили. Августу не нужно было слышать содержание их спора, чтобы понять, что Увенк, должно быть, пришел к шаману сразу же после того, как покинул их общество. Позади Увенка стояло полдюжины кроганов в броне, раскрашенной в бело-голубые цвета клана Увенка. — Откуда мы знаем, что твои испытания станут для него вызовом? — требовательно спросил Увенк. — Он противоестественен. Звери на Обряде могут проигнорировать его, как кусок пластика. — Он похож на капризного ребенка, правда? — прошептал Август Виктории. — Кто? — Виктория повернулась к нему и на ее лице появилось ошеломленное выражение. — Вон тот, — ответил Август, указав подбородком в сторону Увенка. — Он не смог переубедить Рекса, и поэтому пытается предотвратить Обряд Грюнта с помощью протестов. Думаю, что с этого момента он станет только более агрессивным. Я бы поостерегся. Виктория кивнула, подходя к двум спорящим кроганам, и Грюнт последовал за ней. Пара повернулась, чтобы взглянуть на приближающегося Грюнта, один с любопытством, другой с едва скрываемой враждебностью. — Так это выращенный в инкубаторе, — констатировал шаман. — Выглядит как настоящий. И пахнет правильно. Твои протесты кажутся пустыми, Увенк. Август заставил себя встать лицом к воинам Увенка, лениво положив левую руку на рукоять силового меча. Пока Увенк и шаман обсуждали пригодность Грюнта, он изучал воинов. Все они были вооружены дробовиками, но их руки были не на оружии, и они выглядели расслабленными. Их расхлябанность была порождена либо высокомерием, либо уверенностью в том, что они не станут целью внезапного насилия. Все они были такими же большими, как и все кроганы, на целую голову выше даже Августа, но Август решил, что если что-то случится, их размер станет обузой. Он прокручивал в уме варианты – кого ударить первым, кого проигнорировать, куда сместиться, чтобы тело одного крогана мешало прицеливанию остальных в этой группе. — Я требую запрета! — протест Увенка прервал мысли Августа и вернул его внимание к дискуссии. — Мой крантт выступает против него. У него же никого нет. Губы шамана скривились в раздражении, но он неохотно кивнул. — Мое терпение на исходе, но Увенк прав. Грюнт, где твой крантт? Где твои союзники, готовые сражаться и умирать за тебя? Виктория с любопытством наклонила голову. — Как проходит Обряд, если испытуемый участвует в нем с помощниками? — Эти обряды никогда не проводятся для демонстрации личного мастерства, — пробормотал Август. — Они проверяют лидерские качества юнца, его способность вдохновлять других следовать его планам. Шаман одобрительно фыркнул. — В таком случае, — сказала Виктория, многозначительно глядя на Увенка, — мы будем представлять Грюнта, как его крантт. Увенк издал раздраженный звук. — Чужаки ничего не знают о силе! Мои кроганы – настоящие воины. Все же, что касается Грюнта – ложь! Рука Августа сжала рукоять меча. — Я бы сказал то же самое о ксеносах этой планеты, — зловеще сказал он. — Может, ты хочешь доказать правдивость твоих слов? — Капитан слишком торопится, — быстро вмешалась Виктория, прежде чем Увенк успел ответить. — Боюсь, он не очень… дипломатичен, — затем, ко всеобщему удивлению, она сделала быстрый шаг вперед, прежде чем нанести Увенку мощный удар головой сопровождающийся звучным треском. Август бросил на Викторию вопросительный взгляд. Коммандер лишь пожала плечами. — Кроганская дипломатия, — сухо пробормотала она. — Дайте мне знать, если захотите, чтобы я его проткнул, — ответил Август достаточно громко, чтобы его услышал Увенк. Увенк сердито смотрел на них обоих. — Я отказываюсь от своего требования, — резко сказал он. — Это будет решаться в другом месте, — он развернулся, чтобы увести своих воинов, прошел мимо Виктории и направился к Августу, прежде чем остановиться перед ним, устрашающе глядя на него сверху вниз, как будто ожидая, что Август уйдет с дороги. Август вздернул подбородок, глядя ему прямо в глаза, твердо стоя на ногах с видом человека который не собирался шевелиться. Он демонстративно положил правую руку на свой меч. Через несколько мгновений губы Увенка дернулись, и он предусмотрительно обошел Августа. Шаман усмехнулся. — Ты нажила себе нового врага, — заметил он. — Что, ещё одного? — пожала плечами Виктория. Шаман хмыкнул. — Ну, теперь он твоя проблема. — Мы справимся с одним буйным кроганом. Итак, что теперь? Как нам подготовиться к Обряду? — Ты любишь сражаться, не так ли, Шепард? Ощущать последний вздох умирающего противника? Тогда ты готова. Продемонстрируй это на испытании Грюнта, и вы добьетесь успеха. Виктория хмыкнула. — Я надеялась получить больше подробностей, но, полагаю, этого достаточно. Сколько времени осталось до того, как Обряд будет подготовлен? Шаман улыбнулся. — Обряды клана Урднот всегда подготовлены. Готова ли ты? Виктория подняла указательный палец. — Минутку, если ты не возражаешь. — она повернулась к Августу. — Я пойму, если вы откажетесь, Капитан, но, поскольку вы тоже здесь, будете ли вы участвовать в этом испытании в составе крантта Грюнта? Август не спеша перевел взгляд с Виктории на Грюнта и задумался. Наконец он кивнул. — Я готов, как и любой гвардеец Схолы Прогениум. Грюнт широко ухмыльнулся, короткий гортанный смешок сорвался с его губ. — Прекрасно. Хорошо иметь таких сильных воинов в крантте. Виктория повернулась к шаману. — Что ж, хорошо. Мы все готовы. Шаман кивнул, взмахом руки подзывая их следовать за собой. Их ждала большая шестиколесная машина, явно созданная для боя, с открытым боковым люком. — Куда мы направляемся? — спросила Виктория, когда они уселись в машине. — Один из самых свежих шрамов на лице Тучанки, — ответил шаман. — Последний город на поверхности, павший во время восстания. В его сердце находится Камень-ключ. Он пережил войны и течение времени. Он выстоял, как и кроганы. Ехали они больше часа, и когда их машина остановилась, Август увидел, что они находятся в руинах города, разрушенного войной, временем и наполовину погребенного под песками Тучанки. Перед ними находилась какая-то арена, каркас пирамиды возвышался над их головами. Было ли это местом отдохновения или более кровавых традиций, Август не мог сказать, но ритуальный характер этого места ощущался безошибочно. — Если вы хотите присоединиться к клану Урднот, — сказал шаман, — вы должны активировать Камень-ключ и пережить его испытания. — Что должно произойти? — спросил Грюнт. — Кто знает? Вы должны адаптироваться. Вам необходимо выжить, независимо от ситуации. — Тогда нет смысла ждать, — сказала Виктория, потянувшись назад и сняв с захватов своего Защитника. — Мы готовы? Август и Грюнт начали двигаться еще до того, как ее фраза была закончена, спрыгивая вниз по нагромождениям камней образующим ярусы, пока не оказались в центре арены. — Что теперь? — спросил Грюнт, пока они осматривались и ждали, пока к ним присоединится Виктория. — Как мне узнать этот Камень-ключ? Август огляделся. — А это что? — спросил он, указывая на предмет, находящийся на некотором отдалении. Это была простая светящаяся кнопка на небольшом столбике. — Думаешь, это оно? — спросила Виктория, когда наконец догнала его. — Есть только один способ узнать, — ответил Грюнт, направляясь к кнопке. Едва он прошел половину пути, как раздалась серия низких рычаний, и из-за колонн и стен появилась дюжина существ напоминающих собак. Несколько из них прыгнуло на Грюнта, их челюсти сомкнулись на его руках и гребне головы, в то время как другие набросились в ярости на его лодыжки. — Варрены! — выкрикнула Виктория, выпуская пару очередей по собакам. Август выстрелил из лазгана, и варрены повисшие на Грюнте, дергаясь, упали на землю, их головы оказались превращены в кровавое месиво с одного точного выстрела. Освободившись от своей ноши, молодой кроган поднял дробовик и выстрелил в варрена, подловив того в середине прыжка и отбросив его назад, заставив безвольно упасть на землю в дюжине футов от него. В левой руке у него оказался его молот, и он обрушил его на голову другого варрена, который попытался вцепиться ему в ноги сзади. Виктория швырнула заряд биотической энергии, отбросив пару псов, пытавшихся обойти их с фланга. Оставшиеся в стае варрены, увидев, что эту добычу не так-то легко заполучить, развернулись и побежали, наполняя воздух вокруг себя рычанием и лаем. — Эти звери осознали, что я достоин, — хмыкнул Грюнт. — Хорошо, — сказала Виктория. — Иди, нажми эту кнопку. Посмотрим, что же это такое. Кивнув, Грюнт подбежал к кнопке и с громким лязгом нажал ее. Немедленно зазвучала запись – фрагмент чего-то большего, по мнению Августа – из огромных динамиков где-то над головой. «Затем кроганы вознеслись к звездам, чтобы развеять страхи галактики, сокрушить врага, которого никто другой сокрушить не мог.» — Так вот, что это за обряд, — заметила Виктория. — Интересно. Полагаю, это хороший способ научить молодых кроганов их истории. — Возможно, — пробормотал Август. — Меньше болтайте, больше деритесь, — прорычал Грюнт, возвращаясь к ним. — Я хочу посмотреть, кто еще будет противостоять нам на этом испытании. Раздался пронзительный рев, и с неба упало змееподобное существо с крыльями, похожими на таковые у жуков. Другие существа, красные, с пирамидальными панцирями на спинах, выпали из кармана скрытого на теле крылатого существа и понеслись по песку рядом с крылатым существом, хищно размахивая усиками и клешнями в воздухе перед собой. — Кликсены. Хорошо, еще осталось кого убивать, — одобрительно сказал Грюнт, как будто говоря о хорошем оружии. Выставив перед собой плечо, он рванул прямо на ближайшего из существ. Не обращая внимания на потоки пламени, вырывающийся из его пасти, Грюнт приставил свой дробовик к его боку и нажимал на спуск снова и снова, пока внутренности кликсена не брызнули из другого его бока. Когда Виктория активировала биотику, Август повернулся, следя за движениями крылатого существа. Он вскинул лазган, целясь в крылья существа. Лучи света прожгли на них мембраны, и существо завизжало, расправив крылья. Несколько раз взмахнув крыльями оно тяжело взмыло в небо. Рядом с ним раздалась трель и мелькнула красная вспышка. Одно из насекомых бросилось на него, широко раскрыв пасть и обнажив острые, как бритвы, зубы. Август бросился в сторону как раз в тот момент, когда клешни рассекли воздух там, где он был всего мгновение назад. Он перекатился на ноги, всаживая выстрел за выстрелом в голову существа, прожигая дыры в его панцире и в плоти под ним. Существо упало, дергаясь, на землю, его голова раскололась от жара. Виктория выпустила пару очередей из своей винтовки, биотическая энергия разбросала кликсенов в стороны, в то время как крылатое существо совершило еще один заход на них, сбрасывая на землю еще больше своих порождений. — Нам надо сбить это существо, — сказал Август, доставая плазменный пистолет левой рукой. — Сборщика? Я открыта для идей. Август несколько секунд сопровождал полет существа своим пистолетом, прежде чем произвести выстрел. Плазма ударила сборщика в бок, превратив хитин в шипящий расплавленный шлак, и существо завизжало, но все же осталось в воздухе. Он выстрелил еще раз, и на этот раз сборщик резко изменил траекторию движения, гораздо быстрее, чем можно было бы предположить из-за его размера, начав неконтролируемо падать, когда плазменный заряд пролетел над ним, прежде чем расправить крылья и стабилизироваться. Август сдержал проклятье. — Мне нужно подобраться поближе, — коротко сказал он. — Сможете позаботиться об этих насекомых? — Кликсены – не проблема, — заверила его Виктория, ее слова почти заглушил громкий гортанный рев, когда Грюнт одной рукой оторвал большой кусок хитина от одного и швырнул его в другого, сбив его с ног. Август кивнул, активировав с тихим жужжанием ядро эффекта массы в своем реактивном ранце. Сборщик летел низко, а ускорители были достаточно мощными, и Августу понадобилось всего несколько секунд, чтобы приблизиться к нему. Сборщик накренился в полете, нацелившись на Августа, его челюсти раскрылись, демонстрируя несколько рядов острых как иглы зубов. Его голова вытянулась вперед на длинной змеиной шее. Август уклонился в сторону при помощи мощного импульса ускорителей, но внезапная смена направления едва не заставила его потерять равновесие. Сборщик был не таким шустрым и пролетел мимо него. Увидев свой шанс, Август вскинул пистолет и выстрелил в крылья существа. Они сгорели еще до того, как плазменный заряд коснулся их, тонкая мембрана моментально испарилась в жаре миниатюрного солнца. Сборщик взвизгнул и его крик был настолько громким, что Август вздрогнул и у него еще долго звенело в ушах после того, как крик боли стих. Но выстрел сделал свое дело. Сборщик устремился к земле, его единственное здоровое крыло бесполезно хлопало, пытаясь удержать его в воздухе. Он тяжело приземлился, врезавшись в каменный пол арены. Даже искалеченный, он злобно развернулся в сторону Августа, щелкнув челюстями, в попытке дотянуться до него. Август уклонился, и обрушил плазменный дождь на голову существа. Затем индикатор нагрева на пистолете стал темно-желтым, оружие зашипело, когда раскрылись воздуховоды для экстренного охлаждения, чтобы выпустить тепло. Август тихо выругался и приопустил оружие на волосок. Сборщик был ранен, его хитин превратился в шлак и местами расплавился, а в ноздри бил смрад горелого мяса. Виктория подоспела с гранатометом в руках и произвела несколько выстрелов. Ракеты ударили сборщика прямо в морду, а затем в него влетел Грюнт, не прекращающий стрелять из дробовика. Сборщик зашатался, внутренности начали выпадать из зияющей дыры на правой стороне его головы, где раньше были его глаза. Сборщик вслепую ударил своей огромной головой о землю в попытке стряхнуть Грюнта. Кроган уверенно держался, даже когда Август опустился ниже, стреляя из лазгана. Затем к сборщику подбежала Виктория, ее омни-инструмент засветился оранжевым на предплечье и она забросила гранату в рану. Граната взорвалась с тошнотворным влажным звуком, и сборщик рухнул на землю, содрогаясь в предсмертной агонии. — Ну, вот и все, — удовлетворенно сказал Август, медленно опускаясь на землю. — Это было воодушевляюще. Ощущения почти как от песчаных червей дома. Грюнт тоже ухмыльнулся. — Ну давайте! — взревел он, широко раскинув руки по бокам. — Кто следующий? — Вы оба ужасно пресыщены этим, — критически заметила Виктория. — Это просто гигантский червь, Виктория. На Хараконе их пруд пруди, — он сделал паузу. — Метафорически, конечно. На самом деле они весьма ценны. Виктория покачала головой, оглядываясь вокруг. — И что теперь? Нажмем кнопку еще раз? — Камень-ключ, — проворчал Грюнт, подходя к нему и хлопая кулаком по кнопке. Снова заиграла запись, слегка искаженный голос на этот раз был наполнен гневом и укором. «Теперь все кроганы несут в себе генофаг, наше проклятие, нашу награду. В этой битве есть только одна цель – выживание». — Итак, какие же животные появятся в этот раз? – протянула Виктория. — Я не думаю, что противостояние дикой природе это основная цель испытания, — заметил Август сквозь стиснутые зубы. — Я полагаю, это хороший способ убедиться, что каждый молодой кроган знает свою историю. Август хмыкнул, не удосужившись ответить. Коммандер может не знать о назначении записей, но смысл ритуала был очевиден для Августа. Если бы кто-то заменил кроганов в записях Человечеством, они мало чем отличались бы от проповедей Экклезиархии, рассказывающих о долге, о необходимости конфликта, о былых обидах, служащих предлогом для пути возвышения. Он научился ненавидеть грязные послания ксеносов, и здесь было легко увидеть, как наставления создавали из кроганов врагов галактики, в самовоспроизводящемся цикле, который обещал спасение и вознесение, но приводил лишь к медленному и неизбежному разрушению. На примере ксеносов, было так легко увидеть эту истину. Когда-то Август не верил, что ксеносы могут создавать подобные послания. — Что-то не так, Август? — обеспокоенно спросила Виктория. — Нет, Коммандер. Виктория посмотрела на него, ее глаза сузились, но затем она кивнула и позволила моменту пройти. — Ладно, и что теперь? Словно по сигналу, Грюнт выпрямился. — Подождите. Вы чувствуете это? Все началось как гул вне пределов досягаемости их слуха, и земля начала трястись. Перед ними в земле образовалась яма, как будто твердая скала внизу внезапно провалилась. Она быстро расширялась, увеличиваясь в размерах, пока не стала достаточно большой, чтобы вместить танк. Затем с ревом и грохотом камней из земли вырвалось огромное червеобразное существо, стряхивая обломки камня. — Дерьмо, — услышал он бормотание Виктории. Август бросил на нее вопросительный взгляд. — Молотильщик, — коротко сказала она, как будто это все объясняло. — В прошлый раз, когда я сражалась с ним, я была в Мако. Это нехорошо. Однако Грюнт, похоже, не разделял ее настроения. Он смотрел на молотильщика, всем своим видом показывая готовность к бою. — Берегись его плевков, — предупредила Виктория, быстро укрываясь за прочной каменной колонной. — Они прожгут твою броню, как бумагу, — она выставила свой гранатомет, выпустив пару ракет, которые по дуге устремились к молотильщику. Август тоже выстрелил из пистолета, но на молотильщика это, похоже, не подействовало. Затем существо запрокинуло голову. — Ложись! — закричала Виктория, когда струя кислоты пролетев в воздухе, приземлилась на столб и зашипела на камне. Август задумчиво взглянул на молотильщика. Это было крупное существо, лишь частично показавшееся над песками; Август подозревал, что целиком существо было размером с Рыцаря одного из Рыцарских Домов Империума. Кислота, очевидно, делала опасным бой на расстоянии. — У меня есть идея, — пробормотал Август, пряча пистолет в кобуру и обнажая меч. — Что ты собрался с этим делать? — осторожно спросила Виктория. — Однажды у меня была возможность поговорить с ветераном с Катачана. Он рассказал мне много историй о том, как они убивали гигантских зверей. Силовому клинку легче пробить шкуру зверя, чем плазменному пистолету. — Уверена, у тебя не выйдет… В этот момент по связи раздался голос Грюнта. — Шепард! — крикнул он. — Как думаешь, сможешь добросить меня туда с помощью своей биотики? — Чего? — Молотильщик, Шепард. Не могла бы ты подбросить меня поближе к его пасти? — Обычно мы держимся подальше от пасти молотильщика, Грюнт! — Поверь мне. У меня есть воспоминания о великих варлордах, уничтожавших молотильщиков. Чаще всего, похоже, они сближались с одним из них и вскрывали его клинком, — он поднял свой молот, а затем дробовик, демонстрируя прикрепленный к нему большой зазубренный штык. — Похоже на самоубийство. — Это лучше, чем стоять здесь и ждать, пока он плюнет в нас, — мрачно сказал ей Август. Не дожидаясь ответа, он активировал реактивный ранец. — Посмотрим, сработает ли и здесь катачанский способ ведения дел. — Коммандер! — он услышал настойчивый крик Грюнта, за которым последовал усталый вздох Виктории. — Хорошо, Грюнт, — сказала она. — Но только в этот раз. Грюнт рассмеялся, но его смех быстро превратился в звонкий боевой клич, когда Виктория воздействовала на него своей биотикой. Грюнт пролетел мимо Августа, крепко держа дробовик в руках, его массивный штык был направлен прямо в пасть молотильщика. Грюнт тяжело приземлился, схватившись за одну из мандибул молотильщика, чтобы не упасть. Август сделал то же самое, схватившись за другую сторону его челюстей. — Щупальца чувствительны! — рявкнул Грюнт, указав дробовиком на синие органы, торчащие изо рта существа в кроганской манере, то есть выстрелив в них пару раз. Взяв в левую руку пару гранат, Август швырнул их в указанное Грюнтом место. Громкий визг наполнил воздух, и червь принялся дергаться, его челюсти широко раскрылись. Молотильщик опустился ниже к земле. Внезапно он резко дернул головой вверх и это движение оказалось настолько внезапным, что пальцы Августа соскользнули. Он поймал себя на том, что парит в воздухе уже несколько мгновений, прежде чем стабилизировать свой полет с помощью своего реактивного ранца. Он устремился к крогану, вытянув руку. Молотильщик под ними взглянул вверх, его жвалы дрожали в предвкушении их падения. Август стиснул зубы; он был уже близко. Затем его пальцы сомкнулись на предплечье Грюнта. Он взмахнул ногами, резко возвращаясь в вертикальное положение. Его реактивный ранец взвыл, пытаясь справится с дополнительным весом, инерцией их спуска и желанием Августа увести их как можно дальше от молотильщика. Существо качнулось, будто в растерянности. Затем его голова метнулась вперед, жвалы сомкнулись вокруг ног Грюнта. Крогана резко вырвало из рук Августа. Он выругался, тут же снова ныряя вниз, но молотильщик дернулся, и Грюнт исчез в его пасти. Замахнувшись мечом, Август отключил питание своего реактивного ранца, превратив парение в свободное падение, а затем снова активировал его, только когда оказался в полудюжине футов от земли. Он тяжело приземлился и пробежал несколько шагов в сторону молотильщика, как только его ноги коснулись растрескавшейся скалы, выставив перед собой меч. Лезвие достаточно легко вонзилось в бок молотильщика, хитин и шкура оказали не больше сопротивления оружию, чем незащищенная плоть. Но не это беспокоило Августа; молясь, чтобы меч был достаточно длинным, чтобы вскрыть шкуру молотильщика, он снова активировал свой реактивный ранец, поднимаясь по боку огромного червя к его голове и оставляя за собой длинный непрерывный разрез. Молотильщик задергался, его голова моталась из стороны в сторону, и он кричал от боли. Теперь, когда он приблизился, голова молотильщика заполнила все его поле зрения. С рычанием Август наконец выдернул лезвие. Достав еще пару гранат, он ударил кулаком по ране, взведя гранаты и оставив их внутри. Он поспешно развернулся, разрывая дистанцию с молотильщиком. Удерживая меч в руке, он замедлил полет, рискнув оглянуться назад. На боку существа образовалась огромная рана, из нее хлестала кровь и вываливались багряные ошметки. Молотильщик начал ускользать обратно под землю, оставляя после себя приличную кучу внутренностей. Но его движения становились все более прерывистыми, темп его отступления замедлялся. Затем, неожиданно, его голова дернулась в сторону и тяжело упала на землю. От головы молотильщика раздался звук, похожий на серию небольших взрывов, а затем серебряное лезвие штыка Грюнта внезапно показалось из его бока, прямо под челюстью. Лезвие двигалось вверх и вниз, оставляя неровный порез. Вскоре шкура порвалась, и голова Грюнта высунулась наружу. Молодой кроган был весь в крови, но его глаза блестели. — Ха! Молотильщик мертв! Что дальше? Август взмахнул клинком и вложил его в ножны. — Давай вернемся к Камню-ключу, тогда и узнаем. Вместе они шли по разбитой скале, прежде чем до них донесся голос Виктории. — Грюнт? Август? Вы оба в порядке? — Живы, Виктория, — ответил Август. — Сейчас вернемся. Ты уже активировала Камень-ключ? — Пока нет, но я думаю, что у нас есть более серьезные причины для беспокойства. Только что появилась пара шаттлов. Увенк здесь, и я не думаю, что он пришел извиняться. — Возможно, выступление Грюнта заставило его переосмыслить свои слова, — легкомысленно предположил Август. — Для этого нет необходимости брать с собой две дюжины вооруженных кроганов, если только он не хочет сделать публичное заявление. — Гости это хорошо, — сказал Грюнт. — Я хочу большего. Силуэты отряда кроганов действительно вырисовывались на фоне палящего солнца Тучанки, когда Август и Грюнт наконец приблизились. Август ускорил шаг, пробежав вперед, чтобы присоединиться к Виктории. — Чего же он хочет? — пробормотал он. Виктория пожала плечами. — Я не успела спросить. Увенк подождал, пока все соберутся, прежде чем приблизиться к ним. — Тебе удалось выжить, — сказал он словно в удивлении. — И тебе удалось одолеть молотильщика. Такого не случалось уже несколько поколений. Последним таким героем был Урднот Рекс. — Обыкновенный день в Гвардии, — пробормотал Август. Грюнт шагнул вперед, намеренно приближаясь к Увенку. — Мой крантт усилил то, что заложено в моих генах. А это и так чертовски много. — Это меня и тревожит. Так ты утверждаешь, что у тебя чистая кровь? Что тебя создал Окир? Чужаки в этом не участвовали? Виктория скрестила руки перед собой. —Твои намерения прозрачны, как стекло, Увенк. Ты переосмысливаешь свои слова сейчас? Возможно, тебе действительно стоило подождать, чтобы увидеть, на что способен Грюнт, прежде чем отмахиваться от него. С твоей стороны это большая оплошность, старик. Август удивленно посмотрел на Викторию, не ожидая от нее столь язвительной реакции. — Он силен, но он все же был искусственно создан. В этом проблема. Но он не был создан чужаками. Это допустимая лазейка. Грюнт и Виктория обменялись взглядами. — Что? — спросил молодой кроган. — Это причина принять тебя. Ты – результат ошибки, но твои способности могут изменить равновесие между кланами. Губы Грюнта скривились в явном гневе. — Тебе ничего не стоило наплевать на имя моего отца, на имя Шепард, но теперь ты идешь на попятную, потому что я силен? Увенк поднял руку. — С оговорками. Разумеется, у тебя не будет потомства и ты не сможешь служить на корабле чужаков. Зато ты получишь клановое имя. Виктория глубоко выдохнула. — Кому-то действительно нужно научиться такту. Мой дорогой Увенк, это не тот тон и не те слова, которые используют, когда торгуются находясь в невыгодном положении. Увенк посмотрел на нее. — Чужаки ничего не понимают. Нет нужды в торге. Все, что имеет значение, это сила, а наш клан силен. — О, у меня такое чувство, что тебе очень скоро преподадут урок силы, Увенк, — она повернулась к Грюнту. — Это твой выбор. Грюнт одобрительно кивнул. — Твой клан не самый сильный, Увенк, и чистокровный кроган не ты, а я. Ты самозванец. Пока троица разговаривала, Август наблюдал за кроганами окружавшими их. Несколько воинов Увенка с оружием в руках, зажимали их с флангов, по трое с каждой стороны. На некотором расстоянии стояли другие, их винтовки уже были направлены на Августа и его отряд. Увенк и Грюнт почти одновременно потянулись к своему оружию. Август активировал свой реактивный ранец, полетев прямо на группу слева, приземлился посреди них и одновременно рассек одного из них с головы до туловища, прежде чем они поняли, что происходит. Один из них вскинул дробовик, лопнув кинетический барьер Августа, словно мыльный пузырь. Август в ответ быстро взмахнул мечом, и кроган рефлекторно поднял дробовик. Меч разрубил оружие надвое, и кроган пригнулся, его поза мгновенно стала настороженной. Затем что-то ударило его в бок, отбросив Августа на несколько футов в сторону. Другой кроган взмахнул дробовиком, как дубиной, попав Августу под ребра. Воздух выбило из его легких, а его меч отлетел прочь. Он перекатился, с трудом уклоняясь от атаки крогана, чье оружие он уничтожил, и встал на ноги, пытаясь втянуть немного воздуха в легкие. Другой кроган уже перехватил свой дробовик за рукоять. С тихим шипением двигателей Август рванул прямо на него, выбивая из-под ксеноса его ноги. Его рука метнулась к ноге, он выхватил длинный штык и направил его на распростертого крогана. Его вес и инерция несли его вперед, со штыком сжимаемым обеими руками. Руки крогана поднялись, едва удержав острие клинка от пронзания мягкой плоти на его горле. Август отклонился на миг, обрушив усиленную переднюю часть своего шлема на голову крогана. Несмотря на естественную броню чужака, его голова откинулась назад, а руки опустились – ровно настолько, чтобы когда Август снова надавил своим весом на штык тот дотянулся до обнаженного горла крогана. Мычание крогана превратилось в бульканье, когда из его рта хлынула кровь. Позади него раздался рев, когда другой кроган бросился на него, крепко обхватив руками Августа и повалив его на землю. Он зашипел, обрушивая удар за ударом на голову крогана. Кроган проигнорировал их, крепко сжав руки. А потом кроган ударил его головой. В ушах Августа зазвенело, а перед глазами появились пятна. Он потянулся, схватившись за гребень крогана. А затем он вдавил большие пальцы в глаза-бусинки ксеноса. Пришелец взревел от боли, разжал смертельный захват и оттолкнул Августа назад. Август потряс головой, чтобы избавиться от пятен и звона. Его глаза заметались по сторонам, обнаружив меч на некотором расстоянии позади разъяренного крогана. Он прыгнул на крогана стоящего перед ним, врезавшись в него плечом и лишив того равновесия. Август не останавливаясь бросился прямо к своему мечу, проскользив последние несколько шагов по земле и крутанувшись на месте, когда клинок оказался у него в руке. Кроган совершил таранный рывок на него, и он нанес удар. Это был идеальный удар, угодивший прямо в центр опущенной головы крогана. Инерция понесла крогана вперед, и его ноги подкосились, когда он насадил себя на лезвие меча. Август довернул меч, сбрасывая обмякший труп. Бой вокруг него на мгновение прекратился, и друзья, и враги смотрели с ошеломленным недоверием на одинокого человека, сражающегося с тремя кроганами в рукопашной. Этот факт Август лишь поверхностно зафиксировал, отметив, что, по крайней мере на данный момент, он в некоторой степени защищен от любого выстрела со стороны. Раздалось болезненное рычание. Август с некоторым недоумением наблюдал, как кроган, павший от штыка, встал, вытащил штык из горла и отбросил его в сторону. Август не ожидал от него подобной стойкости – но он уже сражался с такими же стойкими врагами, и они все равно умирали. Он выхватил свой плазменный пистолет, зарядив его еще до того, как тот до конца покинул кобуру. Кроган исчез в облаке зеленого пара. Больше он не вставал. Август выпрямился, сразу же бросившись за колонну, прежде чем сделать пару глубоких вдохов. Перестрелка возобновилась; Виктория была занята другой троицей, заходящей с другого фланга, в то время как Грюнт медленно продвигался выше по центру, не особо заботясь о том, чтобы укрыться от направленного в его сторону огня. — Трус! — взревел молодой кроган с едва скрываемым презрением, и Август проследил за его взглядом. Увенк стоял на некотором расстоянии позади своих воинов, выкрикивая приказы и размахивая дробовиком. С яростным ревом Грюнт бросился на них. — Проклятье, Грюнт, перестань так делать! — крикнула ему вслед Виктория. Довольно предсказуемо, что это не замедлило Грюнта, лишь заставив его выдать в ответ короткий смешок. — Август, прикрой его. Я разберусь с этими тремя. Август кивнул, поднявшись в воздух и смещаясь к незащищенному флангу кроганов. При его поддержке Грюнт продвигался вперед, не обращая внимания на огонь, направленный в его сторону, пока он уничтожал воинов Увенка своим дробовиком со штыком. Медленно но верно они устраняли воинов одного за другим, пока не остался только Увенк. С гортанным боевым кличем Грюнт бросился вперед, перестреливаясь с кроганским военачальником. Август опустил лазган, приземлившись на безопасном расстоянии, чтобы отдышаться. Подбежала Виктория, нацелив винтовку на Увенка. — Ты ранен? — спросила она, явно обеспокоенная тем, что Август не присоединится к битве. — Нет. Может быть, несколько синяков от тех кроганов, но это все поверхностно. Виктория кивнула. — Как скажешь. Тогда давай поможем Грюнту. Попробуй атаковать Увенка сзади. Август покачал головой, протягивая руку, чтобы остановить ее. — Я думаю, Грюнт должен справиться с этим самостоятельно. Виктория посмотрела на него, явно удивленная. — Никогда не думала, что ты уважаешь честные дуэли, Капитан. — Я? Определенно нет. В моем понимании, если кто-то хочет устроить дуэль, это его проблема. Я бы предпочел, чтобы у меня было столько пушек, сколько я смогу направить на бедного дурака. Но это немного другое. Судя по тому, что сказал твой друг-кроган в том тронном зале, все это состояние, в котором находится Грюнт, является психологическим. Если он сможет проявить себя в одиночку против Увенка, он может немного остепениться и перестать ломать твой корабль. Я полагаю, есть и другое альтернативное решение, возможно, это некоторые из методов воспитания Империума, но я не уверен, что у нас есть на это время. Виктория посмотрела на него. — Иногда я не могу понять, шутишь ли ты, — она покачала головой. — Ну, помимо этого, я полагаю, что ты можешь быть прав. Думаю, мы можем вмешаться в том случае, если Увенк начнет одерживать верх над Грюнтом. — Я не думаю, что здесь есть какой-то риск. Грюнт и Увенк сошлись в жестокой схватке, забыв об оружии, они атаковали друг друга ножом, молотом и кулаками, колотя друг друга с первобытной жестокостью. Увенк был старше, и его регенеративные способности были куда более развиты. Грюнт, однако, был моложе, быстрее и с полным отсутствием осторожности, присущим молодым. Вскоре стало очевидно, что, несмотря на свой возраст, Увенк не был более опытным из них двоих. Имплантаты памяти, которые дал Грюнту Окир, казалось, имели не только академическое применение. Грюнт увернулся от мощного удара штыка Увенка над головой, лезвие которого разминулось с ним на волосок. Он сделал ложный выпад и миновал защиту Увенка. Увенк напрягся, когда штык Грюнта вонзился ему в горло, прежде чем рухнуть на землю, когда Грюнт нажал на курок. Грюнт повернулся с выражением удовлетворения на лице. Он грубо отшвырнул тело Увенка в сторону, глядя на Викторию. Она кивнула ему в ответ, вешая винтовку на захват. — Думаю, мы закончили здесь, — сказала она. — Сюда идет шаман. В сопровождении нескольких стражей к ним подошел шаман клана Урднот, взглянув на мертвого Увенка, прежде чем безмолвно кивнуть им. Он махнул рукой, жестом призывая их следовать за ним обратно к транспорту. Обратная дорога прошла тихо, но это не была напрягающая тишина. Убийство Увенка, казалось, не было особо больной темой. Действительно, Августу показалось, что он ощутил определенное одобрение со стороны крогана. Однако он не мог быть уверен; их эмоции были для него столь же непостижимы, как самые сокровенные мысли богов Хаоса. Это, как он полагал, было еще одной проблемой. Если прекратить взаимодействие с ксеносами, их поведение, мысли и выражения лишь станут более непрозрачными. В то время как можно было медленно привыкнуть понимать мысли и действия нелюдей, вместо этого они станут более сложными для расшифровки. Прозрение было тревожным, но Август не отверг его. Император открыл ему его задачу здесь, и Август предположил, что Он также мог открыть ему и эту истину. Но сейчас было не время обдумывать такие мысли, даже если они исходили от Самого Императора. Поэтому Август мысленно спрятал это откровение, чтобы обдумать его в свое время. Шаман обратился к ним, как только их транспорт замедлил ход и они вышли. — Вы прошли Обряд Посвящения, заслужив уважение клана и имя, — официально объявил он. Глаза Грюнта расширились, и он упал на колени. — Выживали многие, — продолжал шаман, — но много лет никому не удавалось одолеть молотильщика. Ваши имена будут помнить вечно. Грюнт, ты становишься членом клана Урднот. Теперь ты можешь владеть собственностью, служить в армии и вставать под командование мастера битвы. — Мой мастер битвы – Шепард, — сразу же ответил Грюнт, его тон был будничным. — Никто с ней не сравнится. Шаман кивнул, жестом приглашая его подняться. — Поздравляю, Урднот Грюнт, — один из стражей вышел вперед, держа в руках большой молот. Шаман взял его и протянул Грюнту. — Я видел твой молот. Ты проявил себя с ним. Возможно, пришло время тебе попробовать молот, созданный для битвы. Он выкован Фортаком. Его оружие – лучшее, что у нас есть. Грюнт склонил голову, принял оружие и слегка приподнял, пробуя его. — Вот и все? — спросила Виктория. — А ты чего ожидала? — спросил шаман. — Не знаю. Может поблизости есть еще один молотильщик, который доставляет вам проблемы? Губы шамана скривились. — Неважно, — пробормотала Виктория. — Что будет с Увенком? — Он будет лежать там, пока его клан не найдет его тело, или пока животные не доберутся до него первыми. — Надеюсь, из-за его смерти у тебя не появится проблем. — Проблем? — Шаман со смехом запрокинул голову. — Возможно, теперь у нас есть шанс заставить его клан подчиниться. Но это уже проблема Рекса. Виктория кивнула, поворачиваясь к Августу и Грюнту. — Кстати говоря, я хотела бы поговорить с Рексом, прежде чем мы уйдем. Это было бы вежливо. * * * Виктория вернулась на Нормандию в приподнятом настроении, которое, казалось, разделяли Август и Грюнт. Теперь кроган казался намного спокойнее и увереннее, хотя вряд ли это было главной заботой Маэтерис. — Виктория, на пару слов, — коротко сказала она, как только троица вышла из шаттла. Виктория сняла шлем, с любопытством глядя на Маэтерис. — Конечно. О чем вы хотели поговорить? — Давайте сначала перейдем к галактической карте. Я укажу вам интересующее вас место. Виктория кивнула, и они вместе направились к лифту. — О каком месте мы говорим? — спросила она с любопытством. — Мы охотимся за кораблем Коллекционеров. — Ну, не только за кораблем, а за всеми Коллекционерами. Для этого все и затевалось. — Легкомысленность вам не к лицу, — упрекнула Маэтерис. — Это не просто корабль Коллекционеров, а тот, с которым вы уже сталкивались. — Корабль на Горизонте? — нахмурилась Виктория. — Нет. — Подождите, значит… — глаза Виктории расширились. — Проклятье, вы говорите о корабле, который уничтожил SR-1? — Очевидно. — Как бы я ни хотела отомстить, я не думаю, что Нормандия готова к такому бою. — Нет, но Коллекционеры и не планируют вступать с вами в битву в пустоте. — Неужели они хотят договориться? — Нет. Ваш Призрак вскоре получит сигнал, переданный самими Коллекционерами, призванный заманить вас к кораблю. Внутри него они спланировали для вас засаду. Двери лифта открылись, и Маэтерис направилась к карте. — И вы хотите зайти в ловушку, — предложила Виктория. — Зачем? — Попасть в ловушку – это всего лишь средство для достижения моих целей. Но для вас, возможно, СУЗИ сможет получить какую-то информацию с корабля. Это не вызывает у меня беспокойства, — она указала на точку на карте. — Это место? — спросила Виктория, глядя на него. — Именно так. — А Коллекционеры сейчас там? — Нет, но они успеют к нашему прибытию. — Что ж, хорошо. СУЗИ, видела координаты? — Координаты получены, Коммандер, — ответил ИИ. — Хорошо. Тогда скажи Джокеру, чтобы он доставил нас туда, — она повернулась к Маэтерис. — Итак, мы собираемся попасть на корабль и позволить ловушке захлопнуться. Что дальше? — Ничего. Ваше участие необходимо только из-за того, что я знаю, что вы не позволите мне в одиночку отправиться на корабль. — Хорошая мысль, — пробормотала Виктория. — Возьмите с собой Джек, — посоветовала Маэтерис после минутного раздумья. — Но оставьте Миралу здесь. Она еще не готова. — Все это очень загадочно, Маэтерис, — пожаловалась Виктория. — Это не будет сложной задачей. Коллекционеры станут уязвимыми, пытаясь заманить вас. Их защита будет отключена. Я намерена преподать им урок за их глупость. — Довольно зловеще. — На корабле имеется информация, которая понадобится вам в ближайшие дни. И когда вы получите эту информацию, я уничтожу марионеток Жнецов как память о гневе эльдар и в демонстрацию грядущего для Жнецов, — последняя фраза Маэтерис была сказана с суровой нотой завершенности. Горе Иши и ярость Кхейна редко стояли далеко друг от друга в мифических циклах, и у Маэтэрис больше не осталось слез, которые можно было бы пролить. Не дожидаясь ответа, она развернулась на каблуках, чтобы вернуться в свою каюту. Оказавшись внутри, она подвесила руну молчания на стену у двери, распространив ее действие на ИИ корабля. Когда это было сделано, она повернулась к М'тарр. — Я должна воззвать к нашей связи, дорогая, — сказала она гиринкс. Уши М'тарр навострились. «Конечно! Что нужно Маэтерис?» Маэтерис глубоко вздохнула, опустившись на колени на пол у изножья своей кровати. — Я должна выковать несколько рун. Я не знакома с искусством костопевцев, но этим рунам необходимо послужить только одной цели и вместо этого они могут быть созданы путем сбора энергии заклинания, повторяющегося в течение нескольких дней. Обычно этот ритуал проводят в месте, наполненном психическими энергиями, такими как Купола Кристальных Провидцев, но мне пришло в голову, что твоя способность усиливать психическую энергию может послужить той же цели. «М'тарр никогда не делала этого раньше, но М'тарр готова научиться», — гиринкс замурчала. — Я благодарна, — ласково улыбнулась ей Маэтэрис. «В этом нет необходимости. М'тарр дала слово и поможет, чем сможет» — гиринкс уселась перед Маэтерис, изящно обвив себя хвостом, и выжидающе посмотрела на нее. — «Что должна сделать М'тарр?» — Открой мне свой разум, и я дам тебе свою силу и наставления. Это заняло некоторое время. М'тарр быстро училась, но была ещё молода, и её понимание психических искусств было не очень хорошо развито. Тем не менее, после нескольких минут указаний и объяснений, М'тарр была готова. Объединив их разумы, Маэтерис начала ритуал, ведя М'тарр через переплетения ритуала.