Глава 16. Волк в овечьей шкуре.
22 марта 2018 г., 08:24
—Ты прервал моё идеальное свидание, — Сайфер сложил руки на груди, гневно сверля дыру своим красным глазом в поседевшей голове учёного.
— Ты думаешь, мне есть до этого дело? — огрызнулся человек. Форд как камень, лишним эмоциям при опасностях не поддаётся. Настроен серьёзно и решительно. Он сощурил глаза, поправляя очки. — Какие у тебя могут быть свидания, если только не с самим собой?
— Как всегда остроумно, Стэнфорд. Простите, но селфцест не по моей части, — блондин пожал плечами, продолжая скалиться в подобие улыбки. Лицо, словно фарфор, пересекали трещинки от глаз и дальше. Демон продолжил. — Ты же видел, что у меня кое-кто появился. Разве не поэтому поводу ты пришёл?
— Значит, — старика как осенило. Раньше он, как бы плохо не звучало, надеялся, что это очередная заблудшая не туда душа, которую поглотит демон. Правда, блокнот с того места отгонял эту идею, а теперь и Сайфер подтвердил это. — Ты всё же нашёл соратника из людей. Не просветишь, кто это?
— Перейди на эту сторону, тогда и скажу, — заулыбался, как сумасшедший. Демон был очень напряжён, наготове напасть. Пока их разделяет барьер, ничего не произойдёт. Форд чертыхнулся наглой роже демона напротив и его бесящим фразам. Он достал из-за пазухи блокнот с места преступления, так сказать.
— Что вы пытались сделать? Зачем вам такой набор символов? Это шифрование? Ритуал? — старик тряс тетрадкой перед лицом демона, как перед каким-то двоечником. Последний и без того взбешён. Так его ещё сильнее раззадоривают, словно быка на корриде или дикого пса.
Блондин почувствовал тряску в теле, и то, как голос его надзирателя смешался с усилившимися остальными голосами в черепной коробке. В такие моменты, когда внутренняя чернота из страхов и злобы разъедает мозг, ему как никогда хочется сбежать к своему обезболивающему. Билл рассмеялся громче шума в голове, как-то истерично и страшно. Он схватился за живот и опёрся на трость.
— Ты же понимаешь, что, а ха ха, я ничего тебе не скажу! А ха ха, но знай, ты прав, это бессмыслица полная! — демон смеялся, и этот смех могли услышать охотники. Нужно уже завязывать, иначе сюда все сбегутся. Пайнс ещё раз посмотрел на блокнот, записи в котором действительно не имели смысла. — Выкинь его и забудь! А ха ха, живи полной жизнью, пока есть такая возможность, старик!
— Ты с годами всё больше не контролируешь себя, — негромко произнёс Форд, делая шаг назад. Билл уже срывался на хрип, но пытался совладать с собой и заткнуться. Внутри он чуть ли не молил, чтобы хаос внутри его оболочки перенёсся в этот жалкий мирок. — Последний вопрос, иначе сюда сбегутся все, придурок! Зачем ты какое-то время перестал плести сны нашему городу?
— Думал, а вдруг ты сдохнешь, — он улыбнулся во все зубы, точнее клыки. Солнечный лучик восхода коснулся плеча демона. Тот озадаченно посмотрел на него, а после услышал и приближающихся охотников. Блондин помотал головой, прогоняя всю дурь из себя. И снова принял достойный вид, улыбаясь жуткой хитрой улыбкой. — Ответ спрятан под твоим старческим крылом, но уже поздно склонять звёзды на свою сторону. Te perdidit*, Форд.
Демон исчез. Он спешил найти тишину и покой, поэтому мчался к Пайнсу младшему. Когда блондин забежал в свою комнату с окнами снов людей, то нужного окошка не оказалось. Уже проснулся. Демон взвыл, схватился за голову, и просто обратился в чёрную воду, смело несущуюся по коридорам старого дома.
***
Диппер стоял на краю кристально-чистого водопада, рассматривая открывающийся вид на бесконечную галактику его сна. Интересно, сколько он уже здесь? А сколько времени в реальности? Пайнс отчаялся ждать мужчину, потому сделал короткий шаг вперёд и полетел вниз, перпендикулярно такой же глади, на которой он стоял. Мгновение, и он уже подпрыгивает на кровати, обливаясь холодным потом. Сон сном, а прыгать в бесконечную пропасть всё же страшно, даже если знаешь, что не умрешь. Только после того, как Диппер отдышался, он пошёл в душ, а после на кухню. Ещё не рассвело, а мальчишка уже на ногах. Он понимал, что демон занят плетением снов и не может каждую ночь посвящать лишь одному человеку… И всё же парню было неприятно, что демон пропал в разгар довольно чувственного диалога. Ему казалось, что мужчина всё больше раскрывал ему свою душу, если она у него имеется. Он делает это крайне редко, но если проболтается, становится очевидно, что внутри него настоящий неспокойный океан. И Диппер пока плавает на поверхности, но уже готов быть накрытым волнами цунами. Удивительно, как он умудрился провести аналогию между Биллом и неспокойными водами. Ему хочется лучше понять это тихое безумие. За размышлениями о своих чувствах и о чувствах объекта его тихих вздохов и ахов, Пайнс спустился в подвал и открыл старый учебник латыни. «Может мне не стоит забивать голову этим языком? Но Билл постоянно в разговоре переходит на него и забавляется моим незнанием. Тоже что-нибудь выучу!» Первым делом он открыл переводчик. «Как он сегодня сказал? Континсе… перпете… барбатэ, а может коньтэ… парсенте… Чепуха какая-то, если не увижу, не вспомню». Ответ на интересующую фразу не заставил ждать. Вот фраза «Coniuncte in perpetuum», а вот и перевод «Вместе навсегда»… Мальчик покрылся румянцем, захлопнул книгу, и крепко обнял себя за коленки, пряча лицо непонятно от кого. Его это так смутило и растрогало, что на лице сама собой появилась довольная и мечтательная улыбка. Его прервал скрип входной двери. «Что за?!» Лучи солнца ещё только-только наполняли комнату, но уже кто-то в дом вламывается! Пайнс поднял голову и немного, а может и не немного удивился, встретившись взглядом с Фордом. Последний раскрыл рот, чтобы как-то объясниться, но предпочел правильным не делать этого и пожелал доброго утра. — Дядя! Ты… Куда ты уходил в такую рань?! — шатен вскочил со стула, что тот громко упал. Мальчишка взволнован и даже капельку рассержен. Стэнфорд вытянул лицо в недоумение, явно не ожидая, что кто-то так рано встанет. — По делам, — отчеканил быстро дядя и намеревался уйти, но шатен преградил дорогу, хмуро сверля взглядом седую голову. — Диппер, чего ты тут устраиваешь? В лесу сейчас опасно, идёт охота, и я не мог тебя взять. — Как троллей гонять, так, Диппер, за мной и прихвати сумку с арбалетом. — Парнишка вскинул руками и закатил глаза, — а в какой-то лес не берешь меня! Ты обещал мне, что больше не будет секретов от семьи! — Диппер, послушай, — Стэнфорд положил шестипалую руку на плечо племянника. — Я всего лишь проверил окрестности. Ты сам прекрасно знаешь, что городок странный, да ещё и граница эта… Приходится кому-то следить за порядком, чтобы никто больше не заходил в ту часть леса. Да, Диппер? — П-почему ты спрашиваешь? — Как по взмаху волшебной палочки лицо парня потеряло живой румянец и стало белым как лист бумаги. «Что он имеет виду? Он видел моё лицо тогда? Он знает, что я общаюсь с Сайфером?!» — Помнишь, ты вернулся мокрый и напуганный поздно вечером? Сказал, что зашёл за границу. — Парень сразу вспомнил тот день. Первая встреча с демоном. Шатен подавил облегчённый выдох, молча кивнув. — Что тебя так напугало там? — Мне показалось, — «ААА! Что сказать? Что придумать? Так, успокойся и дыши. Стэн всегда говорил, что лгать нужно уверенно. А ещё хороша та ложь, в которой половина правды… Ужас, каким ты стал, Пайнс». Он продолжил тихо говорить, — что за мной кто-то следил, и мне стало страшно… Я убежал. — Ты правильно поступил, что сразу вернулся и рассказал нам. Чудо, что с тобой всё в порядке, — Дядя по традиции потрепал парня по голове, ероша и без того не уложенные волосы. — Раз ты уже проснулся, не приготовишь чего-нибудь на завтрак? Я позже к тебе присоединюсь. Мальчик согласно кивнул. Наконец-то они с дядей за долгое время посидят и спокойно обсудят что-нибудь. Диппер решил, что за завтраком не поднимет тему о границе, Билле и секретах. Надеюсь, что и Форд поступит так же. Пайнс закатал рукава большой рубашки, которую накинул вместо спальной футболки, загремел посудой, и вскоре что-нибудь вкусное будет ждать семью. Стэнфорд спустился в свой подвал. Скинул рваный плащ и достал тот блокнот от неизвестной фигуры в капюшоне. Он уселся в старое кресло, в очередной раз перечитывая бред, зачеркнутый и переписанный на несколько раз. «Что я имею? Блокнот человека. Этот человек что-то пытался составить, придумать какой-то шифр, заклинание? Или же разгадать что-то?.. Сайфер сказал, что это бред. Конечно, он мог специально соврать, но мне не даёт покоя мысль, что это что-то важное. Даже если он говорил правду, и это бессмысленный набор слов, я выкидывать это пока не буду». Пайнс откинул блокнот на край стола, где и третий дневник, который он забыл вернуть парню. Стэнфорд заметил эту книжку и взял в руки, чтобы прочесть заметки племянника. Он водил грубыми пальцами по стёртой обложке «Ответ под твоим старческим крылом, но поздно склонять звёзды… Зная, Билла, это не пустой трёп, а подсказка. Нужно капнуть глубже, чтобы найти суть этих слов». Хотел открыть дневник, но с кухни донеслось шипение сковородки и запах свежего кофе. Это вернуло дядю на первый этаж. Он помог доготовить блинчики. Утро началось странно, но зато сейчас идёт неспешная увлекательная беседа, к которой через пару часов присоединились Стэн и Мэйбл. Семейная идиллия длилась до обеда, а там уже все разошлись по своим делам. Диппер стоял на кассе и лениво читал учебник по латыни, поскольку Венди занята отрядом охотников и временно не работает в хижине. Сестра подметала и пританцовывала под негромкую музыку вместе с Зусом. Стэнфорд пересчитывал глаза в банке для каких-то своих заумных заметок, а Ли зашивал глазную повязку, которую умудрился порвать. Колокольчик над дверью оповестил о новом клиенте. И кто бы это мог быть? Пышная белая шевелюра показалась на горизонте. Она принадлежала только одному человеку в городе, и этим человеком являлся Гидеон Глифул. Он задорно поприветствовал близнецов, цокнул на Стэна и просто впал в ступор, увидев Форда. Того самого Форда, загадочного учёного, о котором столько слухов ходило лет тридцать назад. А эта семейка умеет поднять шум в городе. Сначала одинокий учёный в старом доме на окраине, потом забавный шарлатан, всеми ненавистный и в тоже время любимый, Стэнли, а потом «мистические близняшки» исследовавшие город вдоль и наперёд. Все Пайнсы такие, начиная с Винсента и его страсти приютить драконов в городе. Белокурый вернулся в реальность, когда дяди ушли. Конечно, Ли пытался прогнать мальчика, но остальные члены семьи осуждающе на него посмотрели, тогда пришлось смириться. Но чутьё у Пайнса отличное, прямо-таки сердцем чувствовал неладное с этим парнем. Может личная неприязнь в этом виновата, а может интуиция работает на полную. Тогда Стэн тихо попросил Диппера не спускать глаз с белокурого. Гидеон расслабился, оставшись с близнецами наедине. Он успел вслух подметить красивый наряд девушки и заметить краем глаза, что её брат читал учебник латыни и беззвучно проговаривал слова. Это напрягло экстрасенса, но он не стал акцентировать на этом своё внимание.***
Гидеон ликовал внутри себя. В нём бушевал восторг, что он наконец-то смог увидеть Хижину чудес изнутри, не как покупатель, а как гость. И ему хорошо удавалось скрывать эту радость за маской спокойного и обаятельного парнишки. «Да уж… Домик такой себе, всё какое-то безвкусное и старое, такое… Лесное, не городской стиль уж точно. Стоп! Мне не до рассматривания интерьера! Я впервые так близко подошёл к настоящему Стэнфорду, а не к этому самозванцу! Всё идёт идеально, скоро я узнаю все ответы и добьюсь своего. Мне бы побольше разболтать близнецов о Форде. Узнать, чем он занимается, знает ли тот что-то про ритуалы? Так, Гидеон, не торопись, всё в свое время. Сначала станем другом Мэйбл, хотя с ней проблем не возникнет, она ведь такая дружелюбная, весёлая, смелая и красивая, а её волосы…» — С тобой всё в порядке? — Голос Диппера вывел беловолосого мальчика из транса. Голубые как стеклянные глаза растерянно оглянулись на шатена. Тот хихикнул и мягко улыбнулся, утыкаясь обратно в книгу, — Ясно, значит, в свои мысли улетел. Сестрёнка Пайнс вернулась к мальчишкам с одним из семейных альбомов и полароидом. Она подозвала Глифула поближе, дабы показать обещанные фотографии. Парень удивлённо вскинул брови. «Сколько же у них семейных фотографий?! А это лишь за один год… У меня нет таких дома, есть только фотографии, где я один». — Судя по фотографиям, в городе ты не скучала, — он улыбнулся своей фирменной улыбкой. Шатенка засмеялась. — Нисколько! С тех пор как мы живём в Гравити Фолз, не проходит и дня без каких-нибудь приключений. Мы с Диппером в какие только передряги не попадали. И от гномов убегали, и на таинственный остров охотились и зомби убивали, которых кое-кто вызвал. — Она сощурила глаза, поглядев на покрасневшего Пайнса. Последний отмахнулся, не понимая, зачем об этом всем рассказывать. — Жизнь бьёт ключом! — Вау, — тот нервно хихикнул, оттянув ворот. «Она сейчас говорит правду?» Он недоверчиво посмотрел в сторону её брата. «Вызывал зомби? Но… как? Он для этого изучает латынь?!» — Прости за нескромный вопрос, Диппер, но ты у нас некромант? — Что?! Нет! Это незаконно! — тот даже воздухом подавился. Его как угодно называли, но не некромантом! — Я не владею магией, как Мэйбл. Это было так давно, я уже смутно помню. — Ой, да всё ты помнишь! — на правдивое заявление сестры, мальчишка буркнул что-то нечленораздельное себе под нос, отведя от неё взгляд. Диппер ещё с того раза, когда отчаянно пытался найти автора дневника и всем показать, что дневник просто бесценен и не является подделкой, уяснил одну вещь… Что в чужих руках книга опасна, и о ней другим лучше не знать. Да и сейчас, такое положение у Пайнса, что нужно максимально казаться обычным. — Проехали, это вышло случайно. Я что-то прочел, и они восстали, — он безразлично дёрнул плечами, закрыв эту тему. Один из талантов шарлатанов – это умение не только врать, но и различать ложь в других людях. Пайнс врёт, и это подогревает интерес Глифула. — Хорошо, проехали. Не стану же я допрашивать тебя, Диппер, — гость как-то неубедительно хихикнул, прикрыв глаза. — Давайте сменим тему. Ваш дядя Стэн всё таким же нечестным способом зарабатывает на жизнь? — «Чья бы корова мычала!» пронеслось в голове брата. — Вообще-то всё честно, просто небольшое приукрашивание для продаж. Бизнес есть бизнес, ты должен это понимать, — девушка подмигнула и легонько пихнула нового друга в бок. — А второй ваш дядя Форд? — шатен остановил своё чтение, переключив внимание на разговор. Тема про Форда была… не для всех, скажем так. — Как я понял, не так давно в город вернулся? — Дядя, он ну, — замялась девушка. Она помнит, что об экспериментах его рассказывать нельзя, но все знают и даже обращаются за помощью в случае странных дел. — Он всё так же проводит исследования, разыскивает аномалии среди существ и людей и всё в этом роде. Чем ещё может заниматься учёный, если не изучение мира? Глифул кивнул. «Глупо ожидать, что близнецы в первый же день раскроют все свои семейные секреты. Постепенно… медленно и непринуждённо». Каждый в этом мире норовит обмануть Пайнса что ли?! Мэйбл похлопала по дивану, чтобы брат сел рядом с ними. Тот лениво выполнил просьбу, присаживаясь рядом с Глифулом. Девушка счастливо улыбалась и вытянула руки с полароидом в них. Диппер понял к чему это, и попросил улыбнуться Гидеона. На фотографии он всё равно получился слегка сбитым с толку. Шатенка положила получившийся снимок в альбом, между страницами. — В этом альбоме все самые счастливые моменты лета. Если мы и дальше продолжим так хорошо общаться, то я вклею снимок. Это будет означать, что день твоего возвращения один из лучших моментов! Это ведь здорово, когда у тебя полно снимков с друзьями и любимыми людьми! — Как? Как ей удается быть такой светлой и доброй?! Гидеон растаял, как снеговик посреди жаркой пустыни. Если бы зрачки глаз могли принимать форму сердечек, они бы уже давно так сделали. «…Лю-любимыми? Любимыми? Она так сказала? Она так сказала». — Мэйбл, — позвал Диппер. — А можно вечером взять у тебя полароид?***
Остаток дня прошёл прекрасно в каком-то роде. Диппер, как и обещал, не спускал глаз с белой макушки. Подростки долго болтали дома, на улице, погуляли по городу, вернулись. Дело близится к вечеру. Сейчас они сидели на полу в комнате двойняшек. Пайнс сидел на подоконнике, то читая, то глядя в окно. Мэйбл и Глифул щебетали как птички. «Сколько уже болтать можно о какой-то группе? Блин, мне неловко здесь быть. Кожей чувствую, что Глифул ждёт момента остаться с моей сестрой наедине… А вот не посмеет!» — Не скажешь, где здесь туалет? — поинтересовался беловолосый. Мэйбл объяснила всё, и тот ушёл. Парню нужен был предлог, чтобы остаться одному. Он побрёл по дому, осматриваясь и поочерёдно открывая двери. Если его поймают, то прощай Хижина чудес! Он достал из кармана двух небольших паучков со встроенными в них голубыми камнями, как амулет на пухлой шее. Одного паучка отправил спрятаться в гостиной, второго подкинул в лавку с товарами. Хотел было посадить в комнате Форда или в его кабинете, если такой есть, но эти двери он найти не смог. Закончив с этим, он вернулся к близнецам попрощаться. День прошёл успешно для него, но настало время расставания. Его проводили до дверей. Гидеон загадочно улыбнулся и захихикал, помахав друзьям ручкой. До города он добрался быстро, и пока шёл домой, все с ним здоровались. Удивительный город, всё еще помнит своего любимца, как и говорила Пайнс. У самых ворот в свой дом, он встретил отца, который явно спешил по своим делам. Делам, которые нельзя скрывать от сына. — Папочка, а куда это ты собрался? Работа же уже закончилась, — волк в овечей шкуре, иначе этого парня не назвать. Мистер Глифул надеялся по-тихому улизнуть, но не вышло. Он закашлял и нервно засмеялся, натягивая на голову шляпу. — Да ничего важного, сынок, — он отмахнулся, словно и правда это пустяк, как поход в магазин. — Не обращай внимания, это просто взрослые дела. Иди в дом, мама готовит вкуснейший рулет. Беловолосый и глазом не моргнул, скептически смотря отцу в глаза. Будто он свою сумасшедшую мать не знает. Она ничего не готовит, а пылесосит день напролёт, тем более её силуэт мелькает в окнах, и слышен характерный звук её прибора. — Ты явно ждёшь того, что я разозлюсь? — мальчик схватился за амулет на шее. Мистер Глифул сразу сообразил, что нельзя дать сыну бушевать на людях. — Так вот… Теперь я зол! — Хорошо-хорошо, — мужчина поднял руки в знак своего проигрыша. — Я иду на собрание… Сам знаешь какое. Я не знаю тему сегодняшних обсуждений … Но это может быть связано с таинственной фигурой в капюшоне. — А? Правда пустяки, — вновь милым голосом сказал, и направился в дом. — Ваши собрания не имеют смысла, но если ты так тешишь свой кризис среднего возраста, то иди-иди. Глифул младший поздоровался с матерью, прошёл на второй этаж, в свою комнату. Он не включил свет, кроме настольной лампы над макетом Хижины Чудес. Вокруг умело сделанного домика лежали деревянные фигурки жителей, двух Пайнсов и самого Гидеона. Он ещё не успел сделать фигурки Диппера и Мэйбл, к чему и приступил. Сжал в ладошке светящийся голубой камень, и инструменты взлетели вверх, начиная вырезать и красить девочку с мальчиком. — Скоро, Мэйбл, скоро я стану самым великим! Будешь моей королевой, — его глаза недобро сияли от света магии. Он с силой выдвинул ящик стола, схватил старый клочок бумаги и прижал его рукой к столу. Это был пожелтевший вырванный лист с начерченным ритуалом и словами для него, в центре круга был нарисован треугольник с одним глазом. — Как только я призову Билла Сайфера, мы заключим сделку! Я дам ему в подношение хоть весь город душ, а он мне гигантскую магическую силу. Я стану всесильным и больше никто не упрекнёт меня в слабости моей магии! — он посмотрел на почти готовые фигурки подростков, — вы не обижайтесь на меня, мои хорошие, просто вы Пайнсы, просто ваш дядя это Форд. Он учёный, он гений, и наверняка у него есть хоть какое-то знание о вашем далёком родственнике. И этот родственник был другом моего пра-(много пра)-дедушки, который и украл этот ритуал из книжечки Пайнса. Так вот Форд должен знать, почему призыв не работает?! Что мешает?! Чего не достаёт?! Есть ли у этого старика та книжка?! Мебель в комнате взлетала от каждого разгневанного слова мальчика. Он ярко и эмоционально злился, краснел, а вещи вокруг завертелись над головой и разрушились, упав в одну кучу. Белокурый тяжело дышал, он поправил выбившуюся прядку волос. Вот уже и куклы готовы. Он поставил маленькую Мэйбл рядом с собой, а мальчика рядом с фигуркой учёного.***
Блондин нахмурился и даже пригнулся, чтобы быть на одном уровне с фигурой в капюшоне. Он словно кот, заметивший что-то новое и непонятное, стал крутиться рядом, наклоняя голову в разные стороны. Покою его души мешала штука в руках парня. — Это полароид, — пояснил Диппер. — Они появились после твоего заточения, так что ты не мог о них знать. Он делает фотографии. Вот, смотри! — Сосенка прикусил нижнюю губу, навёл на барьер и нажал на кнопку. Выехал чёрный снимок, но нужно время, чтобы изображение проявилось. — Хм, странно, почему он не видит купол? Это магия сильнее, чем я думал. — Мальчишка погрузился в мысли, а демон рядом сиял от восторга. Он даже взбодрился! Головная боль утихла с приходом его мальчика, так тот ещё и что-то интересное принёс! До чего дошли люди самостоятельно, создали чудесную вещицу, которая поможет сохранить в памяти моменты жизни. — Я думал, ты захочешь сфотографировать нас, а не скучные ёлки, — Билл стоял рядом с Сосенкой и опирался на его плечо. Мальчик согласно кивнул, покрывшись мурашками от дыхания над ухом. Он вытянул руки и сфотографировал себя и демона. Повелитель вытянул снимок, ожидая его проявления. — Ха, Сосенка, я так великолепен, что тебе недостаточно любоваться мной ночью? — Самолюбивый демон, — Диппер фыркнул, любуясь полученным снимком. Блондин наклонился к виску Деревца, намереваясь немного утолить голод энергией, но замер, округлив глаз и нервно сглотнув. — Что-то случилось, Билл? — Мои отметки, — приговорил мужчина, становясь в полный рост. — Их кто-то зачёркивает.
Примечания:
Te perdidit* (Лат.) — Ты проиграл.
Такая вот глава. В ней заложено несколько ниток, которые вскоре выведут к одному большому клубку.
