Когда исчез последний сон.

      «Билл, Билли, Уильям» говорил слащавый голос внутри несущегося огня. «Барьер мигает всё сильнее и больше, а как спадёт, то весь мир содрогнётся» Сайфер умерил пыл, приняв свой образ, но всё ещё объятый ледяным огнём. «А здесь многое поменялось с моего последнего прихода. Город расширился, понастроили новые домики, даже старую академию продвинули, как сказал Диппер…» Демон бесшумно стоял на границе города возле домика лесничего и его жены. При одном лишь упоминание имени мальчишки в своих мыслях становится тошно. Сайфер скривил лицо в гримасе боли и сожаления. Он вновь обратил взгляд к небу с мерцающим барьером, и стоило поглядеть на перебои в защите, как в крови ещё раз всё забурлило энергией. Он блаженно вдохнул, наполняя лёгкие силой магии, сконцентрированной здесь.       «Заперли себя в куполе, где вся энергия скапливается и сливается с ними, а потом удивляются, а почему в городе столько чокнутых и аномалий? Смех и только». Грудь даже зарезало и он усмехнулся. «И всё же среди всех чокнутых нашёлся самый сумасшедший, который является другой крайностью моего безумия, но которого я люблю». Его тело вновь задёргало в судорогах, что он упал на колени, тяжело и свистяще дыша, крупно подрагивая. «Ничего, Сайфер, его конец близок. Всё живое однажды умрёт, даже и особенно он».       Если описывать простыми словами то, что творится в его голове, то приходит на ум представить визуально. Темнота, в ней стоит Уильям из прошлого, который ненавидит всё человеческое в себе, презирает живое и мертвое, строго и сдержанно ведёт себя, подбивая на сделки и ужасая редкой ухмылкой. Он твердит, что нужно своими руками расправиться с парнем и с печатью, затем убить Стэнфорда, чтобы не мешал, и сделать попытки объединения миров, став самым главным. Он занимает холодную, даже ледяную часть в голове, принося с собой тьму и снег.       Ему противоречит Билли, который так же жаждет освободиться, но вдобавок ещё и убить всех и каждого, особенно Пайнсов. Сосенку, оправдывая себя тем, чтобы он не мучился, а также Форда, чтобы осуществить месть. А вдобавок всех Пайнсов по могилам разложить, затем добраться до последней из чародеев, а там и весь город поджарить. Эта часть Билла самая поехавшая, поскольку склонна к самоубийству, хоть и переставшая мечтать стать той самой чистой энергией. Он знает, что может умереть, если барьер исчезнет, но жажда мести в нём сильнее.       В сторонке стоит Билл, подавленный и угнетённый. Этот Билл сложил в себе некоторые качества предыдущих, как вспыльчивость и острый ум. За время пребывания в тюрьме он как следует покопался в себе, что и привело к некоторой неординарности и… эм, неповторимости. И за времена, во время которых он питался людской энергией, он успел ощутить на вкус страх, а так же другие людские чувства. Пока он бродил по снам, уделяя им уже всё своё время, поскольку было очень скучно, ознакомился с их природой, глубже понимая понятие «человек» со стороны Биологии и со стороны Философии. А после встречи с Диппером, у него и вовсе всё внутри загорелось и оживилось. Только теперь перед глазами этой частички души продолжает стоять картина своих окровавленных рук и груди Сосенки. Он смотрит на них, но не понимает, продолжает вглядываться в кровь, но всё ещё не понимает, та ли это цена за свободу.       Его депрессию подавляет Билли, впитывающий в себя всё безумия мира и энергию города. В итоге, наш демон снов (не в своей голове, а уже у границы города) случайно напугал девушку, подошедшую к окну из-за голубого свечения. Она выронила чашку с водой и закричала. Сайфер дёрнулся, голоса внутри перестали спорить и заткнулись, понимая, что сейчас или позже сольются в один громкий и страшный голос, цвет которого, если представить, был бы чёрным, как и глаз блондина. Он ухмыльнулся первому крику ужаса и вспышкой пронёсся в город, словно птица феникс летел огнём к центру, где и развернулась его мини эпопея.       Его человеческий вид окончательно исчез, оставив облик одноглазого зверя. Он вспыхнул столбом света, температура вокруг него нарастала, перекресток под ногами разрушился, земля прогнулась. Сбивчивое Дыхание переросло в смех сумасшедшего, громкий и металлический, проникающий в разум каждого. Люди спокойно спали, подумав перед сном о своих мечтах, сожалениях, несчастной любви, грядущих выходных. И их сны прерывает владелец этих самых снов, подняв на уши весь город. Кто-то из охраны догадался врубить сирены, что придали положению в городе оттенок апокалипсиса, и люди впали в панику, не понимая, что происходит.       Над их головам с ужасным громом и рёвом разверзлось небо под золотым куполом, словно по нему нанесли два удара гигантским мечом архангела, и после остались глубокие перекрещивающиеся раны. Тьму и тучи пронзил тусклый свет из серого мира, откуда в землю спускались гигантские стальные цепи и впивались в землю. Все ранее зачеркнутые глаза в городе, в лесу открыли веки в прямом смысле. Уже не отметки, а живые глаза вращали зрачками. Билл Сайфер начал веселиться.

***

      После встречи с Селестой Диппер пришёл в сознание. В темноте сложно было что-то разглядеть, но он отчетливо видел блеск от очков и короткое свечение у человека позади. Из груди вышел хрип, отозвавшийся болью, но стало ясно, что ему на грудь что-то давит.       — Очнулся? — голос явно принадлежал Форду. Шатен затем различил и сестру за его спиной, но так и не понял, что она делала. В ушах звенело, но он всё равно услышал гром и свет вдалеке. От резкого шума двое вздрогнули, дёрнулись и руки учёного, зажимающие рану. — Держись, надеюсь скоро… — увы, но парень снова потерял сознание и закрыл глаза.       Через какое-то время он вновь понял, что проснулся. Ему сразу стало непонятно, почему лопатками он не чувствует твёрдую и неровную поверхность, а наоборот. Пошевелив пальцами, ощутил под собой одеяло. «Я уже дома или в больнице?» Открыл глаза и увидел тёмную комнату и размазанные очертания человека возле небольшого шкафчика у дальней стены. Уловил и резкий запах сырости.       — Что случилось? — просипел очнувшийся подросток. Голова жутко раскалывалась, во рту пересохло и жутко хочется есть. Парень подёргал рукой и пытался привстать, но тело как деревянное и обессиленное, а в груди заныла рана. Он поморщился от боли и прекратил попытки подняться, когда руки девушки уложили его обратно. — Мэйбл?       — С утречком, братик! — она кинулась обнять его, немного придавив весом и чуть не задушив и до того на смерть похожего мальчишку. — Ой, прости! — она отодвинулась, когда тот похлопал по кровати, чтобы его отпустили. — Просто рада, что ты проснулся наконец-то.       — Наконец-то? — он фыркнул и ухмыльнулся, словно шутку услышал. — Можно подумать, я тут неделю провалялся. — Он хихикнул. Шатенка неловко замялась в ответ, оттянув ворот потрёпанного свитера. — Что? Что такое? Я действительно…       — Шесть дней вроде как, — пожала сестра плечами. Она лишь придала тону и жестам небрежный вид, но она точно знала, сколько часов прошло с той ночи.       Брат быстро задышал, промолвив: «О Боже!». Он ошеломлённо уставился в потолок, думая лишь о том, как странно спать шесть дней, которые ему показались лишь морганием глаз. Только проснувшийся разум ещё не успел впасть в панику, вспомнив, на чём именно и заснул. Он попросту не успел, ведь шатен, пока изучал древесину над ним, заметил, что ни на одну комнату в его доме это не похоже. Потолок с кусками растений и грязи, очень темно, тусклый свет масляных ламп освещает комнату, нет вещей, а только стол и шкаф с коробками, стул у кровати и занавеска вместо двери.       — Мэйбл, где это мы? — он напугано оглядывался, крутя в голове самые страшные и безумные варианты развития сюжета.       — Мы в подвале, в бункере, в тайном убежище, — она вытворяла руками непонятные жесты, не зная, какое слово лучше подобрать. — Спрятались короче. — Услышав это, парнишка постарался подскочить через силу. Сестра испугалась, когда глаза парня на миг полностью сверкнули золотом и страхом в них. — Диппер, успокойся, тебе нельзя двигаться так резко, — она шикнула, чтобы он не паниковал и не рыпался. — Дядя Форд, дядя Стэн!       — Мы что, спрятались от Билла? Что он сделал? Что происходит?! — в комнатку забежали двое мужчин, растерявшись, что племянник очнулся и пытается встать, но в то же время и обрадовавшись. — Дяди?       — О, малец, как же ты нас напугал! — Стэн крепко по-отцовски обнял подростка, тот на секунды был сбит с толку, обняв в ответ, насколько ему позволяло сидячее положение. — Не барахтайся, мы ведь только наложили свежие повязки. — Шатен дрогнул и бегло оглядел грудь, прикоснувшись робко и с опаской, словно она не его. На шее он заметил странную подвеску с радужным пучком волос «Чегоооо?!», а затем взгляд вновь скользнул к лицу старика, на котором красовался большой и кривой шрам. Диппера это ввергло в ужас. — Ты должно быть голоден, сейчас принесу тебе что-нибудь перекусить и выпить. Подожди.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Форд. Он присел на край кровати, нагнулся, чтобы потрогать лоб парня. — В последнюю ночь у тебя был жар, — пояснил он спокойным тоном.       — Всё вроде бы нормально, — Стэнфорд помог ему удобнее сесть, подперев под спину подушку. Девушка пододвинула стул и пристроилась рядом.       «Если бы нормально…» с грустью подумал учёный. Кожа его племянника бледная, под глазами черные круги, заметно исхудал, но сидел со встревоженным взглядом. «Его рана не затянется сама, даже если Вероника будет колдовать, ему попросту не позволит демон. Пока Сайфер так ведёт себя, рушит всё под куполом и сотрясает барьер, Диппер не сможет поправиться» Дядя тоскливо и обречённо смотрел себе в ноги, шумно вздохнув.       — Знак на твоей руке не перестает мигать, — старик указал на татуировку, сияющую золотым. Мальчик обратил на неё внимание, и внутри отозвалась боль предательства и воспоминания о далёкой ласке и нежности.       — Да, — вяло согласился Пайнс младший, — я чувствую, что Билл стал сильнее, что он не в себе немного… — увидев напряжённые лица остальных, тяжко вздохнул, — или много… Я слышу, что он смеётся, но в тоже время и кричит от боли, а ещё… У меня внутри словно пустота, словно какая-то часть меня умирает, теряю что-то важное, но не могу понять, что именно. — Старик и девушка пожали плечами, не зная ответа.       В комнату зашёл Стэн с подносом скромного ужина и бутылкой воды. Мальчик счастливо улыбнулся и поднял ослабшие руки к воде, что блаженно смочила горло. Он залпом опустошил почти всю бутылку, что даже из уголков губ лилась вода. «Как же я сильно хотел пить» . А следом мальчик приступил к еде, к нормальной еде, которую не мог есть в измерение снов.       — Ешь хорошо, тебе нужно набираться силами, — сказал Стэн, и парнишка кивнул, пережёвывая булку с холодным салатом из банки. — О! И выпей это, — старик пододвинул стакан с напитком, пахнущий травами и корой, с плавающими фиолетовыми листиками. — Чародейка сказала, что ты должен пить это как успокоительное.       — Вы меня за истеричку не считайте, — попросил Диппер с набитым ртом.       — Не считаем, но ты знаешь, какой порой ты мнительный, — мягко намекнула девушка и подала стакан. Брат фыркнул и сделал глоток горячего чая со странным, но не отталкивающим вкусом. — Тем более, раз ты связан с нестабильным демоном, то его эмоции влияют на тебя, потому не лишним будет тебе пить это.       — Хорошо, допустим, — он отодвинул от себя поднос, серьёзно посмотрев на семью. — Начнём по порядку. Где мы? Мы прячемся от Билла?       — Не то, чтобы прячемся, — промямлил Форд, почесывая шею. Мальчик сглотнул, волнуясь и переживая за то, что мог устроить его любимый. Диппер поджал губы, думая о том, может ли он ещё так называть Билла. — Мы здесь временно, эм. Билл же где-то в городе бродит… Эм…       — Этот одноглазый упырь устроил настоящий Безумнопокалипсис! — перебил Стэнли возмущённым тоном, активно вскинув руки. Диппер раскрыл глаза, замерев. — Он одним ударом уничтожил хижину, и мы теперь прячемся под обломками и скрываемся от него. Мой брат любезно усыпил меня, и я мог умереть, но мне крупно повезло, что от чёртовой волшебной птички, которую отправила твоя сестра, я очнулся и успел смыться со свином сюда.       — Это, — сглотнул мальчик, сдерживая подступающую тошноту и слёзы, — это из-за этого у тебя шрам? — голос задрожал, как и руки, а это волнительная дрожь не прошла мимо глаз. Форд пихнул брата в бок «Ну, спасибо, Стэнли. Его нельзя так шокировать» Он положил свою шестипалую руку на плечо племяннику, чтобы тот не корил себя.       — Да, одной балкой прижало, — он отмахнулся, считая этот порез ерундой для настоящего мужчины. В тот вечер Билл поднял шумиху в городе и первым делом решил уничтожить дом Пайнсов. Стэн спал, как то и планировал близнец, но сон был прерван надоедливой волшебной птичкой-посланием от племянницы. Старик очнулся и схватился за ружьё, а вслед за пробирающей мглой он услышал писклявый звук, собирающегося снаряда над домом, как перед взрывом. Тут он послушал интуицию и быстрее побежал к подвалу, прежде чем дом и местность вокруг разнесла голубая вспышка, оставив черную землю и деревяшки от дома.       Парень опустил потухшие глаза вниз, немного пошевелив безжизненными губами, говоря в себя. Лицо пустое, словно он ушёл в другой мир. Семья виновато переглянулась, пытаясь войти в положение мальчика, но все понимали, что боль его никто не поймёт так глубоко, как тот, кто любит демона всем сердцем. Девушка убрала поднос, но чай протянула обратно брату. Она уговорила его попить, придерживая дно стакана. «Ох, братик… Ты будто бы прямо сейчас умер! Нет, нет, Диппер, прошу, не унывай и вернись». Она легонько похлопала по бледным щекам и потрясла за плечи, чтобы тот вернул на них внимание.       — Что с остальными жителями и с городом? — спросил парень. Форд уступил этот разговор Мэйбл, та помялась, но ответила.       — Билл, как бы сказать, захватил власть, но только под куполом. Центр города в огне его безумства, — она стала говорить тише, и смотрела уже не на брата, а в свежие воспоминания о том, что видела. — Люди, попадающиеся ему, становятся… Кого-то он превращает в камень, а кто-то случайно попадает в странные шары, откуда выходят странными монстрами или ещё чем-то. С неба падают странные куски каких-то локаций: то часть цветочного поля, то башня от замка. Я не понимаю, что происходит… И везде бродят чёрные звери, как тот волк, но не такие добрые и не говорят. И глаза… повсюду глаза Сайфера. Они на деревьях, на домах, даже летают в небе и ищут тебя… Ты сам понимаешь, зачем ты ему нужен.       — Он ловит всех подряд и пускает их воспоминания в полёт, смотрит, путешествует в мозгах граждан и ищет хоть какую-то подсказку, где найти тебя, — вмешался учёный. — Здесь спрятаны ещё некоторые люди и существа, но они не знают, что ты здесь. Если демон прочтёт их память, то сразу найдет наше убежище и тебя. Потому тебе нельзя выходить отсюда, понимаешь?       — Понимаю, — он закрыл глаза рукой и сипло просил прощение, — простите меня… Простите, что из-за меня всё так вышло… Я виноват, я втянул всех в апокалип… В Безумнопокалипсис, — семья, конечно же, сразу его обняла, говоря, что его вины нет, но мальчик уверен в обратном. — Нет, не говорите так! Если бы я не поверил ему и не заключил бы с ним сделку, ничего бы не было! Мне так жаль, так жаль…       — В поступках детей виноваты взрослые. Тебе может казаться, что ты уже взрослый, но всё, что упало на твои плечи, случилось по моей вине, — хрипло сказал Форд, закашляв, поскольку под водолазкой и плащом он сам весь в бинтах после схватки с демоном. Диппер поглядел на его слабую улыбку, радуясь, что он вернулся живым пусть и в синяках и ранах.       — Остановимся на том, что виноват мой брат, — отчеканил Стэн, всё ещё недовольный поступками Форда. Эти обиды и ссоры уже не касаются детей и окружающих       — А сны? Мэйбл сказала, что по земле летают куски каких-то земель и строений. Я полагаю, это куски снов, а чёрные монстры – кошмары из голов людей. — Вот тот старый добрый Диппер, который не ленится шевелить мозгами, который умиляет огнём в глазах. — Я сомневаюсь, что он плетёт сны.       — Нет, их нет больше. Кстати, Мэйбл нам всё рассказала, что ты заключил сделку с ним, чтобы спасти нас всех и вернуть нам всем разум. Это достойный поступок. — Скажи дядя это месяц назад, парень бы запищал от счастья, но пыл его стих, и он молча кивнул. — Первые несколько дней была жуткая паника, кто-то пытался уйти на воздушных и обычных кораблях, но не знаю, удалось ли им. А позже люди стали как зомби. Кого смогли мы спасли, а так… Чтобы не стать как зомби мы расплели защитный от Билла круг из волос единорога и сделали каждому из присутствующих по подвеске, чтобы снова не потерять разум от того, что нет снов. Я не знаю, какая обстановка за городом, но никто из королевств и стран не знает, что наш город под властью Сайфера, никто не придёт на помощь. За барьером должно быть безопасно, но на границе полно стражей, не выпускающих никого.       — Ужасно, — Диппер опомнился и схватился за подвеску на своей шее. Подобные клочки волос действительно висели на каждом. — Хотите сказать, за всё это время Билл не нашёл это место? Меня ведь он мог отследить по татуировке. — Стэн подёргал свою подвеску с мерцающими радугой волосами. — Вот оно что, ладно. Волосы единорога просто незаменимы. Они у всех здесь, так? Кто ещё в убежище?       — Потом увидишь, — сказал дядя, и как назло их перебил звук, похожий на гром. С потолка даже грязь осыпалась, тогда все вскочили, а старики побежали к выходу проверить, хотя уверены, что ничего страшного нет. Такие звуки периодически раздаются, как пояснила девушка. «Да что же там происходит?» металась мысль в голове парня, а вслед за ней и вторая «Мне нужно всё самому увидеть!»       Диппер попытался встать, но девушка уложила его обратно. В таком состоянии он и метра не пройдёт, но ведь какой упрямый. Мэйбл сдалась, но разрешила только размять мышцы, покидать комнату категорически запрещено. Парень согласно кивнул, не видя смысла спорить. Ему помогли подняться на ослабшие ноги и немного походить. Он ухмыльнулся, что чай на него действует, и он спокойно воспринимает нынешние условия и отступающий стресс.       Так, он узнал достаточно, опросив про всю ситуацию. На вылазку за нужными вещами и продовольствием выходили только Форд (он опытный, у него пластина в голове, что не даст прочитать мысли) и Стэнли (хороший боец, нисколько не старый, когда того требует ситуация). Чудом и парой добытых дробовиков они скрылись от глаз Сайфера, отбиваясь от нечисти, присланной демоном. В убежище немного людей, среди которых чудом спасшаяся лисица Кордой и прибежавший к Дипперу Мульти-медведь. Очевидно у этих двоих нюх хоть куда, потому они знают, что парнишка рядом, но молчат. На счет ночного кошмара девушка не знала, как и не знала, что стало с Глифулом.       На свитере сестры шатен заметил затяжки и несколько заплаток. Он быстро сообразил, что другой одежды у них может и не быть, ведь взрыв уничтожил всё в доме, а это и вещи, и семейные альбомы, находки и трофеи близнецов. С унылым видом шатен увидел стопку его одежды, в которой и был найден… Чёрный костюм с неудобным белым воротником, который он постарался отодрать. Вещи ерунда, но ведь и его драгоценные дневники погибли. Он уткнулся лицом в подушку и беззвучно закричал, пока девушка поглаживала его по спине.       Взрыв снаружи был неясен, но и не угрожал жизни. Всё хорошо, ну, относительно хорошо. До ночи близнецы просидели вместе, пока парню не стало хуже. Он стал кашлять, хватаясь за повязки, сдёргивая их. Ему казалось, что внутри пожар и он сгорает. Шатен подскочил, зажмурившись от боли в груди. Мэйбл куда-то на минутку убежала и вернулась с дядями и чародейкой. Вот все собравшиеся смотрят на него без осуждения в глазах, но он преисполняет сам себя виною и отворачивает голову, лишь бы не видеть то, до чего, как ему кажется, он довел их.       — Диппер, зачем бинты снял? — спросила женщина в потрёпанном платье и привязанных к поясу платкам и разным склянках. Ему казалось, что она ещё сильнее постарела с последней встречи. — Ну и кашель. — Она приложила руку к его горлу, затем к груди, охлаждая жар тела. — Принеси тёплой воды, свежие повязки и трубку, Мэйбл.       — Госпожа? — он заинтриговано смотрел на чародейку, водящую руками по его груди. Обычно её касания вызывали в её голове смутные и страшные образы, видения, но удивляло не только это, а то, что она жива. Ведь она уж точно входила в список тех, от кого демон хочет избавиться. — Вы… Простите, Вы были правы. Удивлён, что Вы здесь.       — По-твоему я должна была бросить глупого мальчишку умирать под деревом? — парень виновато опустил голову. Женщина прошла через ужас в своей голове, прежде чем осмелилась выйти из дома и перенестись сюда, когда Демон и её часть города разрушил. Она со вздохом взяла вещи, что принесла ученица, закурила трубку и начала смывать проступившую кровь влажной тряпочкой. Шатен глядел на кривой разрез на груди, не веря, что в нём было лезвие.       — Диппер, — мягко позвала она. Тот поднял глаза на неё, чтобы услышать какое-то наставление, — пей чай. Он сделан из корней, обвивавших твоё тело в ту ночь. Когда Форд и Мэйбл вытаскивали тебя, этот старик срезал несколько экземпляров. Мы хоть и называем это чай, но он очень важен для подавления сил демона, который наверняка будет пытаться проникнуть тебе в голову. — Она налила ему ещё стаканчик.       Женщина ушла, закончив перевязку. Старики и сестра ещё немного побыли вместе с парнем, но ночь и тяжелый день сказывались на них. Девушка хотела перетаскивать раскладушку к брату, чтобы спать в одной комнате, но Ли мягко намекнул, чтобы она сделала это завтра. Пайнс не сразу, но согласилась. Она чувствовала, что не должна оставлять брата ни на секунду, и не давать ему рыться в своей голове, поскольку знала, как тот склонен винить себя и драматизировать. «Он всю ночь спать не будет, потому что станет корить себя».

***

      Середина ночи. Диппер ворочался, ища удобную позу для сна, наименьше доставляющую дискомфорт. Ну, конечно же, не поза мешала ему, а он сам. Он закрыл лицо руками, шумно выдыхая. Глаза уже давно на мокром месте, покраснели и блестели в темноте. Сосенка поднял руку, разглядывая блеск браслета. Второй рукой он с силой впился ногтями в него, начиная пытаться содрать. Он шипел и быстро расчесывал до крови, что та оставалась кромкой под ногтями. Ещё и ещё, пока по всему запястью не размазалась кровь. Но он всё равно мерцает и доводит до истерики.       Бросив это дело, парень резко ударил руками об кровать, шепча в темноту: «Как я мог поверить тебе? Ненавижу тебя! Ненавижу! Как мог ты столько притворяться? Холера, всё то, что ты говорил, как ты смотрел, вёл себя… Это была игра? Нет, ты не можешь быть настолько хорошим актёром… Когда ты пришёл спасти меня, а я всё ещё верю, что ты хотел спасти меня! Когда ты пришёл, внутри тебя ведь была борьба с самим собой… Ведь так? Но ты посмел проиграть!»       Диппер свернулся калачиком, закрыв голову руками: «Ты сказал, что не можешь убить меня своими руками, но каковы теперь твои планы и убеждения? Растёт ли в тебе кровожадность, ведь ты всё ещё не свободен? А что делать мне? Я ведь… не знаю, как спасти тебя. Теперь уж стоит думать о том, как бы спастись мне… Мы меняем судьбу или же нет? Не знаю, должно ли было так случиться, но один из нас должен умереть, тогда второй освободится. Странно, но я чувствую, что мне не становится лучше, я вижу порой как в тумане, голова болит и внутри пусто… Тогда это значит, что ты наоборот становишься сильнее, чокнутый демон».       Мальчишка в полной темноте поглядывал на стакан с чаем, так и не сделав ни глотка. Сверху вновь услышал грохот, вздрогнув всем телом. Он закрыл уши, умоляя себя уснуть и перестать думать о Билле, но вдруг он услышал голос, режущий металлом, что кровь стыла в жилах.       «Хэй, Сосенка!» Юноша испуганно вскрикнул и поднялся, оглядываясь и сжимая в руке подвеску из волос единорога. «Милый, так ты очнулся! Какая… Хорошая новость. Надеюсь, что мы скоро увидимся. Я ведь так скучаю». Пайнс поднялся на ноги, отступая от кровати, запутываясь в своих же ногах. Он сжимал в руках свою голову, неся всякую тарабарщину, чтобы перекрыть голос, но ничего не получалось. «Как ты себя чувствуешь? Рана ноет? Несчастный мальчик, но я смогу спасти тебя. Ты только вернись ко мне, ты же хочешь этого». Диппер мотал головой, стекая по стене.       — Нет, замолчи, закрой рот, не появляйся в моей голове, — но его слова не воспринимали, словно не слышали. Голос продолжал звучать то громче, то тише, не давая передохнуть. — ЗАМОЛЧИ!       На шатающихся ногах он вышел из комнаты в маленькое тёмное помещение с лестницей наверх. Вход в его комнату находился под ней. На лестнице он увидел себя же, но не такого жалкого в бинтах, а в светлой рубашке и с мирным взглядом. Тот Диппер поманил рукой, и наш Диппер, находящийся на грани понимания реальности и галлюцинации, пошёл следом. Они поднялись наверх, прошли по коридору влево, затем вправо, прошли через каморку, и вышли ко второй лестнице наружу. Удивительно, что он впервые здесь, но вышел к выходу с первого раза. Люк заперт, это очевидно, но чудом или же провидением парень схватился за ручку, лишь подумал о том, что хочет его открыть, и та с треском обратилась искрами.       Он вздохнул полной грудью холодный и свежий воздух и приоткрыл люк, убрав рукой мешающиеся обгоревшие обломки и высунув голову. Дух захватило от того, что он увидел. «Снег? В такое время года?» Белые хлопья падали Дипперу на голову и таяли в волосах. Холодные ветер кружил их, поднимая вдобавок и пепел с земли. «Сайфер, что же ты наделал…» Над верхушками сосен парили маленькие острова-обломки из снов: кусок пустыни с сыплющемся на землю песком, кусок озера с утопцами, кусок улицы и детской площадки. Парень открыл рот, заметив правее от себя огромную цепь, тянущуюся из мира снов, из того самого разреза в небе.       — Как? Как это возможно?! — по всему телу забегали мурашки. — Это мир снов? — «Это мир снов. Он… Он рушится, а вместе с ним и ты, Диппер! Едва ли ты умрёшь, но это точно подорвёт твое здоровье физически и психически. Несчастный, котёнок» снова этот голос. «Добро пожаловать в прекрасный и дивный мир, дружок!» — Ты уже даже частично не контролируешь себя. — На этой фразе он решил поставить точку, его отчаяние выше веры и слепой надежды. «Билл стал монстром, каким и был всегда» голос металлический, но мысли точно принадлежали Дипперу, тут он и понял, что всё это время говорил он сам, ведь Билл не может влезть к нему в голову.       Парень завороженно вглядывался в мир сверху и в сине-голубое свечение в городе, словно северное сияние, но на самом деле ещё то пекло. Вдруг его схватили со спины и зажали рот, когда парнишка от испуга вскрикнул и стал вырываться.       — Так и с лестницы недолго упасть! Тихо, Диппер, — «Дядя Форд, зачем так пугать меня? Чуть сердце не остановилось!» Учёный удержался на ногах и пригнул голову парня, чтобы тот не высовывался. — Смотри. — Между деревьями замелькал большой глаз с крыльями, как те глазастики, которых находили Пайнсы, но больше размером и радужка как у Билла: золотая с вертикальным чёрным зрачком. Он пролетел над ними, решив, что здесь ничего нет, и улетел прочь и дальше искать Диппера.       — Какого чёрта? — прошептал парнишка, потерев красные от слёз глаза. Стэнфорд стянул его обратно, захлопнув люк. Учёный с замиранием сердца посмотрел на отсутствие ручки. Когда он спросил парня, где она, тот лишь пожал плечами и признался, что она рассыпалась искрами.       — Они если бы тебя заметили, то ты бы с жизнью распрощался! — шепотом кричал старик. — Я сказал тебе, не выходи из комнаты, а ты что сделал?       — Вышел из комнаты, — пробурчал подросток. — Мне казалось, что я его слышал. Слышал Билла, но сейчас понял, что это было моё воображение. Это не он звал меня, а я сам. — Учёный горестно вздохнул, не решаясь спрашивать, как именно парень нашёл выход. — Я не помню, как пришёл сюда, уведи меня обратно.       Так старик и сделал, убедившись, что Диппер заснул, он вернулся к себе. На утро старик отправил Мэйбл отнести брату завтрак, а сам без приглашений постучал к Веронике в комнату, он дождался лишь кашля и заскочил внутрь. Женщина была в ночной сорочке и платке на плечах, с запутанными пышными волосами, спадающими на доброе лицо с лазурными глазами. Старик замялся, смущённо кашлянув.       — Форд, мне триста с небольшим лет, — «Ох, она подумала… нет, я не, я…» Учёный замотал головой. — Ха, прости, я просто шучу! Наконец-то спокойно могу вздохнуть, раз Диппер пришёл в себя. Кстати, ты же о нём пришёл поговорить, так?       — Да, — чётко и резко ответил взбудораженный старик, но потом выдохнул, усмирив свой пыл и беглость. — Этой ночью он высунулся наружу, интуитивно найдя путь к выходу, и не помня, как пришёл.       — Ну, возможно, он был в шоковом состоянии, и его тело запомнило то, как мы несли его сюда. Тебе покажется это глупостью, но каких только серьёзных вещей под видом глупости нет в нашем мире, — мужчина сглотнул, задумавшись над словами чародейки. — Мне так когда-то сказал Винсент, а ему сам знаешь кто.       — Хорошо, — заволновался старик, — это не всё. Начну издалека… — он почесал щетину, обдумывая, — О! Наши миры под куполом смешались, но никто из людей этого не чувствует.       — Вот так открытие, Форд,— вяло сказала Вероника. Поживи на земле три века и от сарказма трудно будет отказаться.       — Никто из людей и не почувствует это, не почувствует мир снов, ведь они не видят другое измерение и не ощущают его кожей, как это делает Диппер, — тут-то она приподнялась из кресла, выпучив глаза и нащупав в боковом кармашке трубку. А Стэнфорд ходил из стороны в сторону, весь взвинчивай и одурманенный догадками и идеями. — Связь с миром снов, она ведь у него есть! Он провел много времени в том мире и с демоном снов, и я предполагаю, что он умеет менять реальность снов, управлять ими! Причём обычный человек, который изредка осознаёт, что он спит, так не сможет. А тот, кто понимает это и практикует! Пойдём!       — Куда? — но её уже схватили за руку и потащили к выходу. Пайнс старший не лучше Пайнса младшего, такой же бестактный. Женщина лениво шла сзади.       — Посмотри, посмотри на дверь, Вероника, — он как ребёнок указывал на люк.       — И что там? Ничего нет.       — Вот именно! Там была ручка, которую открываю лишь я специальным ключом, а Диппер одним лишь желанием сломал её. — Вероника достала трубку, закурила и опустилась на лестничную ступеньку. — С таким-то талантом Диппер в силах помочь мне незаметно подкрасться к демону и убить его. Одна лишь пуля осталась, но если всё продумать до мелочей, то мы спасём Гравити Фолз и весь мир.       — Форд, ты думаешь этот мальчишка пойдет на то, чтобы убить Сайфера? Ты в своем уме? — её сомнения имеют место быть.       — Билл предал его и оставил умирать в муках! Диппер не идиот, он не станет и дальше хвататься за него как за спасительный круг! — твёрдо стоял на своём Стэнфорд. — Это отличная возможность, чтобы…       — Я не уверена в Диппере, — сказала чародейка, поднявшись с места. Старик немо шевелил губами, не понимая её неуверенность, — вот моё мнение, если тебе интересно. Диппер слаб, ты сам это видишь, да и с головой его не всё в порядке. Я по твоим глазам вижу, что ты понимаешь, о чём я говорю. И не забывай, что стоит Биллу лишь заметить его, как тут же… Кхм, убьёт его. Я не уверена в том, что он сделает часть своей работы, не уверена в его надёжности. Тебе рекомендую не втягивать парнишку, даже если он согласится…       Форд смурной походил туда и сюда на второй раз проверяя состояние их убежища. Провёл подсчёт людей и отправил нескольких на пересчет продовольствия, кажется, заканчивались запасы воды. «Диппер уже должен был проснуться. И что, я так приду к нему и скажу всё это? Бред и только» Дядя захотел ещё раз посоветоваться с чародейкой, но той в своей комнате не было. Хмыкнув, он отправился увидеться с Диппером. Какое совпадение, что в комнате парня он и чародейку нашёл. «Это плохо» — подумал он, заметив тоскливые глаза с золотыми пятнами, а женщина рядом прервала свой рассказ. Мужчина сложил руки на груди и нахмурил брови, будучи недовольным тем, что без его разрешения Вероника всё рассказала близнецам.       — Диппер, я пока что просто делал какие-то догадки и намётки планов. Но я понимаю, что в такое тебя лучше не втягивать и… эм.       — Всё нормально, — Диппер зачесал рукой волосы. Его вид полон решимости, найденной тяжёлым путём переступания через себя и свои чувства. — Я хочу помочь.

***

      Билл Сайфер находился внутри огромной чёрной пирамиды, нависшей над пылающим городом. Он мило с улыбкой на лице любовался прекрасным видом из окна на пожары, разрушения и празднество. Демон даже насвистывал весёлую мелодию, покачивал головой и смеялся. Одним из глаз, разбросанных по всей местности под куполом, он засёк какого-то человечишку, уныло тащащегося мимо обломков ратуши. Бедолага попался. Сайфер махнул рукой, и человек упал на колени, хватаясь за голову, пока из него длиннющая лента воспоминаний неслась вверх.       — Не то, не то, не то, — уныло перечислял демон, просматривая ленту. Хмыкнув, схватил её и швырнул обратно в сломавшегося человечка. — И ты тоже не знаешь Диппера, хотя любишь подглядывать за детишками. — С презрением шикнул Билл, заново начиная злиться. — Я чувствую, я знаю, что он пришёл в сознание. Слабеет, и всё равно где-то же прячется с остальными Пайнсами. Как эта семейка меня достала! Живучие как тараканы, ещё и умудряются вставлять мне палки в колёса! Totus mundus ante pedes meos!* Почти весь мир, а Сосновое деревце я так и не нашёл!       Блондин ударил по стене, что там пробежали трещины и попадали кусочки. Гидеон в клетке вздрогнул, сжимаясь в клубок и трясясь от страха и закрывая уши от долгих криков вокруг него. Демон как разбитый романтик упал в кресло, развалившись в нём и крутя в руке свежую розу. Периодически вздыхая, глядя на неё, а после кинул Глифулу в клетку, где та загорелась. Подросток уже не мог плакать, он только сжимался и пытался всякими разговорами продлить себе жизнь. А блондин не обращал внимания, погружаясь в себя и думая вслух.       — Они спрятали мальчишку где-то под землей, под защитой, а может быть, что они постоянно передвигаются, — демона как осенило. Он выпрямился, сложив руки в жесте молитвы возле губ и растопырив пальцы. Глифул напрягся, хватаясь за решетки ржавой клетки для птиц. — Диппер ничего с собой не сможет поделать, и рано или поздно сам придёт ко мне. Выманить его смогу, если всё будет стабильно и не вызывать подозрений. Я продолжу искать его и ждать. Кто же быстрее найдёт? Он или я? — Сайфер засмеялся, встав с кресла и материализовав в руке несколько нитей, ведущих к ошейникам на отрезанных шеях вечно кричащих голов.       Демон дёрнул поводки, и головы замолчали. Наконец-то Гидеон слышит собственные мысли, а не бесконечные крики уже насколько дней и свой голос, молящий о тишине. Он зашептал что-то вроде «Тишина, тишина, спасибо» Замученный подросток склонился к земле, тяжело и хрипло дыша. Сайфер хмыкнул, заставив головы спрыгнуть и радовать уцелевших жителей своими криками, даже разрешил им немного кусаться. На Глифула ему противно смотреть, особенно после того, как надменный мальчишка с разбитым лицом вызвал демона и попросил силу. Биллу сначала стало смешно, посчитав просьбу абсурдной, но стоило увидеть, что этот мальчишка сделал с Сосенкой…       — Гидеон, жалкий ты шут, — это Билл ещё мягко обратился к пленнику в костюме шута с развешанными на воротнике, ботинках, рукавах и шапке колокольчиками. Именно этого персонажа повелитель видел в беловолосом парне, ни какого-то шарлатана, убийцу, завистливого подростка, а именно шута, достойного питаться крошкам и жить в тесной поржавевшей кривой клетке для птиц. — А ты всё ещё мечтаешь быть всесильным? Все твои мысли посвящены этой мечте?       — Не знаю, — ответил парень, подрагивая и не поднимая головы. Демон же слышит в его мозгах другой ответ. Он топает ногой, чтобы клетка исчезла и прицепляет к ошейнику Глифула поводок, требуя говорить правду. — Нет, я хочу… Я хочу домой, я только хочу домой.       — Ха, вот видишь! Вы, люди, не умеете жертвовать всем ради своих целей, но, должен признать, не все. За существование вашего рода человеческого встречались те, кто отвергались от всего земного, ради чего-то большего, чем дрожать в тёплом доме от страха за свою жизнь. Таких я уважал.       Демон вновь подошёл к окну, превратив его в дверь. Из-под его ног выросла лестница вниз. Неохотно Билл признавал, что Винсент относился к таким. Гидеон плёлся сзади и лишь покачивал головой в знак согласия, звеня колокольчиками, и блондина бесила эта покорность собеседника. «Нет, он мне не собеседник. Этот шут лишь слушает и поддакивает, а считающий себя равным мне поддержал бы любую тему. Хм, жаль, Диппер, нам не удалось ещё немного поболтать»       — Как думаешь, почему ты ещё жив? — Глифул пожал плечами. — Ты столь наглый, что у меня глаз задёргался, когда ты вызвал меня. Решил, что попытался освободить меня, и я прислужу тебе? Как бы ни так. Я хотел бы разорвать тебя на кусочки за то, что посмел наградить себя правом распоряжаться жизнью и смертью Диппера, но подумал, что будет неплохо завести кого-то вроде попугая, помучив его хорошенько, чтобы раскаивался в своих грехах. Пошевеливайся.       Господин и его шут спускались по высоченной крутой лестнице к земле. Демон уверенно шагал, оглядывая окрестности, а подросток в скрюченном виде кое-как поспевал, боясь сорваться. Гидеону было обидно, что его планы растворились и улетучились, и теперь он стал жалким и никчёмным, как грязь какая-то. «Некромант был прав… Демон и впрямь меня обманул» А что уже толку плакать?       — Что-то они совсем про работу забыли, — задумчиво проговорил мужчина, заметив своих Лунатиков, слоняющихся без дела. Блондин с чёрным глазом нахмурил лоб, и по городу что-то вроде маленьких разноцветных петард взорвались, чтобы Лунатики не расслаблялись, а продолжали искать парня и остальных Пайнсов. — Ленивые создания. — рыкнул демон снов.       — Куда м-мы идём? — просипел пухлый, но изрядно похудевший за пребывания в плену демона, парнишка. Билл загадочно улыбнулся, и его улыбка не предвещала ничего хорошего.       — Узнаешь, а пока любуйся Безумнопокалипсисом! — Засмеялся демон «…Пока можешь». Дёрнул поводок и прыгнул в портал, затащив и шута. Они вышли к голому старому древу, что никогда ещё не скидывало листья. — Сколько здесь лепестков?       — Их нет, — Гидеон получил по затылку. — Од-один. Вон там один есть. — Сайфер расплылся в мечтательной и блаженной улыбке, довольно кивнув.       — Видишь, когда ты всадил в грудь носителя печати нож, листья улетели, — он изящно указал рукой на дерево. — Но остался один лепесток, как окончание его жизни. Как только улетит и он, то барьер спадёт. — Сайфер потянулся к нему, как к запретному плоду, но уже около него сжал руку в кулак и убрал обратно, усмехнувшись. Парнишка рядом сразу напрягся, когда тот намеревался сорвать, но передумал. — Ха, это лишь формальности. Сорвав его, я не убью шатена, даже если испепелю всё дерево, ведь и оно лишь формальность.       — Остался всего один лепесток, — вновь повторил демон с улыбкой садиста, поглядывая на шута. «Моё Сосновое деревце ещё живёт, страдает и мучается из-за шута, который даже с этой ролью не справляется» Никто, даже сам Билл, не объяснит ход мыслей повелителя. — Давай играть в охоту? Ты толстенький кабанчик, а я охотник. — Демон отцепил поводок. — Беги, я дам тебе фору.       Он хлопнул в ладоши, и в руках появилось ружьё. Глифул побледнел, а ведь его кожа и без того белая, и бросился бежать, звеня колокольчиками. Через кусты, мимо деревьев, запинаясь и задыхаясь с мыслью о том, как хочет жить, бежал. Демон медленно досчитал до трёх, засмеялся, выкинув ненужное ружьё на землю, и простым движением руки отправил огонёк света в полёт. Тот долетел до паникующего бедняги и превратил его в камень. Мышцы сковывала магия, начиная с ног и выше. Дышать становилось труднее, но в эту же секунду камень покрыл всё тело. Услышав последний вскрик малыша Гидеона, демон ухмыльнулся и, расслабленно махнув рукой, развеялся чёрными лепестками.