Когда исчез последний сон.

      Демон опустился на землю, ощупывая свою грудь, чтобы убедиться, что рана не его. «Нет, неужели Диппер ранен? Нет, нет, только не это!» Демон почувствовал жжение от своих татуировок, замерцавших под одеждой, а за ними барьер между ним и Стэнфордом замерцал, сияя сильнее прежнего. Форд опустил руку с кольтом, пятясь назад. До него и до демона сразу дошло, что кто-то осуществляет барьер. В холодных глазах учёного заиграл испуг, он растерялся, бегло оглядывая границу. Тут всё Биллу и стало ясно.       — Форд, печать… Неужели она у Диппера? — он спросил потерянно и отрешенно, не веря в свои догадки, мысленно умоляя дать отрицательный ответ. — Нет, я сразу попробовал на вкус его кровь из пальца, и не намёка! Если так, это объясняет его непереносимость к телепортам. — Но учёный промолчал и склонил голову, тогда блондин разозлился ещё сильнее, что даже ударил кулаками по защитной стене, получив глубокие ожоги от неё. — Consummatum est…* Ты знаешь, что это значит?! Он умирает! Я чувствую, что он ранен, твою мать!       — Нет… О нет! — Форд округлил глаза, внутри всё затряслось. — Он меня ослушался и побежал сюда… — он чувствовал свою вину, но ещё не поздно его спасти, нужно нестись обратно на всех парах.       — Помоги мне проскочить внутрь! Во время короткого мигания барьера помоги мне сделать прыжок, прошу! — Билл ещё раз ударил, зашипев и отскочив от пронзающей боли. Все трещины на лице затянулись, красный цвет пропал, оставляя ледяной страх и боль на лице.       — Гори в аду, Сайфер! Даже не вздумай приближаться к моему племяннику! — крикнул убегающий дядя, спиной чувствуя жар от места битвы и от демона. — Ты весь мир погубишь!       — Я могу спасти его! Только у меня есть силы тут же затянуть его раны! Я не дам ему погибнуть, даже если это стоит моей свободы! — Демон в чёрном дыму метался, паниковал, чуть ли не сдирал с себя кожу. А старик бросил его мучать себя и дальше, потому что другого способа он не видел. «Впускать демона в город опасно для него самого и для нас» Ему вообще стало противно от привязанности Сайфера к его племяннику. Он допускал мысли, что такая буйная реакция наигранная, но ведь демон не в том состоянии, чтобы не идти на поводу своих эмоций. И старик поморщился, допустив мысль, что эти двое чувствуют друг к другу влечение.       Сайфер встал перед барьером, заставив себя успокоиться. «Ничего сложного, Сайфер, всего лишь проскочить за крохотный промежуток времени через границу. Сейчас или никогда! Fortuna semper mecum est!**»

***

      Ранее в Хижине чудес.       «О нет, это мак! Нет, только не это… Он убьёт его… Нет, я не могу этого допус…» мир перед глазами Диппера расплылся и потемнел. Он окунулся в темноту в последних попытках спасти Билла. Спустя какое-то время он почувствовал резкий запах спирта и неясную речь знакомого голоса. «Это… Это Мэйбл? Голос её». Шатен старался прислушаться, пока чётко не услышал: «Диппер, очнись!» Он раскрыл глаза, щурясь от яркого света в руках Глифула. Он держал сферу, чтобы освещать комнату. Не сразу зрение стало чётким, но когда шатен пришёл в норму и вспомнил, на какой мысли отключился, то чуть ли не подпрыгнул на месте и вскрикнул.       — Билл и Форд в опасности! — выкрикнул он, ошарашив собравшихся. Диппер засуетился, поднимаясь на ноги и оглядываясь, пытаясь собраться с мыслями. Гидеон и Мэйбл непонимающе переглянулись, но потом оба осознали, о чём сказал шатен. — Форд… Форд дал мне понюхать сильную настойку из мака, и сказал, что он всё закончит. Он точно ушёл убить Сайфера, потому нам нужно срочно что-то делать! Билл же не сдержится и потеряет голову от гнева…       — Ты предлагаешь нам туда сейчас бежать? — растерянно спросил беловолосый парень. Пайнс кивнул и двинулся к выходу, но голова резко закружилась и он осел на пол.       — Диппер! Что с тобой? Голова кружится? — подскочила близняшка. Мальчишка кивнул и с её помощью стал подниматься обратно, — подожди немного, ты совсем бледный. Не думала, что тебе будет плохо даже от снотворного, которое должно быть без побочных эффектов… Зачем дядя тебя так?       — На то есть причины, — тихо сказал парень, — он мог бы и позже убить демона, но сейчас его вынудил я… — девушка и Гидеон вместе спросили: «Каким это способом?», чувствуя, что без них тут кошмар какой-то случился. — Стэнфорд рассказал мне абсолютно всё… — он приложил руку к голове, зачесав волосы и открыв тем самым лоб. — Печать на самом деле всё это время была у меня. С самого моего рождения её скрывала магия, потому Билл не мог знать об этом. Но теперь это знаю я, и при встрече с Биллом, он бы сразу прочёл мои воспоминания… Дядя боится, что демон использует меня для ритуала. Он, как я догадался, поставил на дом барьер из волос единорога, чтобы Сайфер не проник в наши головы и сны.       — Да ты самый настоящий ларчик, некромант! Секрет на секрете, а чем дальше, тем хуже, — проговорил Глифул, получив в ответ вздох от Диппера и прищуренный злой взгляд от его сестры. — Ой, я что, вслух это сказал?       — Диппер, так есть ли нам смысл бежать на поле боя, ведь мы сможем провести ритуал? Теперь у нас есть все компоненты! — Диппер выгнул бровь дугой, намереваясь напомнить, что не все компоненты собраны, но сестра прервала его, показав листок с текстом, — вот! Мы сделали обратное заклинание! Нам потребовалось время, но по алгоритму и с помощью призванного фамильяра-помощника мы справились! Пришлось немного раскошелиться, ведь фамильяр не наш, а из специального круга для помощи новичкам и неумёхам за деньги.       — Вы смогли сделать обратное? — он бегло разглядывал с приоткрытым ртом все письмена на листе. — Невероятно, но… Вы зря потратили время, простите. Ритуал требует жизнь, а не только кровь… — волшебница в ужасе раскрыла глаза, потеряв дар речи, а телепат помрачнел. Он не сводил сверкающий взгляд голубых глаз с парня всё это время, а теперь потупил в пол. «Смерть некроманта позволит демону стать свободным… Это было весьма ожидаемо, но всё равно пугающе». — А сам барьер нужен для поддержания мира демона…       Мальчишка не успел договорить, ведь раздался далёкий взрыв или что-то похожее на него, от чего команда сжалась и дёрнулась ближе к полу. Секундное молчание, за которое подростки пугливо оглядывались, а потом волна дошла до дома, что они услышали трясущеюся наверху мебель и хрюк запаниковавшей свиньи.       — Что это?! — вскрикнула девушка, бегущая вслед за парнями наверх. Все трое выбрались в Хижину, а там уж Диппер выбежал на порог. Он застыл, его дыхание спёрло, а в карих с золотом глазах читался ужас и шок. Похолодало вдвойне, небо ночное затянуто чёрной мантией из завёрнутых туч, а на его фоне ярче обычного сиял барьер, а вдали, за древом, где граница… Там горели верхушки чёрных сосен, объятых синих огнём, но некоторые вспыхнули и ярко алым, что мог спалить весь лес. Как только дым и пепел дойдут до города, поднимется тревога, но запас времени ещё есть.       — Началось, — сказал парень. Раздавались вспышка за вспышкой от разных видов магии и оружия. — Они сражаются… — все трое как языки проглотили, сердца свалились в пятки, мысли скучились. Даже с малым количеством сил демон пугает до трясучки в коленях или до обмороков. Мэйбл уже на рефлексе нащупала абордажный крюк за спиной, готовая в любой момент спасать Форда, за кого и боится сейчас. Гидеон сделал маленький шаг вперёд, с восторгом и трепетом разглядывая красное небо вдали. Он был заворожен силой кого-то по-настоящему могущественного и хотел к такому тянуться, быть таким. А вот Диппер сжал руку на груди, начиная задыхаться. Его ноги онемели, но он знает, что сможет заставить их бежать, как никогда ещё не бежали.       — Где Стэн? — спросил Глифул. Мэйбл взяла Пухлю на руки и отнесла любимца спрятаться под креслом, где был запас его корма. Пайнс младший испугался, что дядя побежал в эпицентр битвы спасать брата, ведь это так похоже на него.       — Он здесь! И он тоже под действием снотворного! Мне разбудить его?! — кричала сестрёнка из зала. Дядю отключили, как и Диппера, чтобы не мешал, чтобы не было риска потерять кого-то из близких Форду людей. Причём Стэн собирался идти с братом. Он был с кастетом и с заряженным ружьём на полу. «Стэн очень сильно поссорится с Фордом из-за этого» подумала девушка.       — Нет, не буди! — крикнул Диппер. «И с нами он тоже поссорится из-за этого». Девушка быстро вернулась, закрыла дом и побежала за братом. Тот не дожидался готовности друзей, а в неразборчиво пугливом состоянии побежал к границе. Ватные ноги, как и предполагалось, несли его вперёд, как несут лодку волны и ветер. Гидеон бежал следом, весь взмок и покраснел, тяжело дыша и задыхаясь. «Господи, если ты есть, убей меня. Я не могу так бежать… А если этот дурак убежит дальше… Вашу ж мать!» Диппер ускорился, Мэйбл уже обогнала. Она поддерживала и подгоняла пухлого парня бежать быстрее, хотя, хочу заметить, он стал гораздо худее, чем был раньше. Годы путешествий сказались на его фигуре и весе.       Парень был сравним с диким оленем, что вольно несётся через ручьи, виляет между деревьев, в темноте перепрыгивая через камни и корни. Мэйбл уже несколько раз получила ветками в лицо, а вот брат, ведомый непонятно чем, уклонялся и вёл их. Хотя она догадалась, что о них он уже забыл, думая лишь о демоне, о том, как унять его и спасти. Ей быстро надоело запинаться, да и беловолосый за ней уже умирал от пробежки и хлёстких веток в лицо, потому она на ходу смогла создать свет в руках, что освещал дорогу.       «Только бы успеть! Только бы ничего не случилось с ними! Билл, прошу, не натвори глупостей». Он в шоковом состоянии бежал и поглядывал в небо, всё ближе подходя к вспышкам и огню. Вот он уже добежал до Великого древа. Гидеон сзади остановился и упал на землю без сил. Сестра остановилась и, закатив глаза, подбежала проверить, не помер ли он. Она окликнула брата, и тот притормозил узнать, что случилось.       — Если с ним всё в порядке, просто устал и не может бежать, то позаботься о нём, я оставаться и ждать не могу, — сказал запыхавшийся мальчишка, ловя момент передохнуть. Он даже и не почувствовал, что бежал так быстро и долго. Глифул откашлялся и стал подниматься. — Всё хорошо? — он поднял палец, выпрашивая тем самым время отдышаться. Сделав глубокий вдох, ответил.       — Да, ты даже не представляешь насколько, — он улыбнулся своей самой гадкой и хитрой улыбкой, что чистый голубой цвет его глаз, ассоциируемый с небом, казался предательски подлым. Гидеон схватился за амулет, и магия сковала близнецов. Диппера с силой впечатали спиной в дерево, что он сначала задохнулся и хрипнул. С Мэйбл он был более снисходительным, потому её лишь крепко сжало голубое свечение и отнесло в сторону.       — Ты что делаешь, Гидеон?! Я так и знала, что ты предатель… — прохрипела она из всех сил. Тиски сжались крепче, дышать становилось труднее, а кости, казалось, затрещали. Диппер вообще кое-как откашлялся, хрипя, поскольку крепко прижат к стволу дерева. В глазах от удара потемнело, но он заставлял себя не опускать голову, а держаться в сознании и дышать, насколько ему позволяла магии Глифула.       — Я вас не предавал, ведь всё это время я шёл по своему плану, а вы лишь материал, годный только для временного пользования. Ты, некромант, — он подошёл к Дипперу, похлопав ладонью ему по щеке. Тот оскалился и плюнул в парня, за что и получил удар в живот, снова закашляв. Мэйбл наблюдала это, выкрикивая что-то гневное, и задёргалась сильнее, когда её брата ещё и за волосы схватили. — Я продолжу с твоего позволения, отброс. Ты последний фрагмент ритуала, и теперь у меня есть всё, чтобы осуществить план! Я стану всемогущим магом, надо мной больше никто не посмеет посмеяться!       — Ты мерзавец и идиот! Вот каковы твои цели?! Как примитивно. Мне тебя почти что жаль, слизняк, — огрызнулся парень, пока его волосы грубо и крепко держали и дёргали, чтобы тот не опускал голову. Глифул хмыкнул и отступил на шаг. Достал из кармана белый круглый камешек и кинул на землю, а там уж из него образовался круг для обрядов. Уже давно во всём мире маги используют готовые капсулы с кругами, чтобы не тратить время на их начертания.       — Всю жизнь меня тыкали носом в то, что я плох в магии. На мне поставили крест в школе волшебников, и смеялся весь мой старый город над недотёпой. Мы переехали в эту дыру в надежах, что в насыщенном магией месте во мне пробудится дар. Ничего не вышло! В академию я даже не прошёл! И я пообещал себе и всем вокруг, что стану сильным. Я организовал шатёр Гидеона, сколотил состояние, чтобы накопить деньги и отправиться в погоню за ритуалом призыва.       — Но ты же говорил, уверял меня, что всё это ради матери… Тебе не жаль её? — в шоке и глубоком разочарование спросила сестра. Она ещё не до конца понимает, что в любой момент её брата может не стать. Ей не хочется и думать, что они проиграют и Глифул упадёт до убийств. Нет, она не может так просто сбросить розовые очки и сдаться, дожидаясь жертвоприношения и дальнейшего ужаса.       — Моя наивная Мэйбл, я лишь давил на жалость, — она округлила глаза, будучи раненой ножом в спину и в сердце. В переносном смысле конечно. Диппер поморщился, презирая беловолосого всем сердцем, что даже его напущено сладкий голос горчил ядом и желчью. — Видите этот амулет? Это не простой артефакт, а очень ценный и могущественный! А за такую магию, как вы понимаете, он требует что-то исключительно для равноценного обмена. Воистину демонический камень. Амулет требует душу самого близкого для хозяина человека, и я отдал ему рассудок и сознание своей матери.       — Ты отвратителен! Родную мать! Как так можно?! Ты псих, самый настоящий и жестокий псих, помешанный на себе мхн… Мнхнх! — Глифул махнул рукой, чтобы силой амулет заткнуть девушке рот. «Я всё равно буду стараться докричаться, сотню раз проклиная тебя!»       — Гидеон, дай мне объяснить! Если ты снимешь барьер, мир снов разрушится и демон тоже, а вслед и мы умрём без снов! Я видел, что становится с людьми, когда им не снятся сны! Гидеон, будь разумным человеком… — шатен бьётся, но все движения скованны, потому с виду похоже на дёрганье. «Придумай что-нибудь, Диппер! Вразуми его, а то он всех погубит! Там битва в разгаре, а мы застряли со скрытым психопатом».       — Ты врёшь! Несёшь бред! Замолчи и отдай свою жизнь, чтобы освободить любимого демона. Ты же сам стремился к его свободе! — Диппер вырывался и продолжал настаивать на своём, на его глазах уже появились слёзы. Мэйбл за ними осадили на колени, но она продолжала мычать сквозь кляп и стараться шевельнуть руками, чтобы остановить парня. «Гидеон, клянусь, что выберусь и лично сотрясу тебе все мозги!»       — С чего ты взял, что он тебя не обманет?! Ты так же проиграешь, Гидеон! Пойми же ты наконец, что ты убьёшь не только меня! Если Билл вырвется, он убьёт и Форда, а затем и тебя! Ему плевать, что ты там попросишь! Гидеон, прекрати это, нужно бежать спасти его, а не рушить… — раздался мощный удар и вспышка с места сражения человека и демона, что земля задрожала, сосны накренились. «Всевышние, что там случилось?! Идиот Глифул, бестолочь и обманщик! Билл, если ты слышишь меня, если ты чувствуешь, заканчивай эту драку, я в беде! Все мы в большой беде!» Гидеон начал гордо и властно зачитывать ритуал с листа, затем он тягуче вынул из своего демонического бирюзового камня вполне реальный нож.       — Прощай, Диппер Пайнс, — он сделал быстрый шаг вперёд. Шатен подавился воздухом и хрипнул, а сестра закричала что есть мочи с зажатым-то ртом и забилась в истерике.       Холодное лезвие пронзило грудь жертвы, где и осталось. Диппер поперхнулся воздухом, открыв рот в немом крике. Убийца не смог едва трясущейся рукой вынуть нож обратно и сделал несколько шагов назад, неровно дыша, да глядя большими глазами на ещё живого некроманта. Нож он всадил по самую рукоять, проткнув глубоко-глубоко, что точно задело важные органы. Но из-за внутреннего страха убить человека Глифул не смог ударить ножом в живот или ровно в сердце.       Магия пропала, и парень скатился на землю. Он застонал и зашипел, сжимая губы, его попытки что-то сказать не удались. Слёзы продолжали бежать по белому лицу, но уже медленнее, поскольку сил на них больше нет. «Блядство…» Острая боль в груди словно горела огнём, словно внутри ему всё сжигают и рвут в самой глубине. «Быть не может… Он сделал это» Глаза медленно опустились, чтобы увидеть торчащий из груди предмет. Кратковременный ужас охватил мальчишку, ведь он чувствовал, как слабеет, чувствовал жгучую боль внутри и на поверхности, да ещё и видел свою горячую кровь. Кровь растеклась по рубашке и вниз по животу, стекая на землю. Его охватила паника от страха смерти. Это последние минуты. Он рукой попытался потянуться к ножу, но каждое движение отдавало невероятно сильной болью в груди.       Глифул сглотнул, ведь секунды назад он заколол человека, а теперь смотрит, как тот мучается, но надеется, что недолго ему осталось. Гидеон зачитал последние строки, но уже не так уверенно, поглядывая на разбитого мальчишку в крови ещё дергающегося и похрипывающего, и что-то бормочущего. Диппер глядел последним взглядом на сестру, уже теряющую разум от паники, а затем поднял глаза к небу. Он уже не чувствует своих руки и ног, а только ощущает боль и стекающуюся кровь на теле. Слова застыли на губах, а прекрасные живые глаза стали пустыми, но всё ещё отражали свечение взлетевших листьев, мерцая золотым краплением.       Листья с древа разом оторвались от веток, и ветер, словно специально сбивая Глифула с ног, быстро закружил их и понёс вдаль. «Это конец?» Теперь ему казалось, что он не слышит ни голоса своего убийца, ни мычаний сестры, даже криков сов. А ведь защитники древа визжали и кричали, взлетая всей стаей и разносясь вместе с ветром по всему лесу. «Как же быстро кончилась моя жизнь, а я ведь столько ещё хотел сделать, столько сказать… Не хочу умирать… Ещё бы хоть раз отпраздновать день рождение с сестрой, сыграть в «Подземелья, подземелья и ещё раз подземелья!» с Фордом как раньше, съездить с дядей Стэном на рыбалку и вернуться со сломанной лодкой… Ещё бы раз увидеть Билла, чтобы он меня обнял, сказал, какие люди хрупкие и беспомощные, а после бы засмеялся, пока я вдыхаю запах океана и лаванды… Не хочу умирать…»       Шатен заметил вдали подходящего всё ближе оленя. Полупрозрачное существо шло медленно, ещё скрываясь в деревьях, пытаясь отсрочить момент их близкой первой и последней встречи. Но теперь, глядя на него, Диппер понимал, что когда тот подойдет, душу парня заберут к звёздам, к ангелам или к пустоте. Куда именно он не знает, но точно заберут из мира смертных.       — Дохни быстрее, — истерично выкрикнул парень, дрожа сам от пустых глаз, смотрящих в пустоту леса. Глифул не сводил глаз с крови, стекающей по его вине, но он старался дышать ровно, не выдавать напряжение. Он был обычным избалованным жуликом, как же его детские травмы смогли довести до убийства человека. Как парень оказался ночью в лесу проводить страшный ритуал, стоять перед умирающим парнем и слышать отдалённо всхлипы от слёз, вой, дёрганья девушки, в которую влюблён.       Раздался шум, будто бы множество голосов шушукались одновременно, но на самом деле это шуршали листья деревьев от скорости темной дымки, что быстро неслась как призрак или чудовище с невнятными завываниями и звуком ветра на двух парней. Глифул тут же упал на землю, отползая назад, а шатенка зажмурилась, втянув голову в плечи. Холодная тьма резко остановилась и оказалась перед лицом лежащего на земле парня, жестоко откинув волной Гидеона и Мэйбл на метры назад. Девушка ударилась об землю, как и Глифул, чья магия спала с неё, и представился шанс обезвредить паршивца. Недолго думая, она достала из-за пазухи крюк и, всё ещё лежа в траве у дерева, об которое и ударилась, выстрелила в поднимающегося и хрипящего парня, попав ему в растрёпанную шевелюру. Ему повезло, что в её глазах всё плывёт от удара и от слёз, иначе бы он раньше шатена с жизнью распрощался бы. Волосы спутались вокруг крюка, он пытался вытащить его, но его дёрнули ещё сильнее, что он повалился на землю. Девушка на трясущихся ногах и с кровью на разбитой щеке подбежала к парню, пошатываясь, сдёрнула с шеи амулет и растоптала, сломав драгоценный камень.       — Мэйбл, пожалу, — отчаянно взвыл парень, но она заткнула его, ударив со всей своей силы, что магией скопила в кулаке, и нанесла поразительный удар, но не смертельный. Он постанывал, продолжая смирно лежать, поскольку без помощи не поднимется ещё долго. Оставив парня здесь, Мэйбл оглядывалась, вспоминая, откуда вообще прилетела. Тем временем тьма вокруг древа сжалась в одного человека.       Тьма протянула руки к холодному без выражений лицу и тут же обернулась демоном снов. Брови парня дёрнулись в удивление, он разомкнул губы, но рука блондина не дала ему и слова сказать. Мужчина шикнул, слыша все вопросы в голове любимого. Он трепетно провёл пальцами по щекам с мокрыми дорожками, прерывисто дыша в испуге. Внутри демона кровь забурлила от адреналина, как ловко ему удалось проскочить внутрь, ну и, конечно же, от страха за мальчишку.       — Я смог проскочить ради тебя, я здесь, терпи… — он спустил руку к шее, ловя слабый пульс, а второй обхватил рукоять ножа, потревожив лезвие внутри. Диппер издал стон, наполненный болью. Странно это пытаться кричать от боли и в тоже время быть счастливым. Билл. Он ведь здесь. — Кто это с тобой сделал? Я убью его! — демон сжал рукоятку, поглаживая пальцами шею парня, и резко вытянул нож, тогда голос из последних сил прорвался в короткий вскрик.       Слабые пальцы вцепились в колено повелителя, сжав кончиками ткань брюк. «Боги, это невыносимо!» Демон зажал кровоточащую рану руками, приготовившись к трате последних сил на исцеление. Он заметил золотой браслет с его знаком (одноглазым треугольником). Тот был уже почти золотым, лишь чёрная полоска у основания треугольника говорила, что Сосна ещё жив.       — Билл, я… — прошептал сипло с хрипотцой парнишка, вглядываясь в истощённое лицо блондина.       — Тшшш, я знаю. Печать у тебя, я только что узнал от Форда… Он жив кстати, — демон чуть приподнял уголки губ, увидев, что Сосенка сделал тоже самое, блаженно прикрыв глаза. — Не отключаться, дитя! — по телу прошёлся заряд, как новое недолгое дыхание, продлевающее жизнь. Шатен снова вдохнул воздух, приоткрыв глаза. «Почти что оказался там» В доказательство этому рядом с ними стоял олень, дёрнув головой с могучими рогами. Стоял, даже не наклонялся. Ждал.       Демон коротко и быстро дышал, удивившись самому себе, как он успел поймать уже отлетающего на тот свет. «Билл, он ведь может выпустить меня. Его смерть сделает меня свободным» голос звучал в голове блондина, но не походил на его внутренний, а скорее на тот, что звучал громче всех в вечном балагане. Его можно ассоциировать со змеёй, самой хитрой из искусительниц. Встревоженный блондин на доли секунды сменился хищным алым демоном. Он неестественно резко мотнул головой, да и весь стал дёргаться. «Я не могу бросить Сосенку. Он не заслужил смерти, он мой, отдать его костлявой больше не входит в мои планы. Нет, нет! Нет!» Диппер заметил, что блондин медлит с лечением и полностью погружен в себя. Он понимает, что без вмешательства это плохо закончится, а так же понимает, что часть демона сомневается, нужно ли спасать хранителя печати. «А свобода? Свобода! Ты забыл, идиот, что он наша кукла? Я так мечтаю о мести, ведь эти люди топчутся на планете, даже не зная, что если бы не я, то они бы сейчас и дальше на ветках с бананами сидели. Лысые мартышки упекли нас на муки в этом дрянном лесу».       — Диппер, что-то мне нехорошо, — его начало трясти от мощных потоков энергии внутри. «О нет… Ты действительно даже моей смертью не побрезгуешь…» — нет, ты мне дороже, — его стало сильнее мотать, а глаз становился то жёлтым, то красным. Это страшно, когда демон борется с самим собой внутри. — Я чувствую столько энергии, я чувствую свои прежние силы! Невероятно, — даже на Диппера стала давить что-то странное от блондина, как в первую встречу, но только ещё сильнее. Дышать становится всё душнее. Демон смотрел на кровавое пятно и свои окровавленные руки и вдруг засмеялся, его зубы заострились, а глаз совсем потерял человеческий вид, став чёрным с золотым узким зрачком.       — Прошу, Билл, — одними белыми губами проговорил парень, продолжая уже мысленно «Не сходи с ума, Билл. Остановись».       — Чем ты слабее, тем сильнее мерцает барьер. А как только ты умрёшь, я стану вновь тем демоном снов! — он поднялся на ноги, собираясь прекратить мучения от неумелого удара ножом. На губах расцвела улыбка маньяка, но вновь глюк внутри него заставил пошатнуться и чуть ли не упасть. Демону стало жарко внутри, а из единственного глаза в очередной раз пошла кровь. Он посмотрел на мальчишку со всей болью, что он испытывал, не имя сил сопротивляться своей тёмной стороне. — Я так люблю тебя… Потому и не могу убить, — он вновь подошёл к шатену, но его дёргало. Разрывало на части желание убить и спасти мальчика, так ещё и охватывало безумие от неконтролируемой силы. Руки вновь потянулись к лицу, невесомо смахнув с лица упавшие пряди и утерев слёзы. Демон разглядывал лицо напротив, запоминая сломленный вид его ключика к свободе. — Прости, я не могу, не убить, не спасти. — Блондин отпрянул и голубым огнём унёсся в город, оставив мальчишку умирать.       Диппер погас, разочаровавшись в демоне снов, в этом мире, в справедливости, во всём и в самом себе. Зверь стукнул копытом, копнув землю, потом ещё раз. «Ну чего тебе? Я, наверное, уже долго лежу так… Билл дал мне ещё несколько минут, потому жди». Зверь фыркнул и наклонился к древу, затронув ствол рогами. От соприкосновения по кроне разбежались холодные узоры, и сошлись за спиной парня. Корни зашевелились, приподнимая и высовывая себя из земли. Они легко обвились вокруг шатена, а вслед за странным поведением дерева он почувствовал руки на своих плечах.       Глаза закрылись, да только мир вокруг стал не темнотой и холодом, а светлым пространством с красивыми узорами вокруг, светлячками или же парящими маленькими звёздочками. Он уже чувствовал не твёрдую кору, а… «Колени? Это чьи-то ноги?» Легко поднял голову наверх, раскрыв рот от удивления. На него смотрела красивая девушка с шоколадными волосами и такими же глазами, продолжая держать за плечи. Её лёгкое платье колыхалось от ветра, которого здесь нет, окутывая сидящего парня, как простыня. Она отпустила плечи и обошла, сев перед ним. Диппер не мог глаз оторвать от девушки, так похожей на сестру, но без пухлых щёчек, а более взрослую.       За её спиной появился олень, всё такой же необычный из звёзд и дымки, только намного больше и взрослее с рогами, как ветви дуба, с шерстью и большими копытами. Не такой тонкий и крохотный, как был до этого. Зверь покорно стоял сзади, а девушка улыбалась, рассмеявшись глупому выражению лица Пайнса. Он покрылся румянцем, закрыв рот и не зная, что сказать, но спросил первое, что пришло в голову.       — Я умер? — он приложил руку к груди, нащупав рану, но без какой-либо боли. Девушка напротив снова рассмеялась, замотав головой. — Ты ангел? Или ты сама смерть?       — Как я могу быть смертью, если я Селеста Пайнс? — парень замер, глубоко вдохнул, потом ещё раз вдохнул и сделал резкий выдох, лишь бы не закричать от удивления и тонны вопросов. — А ты, как уже стало ясно, мой дальний правнук по главной ветви. — Селеста провела по лбу завороженного Пайнса, сняв пятно большой медведицы. Вытянула его руку, посмотрев на татуировку измерения снов и на печать в виде расцветающего дерева с глазом на кроне.       — Почему? Ты… Вы разве не умерли? — дрожащим голосом задал вопрос мальчик, выпучивая глаза на свою же руку. Она нежно провела пальцами по печати и по его лицу родным жестом, как мама.       — Ты очень похож на моего папу, — ласково произнесла мягким и лелеющим голосом. Парнишка ещё раз покраснел, засмущавшись и нисколько не удивившись этому. Кажется, ей приятно смотреть на кото-то столь похожего и пусть далёкого, но родного человека.       — А Вы похожи на мою сестру близняшку, — Селеста вскинула брови и поправила длинные волосы.       — Вот как! Обращайся ко мне на «ты». Хорошо? — парень согласно кивнул. — Ты спросил, умерла ли я? Да, умерла, но часть души закрепилась здесь и стала деревом, стала барьером, который привязан к тебе. — Это объясняет, откуда у мальчишки чувство покоя, словно он всю свою жизнь знал Селесту.       — Хорошо, с этим мы разобрались. Вы... ты так и не сказала, я жив или мертв? — всё не унимался парень, на нервах схватив новую знакомую за тонкую руку с бархатной кожей. Она сжала пальцы и положила поверх его ладней другую руку, продолжая улыбаться.       — Я бы сказала, что на границе. — Каждое сказанное ею слово звучало с нежностью, добром, любовь. Даже каждый жест казался ангельски невинным. — Я буду поддерживать в тебе жизнь до последнего. Сразу как тебя попытались убить у дерева, я стала питать тебя энергией хотя бы до прихода помощи. Но явился лишь демон, хотя надеюсь, что вскоре придёт ещё кто-нибудь.       — Ты всё видела? — заволновался и встрепенулся Диппер, закусив губу. «И разговоры она слышала, я так жалок» Девушка же кивнула на его вопрос, тогда мальчишка закрыл лицо руками, застонав и склонив голову к ногам. — Я предал весь род из-за того что пытался сделать? Что пытался освободить демона снов? А в конце и вовсе влюбился… Какой же я…       — Это прекрасно. — Он дёрнулся, подняв удивлённое лицо «Я не ослышался?» — Любовь сама по себе прекрасна, в её силах дать нам всё, как и в силах всё разрушить. Я так люблю своего сына и мужа, своего отца, и ради их безопасности я пошла на запечатывание демона. — Её грустная и ностальгирующая улыбка была обращена в прошлое к людям, чьи образы до сих пор в её голове. — Билл Сайфер ведь из-за неё и не смог убить тебя, борясь с самим собой. Ты сделал многое, очень многое для этого демона. И не считай, что ты предал кого-то, нет. Ты, как и мой, отец стремишься к миру для каждого, ты тоже смог пожалеть демона, даже открыл в нём чувства… Ты лишь ищешь правильный путь.       — А ты знаешь, какой путь правильный? — тихо спросил Диппер. Селеста пальчиком поманила пододвинуться поближе, что тот и сделал.       — Откуда? Мне хоть и более трёх сотен лет, но так и не знаю, какой путь правильный и есть ли он вообще. — Она засмеялась, а шатен фыркнул и поник головой. — Я лишь знаю, что теперь тебе придётся несладко, демон начнёт бесчинствовать, а это сильно подорвёт твое здоровье. Умирать тебе нельзя, знаешь же, какие будут последствия его высвобождения?       — Да. Знаю… И всё равно не могу смириться с перспективой держать его вечность, а мой дядя вообще хотел убить его! — всхлипнул парень, вскинув руками. — Я не знаю, как теперь быть и что делать…       — А что бы хотел ты? — спросила она с энтузиазмом авантюриста.       — …Чтобы барьер сняли, но при этом все остались живы, а я бы мог видеться с Биллом постоянно, — шатен поджал ноги и сложил голову на колени. — Вот к чему я стремился, но всё вышло ужасно... Билл и вовсе использовал меня и бросил умирать, а Мэйбл и Гидеон непонятно где! — руками он схватился за рубашку с кровавым пятном.       — Эй, ну что ты, не унывай, — она понимающе похлопала по плечу, — я уверена, точнее, я надеюсь, что ты сможешь всё преодолеть. Это не ошибка, это часть пути твоего. Демон разрывается от криков темных голосов внутри, я слышу их и как огнем он несется по городу, его опьяняет энергия в таком количестве, которая по праву и была его...       — Правда? — парень утёр подступающую слезинку. — Думаешь, я смогу исправить этот кошмар? Выживу ля я вообще... Моя смерть принесёт Биллу свободу. Я получил некую фору, раз он сдержался и ушел, чтобы не убить меня своими руками. — Парень зачесал волосы назад, шумно выдохнув. — Я должен хотя бы попытаться спасти его от безумия, спасти город, себя.       — У тебя сильна связь с демоном и его миром, вот и воспользуйся этим! — Юноша округлил глаза и спросил, как именно связь ему поможет, но та лишь пожала плечами. — В нужный момент ты точно что-нибудь придумаешь, — Пайнс наклонилась и поцеловала его в лоб. На месте поцелуя вновь появилось созвездие, а печать исчезла с руки. — И я буду стараться тебе помочь.       — Ты бы побольше деталей объяснила, — улыбнулся покрасневший от смущения мальчишка. За спиной родственницы фыркнул зверь, о котором они уже забыли. — Этот олень так похож на моего… Только больше.       — Это он и есть, — юноша вздрогнул, уставившись в голубые глаза оленя, — перешёл к тебе по наследству, возможно, знал, что и ты столкнёшься с этим проклятьем и с демоном. Как только ты повзрослеешь, он вырастет вместе с тобой. Наверное, мы с тобой судьбой связаны.       — Да, кажется, так и есть… — наконец-то за долгое время он очаровательно улыбнулся. Олень подошёл ближе и наклонил голову с рогами к парню. Девушка рядом намекнула, чтобы парень погладил его, но Диппер забоялся дотрагиваться до преобразившегося в молодую особь оленя. Робко протянув руку ему, он почувствовал вновь тот холод и огонь внутри своей груди.