Влюбился... всё-таки влюбился...

Ветер срывает листья с деревьев. Над головой каркают вороны, добавляя и без того ужасному утру еще больше мрачности. Я в очередной раз проспал, остался голодным и немытым «чучелом», которое словно проскальзывает сейчас по тротуару, как Дракула из детских страшилок. Правда, вместо чёрного плаща на мне тёмно-зелёная куртка нараспашку, а под ней чёрная майка. Да, не по погоде, но скажите: «Спасибо», что хоть что-то надел. И так проходит мое типичное утро. И вот проскальзываю я, значит, между не спеша идущими людьми и думаю, отчислят меня или сжалятся и оставят непутёвого студента, дав спокойно доучиться последний год. Да, я студент. Да, не очень ответственный в плане посещаемости: сова до костного мозга не разрешает вставать, как минимум, раньше десяти, а ложиться не раньше двух. Знаете, как это бесит? Хорошист, но вечно опаздывает. Против природы не попрёшь. А вот я пру прямо напролом, сквозь толпу, спеша на третью пару и молясь про себя: «Хоть бы не опоздать, ведь, если опоздаю, этот Кощей Бессмертный сожрёт меня и не подавится». Препод у нас есть такой, не знаю даже имени, Кощей и Кощей, злющий зараза, надоедливый и ко всему прочему дедушка на пенсии, но, что самое комичное, он тощий, как сама Смерть. Высоченный, под два метра, и с тростью. Вы бы видели его в гневе, хотя это его постоянное эмоциональное состояние. Не дай Бог его ядовитая слюня попадёт на студента. Всё, заявление на отчисление, считай, подписано. И вот я боюсь, как бы меня эта слюна не настигла. Как-то слишком медленно я бегу, вам не кажется, нет? А вот мне кажется, до звонка десять минут, а я торчу на светофоре. Бесит, как же бесит, что так медленно все едут, ну, вот словно специально. Стою я, значит, весь такой злой, растрёпанный и голодный. И тут неожиданно глаза цепляются за необычайно красивый взгляд, пронизывающий до глубины души. С ярко-синими глазами, чёлка пепельных волос небрежно уложена назад. И сам того не ожидая, я срываюсь с места, но уже через секунду понимаю, что я не тот человек, который и коня на бегу остановит, и в горящую избу войдёт. Но в моём случае это было такси, на заднем сидении которого сидел парень с такими необычными глазами, что в них хотелось смотреть и смотреть. Оцепенение спало тогда, когда зрение уловило мелькание силуэтов: пешеходы шли по переходу, а я не мог пошевелиться, словно гвоздями приколотило, а перед глазами так и мерцал взгляд синих глаз. Собери себя с асфальта Александр и бегом на пару. Опоздал. Обрызган слюной, «обласкан» директором. И, в итоге, «обжимаюсь» со шваброй на втором этаже, мечтательно улыбаясь. Жопа, а я лыбу давлю от воспоминаний незнакомца. Эх ты, Сашка, докатился, романтик хренов, до того, что мечтаешь о встрече с тем, кого видел пару секунд, кто, может, и не с этого города, не из этой страны, не с этой планеты, этой вселенной… Улыбчивое выражение лица сменилось унылым, и я продолжал растирать грязь по полу. Выпал снег. Морозы. Все белое. Красота. Так холодно, но не только на улице, в душе тоже стоял мороз, леденящий, с обжигающим ветром. Влюбился…все-таки я влюбился в того незнакомца. Любовь с первого взгляда, вот она в чистом виде. Ничего фальшивого и искусственного, все настоящее и живое. Раньше, до недавнего времени, не верил я во всю эту розовую кашу, а теперь… теперь я сам в этом по самую мою темно-русую макушку. — Сань, Сань, дай списать, — ну, понеслось, конец семестра, сессия, все на ушах стоят: не спят, не едят, учат, пишут, читают, — жесть одним словом. И ко мне, как к самому умному, пристают. — А ты где был? — я-то знаю, где он был: в клубах торчал, куда и меня тянул, ну, а я что? Не люблю я такое, я лучше дома почитаю чего, посмотрю телевизор или просто поваляюсь. — Где, где, в монастыре. Словно не знаешь, — Ванька — мой друг, не скажу, что лучший или единственный, нет, просто друг. У меня вообще нет лучшего друга, есть простые, не могу я открыться кому-то на все сто, мое все при мне, мне так спокойнее живется. — В женском небось? — Вот, что касается женщин, тут одна номерок твой спрашивала. — А ты? — А что я, дал, конечно, деваха, что надо, — вот в такие моменты я готов его убить без угрызений совести. Он, конечно, не знает, что я не из той лиги, но это не значит, что мой номер надо давать всем бабам подряд. — Дебил ты, Ванька, — я кинул тетрадку на парту и вышел из аудитории. Пары кончились, и я иду домой, в кроватку и баиньки. Надеюсь хоть этой ночью погрузиться в мир снов и мечтаний. Вот уже второй месяц не могу спокойно спать, все ищу во сне кого-то, ищу, кричу, зову. Снится обычно то, о чем мы думаем или наши самые потаенные желание, вот и мне снится то, о чем я стараюсь не думать. Не получается. Стоит мне выйти на улицу, я ищу в толпе его глаза и пепельные волосы. Помешательство, интерес или влюбленность? Я остановился на третьем варианте. Разложим все по полочкам. Не просто так я из всей серой массы выловил лишь его глаза, было в них что-то такое волшебное, теплое и свое. Не просто так я представляю этого парня, не просто так представляю нашу встречу, что я ему скажу. Хотя, скорее ничего не скажу… И вот знаете что? В последние дни мне так хочется, чтобы именно этот парень обнял меня со спины и растопил тот лед, что скрылся в моей душе. Узнать бы его имя, чем он занимается, что он любит, какой у него любимый цвет… Впервые у меня такое, вот прямо распирает от желания увидеть, прикоснуться. Дурак, Саня, какой же ты дурак. Позволил мимолетному интересу превратиться в любовь. Как это печально — обрекать себя на вечное одиночество.