Крекеры

      «Оу, как же болит голова…» — одинокая мысль эхом пронеслась по пустому разуму, отражаясь от стенок черепной коробки. — «Что вчера вообще было?.. Ничего не помню…»       Девушка попыталась открыть глаза, но так как этого сделать не удалось, она решила хотя бы подняться. Но двигаться вслепую было сложно, поэтому после неудачно поставленной руки, тело с глухим стуком упало с дивана на что-то не такое мягкое, но более тёплое. По помещению разлетелись болезненные стоны. «Не двигаться, не двигаться…» — девушка замерла, ещё крепче зажмурив глаза и держась двумя пальцами за виски. Слишком резкое падение было не лучшим началом…       Маринетт с немалыми усилиями всё-таки раскрыла глаза и приподнялась на руках, пытаясь сфокусировать зрение на мутной картине перед глазами. Всё расплывалось, словно Мари смотрела на всё через толщу мутной и грязной воды, взбесившейся из-за шторма.       Вокруг было тёмно, значит, сейчас вечер или ночь. Это единственное, что удавалось пока что выудить из всеобщей мутящей круговерти.       Голова девушки обречённо упала вниз. А взгляд голубых глаз упёрся в чей-то светлый затылок. Мозг отказывался работать, поэтому Маринетт просто изучала светлую голову, пока шестерни в её голове с диким скрипом начинали медленно-медленно крутиться.       Копна светлых волос располагалась на чьей-то голове, а эта самая голова принадлежала кому-то, на ком Мари сейчас лежит. Светлые пряди ниспадали на лицо, закрывая лоб и глаза и заканчиваясь около кончика сопящего носа. Взгляд начал скользить дальше, вниз; шея, тоже слегка прикрытая волосами, широкие обнажённые плечи, оголённая спина… Кажется, что-то не так, и Маринетт должна что-то сделать, вот только что…       Со звенящим скрежетом остановившиеся шестерни послали в голову девушки неожиданную мысль, после чего Мари со сдавленным писком скатилась с Кота Нуара, на котором только что лежала. А тот даже ухом не моргнул*. — Да где же я?.. — неожиданно тихим и севшим голосом задала вопрос Маринетт больше никому, чем кому-либо. Стараясь не разбудить валяющегося под бывшим ложем девушки Нуара, если это в данной ситуации возможно, она оглянулась назад, зацепилась руками за, как оказалось, чёрный диван и взвалила свою тушку на него.       Маринетт, которая всё ещё была ЛедиБаг, в чём была не до конца уверена, стала озираться по сторонам, глубоко и размеренно дыша. Воздух был затхлым и душным. Липкая навязчивая темнота заполнила всё пространство вокруг, но даже сквозь неё девушка поняла, что она явно находится не у себя дома, в пекарне. Это был, скорее всего, зал, обставленный довольно-таки просто, но от того не менее уютный. По крайней мере диванчик был что надо. Такой мягкий, такой манящий…       Мари сама не заметила, как её голова вновь стала покоиться на подушке, а ноги притянуты к себе… Веки налились свинцом, и девушка закрыла глаза, погружаясь в абсолютную темень.       «Не спать!» — закричала она сама на себя. ЛедиБаг резко распахнула глаза, рывком принимая сидячее положение, с чем очень поспешила, ведь последнее действие мгновенно отдалось фейерверками боли в затуманенной голове. — Нужно найти часы… — пробормотала Маринетт, отнимая руки от несколько ноющей головы и вновь крутя ею из стороны в сторону, медленно.       Но, как и ожидалось, из-за полога ночи что-либо разглядеть было практически невозможным. Поэтому было решено действовать вслепую.       Вновь соскользнув с дивана, но на сей раз добровольно, и предусмотрительно переступив через дрыхнувшего, словно дракон, Кота Нуара, ЛедиБаг стала двигаться вперёд.       Практически в бессмысленных попытках не наткнуться на что-либо, девушка мягко размахивала перед собой руками. Но это не оберегло её от удара об непонятно-откуда-взявшейся кофейный столик. Середину бедра пронзила тянущая тупая боль, отчего ЛедиБаг протяжно застонала, но всё равно продолжила свой путь.       Она не знала, как хочет обнаружить часы. Если они висят на стене, то девушка их точно не заметит, только если включить свет, а если они стоят на какой-нибудь из тумбочек или шкафчиков, то проблема усложняется втрое.       Особенно проблематичным было падение через ноги доселе спящих в обнимку Леди Вай-Фай и Пузыря. ЛедиБаг и пикнуть не успела, как уже уткнулась лицом в мягкий пушистый ковёр. Она пыталась затормозить, выставив вперёд руки, но те предательски подкосились из-за непонятной боли в мышцах, словно недавно девушка таскала что-то очень-очень тяжёлое… — Ещё пять минуточек… — невнятно пробормотали разбуженные ребята, тут же засыпая обратно. Немного попялившись на их силуэты, ЛедиБаг по-пластунски стала проползать вперёд, сжав зубы до скрипа от тянущей боли в руках.       Из большой и достаточно просторной жаркой комнаты, путём своих навыков бойцов спецназа, девушка оказалась в узком коридоре. Тут было ещё более темно, ведь в отличии от предыдущего помещения здесь не было ни одного окна.       Внезапно её ушей настиг тихий звук сопения. Совсем рядом, можно сказать, под носом, если бы Маринетт не лежала на полу плашмя.       Вглядываться в пространство перед собой, как показала практика, было бессмысленно, поэтому не оставалось ничего иного, кроме как подключить осязание. Протянув тонкую, слегка подрагивающую руку вперёд, она наткнулась на чью-то голову. Осторожно поведя вниз по коротким мягким волосам, рука ЛедиБаг скатилась с гладкой кожи щеки в воздух. Опустившись ещё чуточку ниже, ладонь легла на тонкое плечо. Легко пробежавшись пальцами по шёлковой ткани и встретившись с голой рукой, Маринетт начала обдумывать полученную информацию о владельце тела.       Короткие волосы, тонкие плечи и, судя по ощущениям, какое-то платье… Бурно порывшись в отрывках вчерашнего вечера, Мари пришла к выводу, что сейчас лежит около Тикки. Пожалуй, это тот собеседник, который ей сейчас необходим. — Тикки, хей, Тик… — ЛедиБаг тормошила ведущую за плечо.       Девушка спала в коридоре, прислонившись к стенке. Когда она вчера затаскивала эту весёлую компанию в квартиру Плагга, то ужасно вымоталась. Но последней каплей стал сам Плагг, до ужаса тяжёлый, гораздо тяжелее остальных. Тикки едва смогла затащить его бессознательное тело в квартиру, захлопнув входную дверь. На этом лимит её сил исчерпался, и девушка просто заснула прямо в коридоре, прислонившись к той самой стене в обнимку с Плаггом.       Тикки недовольно застонала, просыпаться совершенно не хотелось. Было желание просто продолжить лежать, восстанавливая исчерпанный эмоциональный и физический лимит. — Тикки… Тикки… — доносился откуда-то из пустоты глухой голос. — Что? Кто здесь?.. — нервно спросила Тик, оглядываясь по сторонам в поисках источника звука.       «Не хочу уходить…» — шептала она себе под нос. Но её желанию не суждено было свершиться, ведь чья-то рука схватила её за плечо и выдернула из омута забытья. — Что?.. — Тикки распахнула глаза, вглядываясь в черноту ночи.       Странное чувство… Из темноты выйти в темноту… И если ведущую кто-то и будил, то сейчас она его не видела.       И не смотря на весь дискомфорт, доставленный внезапным прерыванием её сладкого сна, тёплая тяжесть на левом боку была довольно-таки приятной. — Тикки, где мы?.. — донесся снизу осипший голос. Опустив голову, девушка заприметила распластавшуюся по полу фигуру, лежащую рядом. — Ты кто?.. — с ноткой испуга спросила Тикки, хотя туман в голове мешал полному проявлению эмоций. — Мар… — девушка чертыхнулась про себя, — ЛедиБаг.       Тикки неоднозначно протянула «а», после чего попыталась сдвинуться с места, но остановилась, почувствовав, что ноша рядом с ней навалилась на неё ещё сильнее. Она не понимала происходящего, точнее, не могла вспомнить. Все события вчерашнего вечера были смыты, словно на воспоминания плеснули отбеливателем. — Так где мы? — снова раздался голос, отвлекая Тикк от озабоченности проблемы с грузом.       Немного порывшись в закоулках разума, девушка ответила: — У Плагга… — Что?! — очень громким шёпотом завопила ЛедиБаг, хотя Тикки её уже не слушала, вновь, отвлёкшись на кое-что другое.       Плагг… Имя её лучшего друга назойливо крутилось в голове, словно наживка для другой мысли, для более крупной рыбёшки. Плагг… Даже подобие паники у ЛедиБаг не отвлекало от мысли о лучшем друге, да и приятная тяжесть на боку тоже… Казалось, что разгадка где-то рядом, можно сказать, под боком, крутится, вертится, мельтешит перед глазами, указывает неоновыми вывесками, но…       Плагг… А что, если…       Плагг — Плагг, — пробубнила Тикки себе под нос, желая встать и побродить вокруг по комнате, чтобы хорошенько всё обдумать. Но, как и в первый, уже забытый раз, при движении что-то тёплое начало съезжать вбок, наваливаясь на встающую девушку. Она повернула голову и немало удивилась, выделив из общей черноты другу. Угольно-чёрную макушку Плагга, мирно покоившуюся на Тикки. — Уа!.. — с каким-то странным полуплачем, девушка осторожно, но быстро вылезла из-под мужчины, уложив того на полу.       Стало неожиданно тихо, только лишь сопение спящей компании прорезало воздух. — Эм… Пошли, — Тикки тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли, и осторожно встала, направляясь к кухне.       Она дождалась, пока ЛедиБаг тоже поднимется, чтобы ненароком на неё не наступить, и вместе с не очень уверенно стоящей девушкой направилась вперёд, держась стены.       Есть в жизни такая вещь: ты что-то делаешь, что-то, что казалось тебе не такой уж и трудной задачей. А потом, когда через малое время смотришь на предмет своих деяний, поражаешься тому, как ты смог это провернуть. Непосильная задача становится невыполнимой, и ты просто благодаришь себя за то, что когда-то смог всё это осилить.       Сейчас же это чувство охватило Тикки. У неё в голове не укладывалось, как такая хрупкая девушка, как она, смогла затащить столько тел за один час. Занятия танцами, конечно же, делали её не такой уж и слабой, но всё же. Она была почти в два раза меньше некоторых представителей вчерашнего веселья. А ступеньки казались просто непреодолимой горой Эверест, особенно когда взбираешься по ним с лишними семьюдесятью плюс килограммами.       Осторожно проведя ЛедиБаг по кухне, огибая пару стульев, Тикки посадила её за стол, а сама отправилась искать ночник.       Одно время Плагг до ужаса боялся ходить ночью по новой квартире, поэтому на всякий случай приобрёл себе кучу ночников, расставив их в каждой комнате. Со временем, не без помощи Тикки, страх испарился, оставляя вечно весёлого Плагга, а вот от светильников никто избавляться не спешил. Впрочем, сейчас это было как раз на руку. Мешало лишь то, что кое-кто был жуткой неряхой, и если внешне квартира казалось идеально чистой, то в шкафах творилось чёрт знает что. Но Плагг лишь с усмешкой отмахивался от любого замечания Тикки, аргументируя это тем, что «у меня свой собственный порядок». Возможно, что так оно и было, но ни для кого кроме самого хозяина квартиры этот порядок был не ясен.       Тикки вслепую шарила рукой по ящикам, постоянно натыкаясь на какие-то непонятные одинаковые коробочки, но никак не на ночник. Можно было бы включить и общий свет, но будет слишком больно глазам, к тому же спящие ребята проснутся.       Из-за спины послышалось шуршание и тихие шаги, а Тикки наконец-то нащупала во всей той куче хлама ночник. Она победно подключила шнур к розетке и нажала на кнопку, позволяя мягкому голубоватому свету заполнить комнату.       Со светильником в одной руке, девушка повернулась назад, наблюдая за ЛедиБаг, стоящей около окна и одёргивающей штору. — Та полицейская машина всё ещё у нас?.. — голос танцовщицы был неожиданно чист и твёрд, а также наполнен ледяным страхом.       «Что?»