Крекеры

— Уважаемые зрители! — раскатисто начинает Плагг, находясь на середине арены, стоя спиной к спине с Тикки. — Так внезапно появившиеся проблемы были решены. И в этом мы обязаны одному участнику наших состязаний! — Так давайте же все вместе поаплодируем Пузырю, чтобы поддержать его! — с улыбкой воскликнула Тикки, заставляя юношу за аппаратурой смутиться. Публика поддержала её предложение, и уже в следующее мгновение шатёр был наполнен сотнями хлопков. — Отлично, — сказал Плагг. — Тогда начнём! — вместе возвестили ведущие.       Пара танцоров нервно мялась за кулисами. Особенно волновалась ЛедиБаг. Нет, она, конечно, верила в то, что их общий друг справится с возложенными на него обязанностями, которые он добровольно принял. И, естественно, была уверена, что Дуссу сдержит их договор — как никак, он был скреплён самым настоящим поцелуем. Но… Всё равно было как-то неспокойно. — И наша следующая пара… танцоров, — на такую паузу Нуар усмехнулся, а его напарница возмущенно тихо рыкнула, — ЛедиБаг и Кот Нуар!       Едва услышав эти два имени, зрители взревели, что, казалось, небеса расколются на две части. Имена этих талантливых танцоров расползлись по всему Парижу. Даже те, кто совершенно не интересовался танцами знал об этих двух. А многие, включая прессу, приписывали им роман. И, от части это было правдой. Но ЛедиБаг упорно не хотела этого признавать.       Сделав глубокий вдох и накинув халаты, танцоры вышли на сцену, приветливо махая зрителям. От этого те подняли ещё больше шума, крика и радостных возгласов. Когда ЛедиБаг и Кот Нуар достали из-под белой махровой ткани две швабры, по помещению пронёсся протяжный удивлённый вздох. Даже Плагг вытаращил свои зелёные глаза.       Ведущие как-то незаметно исчезли со сцены, оставив Леди и Кота одних, не считая численно равных им швабр, да пару сотен зрителей.       Решающий момент.       Оба танцора сжали руку друг друга, вторыми держа швабры. Глубокий вдох. Ещё один. Зажмурили глаза.       Новый ди-джей решительно щёлкает на нужную кнопку, и по всему залу тянется первая высокая нотка.       Дуссу, методично пожёвывая жвачку, делает то, что пообещала.       Когда яркий свет перестаёт пробиваться сквозь веки, ЛедиБаг и Кот Нуар отстраняются друг от друга, становясь в начальные позиции. Два красных луча света освещают танцоров, практически обнимающих швабры. А дальше…       Музыка начинает нарастать и играет в полную силу. От зрителей разносятся недовольные и недоумевающие шепотки. «Это что, танго?!»       Вольпина презрительно фыркает, победно окидывая соперников колким взглядом.       Никто не понимает происходящего, лишь Леди Вай-Фай за кулисами, внимательно наблюдающая за друзьями, да Пузырь за диджейский пультом ухмыляются. Ведь происходит именно то, что задумывала ЛедиБаг.       А танцоры страстно обнимают швабры, водят им из стороны в сторону. Бросают друг другу неоднозначные взгляды. Порою покачивают бёдрами.       Это однозначно было танго. Но несколько изменённое. И со швабрами. Вот так. Зрители затихли и просто глазели на сцену.       И спустя едва ли десяток секунд с начала выступления, музыка резко меняется. Вернее, остаётся той же, но становится ремиксом.       Освещение меняется. «Чем там занимается Дуссу?» — мелькает у ЛедиБаг в голове мысль. Ведь освещение просто безумствует. Подстраиваясь под такт музыки, различных цветов огни зажигаются и тухнут в хаотичном порядке. Но девушке это нравится.       Со сменой музыки произошла и смена движений, и из обычного танго они перекочевали в нечто приближенное, но совершенно, совершенно иное. Швабры стали эксплуатироваться с ещё большей силой: их крутили, трясли, перекидывали друг другу…       Но это был не конец. На десерт у танцоров было припасено кое-что ещё. — А теперь… — Леди Вай-Фай внимательно вслушивалась в звуки, доносящиеся из колонок. И на нужном моменте, словно подсказывая друзьям то, что нужно сделать, уверенно прошептала, сжав ладонь в кулак: — Сейчас!       Всё это время держащиеся на расстоянии друг от друга, словно боящиеся обжечься ЛедиБаг и Кот Нуар внезапно прильнули друг к другу, зажав швабры меж своих тел. Они были в той позиции, в которой обычно стоят те, кто танцует жаркий и страстный танец, танго. Музыка всё ещё была изменена. Но это не помешало им двигаться в ритме танго.       Быстрая и ритмичная мелодия разливалась по венам, словно сильный наркотик, опьяняя, затуманивая разум и мешая здраво мыслить. Казалось, что это движение сработало катализатором. Зрительская толпа верещала. Звуки восхищения были настолько громкими, что с лёгкостью бы могли заглушит рёв реактивного самолёта.       Разгорячёнными телами танцоры прильнули ещё ближе друг к другу. Они слышали стучание чужого сердца. Сбивчивые ритмы дыхания смешались в одно, а пластмассовые рукояти так и норовили выскочить и упасть на пол. Напарники чувствовали некоторое смущение, хотя и репетировали эту часть уже множество раз.       Кот Нуар с трепетом следил за эмоциями своей напарницы, с упоением скользя взглядом по каждой черте её утомлённого от продолжительного и активного танца лица. Её глаза, завораживающие его раз за разом, были закрыты, ведь девушка была полностью сосредоточена на движениях, боясь допустить мельчайшую ошибку. Эта черта её характера — её дар, и её проклятие. Чрезмерное усердие, так называл это Нуар. Его Леди всегда была через чур серьёзной и старательной, вполне возможно, что этим она пыталась компенсировать свою неуклюжесть. Да-да, неуклюжесть. Юноша заметил это, хоть девушка и пыталась это усердно скрывать.       Как же он хотел её поцеловать… И одна часть его «второго Я» постоянно порывалась сделать это. Но насколько бы сильна не была та самоуверенная часть его души, забирающая всё, что только пожелается, другая, доставшаяся от матери, заботилась о чувствах окружающих и, особенно, дорогих сердцу людей.       Парень просто не понимал, что чувствует к нему девушка, танцующая рядом. Их отношения были слишком запутанными. Равно также, как и у Адриана и Маринетт. Единственное, что понимал Кот Нуар, так это то, что любит этих девушек одинаково сильно. И если же ему доведётся выбирать между ними, то это станет самым сложным выбором в его жизни. «Но ведь Маринетт ясно выразилась, когда сказала, что я ей не нравлюсь. То есть я, как Адриан. А ЛедиБаг не высказывалась в подобном ключе не в одну из моих личностей… Всё чертовски сложно».       Эти движения… Юноша бы так хотел, чтобы они длились вечно. Ведь кто знает, когда подобное вновь сможет повториться.       ЛедиБаг раскрыла глаза, почувствовав на себе тяжёлый взгляд. И нисколько не удивилась, увидев практически сияющие в полутьме глаза напротив. Внутри что-то зашевелилось. Он что, пялился на неё всё то время, пока они выполняли этот элемент программы? Маньяк… Или?..       Танцоры отстранились друг от друга, вызывая у зрителей некоторое разочарование. Но вскоре вновь зазвучали прежние овации и крики восхищения, ведь хореография была действительно впечатляющей.       Внимание от рук плавно переключили к ногам, с постоянно сменяющимися дорожками шагов, прерывающихся скольжениями с прыжком.       Порою казалось, что прихваченный реквизит — это ещё одна пара танцоров, реальная и живая, что выполняет танец наравне с Котом Нуаром и ЛедиБаг.       Финальная часть. Музыка вновь становится классическим танго, а Кот Нуар, заботливо подхватив напарницу за талию, склоняет ЛедиБаг к земле, что кончики её хвостиков касаются её, а сама девушка подняла ножку вверх, вытянув руки за голову. Швабры были отложены и практически забыты.       Все, даже какая-то частица ЛедиБаг, были уверены, что за всем этим последует поцелуй, как тогда, на отборочном туре, но нет. Коту стоило это огромных усилий, но он сдержался и поднял свою Леди, помогая встать на ноги. — Это было… необычно! — сказала Тикки, как всегда внезапно появившись на арене вместе с Плаггом.       Зрители громкими аплодисментами проводили удаляющихся танцоров. Ведущие уже объявляли следующую и последнюю на эту ночь пару.       Не успели напарники спокойно зайти за кулисы, как Леди Вай-Фай с улыбкой и какими-то бессвязными поздравлениями набросилась на друзей. Видимо, с целью задушить лучшую подругу. — Проход дальше вам обеспечен! — шатенка по-дружески ударила Кота Нуара в плечо. Парень едва сдержал стон боли… — Думаешь? — неуверенно поинтересовалась ЛедиБаг, с сожалением и улыбкой глядя на своего «пострадавшего» напарника. — Уверена. — Твёрдо ответила Леди Вай-Фай.       Компания немного посторонилась, пропуская Пчёлку и Скульптора на сцену, а дальше принялись с интересом наблюдать за их выступлением. — Моя дорогая Леди, — склонившись, прошептал Кот Нуар, — возможно, ты посчитаешь меня тем, чьё умственное развитие находится на довольно-таки низком уровне, но вот в чём проблема. Сколько я не всматриваюсь в их движения, совершенно не могу понять, что они пытаются нам передать… — Котёнок, — также шепча, ответила ЛедиБаг, — возможно, что ты считаешь меня той, чьё умственное развитие выше всяких представлений, но я тоже совсем ничего не понимаю…       Танец был красивым, динамичным, движения завораживали, и все составляющие танца и музыки приятно гармонировали друг с другом. Но потайная суть танца не читалась. Ни на прямую, ни меж строк.       ЛедиБаг была уверенна, что увидит во взгляде Вольпину насмешку, но была крупно удивлена, заметив в нём какое-то горькое разочарование. Вольпина и Пчёлка подружились?       Но дела обстояли по другому. Ей не нравилось, что танец неясно выражал задумку танцоров, ведь это увеличивало их шансы на вылет и увеличивало шансы на победу ЛедиБаг. А она, по мнению Вольпины, была главной помехой на пути к победе. Если она пройдёт дальше, то нужно будет что-то предпринять.       Финальная дорожка шагов, и Скульптор встает позади напарницы, становя руки полудугой, а Пчёлка протягивает свои вверх, и их ладони соприкасаются. Музыка затихает, зрители осыпают танцоров овациями.       Они с улыбкой удаляются со сцены, уступая место двум ведущим. — Все номера подошли к концу! — вибрации низкого голоса Плагга пробежали по залу, заставив его немного притихнуть. — А это значит, что сейчас судьи решают, кто останется и продолжит своё участие в «Крекерах», а кто нас покинет. — И пока мы ждём, — ведущие подошли ближе к зрителям, — предлагаю узнать у наших сегодняшних гостей их мнение об участниках.       Пока Плагг и Тикки развлекали гостей, скрашивая время ожидания, за кулисами семеро молодых танцоров общались между собой, стараясь не затрагивать тему, волнующую их всех. — Мне очень понравилась ваша задумка, — нервно расхаживая туда-сюда, говорила Пчёлка. — Да! — поддержал её Линэтан, привалившись к стене. — Как вы вообще додумались принести кастрюли? — он и Скульптор невольно засмеялись, но тут же подавили смех, став хохотать в кулаки. В аквамариновых глазах Линэтана летали весёлые искорки. Кажется, из всех них он меньше всего беспокоится о результатах.       Леди Вай-Фай, порой бросающая тоскливые взгляды на штору, отделяющую их от зрителей, поднялась с места, подходя к лучшей подруге. Приобняв ЛедиБаг, она ответила: — Вообще-то, это была идея вот этой красотки! — Ой, да перестань… — с порозовевшими щеками и улыбкой на лице, девушка несильно ударила Леди Вай-Фай в бок. — Да ладно, это же правда! — в унисон сказали Линэтан и Кот Нуар. На секунду встретившись взглядом, парни быстро отвернулись друг от друга. Вольпина фыркнула. И, сложив руки на груди, отвернулась к сцене.       Все зрители с энтузиазмом тянулись к микрофонам в руках ведущих. Особым напором отличались молодые девушки, тянущиеся к микрофону, который держал Плагг.       Раздался писк, который услышали только ведущие. Это был сигнал о том, что результаты готовы. Поблагодарив зрителей за участие в интерактиве, Плагг и Тикки вернулись на середину арены, ожидая, пока им дадут решение жюри. Нурру появился с важным листом бумаги буквально спустя пару секунд.       Прокашлявшись, Плагг начал: — Итак! Прошу внимания! — публика притихла, вслушиваясь в его слова. — Мы готовы объявить тех, кто пройдёт в полуфинал! — Тикки рядом с ним захлопала в ладоши, зрители сделали то же самое. — О, началось! — Леди Вай-Фай дернула ЛедиБаг к шторке. Практически все танцоры напряглись. Лишь двое сидели, ни о чём, вроде бы, не беспокоясь.       Линэтан выглядел очень отстранённым от того, что происходило вокруг. Казалось, что происходящее его совершенно не касается. Он привалился к стене, полуприкрыв глаза и бросая на Вольпину частые быстрые взгляды. А она стояла и выглядела так, словно уже победила. Надменно смеряла взглядом ЛедиБаг, мысленно прожигая в ней дыру. — Попросим всех танцоров выйти на сцену! — крикнула Тикки. Ребята стройным рядом вытекали к ведущим, но Пузырю пришлось остаться там, где он был. — Первый участник, проходящий дальше, это… — Плагг вновь выдерживал паузу, заставляя взволнованные сердца биться быстрее от напряжения. Хитро блеснув зелёными глазами, мужчина продолжил: — Вольпина!       Зрители взбудоражено зааплодировали, выкрикивая псевдоним танцовщицы. — Пф, ничуть и не сомневалась, — хищно улыбнулась «Лиса», бросив эту фразу так, словно ничего важного или хоть чуточку значимого сейчас не произошло. Слова были тихими и небрежными, услышанными лишь несколькими людьми, стоящими рядом.       «Хотела бы я быть такой же уверенной», — с долей зависти думала ЛедиБаг, наблюдая, как Вольпина важно продефилировала от Плагга к Тикки. Но тут же встрепенулась, невольно вытянувшись по струнке, когда до слуха донеслось её собственное имя.       ЛедиБаг не сразу заставила себя сдвинуться с места, лишь когда Кот Нуар лёгким касанием подтолкнул её вперёд, она стала продвигаться к Тикки под всеобщий гам аплодисментов. Было слышно, как где-то выкрикивают её сценическое имя, как люди по настоящему радуются за неё. Внезапно откуда-то точным броском прилетел букет красных тюльпанов, с пятью чёрными внутри, расположенными в близком к шахматному порядке. Девушка едва успела его поймать. Ещё бы доля секунды, и такая красота просто распалась бы. Вольпина рядом всё продолжала также лучезарно улыбаться, но ЛедиБаг чувствовала мрачную ауру, расползающуюся вокруг зеленоглазой танцовщицы. Невидимая тёмная энергия была злой, хищной и беспощадной, неумолимо заключая ЛедиБаг в свой плотный кокон и пожирая её. Дыхание её участилось и стало более поверхностным. Она продолжала держать на своём лице улыбку, слегка помутневшими глазами осматривая людей на трибунах, любящих её. Удивительно, как за такой короткий срок фанаты способны создать такое множество всего. В пёстрой смеси зрителей различных возрастов, Маринетт удалось разглядеть костюмы на девушках, невероятно похожие на её собственный. Красный спортивный топ в крупный горох, да мешковатые чёрные штаны — то, в чём сама девушка прямо сейчас стояла на сцене. Различные кепки, футболки с её именем, даже где-то пестрели белые прямоугольники бумаги с напутственными словами. Дышать становилось всё сложнее, но девушка продолжала вглядываться в толпу. И, как она и предполагала, не она одна было фавориткой. На людях были ободки с чёрными кошачьими ушками, с длинными и острыми, сияющими огнём лисьими ушами. Даже пчелиные антенки задорно тряслись при каждом движении в глубине. А более половины всех пришедших, добрых две трети, были разодеты в костюмы, в которых находились сами танцоры, или хотя бы в выдержанной гамме.       Вольпина рядом буквально исходила искрами. ЛедиБаг чувствовала себя как маленький кораблик из кусочка коры, который унесло течением далеко от берега, и всё дальше уносило на растерзание ледяных неприветливых волн. Вода хлестала по щекам, огромными стенами обрушиваясь на голову, невольно заставляя понемногу оседать вниз… -…Кот Нуар!       Теплая ладонь, с осторожной нежностью обвившаяся вокруг запястья, разогнала темную ауру своим светлым теплом, окутывая с ног до макушки головы нежным шёлковым одеялом и возвращая силы.       ЛедиБаг непонимающе смотрела на своего напарника, стоящего рядом, пару долгих секунд, пока до неё не дошло, что они вновь без потерь преодолели очередной рубеж. — Мы справились, — скосив глаза вбок и не поворачивая головы, прошептал Кот Нуар. Тихо, едва ощутимо, совершенно потерявшуюся в общем шуме фразу. Но ЛедиБаг всё прочитала по губам. — Итак, последний участник, проходящий в следующий этап… — Плагг в который за этот раз замолчал.       Пчёлка в нетерпении вцепилась в руку Скульптора, плотно зажмурив глаза. Линэтан стоял рядом, с тёплой улыбкой наблюдая за девушкой, прошедшей дальше. Эх, его Вольпина… Рыжий юноша знал, что не особо-то и хочет пройти дальше. Он даже понимал, что дальше пройдёт не он. «Я пришёл сюда только из-за тебя, Ву», — размышлял Линэтан, изучая взглядом свою сияющую, не смотря на раздражение, от счастья напарницу, — «и уйду от сюда из-за тебя же. Я буду затмён твоим светом. Но я не против быть в твоей тени…»       Леди Вай-Фай бросила взгляд медовых глаз на Линэтана рядом, улыбающегося от чего-то. Взгляд его аквамариновых глаз был направлен в никуда. Переведя взгляд на тех, кто уже прошёл дальше, мулатка задумалась. «А так ли мне нужна эта победа?» — вновь окинув взглядом возможных соперников, Леди Вай-Фай игриво прищурила один глаз. «Скорее, вопрос в том, есть ли смысл идти дальше, при таких соперниках. Но…» — Леди Вай-Фай! — как раскат грома, раздался возглас Плагга.       «Но я обещаю, что буду бороться», — с широченной полу-улыбкой-полу-ухмылкой на лице, девушка проследовала к своей подруге, стоящей около хрупкой ведущей. — «Я обещаю, что буду бороться, не смотря ни на что. Даже если это будет совершенно бессмысленно, я буду бороться до конца!»       На лице Пчёлки читалось жутчайшее разочарование. Её напарник уже приготовился успокаивать напарницу, которая должна была рвануть с минуты на минуту, но на его удивление, девушка лишь фыркнула. Вскинув брови, она повернулась к Скульптору, с презрением и безразличием произнеся: — Не особо-то и хотелось, знаешь… маникюр портить… — рассматривая свои ноготки, произнесла белокурая девушка. — Попрошу внимания! — высокий голос Тикки разнёсся по помещению. Взгляд Плагга скользнул вниз по листу, останавливаясь на корявой приписке, оставленной никем иным, как Джаггедом. Его кривой в повседневной жизни почерк Плагг узнает из тысячи. — Хочется отметить, что при объявлении результатов здесь отсутствовал Пузырь… — «Вот чёрт! Я что, должен был выходить?! Но ведь сказали же — сидеть тут! Вот ведь я…» — Но не случайно, ведь он заменяет нашего ди-джея, который из-за неожиданной травмы был вынужден покинуть нас на период выздоровления. — Плагг перенял инициативу. — И хотя Пузырь и не проходит дальше, как участник, мы просим подняться к нам на сцену.       Кареглазый юноша замешкался — как он может оставить аппаратуру без присмотра?! Но… — Давай, иди, я тебя подменю, — безразличным, практически холодным голосом произнесла Дуссу, появившись рядом. — Но… — Пузырь неуверенно бросил взгляд на аппаратуру. — Тебя там ждут, придурок, так что освобождай место и шуруй на сцену! — схватив его за воротник, Дуссу оттолкнула его к сцене, а сама уселась на его место. Поспешно кивнув, юноша припустил к ведущим. — А вот и он!       Парень боязливо прошёлся до середины арены, не зная, куда встать. — Ты не проходишь дальше, как участник, но всё ещё можешь принять участие в шоу! — вся логика в голове Пузыря лопнула, как сфера из мыльной воды, коснувшаяся чего угодно. Легко и бесследно. Он непонимающе уставился на Тикки. — Согласен ли ты продолжить свое участие здесь, но в качестве ди-джея? — по залу пронеслось удивлённое «У-у-у!».       Пузырь онемел. Что делать? Соглашаться?! Он бросил взгляд на своих друзей, стоящих в стороне. И все до одного активно кивали головой, показывая большие пальцы, поднятые вверх. — Я… — зал затих. — Святые наушники, я согласен! — выкрикнул парень, подпрыгивая высоко вверх. — Да!!! — громко закричали зрители. Аплодисменты лились со всех сторон, унося в радужную страну. Но громче всех кричали его друзья. Забросив правила поведения куда подальше, все трое сорвались с места, заключая Пузыря в удушающий круг объятий.       Когда весь ажиотаж всё-таки утих, Тикки взяла на себя ответственность продолжить: — Итак, в полуфинале вы будете сражаться один на один. Пары определим несколько позже. С вами будет заниматься наша хореограф, Трикси, две последующие недели. Также вам будет предоставлен тренировочный зал, куда вы будете ходить день через день, поочерёдно занимаясь с Трикс. Ну, а следующая танцевальная битва будет проходить… — Тикки бросила взгляд на своего напарника. — Плагг, хочешь сам объявить? — игриво спросила девушка. — Конечно же! — ответил мужчина, забирая микрофон. — В центре Лерой! — развернувшись к камере, он проскандировал: — Билеты уже в продаже, успейте купить, пока ещё остались!       «В Лерое?! С ума сойти! Это же, наверняка, невероятно дорого!» — ЛедиБаг не верила своей удаче. Её покажут по телевидению с самой лучшей и огромной сцены Парижа! — А теперь предлагаем решить, кто же с кем будет сражаться, — Плагг подошёл к Нурру, в руках которого была небольшая коробочка. — Хм… Но кто же будет тянуть жребий?.. — наигранно задумчиво протянул Плагг. После чего с хитрой улыбкой обратился к зрителям: — Уважаемые гости, кто же будет тянуть жребий?       Послышались разрозненные крики, но через пару секунд публика отчётливо скандировала одно единственное имя: — ЛедиБаг! ЛедиБаг! — Маринетт стало даже как-то неловко от такого… внимания? — Ну, решено! — Плагг подлетел к ЛедиБаг, хватая её за руку и утгяивая к коробке под тоскливый взгляд Нуара.       Девушка непонимающе уставилась на коробку. — Вытащи первое попавшееся имя, это будет твой соперник. Оставшиеся же двое участников будут сражаться меж собой.       Сделав глубокий вдох, девушка засунула тонкую руку в специальное отверстие.       Вытянув бумажку, она не глядя отдала её Плаггу, стоящему рядом. Когда он прочитал выпавшее имя, зрители разочарованно и заинтересованно ахнули, а Вольпина была вне себя от бешенства.