Папаши

— Хорошо, директор. Спасибо. Мы сделаем это вместе. Такого примирительного тона от Снейпа не ожидал никто. Дамблдор уставился на него любопытным взглядом сквозь очки. Джеймс просто таращился, до сих пор не встав с пола. — Отлично. Неделя начнётся завтра. Всего доброго! — директор слабо улыбнулся и исчез. Снейп проворчал что-то типа «старый идол», но Джеймс решил, что ему послышалось. Какая, к драклу, теперь разница, старый он идол или молодой, ведь всё, что сегодня произошло с двумя мужчинами, никак не связано с Дамблдором? Хорошо ещё, что не стал выспрашивать и сочувствовать… — Вставай, чего расселся? — ворчание Снейпа только усилилось. Джеймс встал, собрал с пола бумаги, поднял колдографии, уложил всё стопочкой на стол и посмотрел на Снейпа. — С чего начнём? — Как насчёт того, чтобы немного обмануть судьбу? — Северус улыбнулся так, что Джеймс тут же пожалел эту самую судьбу. — Каким образом? — Слышал Дамблдора? Неделя начнётся завтра. Для него. А для нас – сегодня. Сейчас. Иди собирайся. Возьми самое необходимое, по минимуму. Встретимся через десять минут во дворе школы. — А что, у тебя есть план? — Намётки, — уклончиво ответил Снейп, и Джеймс понял, кто будет лидером в их тандеме. — Ты идёшь? — Иду. Пробежать по школе, заскочить к себе, заорать «Accio, сумка!», попутно собирая вещи – всё это Джеймс проделал, двигаясь, как вихрь. Он ведь, в конце концов, профессор по полётам, «а не какой-нибудь безмозглый Брайзгедл из Харбатла». Пару рубашек, брюки, смен белья, книгу «Властелин колец» дорогого коллеги-профессора Толкиена, письмо Лили. Абсолютно налегке, чтобы снова почувствовать себя молодым… Снейп уже ждал его во дворе. У него ничего не было с собой, кроме какой-то папки, из которой он достал колдографию Лили и Джеймса. — Ты забыл… — Спасибо. Куда мы? — В Лондон. Лондон… Джеймс и забыл, как этот город красив и притягателен по ночам. Сияющий мокрый асфальт, отражающий разноцветные огни витрин и рекламных билбордов. Чуть меньше автомобилей. Чуть больше пешеходов-полуночников. Туристы, велосипедисты, парочки… Потом только Джеймс сообразил, что это магловский Лондон, не менее завораживающий, чем магический. — У меня здесь дом, небольшой, но мне хватает. Я не так часто сюда наведываюсь, а сегодня как раз такой случай, — сказал Северус, отпирая двери обыкновенным ключом. — О многом надо подумать. В Хогвартсе не та атмосфера… Джеймс согласно кивнул. Дом и вправду был небольшим и каким-то узким, но удобным и очень уютным. Они поднялись по лестнице на второй этаж, Снейп открыл комнату. — Входи. Тут есть всё, что нужно. Захочешь есть, иди вниз, в кухню. Что найдёшь, то твоё. — А ты? — Душ приму. Подумаю. До утра! Снейп вышел, оставляя Джеймса наедине со своими мыслями. Душ, говоришь? Неплохая мысль! Выстояв в душе столько, сколько мог, он вытерся полотенцем, расчесал волосы, натянул домашние штаны и рубаху, походил по комнате, посмотрел на колдографию… Быть одному в эту ночь – немыслимо. Ноги в кроссовки и вниз. Найти Снейпа, поговорить… или помолчать – но только чтобы не одному! Ступеньки узенькой лестницы заскрипели под ногами. Большая дверь – может, гостиная? Или библиотека? Джеймс распахнул её и понял, что не ошибся. Большая комната, вся заставленная по периметру книжными шкафами, в центре диван, кресла, столик. Темно. Северуса нет. Где же он? Шорох. Шаг вперёд. — Чего тебе не спится, Поттер? — Не знаю… Просто не спится. А что ты делаешь один в этом тёмном помещении? — Пью с очень умным и весьма начитанным человеком. Джеймс пооглядывался. — Ты же здесь один. — Именно, приятель, именно. Как легко и быстро они перешли на «ты» и к разным прозвищам, как будто всю жизнь и были приятелями… — А, может, ты хочешь выпить с не слишком умным человеком? — С тобой, что ли? — Со мной. Снейп хмыкнул, достал откуда-то ещё бокал, налил виски. — Не такой уж ты и глупый… Выпьем за Лили? — За Лили. Они выпили, не чокаясь. Напиток обжёг губы и глотку Джеймса. А потом ему стало тепло. Он не опустился в кресло, а сел на пол – так ему было удобнее, чтобы спину подпирало твёрдое дерево. — Ты не думал, почему Лили так и не вышла замуж? — спросил Джеймс. — Думал, — медленно ответил Северус. — Думал, что дело во мне. — А теперь что думаешь? — Если она не вышла ни за тебя, ни за меня, значит, дело не в нас. — А в чём? — Не знаю… И, может, не в чём, а в ком. — Почему в ком? — Сам подумай. Напрягает меня сильно её письмо. Предсмертное. Поэтому проверять все факты будем тщательно и методично. Начнём с того, а правда ли она умерла? И есть ли вообще на свете этот мальчик, Гарри-без-фамилии… — «Да был ли мальчик-то, может, мальчика-то и не было?…» — Ты слишком налегаешь на спиртное, — мягко сказал Северус, отбирая бутылку у Джеймса. — А также на классическую литературу… — Ты что-то уже решил? — Да. Сначала Архив министерства, подтвердить смерть Лили, ведь ничего не бывает просто так. Затем Мунго, родильное отделение, потом приюты, больницы и детские дома. Друзья, родственники, знакомые и полузнакомые, и даже однофамилицы. Напрячь старые связи. Завязать новые. Одного боюсь… — Чего? — Хватит ли нам недели на все эти подвиги? Джеймс нахмурил лоб. Зря он, наверное, выпил – голова напрочь отказывалась работать. Но что-то в словах Снейпа неприятно его царапнуло… А тот – убрал бутылку и бокалы, достал палочку и негромко сказал: — Lumos Localus! В камине, до сих пор не опознаваемом в темноте комнаты, вспыхнул огонь. Они сидели и смотрели на пламя. — Северус, — почему-то волнуясь, сказал Джеймс. — Я не понимаю, прости… Почему ты решил проверять смерть Лили? Ты подумал, что это наиглупейший розыгрыш, мой и Сириуса? Да я бы никогда… — Я знаю, знаю, — задумчиво ответил Снейп. — Это было бы безмерно подло… Нет, я не меряю вас сейчас теми же шутками, какие были в школьные годы. Просто во мне всё ещё живёт надежда… Вдруг Лили жива, и ей нужна наша помощь? Джеймс снял очки. Надежда… Он невольно сравнивал себя с Северусом. Оказывается, Снейп живёт надеждами… А ведь они суть самообман, но это всё, что у того было… А у самого Джеймса надежда на что бы то ни было давно исчезла, а вместо неё прочно поселилась пустота. — А если нет? То – что тогда? — Тогда будем искать ребёнка! — в голосе Северуса послышались стальные нотки. — Даже если это будет… мой ребёнок? — Даже если он будет твой! Но, в первую очередь, он будет сыном Лили, и уж потом твоим. — Тогда и я обещаю тебе, что помогу с поисками Гарри, даже если он будет твоим сыном. Могу дать Непреложный обет… — Не надо. Верю. А теперь иди, ложись спать. Вставать рано. Джеймс поднялся с пола, где ему, как ни странно, было очень удобно, пошёл к двери, оттуда оглянулся. — Ты был очень откровенен со мной, Северус… — И что? Продашь мои слова в «Пророк»? — негромкая усмешка. Джеймс фыркнул в ответ: — Обойдёшься! Хочешь лёгкой славы? — Знаешь, чего я хотел больше всего? Я так много хотел сказать, но некому было выслушать. — Теперь есть.