Папаши

На платформе 9 ¾ ещё тихо. Никого нет. Но паровоз уже прицеплен к вагончикам, и поезд готов отправиться в своё очередное путешествие, увозя в своих недрах и новичков, и уже опытных студентов. Семья из трёх человек неспешно идёт по перрону, направляясь к вагону. Джеймс несёт чемодан Гарри, Северус тащит клетку с Хедвиг, а сам Гарри, аккуратно поддерживая котёнка под животик, следует за отцами. Войдя в купе и оставив вещи, мужчины вышли, а мальчик осторожно положил питомца на мягкое сиденье. — Подождёшь меня тут? — спросил Гарри у котёнка. — Мурр, —раздалось в ответ. Гарри выскочил вслед за отцами. Те стояли на перроне и обеспокоенно следили за своим отпрыском. — Гарри, ты ничего не забыл? — Скоро придут Малфои, и ты поедешь в школу вместе с Драко. Сладкого не покупай, аппетит перебьёшь. И ведите себя прилично! — Хорошо, папа. Я всё помню, — отмахнулся мальчик. — И сколько можно повторять? — Нет, ты всё же послушай… Пока отцы наперебой давали советы, перрон стал наполняться учениками и их родителями и теми, кто хотел проводить детей на учёбу. — Ну, всё, нам пора, — сказал Джеймс и дёрнул Северуса за рукав. — А то на нас смотреть начинают… — Ты прав, — быстро подтвердил Снейп. И, хотя Гарри вырос в Хогвартсе, не стоило давать студентам повод фамильярничать или, того хуже, возможность отлынивать потом от занятий и домашних заданий. — Где твой магикот? — В купе лежит, спит. — Ну, тогда вы поедете с шиком! Гарри остался ждать Малфоев, а Снейп и Поттер обняли сына и пошли прочь с платформы. — Ох, надеюсь, он ничего не забудет и не перепутает, — вздохнул Джеймс. — Ему уже 11 лет, пора хоть что-то делать самому и научиться отвечать за свои поступки, — парировал Северус. — Ты уже профессора «включил», — снова вздох от Поттера. — И не вздыхай! Если Гарри что и перепутает, то это у него от тебя, — безжалостно добавил Снейп. — Ага, ага, как же! — заспорил Джеймс. — Как Чемпионаты по Зельям выигрывать, так это твой сын, а как мальчик что-то забудет, так мой? — Точно подмечено! — ухмыльнулся Снейп. — Слизеринская летучая мышь! — Гриффиндорский болван! Пауза. — А вот посмотришь, мой сын будет учиться именно на Слизерине! — Ещё чего! Мой сын попадёт на Гриффиндор! — Ой-ой, и что ты для этого сделаешь? Дашь взятку Распределяющей Шляпе? — Спасу её от моли! — О-о-о-о, да ты прямо герой! С такими репликами профессоры удалились в вокзала, а Гарри вздохнул – вот не понимал он, о чём отцы спорят? Какая разница, как называется факультет, если они всё равно будут рядом? — Гарри, привет! — Драко… Добрый день, мистер Малфой, леди Малфой. Привет, Джереми! — А что это мы так официально? А, понимаю, твои папаши тебе дали миллион наказов? — Примерно… — А ты их не слушай! Вы же в школу едете, а не на каторгу! Повеселиться тоже не мешает! Поесть сладкого вволю, понарушать правила… — Люциус, чему ты детей учишь? — засмеялась Нарцисса. — Гарри, а где твой котёнок? — В купе. — Так, дорогая, надо занести вещи Драко. Гарри, пойдём, покажешь, где ваше купе. Открыв дверь, Лорд Малфой чуть не вылетел из вагона – на него, шипя и выпуская когти, а ещё вырастая до огромного фантомного размера, ломанулся магикот. — Вайти, ты что? Это же мы! Магикот, услышав голос хозяина, успокаивается и принимает свой изначальный кошачий размер, а уж когда Драко опускает рядом с ним на мягкое сиденье второго котёнка, то радость начинает выражаться басовитым мурлыканьем. Лорд Малфой ставит чемодан Драко и приглашает: — Пойдёмте, постоим на перроне. Они стоят, оглядываются, смотрят на студентов и их провожающих, кто-то смотрит на них. В этом году много первокурсников. Вот молодая пара провожает в школу девочку с растрёпанными каштановыми волосами. Отец и мать озираются и глазеют на всё вокруг с удивлением – в них сразу видны маглы, попавшие сюда по воле случая. А вот родители с целым выводком детей – и все, как один, рыжие и шумные. — Лорд Малфой. — Мистер Уизли. Короткий обмен приветствиями говорит лишь о том, как главы семейств весьма прохладно относятся друг к другу. — Папа, а кто это? — любопытничает Драко. — Это, можно сказать, коллега, — кислым тоном пояснил Люциус. — Он тоже работает в Министерстве магии. — А это его дети? — спросил Гарри. — Да, их всего семеро. — Ого, — удивился Гарри и переглянулся с Драко. Они вдвоём переворачивали весь мэнор вверх дном, и иногда их отцы готовы были применять «народный» метод воспитания в виде ремня, но Джеймс и Нарцисса неизменно спасали мальчишек от наказания, а тут семеро! — Но не все поедут в Хогвартс, не переживайте, мальчики. У них есть и взрослые дети… — Я тоже скоро поеду в Хогвартс, — почему-то сердито сказал до сих пор молчавший Джереми. — Конечно, сынок, — Лорд Малфой подхватил младшего сына на руки. — Поедешь. И будешь там отличником и старостой, как папа. Нарцисса закатила глаза – ох, уж эти папаши! Никогда не берут в расчёт матерей, и напрасно! — Дядя Люциус, я хотел спросить… — Гарри покраснел, не зная, как продолжить. — Говори, Гарри, что ты? Не стесняйся! — Это очень важно – на какой факультет ты попадёшь в Хогвартсе? — Гарри, дорогой, что, Северус и Джеймс опять спорили? — спросила Нарцисса. Гарри смущённо кивнул. Ему хотелось понять логику взрослых, потому что он сам для себя уже всё решил. — Не думаю, что выбор факультета вообще может что-то решить, — задумчиво сказал Люциус. — Это ведь всего лишь школа, и там вы будете несколько лет жить под славным именем основателя вашего факультета, не более того. А то, каким человеком, магом, личностью быть – зависит только от вас самих. Гарри и Драко его внимательно слушали. — А всё остальное, что говорят об Основателях, придумали люди. Что Годрик Гриффиндор был благороден, а Салазар Слизерин – хитёр и коварен. Но сколько в этом правды, не знает никто. А у тебя есть своё мнение по этому поводу? — Люциус наклонился к мальчику. — Да, — ответил Гарри. — Мне всё равно, какой будет факультет, я бы просто хотел, чтобы папы гордились мною не из-за названия, а потому, что я у них есть. — Так и будет, маленький, — сказала Нарцисса. — Вот увидишь! Люциус серьёзно кивнул. — Спасибо! — Так, мальчики, а теперь идите в своё купе. А то сколько коты будут его охранять? Попрощавшись с Леди и Лордом Малфой, а также чмокнув в щёчку маленького Джереми, мальчики идут в своё купе. Оказывается, в вагоне целое столпотворение – студенты заглядывают в чужое купе и тут же отскакивают от него. Гарри и Драко пробились сквозь толпу. — Отойдите! Это наше купе! — Вы с ума сошли, мальчики! — с вызовом сказала какая-то лохматая девочка. — Вы не можете везти в школу фамилиаров! — Это котята, а не фамилиары! И нечего сюда лезть! — грозно ответил Драко. Девочка фыркнула и ушла. Постепенно вся толпа рассосалась, и мальчики спокойно смогли войти в своё купе. Едва открыв дверь, они поняли, чем так сильно пугали и привлекали студентов магикоты. В купе, шипя и выпуская когти, стояли два огромных зверя – чёрный и белый. Но, увидев хозяев, магикоты тут же ослабили свою магию и снова стали маленькими домашними питомцами. — Вайти! — Блэки! — Ах, вы, разбойники! — Мурр… Мальчики уселись на сиденья, коты пристроились было рядом, как дверь купе снова открылась. — У вас свободно? — рыжий мальчик, которого они видели на перроне. — Ой! Магикоты зашипели в два голоса. Рыжий тут же захлопнул дверь, и раздались быстрые шаги – мальчишка явно бежал по вагону. Гарри и Драко рассмеялись. Гарри вскочил, чтобы успокоить беглеца, но тот уже мелькнул где-то в конце вагона, успев крикнуть: — Вот попаду на Гриффиндор, всем вам покажу… — Ты слышал? — спросил Гарри у Драко, усаживаясь рядом. — На Гриффиндор! — Ага, — кивнул Драко. — Ох, и намучается с этим рыжим твой отец… Но вскоре о сожалениях забыли – по вагону проезжала тележка со сладостями. — Купим по шоколадной лягушке? — Лучше по две! — Гарри вспомнил слова Люциуса. В итоге, скупив чуть не половину тележки, налопались сладкого до отвала. Спрятав остальное до лучших времён, мальчики сидели и смеялись, глядя на то, как магикоты ловят скачущих по купе шоколадных лягушек. Все испачкались, особенно котята. Но если на Блэки это не было заметно, то Вайти весь был в сладких пятнах. Драко взмахнул палочкой, накладывая Очищающее заклятие. — Не боишься колдовать? — Так Хогвартс уже совсем близко, — легкомысленно отмахнулся Драко. — Научишь меня? — жадно спросил Гарри – ему не слишком-то давались бытовые заклинания. — Научу. — Внимание всем! Мы подъезжаем! Не забудьте надеть мантии! — Подъезжаем! Подъезжаем! — мальчики засуетились. Им хотелось сделать всё, как можно лучше, чтобы отцы ими гордились. Сначала были найдены переноски, в которые поместились магикоты – их доставят прямо в замок вместе с багажом. Затем Гарри и Драко переоделись в школьные мантии и вместе с остальными первокурсниками вышли на перрон, где их встретил Хагрид. Драко рассматривал всё с интересом, а Гарри, знавший весь путь, просто прикидывал его на себя как на уже почти взрослого человека. Но взрослым одиннадцатилетнему мальчишке быть долго – это ужасно скучно, и вот они, стоя у входа в Большой зал, перешёптываются, знакомясь с другими, за что получают строгий взгляд от заместителя директора Минервы МакГонагал. — На Слизерине учились только злые волшебники, — шепчет мелкий рыжий, и у Гарри от злости темнеет в глазах. Как, его любимый папа – тёмный волшебник? — Да что ты его слушаешь? — утешает Драко. — Я хочу учиться на Слизерине. Ты же не перестанешь со мной дружить? — Нет! Никогда! — пылко отвечает Гарри. — И то, что на этом факультете учился сам Мерлин, тоже ни о чём не говорит? — лениво цедит Драко рыжему, а тот захлёбывается возмущением, но не знает, что сказать. Но всё равно, заходить в зал Гарри немного боится, и Драко чувствует это. Но ещё сильнее боятся появления маленького мальчика два взрослых человека, два Декана разных факультетов. Они уже успели поругаться, помириться, потом ещё раз поругаться. И вот теперь два папаши, безумно любящих своего сына, сидят рядом друг с другом, с надутыми мордами, сверкают глазищами, фыркают, и каждый думает о своём факультете. — Ну чем плох Слизерин? Зелень и серебро. Хитрость и мудрость. И Гарри так пойдёт зелёный галстук… — Ну чем плох Гриффиндор? Красное и золотое. Отвага и дружба. Как раз для Гарри… — Не бойся! — шепнул Драко, как раз перед тем, как пойти на распределение. Оно ожидаемо – Слизерин. Гарри улыбается другу, он так рад за него. — Гарри Поттер-Снейп! Все шумы в Большом зале смолкают. Старшекурсники хорошо знают маленького Гарри, как и его отцов. За столами двух факультетов – Слизерина и Гриффиндора – какое-то еле ощутимое шевеление – к Трелони не ходи, это принимаются ставки и заключаются пари. — Ну, Шляпа, не подведи! — громким полушёпотом говорят рыжие близнецы, проказники Уизли, Фред и Джордж. И Шляпа не подводит. Опустившись на макушку темноволосого мальчика, она крутится, кряхтит, а после выдаёт: — Рэйвенкло! И зал взрывается: — О-о-о-о! — А-а-а-а! — Ура! И только из-за Гриффиндорского стола: — Не-э-э-э-т… Гарри вскакивает со стула, и у него тут же появляется яркий синий галстук. Он идёт к столу своего факультета, думая, что теперь ему скажут его отцы. После ужина Гарри всё же решился сходить в их семейные апартаменты. Он забежал в подземелья за Драко, вдвоём не так страшно. Когда они дошли до комнат, Гарри уже накрутил себя так, что его трясло мелкой дрожью. За дверями слышались голоса, но Гарри даже не вслушивался, а Драко распахнул двери и закричал: — Мама, папа, я на Слизерине! — и побежал вперёд. Люциус подхватил старшего сына на руки, закружил и засмеялся. — Осторожнее, дорогой! — Нарцисса остановила радостного мужа. Джереми полез обниматься к Драко, а мать обеспокоенно спросила: — Драко, дорогой, а как ты сюда попал? — Меня Гарри привёл. — А где же он сам? — Вон стоит… Все взгляды обратились к стоявшему на пороге и не осмеливавшемуся зайти Гарри. — Сынок, ты что? — осторожно спросил Джеймс. Гарри сделал несколько шагов вперёд, не зная, как реагировать. И тут началось… из боковой комнаты выскочил Северус и закричал: — Ура новому воронёнку! — и тут же вспыхнул ярко-синий фейерверк, подсвеченный белым и красным. Вокруг Гарри закружились птички, тоже синего цвета, что-то щебетавшие, и золотистые звёздочки. Мальчик зажмурился, потом осторожно открыл один глаз, посмотрел вокруг, открыл второй и, наконец, спросил: — Так вы на меня не сердитесь? Что я не попал к вам на факультеты? — Да ты что, сынок? — удивился Снейп. — И хорошо, что не попал! Теперь и нет поводов для ссор. — И пусть Флитвик будет нам благодарен! — добавил Джеймс. — За такого-то студента! Будешь зарабатывать баллы для своего факультета. — А я буду для тебя, крёстный, — сказал Драко. — А вам, дядя Джеймс, рыжие будут зарабатывать. — Это Уизли, что ли? — со смехом спросил Люциус. — А ты не смейся! Они не все безнадёжны! Близнецы умные и талантливые, просто у них энергия направлена не в то русло. — Это точно, — согласился с Джеймсом Снейп. — А теперь скажите, молодые люди, ваши старосты знают, что вы здесь? — Нет… — Та-а-а-а-к! — таким угрожающим тоном произнёс Снейп, что чета Малфой тут же засобиралась домой, а Джереми запросился на руки к отцу. Люциус подмигнул мальчишкам и скрылся в камине. Нарцисса обняла Драко и Гарри, укоризненно поглядела на Снейпа и тоже ушла. — Мальчики, идёмте, я вас провожу, — Джеймс взял мальчиков за руки и повёл к двери. — Подождите! — их остановил этот чересчур эмоциональный возглас. Северус подошёл, вручил мальчикам по шоколадке, обнял того и другого и сказал: — Увидимся завтра на уроках. Спокойной вам ночи! — И тебе, папочка! — И тебе, крёстный! А на следующий день начались «трудовые будни». Уроки, домашние задания, библиотека… Первый учебный год своего единственного и ненаглядного отпрыска папаши вспоминали потом не то, чтобы с ужасом, но рассказывали о нём с придыханиями, переходя на шёпот. Сколько раз Деканам приходилось стоять в кабинете Директора по стойке «смирно», и не сосчитать. Хорошо, что Дамблдор не был суровым фанатиком палочной дисциплины, всё время повторяя, что Хогвартс – не Дурмстранг, но и его терпение не было бесконечным. Взять, хотя бы, тот случай на кухне школы прямо перед Хэллоуином. Бедный тролль, используемый, в основном, на подсобных работах, типа, принеси-подай, картошки из погреба или капусты, так некстати попался на глаза мальчишкам, едва вытвердившим заклинание Wingardium Leviosa. Может, профессор Флитвик был чрезмерно дотошным, чтобы студенты произносили заклинание с правильным ударением, может, погода менялась… Но Гарри, приведя Драко на обзорную экскурсию на школьную кухню, и не думал ни о чём таком… мальчишки просто развлекались, проговаривая заклинание, направленное на предметы кухонной утвари. И надо же было такому случиться – кухонный работник принёс овощи. Увидев тролля, Гарри остановился, а Драко ещё пару раз с упоением проговорил слова заклинания, и только потом увидел чудовище. Мальчик икнул и опустил палочку. И тут же несчастный тролль был засыпан с головы до ног картошкой, кочанами капусты, и вдобавок хаотично украшен поварёшками и дуршлагами. Прочувствовать произошедшее помогло недельное наказание – весь Хогвартс ел только лапшу, и в эту неделю сократилось количество ученических шалостей. Или взять простака Хагрида, рассказавшего двум шалопаям о том, что где-то в замке живёт трёхголовый пёс. Ну, тут уж он сам виноват! Кто его просил рот раскрывать? На охоту за экзотической собакой вышли четверо – два первокурсника и два их магикота. Стоило ли говорить, что пёс был загнан куда-то в каморку, где он забился за какой-то шкаф и выл дурным голосом, и в добавок мальчишки ухитрились вдребезги разбить зеркало Еиналеж. Пса спас Хагрид, утащив питомца на руках, прочь от незадачливых охотников, а по поводу зеркала Дамблдор, пожевав губами, сказал: — Что ж, всё равно это был опасный магический предмет. Так даже лучше… Папаши краснели, бледнели, ругались. К Деканам подтягивался сердитый Люциус, и мальчишки получали взбучку. Спасало их только то, что оба учились просто идеально, были отличниками по всем абсолютно предметам и тянули баллы для своих факультетов. А потом пришла весна… скоро зачёты, контрольные, тесты… и проказы закончились… ……………………………………………………… — Сев! Ну Сев же… — Чего ты такой беспокойный, Джеймс? — Осторожно, с нас мантия слезет… Слушай! Два первокурсника сидят на ветке яблони, болтают ногами, строят планы на будущее. — Жалко, что первокурсникам не разрешают привозить свои мётлы… — Ага, и в квиддич играть! Что за несправедливость! — Гарри, слушай, а попроси дядю Джеймса нас натаскать немного… показать какие-нибудь особые финты… И мы на втором курсе можем претендовать на место в команде факультета… — И играть друг против друга? — Это же просто игра! Попросишь? — Попрошу. А что я получу взамен? — Рассуждает, как настоящий слизеринец, — умилился под мантией Снейп. Джеймс нахмурился. — Смотря, что попросит. — Блейз приволок… Не знаю, что за штучки, но смешные. Смотри! — А что с ними делать? — С этой стороны поджечь палочкой, а этой – в рот, и выдувать дым. Вот так! — Тьфу, горько… — Сев, они там что… — растерянно спросил Джеймс. — Что, что! Курят, негодники! — прогудел Снейп. — Ох я им сейчас… Но не успел. К дереву подошёл староста Рэйвенкло Роберт Хиллиард, и мальчишки замолчали. — Мальчики, вам не стыдно? Вы тут что, курите магловские сигареты? А ну-ка, слезайте! Гарри и Драко слезли. Стояли, понурив головы. — А ещё хотите в квиддич играть! А что я скажу профессору Снейпу и профессору Поттеру? Или Лорду Малфою? — Мы больше не будем! — полный раскаяния голос Гарри. — Это в качестве эксперимента! — честный голос Драко. — Ох, и почему я вам не верю? — хитро спрашивает Роберт. — Идёмте побыстрей отсюда. Поможете мне в библиотеке. Там есть такие редкие книги… — Какие? — заинтересованность мальчишек просто зашкаливает. — Пошли, покажу. Роберт уводит шалунов, а профессоры, освободившись от мантии-невидимки, смотрят им вслед. И Снейпу словно открывается будущее… он видит, как мальчики обнаруживают в подземельях Хогвартса василиска, и он начинает снабжать зельеварочные лаборатории ядом и чешуйками со своей шкуры. А потом он сам, Северус, и Джеймс помогают сыну и крестнику расследовать какое-то запутанное дело анимагов, обвинённых в чужих преступлениях. После этого Драко Малфой выиграет Турнир Трёх Волшебников в Шармбатоне, Гарри Поттер-Снейп снова представит Хогвартс, но уже официально, в Чемпионате по Зельеварению, и будет первым и лучшим. Старших Поттера и Снейпа будет сманивать в Риволу велеречивый Том Марволо Риддл, а Дамблдор будет беситься и станет основателем так называемого Ордена Феникса – в просторечии Отряда Дамблдора! – где соберутся отличники Хогвартса…. — Сев, ты меня вообще слушаешь? — А? — Вот, я тут распинаюсь, а ты в облаках витаешь! — А о чём ты говорил? — О том, что как-то они близко сошлись, наш сын и Драко… Нет, я, конечно, не против… в нашем мире это норма… но лорды… всё-таки… Когда в его кадык упёрлась волшебная палочка, Джеймс резко замолчал. — Что ты хочешь сказать, гриффиндорская морда? Что наш сын не ровня какому-то там лорду, пусть и Малфою? — Нет… — едва дыша, просипел Джеймс. — Но ведь они мальчики… — И что? Если они будут любить друг друга, то я не буду против выбора сына. А ты, что, будешь? — Не буду, — буркнул Джеймс, потирая шею. Северус убрал палочку, но неприятные ощущения остались. — А как же дети? — Очень просто, — дьявольски усмехнулся Снейп. — Ты помнишь колдоведьму Эрнанию Грин? Джеймса передёрнуло. Как не помнить? Старая ведьма умом двинулась, точно… — А ты думал, какие это курсы я посещаю все эти годы? — Какие? — Джеймс не знал, чего ждать от Северуса. — Я научился варить зелье мужской беременности! И при случае, смогу даже принять роды! Джеймс отшатнулся от Снейпа, споткнулся и упал на задницу. Северус захохотал. — Да вставай уже, наивный доверчивый гриффиндорец! — Северус протянул руку Джеймсу, тот встал, но вид у него по-прежнему был ошарашенный. И тут к ним с неба спустилась сова. Бросила Снейпу в руки пакетик и улетела прочь. — Люц пишет: «Парни, а не посидеть ли нам в Хогсмиде? Вспомнить былое…». Что он имеет в виду под былым? — Ой! — только и произнёс заново шокированный Поттер, увидев то, что развернул Снейп. Колдоафиша, сделанная из простой… Молодой мужчина в восточном костюме и чалме, с надменным взглядом и кучей драгоценностей, обнимающий за длинную шею оленя с ветвистыми рогами, сплошь увешанными бантиками и бубенчиками. Мужчина хмурится и сердито шевелит бровями, олень моргает длиннющими ресницами. И через всю афишу идёт надпись летящим малфоевским почерком: «Папаши…»