С их стороны.
4 ноября 2016 г., 19:14
Примечания:
не бечено
N-число, N-месяца, 2000 года. Вечер.
Величественный, древний особняк дышал ожиданием. Он стоял здесь еще в те времена, когда города не существовало. Когда площадь у дома была просто равниной... Его хозяева всегда страдали паранойей. И замечательно маскировались, никогда не показывая своего истинного лица. Их считали безумцами, психами. Но они были всего лишь берсерками. Войнами, равным которым не существовало людей. Ни в силе, ни в верности. Стоит берсерку выбрать «господина», человека за которого и жизнь отдать не жалко, и он будет верен. Верен до крайности, до подобострастия. Или как они сами в шутку поговаривали до «безумия». ...И дом маскировался вместе с ними. Подстраивался под них. Был темным замком – оплотом тьмы. Был ветхой хижиной – домом отшельников. Был мрачным особняком – обиталищем безумцев. И вот сейчас стал оплотом света. Подражая светлому образу своих хозяев. Но, даже сменив маскировку, "сердце" Древнейшего и Благороднейшего Рода Блэк не утратило своего вредного и пакостного характера - частенько подшучивая над редкими гостями, веселя свою хозяйку. Ей требовалась поддержка в столь темное время. И дом помогал, как мог. Оставлял подсказки. Он был свидетелем той трагедии, что не дает покоя его хозяйке. Да, она всего лишь чувствует, что что-то не так. Но дом уверен, она сможет собрать все части головоломки воедино и спасет их Леди. А пока, он будет ждать.***
Светлая и просторная гостиная поражала взгляд своей роскошью. И не смотря на темные цвета, дышала легкостью и спокойствием. Стены, обитые бархатом, сверкали узорами из нитей серебра. В углах их, в резных подсвечниках горели свечи. На высоком, иссиня черном потолке сияла хрустальная люстра. Окна были зашторены легчайшим тюлем и серебряным шелком с черным растительным узором. У окна стоял изящный диван из черной кожи, а рядом резной столик из орешника. Напротив, согревал своим огнем, камин с кованой оградой. Подле него располагались два кресла, в комплект к дивану. На камине – фотографии разных людей. По правую руку от окна, у стены, стоял массивный книжный шкаф из того же дерева что и столик. С литературой преимущественно для «легкого чтения» хозяйки, нежели для гостей… В одном из кресел сидела девушка. Дорогой строгий костюм, строгая прическа, строгие драгоценности, аккуратный макияж и неброский маникюр выдавали в ней девушку твердых принципов и жестких правил. Если взглянуть на фотографии на камине, можно понять, насколько она изменилась. Светло-каштановые волосы потемнели и стали послушней. В карих глазах, по краю радужки, появился синий ободок. Девушка стала заметно старше и женственнее. Черты лица стали острее, растеряв детскую округлость. А тело приобрело положенные женщине изгибы и формы. Девушка была погружена в свои мысли. Взгляд её был затуманен, и направлен сквозь огонь: в никуда. Она лениво перекатывала правой рукой лед в бокале огневиски. Но вот огонь поменял свой цвет на зеленый, выводя девушку из задумчивости. И на ковер из камина шагнул высокий брюнет. Мускулатура, проглядывающая сквозь рубашку, и плавность движений выдавали в нем хорошего дуэлянта. Или человека прошедшего сквозь войну… Дорогая ткань его одежды кричала, что мужчина богат, а перстень с гербом говорил о высоком положении вошедшего. Как и длинные волосы перевязанные лентой – знак главы Древнего Рода. Он, не здороваясь, прошел к столику и плеснул в чистый бокал виски. С видом вселенской усталости, он совсем не благородно плюхнулся в кресло рядом с хозяйкой дома. В уютной тишине прошло пара минут, прежде чем молодой человек закончил дегустировать обжигающий напиток. А после, медленно и без эмоционально заговорил: — Я сумел перетянуть на нашу сторону еще двоих. Они невыносимо уперты. Хотя многие просто напуганы… Они присоединились бы, будь у нас гарантии их безопасности. — Мы ничего не можем им гарантировать. Бороться за свою жизнь они должны сами, иначе это не имеет смысла. — Так же устало откликнулась девушка. — Завтра я собираюсь подать заявку. Пора выходить в большую политику… Слышно что-либо в "Совете" о НЕЙ? — Нет. Извини, но ничего нового. Все уверены, что она уехала на континент учиться. — Но это ложь! — твердо ответила девушка, свято уверенная, что их водят за нос. — Мио! Да, отсутствие писем – это странно. Но может она, наконец, просто счастлива?! — Нет, Невил! — не сдержавшись, закричала девушка — Не стала бы Гарри так с нами поступать! Она обязательно бы нам написала. Это же Гарри! Наша Гарри… - ее голос дрогнул и она продолжила еле слышно - Я раньше не говорила, но в прошлый вторник её имя на гобелене потемнело…— сказав это, она сделала большой глоток напитка и поморщилась. Уставший мужчина, услышав об изменениях на гобелене, резко посерьезнел, выпрямился и залпом осушил бокал. — Гермиона… Я не хочу тебя пугать, — тихо начал он — но когда мои родители стали ТАКИМИ, их имена тоже потемнели. Позови домовика, пусть он найдет Гарри, и если с ней что-то случилось он, ведь должен был почувствовать… — Я уже пробовала. - голос девушки полон горечи - Как только появились изменения на гобелене. Но Кричер впал в истерику… Оказывается Гарри запретила ему искать её. Все что он смог сказать, это то, что она находится там, от куда он не может её забрать. Как много мест, в которые не может попасть домовик? — Не так уж и много. В основном - особо охраняемые территории. Согласно разделению на шесть министерств магии. В Магической Англии это организация «Отдел Тайн» и тюрьма «Азкабан». На континенте в Европейском Министерстве – тюрьма «Нурмергард» и организация «Ведьмина падь» в Магической Руси. В Магической Америке – тюрьма «Бермудский Треугольник». В Азиатско-африканском Министерстве организация «Сезам». В Магической Австралии тюрьма «Пустынный гроб». — Не самые приятные места. — пораженно протянула девушка. — Мио, ты же не думаешь что… — Я не знаю, Невил. Я так устала от неизвестности… — она украдкой стерла слезу — Нужно искать Гарри, самим. Министерство нам не поможет. — Ты устала. — мягко сказал он, помогая Гермионе встать — Иди спать, завтра трудный день. Уложив подругу спать, парень направился в зал осмотреть гобелен. И вновь восхитился силой их пропавшей подруги: все выжженные члены Рода были «реабилитированы», на гобелене не было ни царапины. А имя лучшей подруги наводило тоску, светясь тусклым темно серым светом… Невил тяжко вздохнув, отправился спать в выделенную ему комнату, и только портрет Вальпурги Блэк услышал печальное: — Что же с тобой случилось, Гарри? А дом довольно встряхнулся. Хозяйка наконец поняла его подсказки, и его Леди обязательно помогут…***
В тоже время.
В лифте, в Министерстве Магии, аура молодого блондина обжигала жаждой убийства. Поэтому парень ехал в одиночестве и тихо бурчал себе под нос. — Два с половиной года после войны прошло! Два с половиной года в мире и справедливости! Ага, как же! — Драко Малфой досадливо сплюнул. — Вовремя Поттер ноги сделала! Как чувствовала, в какое дерьмо все падаем. Лорда на них не хватает! С тех пор как отгремела Вторая Магическая, в стране многое изменилось. И не в лучшую сторону, к сожалению. Глупые, глупые люди. Они ведь и в правду думали, что стоит убить Темного Лорда, и солнце станет светить ярче, трава станет зеленее, птички будут петь громче, а судьба завалит подарками. Однако Лорд мертв, а жить стало невыносимо. «Свет» победил. Новый Министр Магии Кингсли Бруствер правил жесткой рукой, как, казалось бы, и нужно в послевоенное время. Но даже во время боевых действий люди не подвергались таким репрессиям и тотальному контролю. Перемещение магов по стране отслеживалось, больше никакой аппарации без разрешения министерства. Нахождение на улицах после двадцати трех часов наказывалось арестом. Въезд в Магическую Британию был разрешен только имеющим гражданство, иностранцам въезд запрещен даже на научные собрания. А выехать из страны стало практически невозможно, только по спец.разрешению министерства. Маразм крепчает. Темная магия была запрещена полностью. Зачаровывать дома (на безопасность, расширение пространства и прочие, недоступные теперь, прелести жизни), артефакты повсеместного пользования; производить поиск людей по крови; заниматься ментальными науками, и многое другое можно было делать лишь некоторым людям по прямому приказу за подписью Министра. После победы были произведены публичные казни. Девяносто процентов Пожирателей Смерти были приговорены к поцелую дементора без суда. Просто всех меченых, кто выжил на войне, казнили в течение месяца. В десять процентов вошли дети. Те, кто принял метку до магического совершеннолетия. Туда же вошли лишь двое взрослых имеющих метку: Люциус Малфой и Северус Снейп. Неслыханный акт благородства от нынешней власти насторожил не только бывших ПСов, но и простых граждан. И, если по началу люди были возмущены помилованием меченых, то столкнувшись с репрессиями новой власти, стали настороженно ожидать, что с помилованных спросят. Об участии несовершеннолетних в обороне Хогвартса, как и войне вообще, умалчивалось, а шепот свидетелей пресекался. Героями войны были названы те самые работники министерства и стражи порядка, что во время боевых действий, словно крысы отсиживались по норам. Поэтому на волне награждения «героев», среди которых непонятно как затесался шестой Уизли, никто не придал значения скорому отъезду «на обучение» из страны Гарри Поттер… Выйдя из Министерства, он отправился на встречу со старым другом – ныне Лордом, Блейзом Забини. После каждой встречи с министерскими крысами нестерпимо хотелось заавадиться самому или поубивать всех к Мордреду! Из-за напряжения, которое тащить домой было моветон, они с другом частенько заходили в бар напиться. Ибо жизнь стала совсем невыносимой. И в свои двадцать с небольшим он чувствовал себя стариком, бесконечно больным и уставшим стариком. Раньше они с Блейзом отчаянно завидовали новому «Золотому Трио» - Грейнджер и чете Лонгоботом. Вот кто во всем этом кошмаре не унывал и строил карьеру! Грейнджер в политике, Невил Лонгоботом в «Совете Лордов», а Луна Лонгоботом в «Отделе Тайн». Завидовали, до того момента пока не поняли каких усилий требует эта их беззаботность. На одном из Министерских банкетов друзья просто свалили подальше от этих моральных уродов и в наткнулись на скрывающий щит. Взломав его, были ошарашены. Внутри Гермиона Грейнджер яростно разносила к Мордреду кабинет, а Лонгоботомы флегматично наблюдали за подругой… За размышлением о мрачности бытия блондин дошел до бара «Три Осла» и заказал себе дорогой коньяк. Бар был уютен. Полумрак скрывал лица посетителей, ненавязчивая музыка расслабляла. Спокойствие и уют – то, что нужно измученным людям. К барной стойке, настороженно оглядываясь, тихо подошел Блейз. Из-за странного поведения друга, Малфой напрягся - проблем сейчас не хотелось. Заметив это, Забини наклонился к другу и зашептал на ухо: —Успокойся. Смотри, вооон там. Знакомая рожа, да? Драко осторожно взглянул на дальний столик у стены и скривился. — Фуу, Блейз, не порть и так паршивое настроение! — но друг лишь хитро улыбнулся. — Он пьян, а у меня есть новая разработка! Похоже на веритассеум, только ещё не тестировал…— гримаса отвращения на лице блондина сменилась предвкушением. — Знаешь, Блейзи, я тут подумал. А почему бы нам не поздороваться с доблестным аврором.... Обменявшись одинаково коварными улыбками, слизеринцы отправились за дальний столик, прихватив с собой бутылку коньяка.***
Несколькими часами ранее. Где-то в Лютном.
В грязной комнатушке, одной из самых отвратных гостиниц Лютного Переулка, пахло сексом и сигаретами. Рыжий, коренастый парень, застегнул пряжку ремня и накинул на плечи алую мантию. Его глаза довольно оглядели дело рук своих, а с лица не сходила отвратительная похабная улыбка. — Что ж, ты неплохо постаралась. Он нагло облапал грудь девушки и толкнул её на кровать, с которой она пыталась встать. Миловидная девушка лет семнадцати тихо всхлипнула и плотнее завернулась в простыню, закрывая синяки. Глаза её стояли на мокром месте, но остатки гордости не позволяли проронить и слезинки. Она, облизнув кровь с разбитой губы, подняла затравленный взгляд синих глаз на аврора. — М-мой отец… В-вы обещали что… — голос девушки дрожал от стыда и страха. — Радуйся, ты была не так уж и плоха. Я подумаю смогу ли я вообще чем-то помочь старику. — Перебил её, Рональд Уизли, похабно улыбнувшись. И вышел из комнаты, хлопнув дверью. А девушка согнулась от рыданий, сорванным голосом шепча: — Но вы обещали его освободить если я… Как же так… Поруганная, она осознала, что ей просто воспользовались, пообещав помощь. Но помогать и не собирались. Её отца убьют, а ей теперь будет противно смотреть на себя в зеркало. А ведь она еще даже Хогвартс не окончила… Аврор Уизли, довольно насвистывая песенку, шел в бар выпить. Выходной у него выдался просто замечательный: сначала вытряс из торгаша деньжат, потом поимел глупую девку. Идиотка, как будто ему есть дело до какого-то старика! Ха! А девка-то ни чего так была…***
Стоило человеку в алой мантии войти в бар, как шум тут же стих, а люди настороженно стали глазеть на неприятно знакомое лицо. Рыжий аврор хмыкнув, направился к дальнему столику у стены. Громко бухнувшись на стул, он, ни сколько не смущаясь, закинул ноги, обутые в грязные сапоги, на стол. К нему тут же подбежал хозяин бара, и стал, низко кланяясь, предлагать разные напитки и еду. — Бутылку дорогого виски и закуску. — пробасил "страж порядка", довольный вниманием. — Конечно сэр! Все за наш счет! — стоило прозвучать этим словам и люди, наблюдавшие за аврором, разом отвернулись и вернулись к своим делам. Шум вернулся. Примерно через час, к Рональду Уизли, что уже был пьян в стельку, но упорно поглощал халявную выпивку и еду, подошли двое. — Аврор Уизли, позвольте угостить вас хорошим коньяком. — учтиво поприветствовал рыжего смуглый брюнет. — О! Какие нелюди! Ик. Ну давай, что там у вас?! — Уизли пьяно презрительно оглядел мужчин, но отказывать не стал. Учтивость и лесть Лорда Забини приятно тешила его самолюбие, а почти допитая бутылка коньяка избавила от бдительности. Поэтому он не заметил ни хитрого переглядывания слизеринцев, ни щита «антипрослушки», ни тем более "добавки" в выпивке. Когда зелье начало действовать, Малфой привычно растягивая слова задал невинный вопрос. Да и не вопрос вовсе. Но именно эта фраза изменила все. — Жаль что «Золотое Трио» распалось. — Да какая разница! — тут же взвился рыжий — За то теперь вся слава моя! Я теперь герой, я главный! А не эта сучка, Поттер! Избранная, как же! Всего лишь мусор – вот кто она! Я лично её в Азкабан сопроводил! Я! Но даже тогда эта мразь не могла так просто подчиниться, тьфу! Вас уродов, отмазала. Я б вас еще тогда, без суда и следствия! Но нет, опять эта избранная, чтоб её, везде свой нос сует, стерва! Пока он говорил, Малфой и Забини мрачнели все больше. Простой розыгрыш стал чем-то большим… Переглянувшись, парни налили ему антидот, сняли щит и прокляв аврора сонным заклинанием потащили его к камину. — Давай мы тебя домой проводим! А то заснешь в ближайшей канаве… Ни кто не услышал адреса. А если и услышал – промолчал. Мало кому нравилась нынешняя власть. Так что ни какого аврора сегодня в баре не было. Ни кто ни чего не слышал и не видел.***
Сейчас. Блэк-хаус.
Вой сигнальных чар разбудил недавно отошедших ко сну жильцов. Гермиона тихонько выскользнула в темный коридор, держа палочку наготове. — Посторонний, но не опасный. Иначе чары наложенные сестрой никого бы не пропустили. — прошептала она в пустоту. Тьма согласно хмыкнула. И девушка пользуясь правами хозяйки, прикрыла их магией дома. Как только чары были наложены, молодые люди смогли, наконец, друг друга рассмотреть. Сейчас в них трудно было узнать тех безупречных политиков. Босые ноги, всклоченные ото сна волосы, на лице следы от подушек и смешные пижамы с мишками и цыплятами. Хмуро переглянувшись, друзья отправились в гостиную, встретившись по дороге с, как ни странно, молчащим портретом Вальпурги Блэк. Представшая их глазам картина была настолько сюрреалистична, что гриффиндорцы просто выпали из реальности. ЛОРД Забини в дорогущей мантии валялся на полу и на манер панды удерживал аврора Уизли. Пьяный рыжий тщетно пытался выбраться из стального захвата, пока растрепанный НАСЛЕДНИК Малфой стаскивал с него все защитные амулеты. В момент когда слизеринцы закончили связывать уже бессознательного аврора, друзья наконец решили перейти от наблюдения к действиям. Драко и Блейз сидели на полу, привалившись друг к другу, и пытались отдышаться, когда почувствовали, как в их горло упирается нечто острое. — Не поделитесь, какого Мордреда вы здесь творите? — Холодный и без эмоциональный мужской голос раздался из пустоты. Вторженцы инстинктивно дернулись, но атаковать не стали. — Мы пришли с миром — подал голос Малфой, и палочка сильнее вжалась в его шею. А над ухом послышалось рассерженное шипение Грейнджер. — С миром? И поэтому у меня в гостиной валяется связанный аврор? Да вы хоть понимаете, ЧТО нам всем будет за нападение на него?! — Это касается Поттер — фраза Забини упала могильной плитой, придавливая своим весом присутствующих. Невил и Гермиона переглянулись и отпустили несопротивляющихся парней. Магия дома, повинуясь хозяйке, заблокировала особняк, отрезая его от внешнего мира. И гости, наконец, смогли увидеть хозяев дома. — Кричер, будь добр, убери мусор — Бросив полный отвращения и презрения взгляд на Умзли, скривившись, приказала Гермиона. Раздался хлопок и «страж правопорядка» был перенесен в казематы. Молодые люди, мрачно осматривая друг друга, расселись: хозяева в кресла, гости – на диван. Невил прервал напряженное молчание: — Итак, мы вас внимательно слушаем. Гости явственно передернулись от тона Лонгоботома, а по телу прошла неконтролируемая дрожь. Даже непрезентабельный вид этой парочки не уменьшал той опасной ауры, что ощущали от них слизеринцы. Кратко обменявшись взглядами, первым заговорил Блейз. По мере его рассказа гриффиндорцы бледнели все сильнее, но слушали не перебивая. Гермиона, кажется, собрала практически все детали мозаики и начала понимать ситуацию. Стоически выслушав неприятный рассказ, она хриплым от переживаний голосом спросила в пустоту: — У нас есть веритассеум? — в этот момент на столике у дивана появился пузырек с сывороткой правды. Невил моментально поднялся и, схватив фиал, отправился вглубь дома, к казематам. Гермиона проводила его взглядом, и, собрав всю волю в кулак, поднялась сама. — Господа, прошу за мной. Допрос Рона Уизли длился несколько часов, в течение которых трое мужчин прорывались придушить гада, но были остановлены девушкой. Она, сохраняя спокойствие и невозмутимость сфинкса, выслушала показания предателя и, наградив его обливиэйтом, велела домовику отправить аврора куда-нибудь на помойку. После, напоила всех успокоительным и зельем «сна без сновидений» и отправила спать. А на утро четверо молодых людей при поддержке портретов почивших Блэков начали составлять «План». Магический особняк вздохнул свободнее – его Леди спасут. Не зря он пропустил вторженцев. Не отключи он охранный контур, поставленный его Леди, и этих людей размазало бы тонким слоем по мирам. Что поделать, все его хозяева были параноиками…
